Undying love

Хогвартс, школа Чародейства и Волшебства, 21 декабря 1994 года.

Гермиона сидела с Живоглотом на коленях и ласково поглаживала его по спинке. Настроение после недавнего скандала с Роном было ниже плинтуса, а ведь этот вечер должен был стать лучшим в жизни девушки. И надо было ему все испортить своей глупой ревностью? Живоглот перевернулся на живот и замурлыкал, заставляя Гермиону улыбнуться. — Тяжелый вечер, Грейнджер? Гостиную Гриффиндора освещал лишь горящий в камине огонь, и в полумраке ночной гость показался девушке от чего-то серьезным и задумчивым. Фред стоял облокотившись на лестничные поручни и глядел на Гермиону заинтересованным взглядом. Сам он все еще был облачен в парадную мантию, рыжие волосы были аккуратно зачесаны назад, но галстук бабочка некогда идеально красовавшийся на его шее, по хулигански был развязан, и торчал в разные стороны. — Поделишься? — он добродушно улыбнулся ей, вызывая лишь приятное удивление без толики привычного подозрения. — Думаю, тебе и так многое известно, Фред, — спокойно отозвалась Гермиона, взглянув гостю в глаза. Фред возвращался со Святочного бала одним из последних, проводив Анджелину до комнаты, он заглянул в свою, и не обнаружив там близнеца уже собрался было на его поиски, как на глаза его попалась лучшая подруга младшего брата. Гермиона одиноко сидела в общей гостиной, поглаживая кота и гипнотизируя спящую картину одного из пятерки наиумнейших летописцев. Ее печальное выражение лица просто не позволило Фреду пройти мимо, игнорируя напрашивающийся сюжет последних часов заучки. — Тебя обидел мой братец? — спросил он, долго не теряясь в догадках. Грейнджер усмехнулась, неужто все это настолько очевидно? — Он говорит, что Виктор враг, который использует меня для того чтобы подобраться к Гарри, — выпалила Гермиона, немного удивленная тем, что выворачивает душу одному из близнецов Уизли. — Думаешь, парень не может просто так обратить на меня внимание? Фред оценивающе оглядел четверокурсницу, прежде чем ответить. Малышка заметно подросла с прошлого года, превратившись из бойкой и занудной девчонки, в весьма симпатичную, бойкую и занудную девушку. Уизли про себя усмехнулся посетившей его мысли. Хотя было бы нечестно отрицать, что на сегодняшнем балу Грейнджер выглядела чертовски мило. А в компании Виктора Крама еще и эстетично, даже статусно. Совсем не так, как она выглядела бы будь ее парой Рональд или, например, Гарри. Даже сейчас, в растянутом свитере и старых лосинах, подруга младшего брата казалась Фреду исключительно хорошенькой. Ее волосы больше не были собраны в аккуратную замысловатую прическу, как на балу, а блестящими волнами спадали ей на плечи. Ее макияж немного поплыл, а глаза больше не горели азартным огнем, как в начале бала, но было в них нечто, что заставило Уизли не раз взглянуть на девушку этим вечером. И прежде, чем он успел обдумать свой ответ, то сам не ожидая от себя такого проговорил: — Я думаю, что он идиот, если действительно считает, что другой парень просто так не может позвать тебя на бал. Поверь мне, ты достойна того, чтобы парни обращали на тебя внимание, Грейнджер. Фредерик Уизли тогда шокировал сам себя, чего уж говорить о Гермионе, которая в жизни таких слов не слышала. — Спасибо, Фред, — с улыбкой, ответила она, смущенно опустив глаза. Уизли ухмыльнулся, разворачиваясь к выходу из гостиной, но на последок таки добавил: — Ну пока, Грейнджер, надеюсь, ты перестанешь грузиться из-за моего глупого братца и пойдешь уже спать. Обещаю, новый день будет лучше.

***

Великобритания, Лондон, квартира Гермионы Грейнджер, 2 ноября 2000 года.

Гермиона улыбнулась посетившим ее воспоминаниям. Сейчас девушка сидела за письменным столом, поворачивая из стороны в сторону последний маховик времени, что она незаконно вынесла из Хогвартса, пятью часами ранее. Да уж, и это героиня войны, обладательницы ордена Мерлина, и лучшая ученица школы своего времени, — с грустью подумала Гермиона, посмотрев на свое отражение в зеркале. С тех пор, как Фред погиб, не было и дня в котором Грейнджер могла бы почувствовать себя не одинокой. Все друзья были заняты благоустройством своих жизней, родители все еще жили в Австралии, не подозревая о том, что у них в Англии осталась дочь. А Гермиона просто оставалась одна, потеряв надежду на то, что завтра может быть лучше. Волшебница снова повернула песочные часы, поглаживая гладкую перегородку. Наверное, любой нормальный человек назвал бы Гермиону помешавшейся, знай он сколько месяцев девушка продумывала план ограбления школы, и свои последующие действия. Но правда в том, что с тех пор, как до нее дошла весть о существовании еще одного маховика времени, спать нормально Грейнджер уже не могла. Мысль о возвращении в прошлое коробила ее ежедневно. Так что сегодняшним вечером Гермиона посетила школу, якобы обсудить с директрисой свое возвращение на седьмой курс. А, когда профессор МакГонагалл всего на минуту покинула кабинет по своим делам, бывшая Гриффиндорка бесстыдно ограбила ее сейф, и с помощью карты Мародеров исчезла, будто ее и не было. Да уж, МакГонагалл, маловероятно, будет в восторге, когда узнает, что я сделала. Девушка отложила маховик в сторону, очередной раз подумывая о том, что поступила бессовестно, ужасно и недопустимо. Конечно, она жаждала получить маховик всем сердцем, но совесть все же мучила ее, а сама вечерняя «операция» казалась сейчас просто до ужаса нелепой. И все же, действовать нужно было незамедлительно, в считанные минуты оглушенные конфундусом портреты заговорят, и тогда МакГонагалл узнает о пропаже самого ценного предмета, доверенного ей на хранение, Министерством магии. ***

Хогвартс, школа Чародейства и Волшебства, 13 сентября 1995 года.

— Нет, ну вы представляете, эта жаба еще даже двух недель здесь не пробыла, а уже определилась с любимчиками, — возмущенно протараторила Джинни, нервно обводя взглядом их маленькую компанию, собравшуюся после квиддичной тренировки, на трибунах. Гарри, Гермиона, Рон и Фред с Джорджем внимательно слушали тираду младшей Уизли, параллельно обдумывая свои стычки с новым профессором. — Влепила мне вчера «тролля» за то, что я заклеила этому придурку Монтэгю рот во время лекции. Да за то, что он про наш факультет сказал, ему помимо рта еще можно было много чего заклеить, — Джинни гневно стукнула кулачком по лавочке. — В общем, на одного защитника прав Слизеринцев прибыло, будто нам Снейпа мало было. Фред и Джордж усмехнулись, Джиневра была их главной гордостью, настоящая сестра своих братьев. — Я узнавала у профессора МакГонагалл, Амбридж и сама была Слизеринкой во время учебы, не удивительно, что она так благосклонна к своему факультету, — Гермиона устало откинулась на спинку лавочки, задумчиво оглядывая поле для квиддича, где сейчас тренировались Равенкловцы. — А как вам ее политика обучения магии без использования магии? Это же бред какой-то. Когда теория была лучше практики? — сказал Рон, не менее разозленный нововведениями. Гарри задумчиво смотрел вдаль, не собираясь вступать в демагогию. После возвращения Волдеморта у парня были более серьезные проблемы, чем какая-то там Амбридж. — Да пошла она, — отозвался Фред, — Мы с Джорджем не собираемся прогибаться под новые правила. И если потребуется, устроим Министерской жабе настоящую войну. — На самом деле, у нас уже и план готов, — поддержал близнеца Джордж. — И вообще, за свою свободу и независимость, мы даже из школы не боимся вылететь. — Будто бы вы, когда-либо, по-настоящему боялись вылететь из школы, — скептически посмотрев на друзей, ответила Гермиона. — Что правда, то правда, — синхронно согласились Фред и Джордж. — Да на них просто мама страх нагоняла, вот они и старались хотя бы пороги переводных экзаменов перепрыгнуть, — рассмеялась Джинни. — А я думаю, что вы могли бы стать лучшими на курсе, посвети вы чуть больше времени учебе, и чуть меньше, шалостям, — тоном знатока, обратилась к близнецам Гермиона. — Страшный сон, — протянул Джордж, с таким выражением лица, будто только что съел корень бубонтюбера. — Ага, я так и вижу эту картину: Джордж и я, вместе с тобой, Грейнджер, сидим в библиотеки ежедневно с обеда и до полуночи, читая учебники и обсуждая какими свойствами обладает консервированный болотный гной, — Фред рассмеялся, откидывая упавшую на глаза челку. — А потом мы бы объединились с Лонгботтомом и Полоумной Лавгуд, впятером организовав клуб психов. Ну, а дальше… Гермиона задетая таким сравнением, молча схватила сумку и не дав Фреду продолжить, покинула трибуны, еле сдерживая напрашивающиеся слезы обиды. — Мне кажется, на этот раз, ты переборщил, — заметил, отвлекшийся от собственных раздумий Поттер. … Грейнджер миновала спортивные раздевалки, поднялась по лестнице в замок, и прибавила ходу, стоило ей очутиться во внутреннем дворе, где обожали отдыхать выпускники. Гермионе было и так обидно слышать от Фреда подобные слова, но больнее всего было узнать, что он считал для себя недопустимым, нахождение в одной с ней компании. Он сравнил ее увлечение книгами с психическим отклонением, да еще и оскорбил Невилла с Луной. Знаете ли, этого было бы достаточно для любого другого человека, чтобы обидеться на Уизли и перестать с ним общаться в тот же день. Но у Гермионы в тот кон была проблема, чтобы Фредерик не сказал или не сделал, девушка просто не могла его по-настоящему возненавидеть. А виной тому были некие к нему чувства, что Грейнджер скрывала даже от себя. — О, да ладно, остановись уже! — донесся до Гермионы голос Фреда. — Несешься, как бладжер, удивительно еще, как ты не сбила кого с пути. Девушка медленно повернулась к обидчику. — Чего тебе, Уизли? Еще не все сказал? — Грейнджер, да ладно тебе, когда тебя мои шутки обижать начали? — спросил Фред. — Раньше тебя особо не напрягало то, что я говорю, как бы я не пытался вывести тебя из себя. — Прекрасно, так тебе приносит удовольствие насмехаться надо мной? Я что твоя груша для битья? — выкрикнула Гермиона громче, чем ожидала. Несколько десятков студентов разом обратили внимание на перепалку знакомых Гриффиндорцев. — Ну так-то нет, — спокойно ответил Фред, — Хотя, готов признать, что ты очень забавная, когда злишься. Лицо Гермионы приобрело помидорный окрас, а взгляд метал молнии, и прежде чем Фред успел сказать что-либо еще, девушка резко вскинула палочку и выкрикнула: — Левикорпус! Фреда Уизли подбросило в воздух и перевернуло вниз головой так внезапно, что очевидцы произошедшего не сразу поняли что к чему. И пока все вопросительно переглядывались, Гриффиндорка поспешила ретироваться, а в голову к старшему из близнецов пришла мысль о том, что Грейнджер не только забавная, когда злится, но еще и чертовски сексуальная.

***

Великобритания, Лондон, Квартира Гермионы Грейнджер, 2 ноября 2000 года.

В дверь глухо постучали, заставив Гермиону вздрогнуть и схватиться за палочку. Если кто-то уже пришел за маховиком, то волшебница была готова даже на сражение с непрошенными гостями, лишь бы отвоевать свою единственную возможность вернуть Фреда. — Гермиона! Это я, впусти, пожалуйста, — голос лучшего друга Гермиона узнала бы из тысячи. Поэтому незамедлительно открыла дверь, и также незамедлительно закрыла ее за Гарри. — Что ты здесь делаешь? — в отчаянье спросила у него Гермиона. — Тебя ищут авроры, вот что! — воскликнул Гарри, подходя ближе к ней. — Ты что, действительно украла маховик времени из Хогвартса? Мерлин, это я виноват, не нужно было рассказывать тебе, что его отправили туда на хранение. — Что? Гарри, ты тут не при чем, и я должна была, понимаешь? Если есть хоть один шанс спасти Фреда, — она запнулась, стараясь сдержать слезы. — Я должна воспользоваться им. Гарри крепко обнял подругу, успокаивающе поглаживая ее по голове. Сколько всего они с ней вместе пережили, и сколько раз Гермиона выручала его из передряг? А сколько раз она дельные советы давала и излечивала душевные раны? Поттер отстранился, с сочувствием посмотрев на нее. За последние годы Гермиона сильно изменилась, а потеря родителей и Фреда серьезно ее подкосили. Поттеру и самому-то живется не сахар со всеми этими смертями, которые, во-многом, произошли по его вине. И все же, у Гарри есть и всегда будет любящая его Джинни, а у Гермионы осталась лишь маленькая квартирка в Лондоне и разбившиеся надежды на счастливое будущее. — Ты уверена, что хочешь сделать это, Гермиона? — Поттер мягко отстранил от себя подругу, все еще поддерживая ее за плечи. — Вернуться во 2 мая 98? Безумие. А как насчет того, что настоящее может измениться до неузнаваемости? Тебя это не пугает? — Он стоит того, Гарри, — тихо ответила ему Гермиона. — Я знаю, что в прошлое наше путешествие, я говорила совсем другие вещи, но сейчас все по другому. Фред не должен был погибнуть тогда, не должен. Поттер несколько раз прошелся взад вперед по комнате, прежде чем, наконец, сказал: — Раз не могу переубедить тебя, придется мне отправиться туда с тобой. И если вдруг мы сделаем что-то не так, то вдвоем будет проще найти выход из ситуации, и исправить все, — Гарри снял пальто, закатав рукава пиджака. — Доставай маховик, авроры прибудут с минуту на минуту, а я пока наложу на квартиру чары неприкосновенности. Будем надеяться, что ее не разнесут до нашего возвращения. Грейнджер оторопела, неужели ее лучший друг действительно готов ради нее вернуться в один из самых страшных дней в своей жизни? Или это все потому, что Гарри все еще чувствует вину перед погибшими, и хочет не меньше Гермионы все исправить? Так или иначе, вдвоем они уже однажды путешествовали во времени, почему не повторить? Как там говорил Дамблдор «Если все сделать правильно, то успеете спасти несколько невинных жизней»?

***

Великобритания, Лондон, Штаб квартира Ордена Феникса, Гриммо 12, 26 декабря 1995 года.

Гермиона сонно потерла глаза, переворачиваясь на другой бок. Сон совсем не шел, ибо голова была готова вот-вот взорваться. Уже была половина третьего ночи, и девушке так хотелось поскорее заснуть, наконец, перестав думать о Фредерике Уизли — ее кошмаре на яву. Но все попытки были четны. В голове снова и снова всплывал прошлогодний Рождественский бал и добрые слова Фреда, всплывал его облик и веселый смех. Так, расслабься, Гермиона. Все это полный бред: Фред, мысли о нем и, в принципе, все, что связано с ним. Он просто школьный хулиган, брат Рона, не более. С тех пор, как девушка заподозрила у себя чувства к старшему брату своего лучшего друга, она старательно избегала всяких с ним встреч. Убегала из гостиной, когда тот заваливался в нее с близнецом и друзьями, вспоминала о важных делах, и уходила, когда он пытался заговорить с ней в школьном коридоре. Однажды, гриффиндорская староста даже сделала вид, что потеряла сознание, только бы не контролировать ход взыскания, провинившихся перед МакГонагалл, близнецов. Обязанности старосты были, конечно, первостепенными для Гермионы, но в последнее время, когда дело касалось Фреда, девушка скидывала всю ответственность на Рона. Ей было тяжело, ведь каждый его взгляд вгонял ее в краску, а каждое слово вызывало дрожь во всем теле. Дурацкая первая любовь, которой, как считала сама Грейнджер, не суждено было стать взаимной. Девушка глубоко вздохнула и медленно выдохнула. Тихо поднявшись с постели, она быстро натянула на себя свитер со спортивными штанами и осторожно, так чтобы не разбудить Джинни, покинула комнату. В столовой она выпила стакан воды и уже было собиралась вернуться в постель, как почувствовала на себе пристальный взгляд со стороны дверного проема. — Не спится? — с ехидством, поинтересовался у нее знакомый голос. Гермиона запаниковала, рассчитывая на то, что парень не получив от нее ответа, отправится восвояси, но Фред вопреки ее ожиданиям, лишь подошел ближе. Он развернул Гермиону к себе так чтобы они стояли с ней лицом к лицу, и серьезно посмотрел ей в глаза. Девушка отвела взгляд, ощущая себя просто ужасно неловко. Фред тяжело вздохнул. — Грейнджер, — начал он тихо, не слишком уверенный в том, слушает ли она. — Сколько ты еще будешь гоняться от меня? — Я не гоняюсь, с чего ты взял? — твердо проговорила Гермиона, уперев руки в бока. — Думаешь, у меня есть какая-то причина делать это? — Я-то как раз думаю, что есть, — ответил он. — А ты так не считаешь? Гермиона сглотнула ком застрявший где-то в горле, нужно было срочно придумать, что ответить, но в голову ничего не приходило, и тогда Фред продолжил: — Я нравлюсь тебе, — утвердительно заявил он, слегка ухмыльнувшись, будто эта его догадка была умнейшей из всех. — Ты ошибаешься, — снова потупив взгляд, и набрав в грудь побольше воздуха, выпалила Гермиона. — Ты не нравишься мне. — Скажи это мне прямо в глаза, если хочешь чтобы я поверил, — Фред в ожидании уставился на старосту, непринужденно закинув руки за голову. Гермионе хотелось сделать это, показать ему, что он ошибается, что она не имеет к нему никаких теплых чувств. Но даже идеальной Грейнджер был присущ один недостаток, она совершенно не умела лгать. — Так я и думал, — пропел Фред, обрадованный своей победой. — Спокойной ночи, Грейнджер. Уизли развернулся и весело насвистывая какую-то навязчивую мелодию, удалился в свою комнату, оставив Гермиону в полном непонимании произошедшего. *** В начале второго семестра Фред перехватил усталую Гермиону после занятий Отряда Дамблдора и перекрыв ей выход из выручай-комнаты спросил: — Почему ты меня игнорируешь? В тот момент Грейнджер была готова использовать на нем что-то посерьезнее «Левикорпуса». Этот самый молодой человек выбил из нее, неделей ранее, признания в чувствах, а потом спокойно отправился спать. На другой день сделал вид, что ничего не произошло, но тем не менее, ходил потом перед ней и ухмылялся все каникулы. Но самым невыносимым стали его ежедневные глупые попытки заговорить с ней, стоило им вернуться в школу. «Привет, Грейнджер. Ты сегодня классно выглядишь. Как дела?» или «Грейнджер, чего ты такая смурная, обидел кто?» Дракл тебя раздери! — хотелось закричать Гермионе, стоило Фреду показаться на горизонте, а в данный момент еще и навести порчу, как минимум. Впрочем, именно это Гермиона и сделала в тот же момент, а потом гордо задрав подбородок, обошла парня и вышла прочь из комнаты. *** Вечером Фред вместе с Джорджем, растянувшись на своих кроватях, обсуждали всю эту ситуацию. И, конечно, большую часть времени Фред тараторил без умолку, а Джордж смеялся над глупостью близнеца. — У меня с Гермионой никогда ничего не выйдет. Она просто не понимает, что нравится мне, и даже больше того, — в сотый раз повторял Фред. — Может тебе просто стоило признаться ей еще в ту ночь на Гриммо, а не вводить ее в заблуждение своими вопросами о ее чувствах к тебе? — резонно подметил Джордж. Старший близнец аж подпрыгнул от подобного замечания. — И что ты мне посоветуешь? — Ну, во-первых, перестань вести себя, как Рон. А то мне и самому уже тяжело с тобой общаться, — усмехаясь, сказал Джордж. — Во-вторых, позови ее на свидание, проведи с ней побольше времени наедине. Столько, сколько ей потребуется. И тогда уже признайся, что сохнешь по ней еще с прошлого года, и раньше не сказал потому что не был уверен, что это взаимно. В общем, мне ли тебя учить, Дред? Вперед. Часом позже Фред с помощью близнеца, выманил Гермиону на Астрономическую башню. Она молчала, прижав руки к груди, с подозрением поглядывая на молодого человека. Его поведение уже настолько надоело Гриффиндорке, что сил на размышление о причине этой встречи у нее не осталось. — Прости меня, Грейнджер, — протянул Фред, слегка улыбнувшись ей. — Давай забудем последние месяцы и просто сходим с тобой на свидание? В Хогсмид, например, завтра. — А если я откажусь? — спокойно, отозвалась Гермиона, чувствуя, что сердце забилось чаще. — Ну, я даже не знаю, — картинно изумился Фред, делая вид, что размышляет над ответом. — Спрыгну с Астрономической башни, например, — парень сделал пару шагов ближе к перилам. — Хотя нет, как-то слишком драматично, — проговорил он, возвращаясь к Гермионе. — Как насчет озера? Ты можешь утопиться там, — с иронией, предложила вариант Гермиона, неосознанно подходя к Фреду ближе. — Что ты, Грейнджер? Озеро уже замерзло, придется потрудиться чтобы сделать в нем дырку, слишком сложно, — улыбнулся Фред. — Как насчет серенад? Точно, я буду петь тебе серенады прямо в Большом зале, пока ты не согласишься пойти со мной на свидание. Гермиона задумалась, сдерживая смешок. — Ты бы не была так спокойна, если бы знала, как плохо я пою, — возмущенно заверил ее Гриффиндорец. — Значит, выбора у меня нет? — риторически спросила у него девушка, прежде чем поняла, что их с Фредом лица находятся так близко друг к другу, что почти соприкасаются. — Точно, — согласился Фред и, наконец, поцеловал Гермиону в губы.

***

Великобритания, Лондон, Квартира Гермионы Грейнджер, 2 ноября 2000 года.

В дверь снова постучали, и на этот раз, Гермиона была уверена, что это не кто-то из ее знакомых. — Гермиона Джин Грейнджер, это старший аврор Майклсон, — человек за дверью, снова постучал. — Пожалуйста, откройте дверь и передайте мне маховик времени. Совет учтет ваши прежние заслуги, и примет к сведению ваше согласие вернуть нам украденную вещь. Гарри подкрался к двери, взглянув в глазок. За ней, по меньшей мере, пятеро авроров готовились к штурму. — Гермиона, я в последний раз прошу вас по-хорошему открыть дверь, и передать нам маховик, — спокойно продолжил уговоры Майклсон. — У вас есть две минуты прежде чем… Но дальше друзья его не слушали. Они встали друг напротив другу, накинули длинную золотистую цепь с маховиком себе на шеи, и в последний раз кивнули друг другу. Гермиона осторожно взяла в руки песочные часы и сделала несколько оборотов. Время замедлилось, а потом с огромной скоростью понеслось куда-то назад, сменяя пейзажи и очертания силуэтов.