Undying love

Гермиона поняла, что что-то пошло не так в ту же минуту, как их с Гарри выплюнула временная воронка. Они находились в новом районе Лондона, в еще строящемся многоэтажном доме, в котором Грейнджер с трудом узнала свое будущее жилище. Окон и дверей еще не было, а сам дом был достроен лишь наполовину. За его пределами находились лишь маленькие трейлеры, где отдыхали рабочие, и огромный высокий забор, обнесенный вокруг всей территории стройки. Друзья шокировано переглянулись друг с другом, не в силах вымолвить и нескольких слов. А тем временем, яркое осеннее солнце уже выглядывало из-за горизонта, возвещая о наступлении нового дня. — Я не понимаю, — первой заговорила Гермиона. — Дом еще не построен, но я совершенно точно уверена в том, что ему уже много лет. Гарри осмотрел территорию прилежащую к стройке через окно. Выражение его лица буквально на несколько секунд сменилось с задумчивого, на испуганное. Но парень быстро взял себя в руки, указав пальцем на огромный баннер, стоящий у проезжей части. На нем была изображена известнейшая рок-группа 60-х годов. — Гермиона, не хочу тебя разочаровывать, но мы явно не в 98 году, — сказал он. — Это что «The Beatles»? — воскликнула Грейнджер, схватившись за голову, — Черт возьми, Гарри, это далеко не 98 год. — Нам срочно нужно уходить отсюда, — твердо произнес Гарри. — С минуту на минуту на стойку придут маглы, а объяснить им, как мы проникли на охраняемый и закрытый объект строительства, будет крайне сложно. Гермиона несколько раз вдохнула и выдохнула, выскребывая из себя все самообладание, которое в ней имелось. — Тогда трансгрессируем в «Дырявый Котел», — ответила она. — Там будет проще разобраться во всем этом, как раз узнаем сегодняшнюю дату. Поттер согласно кивнул. Все это время, он старался сохранять спокойствие перед подругой, держать лицо, ведь он аврор, и в конце концов, мужчина. Но на самом деле, Гарри был в настоящем ужасе от всей этой ситуации. Очутиться непонятно в каком году, без плана и поддержки среди окружающих было, как минимум, тяжело для него. К тому же, если это действительно были 60-е, то где-то там были еще живы его бабушки и дедушки, ожидающие вот-вот пополнения в их семьях. Гарри отогнал мысли о родных и сосредоточился на трансгрессии. Спустя пару секунд, он уже стоял в «Дырявом Котле» у стойки возле бара. В голове у Гермионы творился тот еще хаус. Девушка обозленно ругалась на саму себя открыто не понимая, как она могла ошибиться с датой и годом, учитывая, сколько времени ей пришлось потратить на расчеты. Воспользоваться маховиком можно лишь один раз за сутки, так что они с Гарри застряли в этом времени, минимум на 24 часа. Гермиона сокрушенно вздохнула, закрывая глаза, а в следующий момент переместилась вслед за другом.

***

— Я снял нам комнату, — сказал Гарри, стоило ей появиться в баре. — И еще подхватил свежий выпуск Пророка. Так что пойдем наверх и, наконец, выясним куда мы попали. Гермиона слушала друга в пол уха, размышляя о том, что сам «Дырявый Котел», как и его посетители, не слишком-то изменились за столько лет. Все же мода у волшебников была очень старомодна, и тенденция роста в ней явно отсутствовала. Когда за друзьями закрылась дверь, Гарри присел в широкое кресло у камина, разворачивая «Ежедневный Пророк». Дизайн газеты также не отличался от своего современника, что еще раз подметила Гермиона. Комнатка, что досталась ребятам была совсем небольшой. Две кровати, один журнальный столик, небольшой шкафчик для одежды, одно кресло и камин. Зато в их номере был балкон, который выходил прямо на Косую Аллею. И с него был отличный обзор на центральные магазины и кафе. Гарри прокашлялся, начиная в голос зачитывать газету.  — «С каждым днем число так называемых Пожирателей смерти растет, как и число нападений на улицах нашей страны. Регулярно, нам приходят письма от напуганных читателей, которые заявляют о том, что видели, как на их соседей были совершены нападения. Также они сообщают о темной метке, что оставляют за собой Пожиратели после своих злодеяний. Число насильственных смертей среди волшебников, однако, снизилось, в сравнении с прошлым годом, а вот число таких смертей среди маглов, наоборот, выросло. Так на вчерашнем интервью, доверенное лицо Министерства, рассказал нашей газете о трех новых убийствах маглов на прошлой неделе. Подмечено, что дети двоих из трех семей, являются магглорожденными волшебниками, и сейчас обучаются в школе Хогвартс. Авроры просят всех сохранять спокойствие, но и быть бдительнее, если вы увидели подозрительных людей снующих у ваших домов или домов ваших соседей, просьба незамедлительно связываться с Авроратом или нашей газетой.»

Ежедневный обозреватель Винкус Оддпик, для газеты «Ежедневный Пророк», 24 сентября, 1977 год.

Гермиона взглянула на ошарашенного Гарри и поняла, что более сильного чувства вины не испытывала с тех самых пор, как погиб Фред. Подумать только, из всех годов, в которые их мог закинуть маховик времени, они переместились именно в тот год, где родители Гарри еще были живыми, а Темный Лорд только набирал свою ужасающую силу. — Мне нужно пройтись, — выпалил Гарри, спустя какое-то время молчания. И Гермиона не стала его останавливать. *** Гарри брел по-пустынной, еще не полностью проснувшийся Косой Аллее, и думал о том, в какую сложную историю попал на этот раз. Если еще полчаса назад он смог быстро отогнать мысль о своих еще живых бабушках и дедушках, то мысль о живых родителях он отогнать от себя не мог, как не старался. Сейчас Лили и Джеймс, как раз обучались на седьмом курсе. И не подозревали о том, что через три года у них родится сын, а еще через один, они погибнут. Странная штука — время, однако. Внутри у Гарри все переворачивалось, стоило ему представить счастливых родителей и Сириуса с Ремусом подле них. Все они еще молодые и дружные. А еще, они и не подозревают сейчас, что в их компании уже находится человек, который будет стоить всем им жизни и свободы. Гарри присел на край скамьи у еще закрытого магазина Волшебных палочек Олливандера. Он смотрел на то, как люди спешат на работу, размышляя о том, что где-то там его Джинни не может найти себе места, проснувшись, и не обнаружив его дома. — Дьявол, — прошипел Поттер, растрепывая копну успевших здорово отрасти волос. Сейчас молодой волшебник думал о несправедливости жизни и превратности судьбы, которая из всех возможных годов, отправила их с Гермионой именно в 1977. В голове само собой появилась мысль, которую Гарри сразу попытался отогнать: «Что, если спасти их? Предупредить об угрозе?» Парень потряс головой. Нет, этого нельзя допустить. Игры со временем могут сильно изменить будущее и тогда нам с Гермионой некуда будет вернуться. *** Весь оставшийся день друзья ходили, как в воду опущенные. Говорить обоим не хотелось. Гарри начал всерьез опасаться собственного желания остаться в этом времени и спасти родителей. Хотя и понимал, что допустить этого не может. К тому же, вся эта авантюра с перемещением во времени была лишь для спасения Фреда, и исключительно ради Гермионы. Девушка, кстати, время даром не теряла, она с самого утра проводила новый расчет времени, чтобы на этот раз уж точно, переместиться во 2 мая 1998 года. Когда друзья легли в кровати, сон, естественно, у обоих не шел. И Гермиона, наконец, прервала затянувшееся молчание между ними, спросив: — Как считаешь, авроры уже сообщили Рону, Джинни и остальным о том, что мы сделали? Гарри задумчиво почесал переносицу, с грустью представляя лица лучшего друга и девушки, узнавших об украденном маховике и возвращении в прошлое. — Думаю, авроры напротив постараются скрыть такую новость от общественности. Все же время опасная вещь, и если мы сделаем что-то не так, может даже конец света настать. Узнай о такой угрозе кто-нибудь, может случиться все что угодно. — Да, я знаю, — промолвила девушка, поворачиваясь со спины на правый бок, так чтобы видеть лежавшего напротив друга. — И все же, Гарри, уже завтра утром мы сможем перенестись туда куда собирались изначально. Трудно представить, что спасение жизни Фреда может так координально изменить будущее. Гарри молча пожал плечами. Ему было сложно с уверенностью говорить о тех вещах, в которых он не был уверен. *** Гермиона проснулась от сна, в котором Фред заботливо расчесывал ей волосы, стараясь распутать несколько особо непослушных кудрявых локон. Почему-то настроение было не слишком хорошее, а внутренний голос так и кричал, что что-то снова пойдет не так… Это и случилось. Гарри и Гермиона, стояли совсем рядом, держась за маховик времени обеими руками. Они считали каждый проделанный оборот, надеясь на то, что в этот раз попадут в нужный им день, но после проделывания последнего поворота, ничего так и не произошло. Время будто замерло, а друзья все также стояли посреди комнатки в «Дырявом Котле», и газета, лежавшая на журнальном столике все еще показывала 1977 год. Гермиона несколько раз обернулась, скользя взглядом по так и не изменившейся комнате. Такой расклад ее совершенно не устраивал, и девушка вновь повернулась к другу, на этот раз, выхватывая у него маховик времени из рук. Она самостоятельно сделала нужное число оборотов, в первый раз, потом во-второй, в третий, в четвертый, но ничего так и не произошло. Будто само время отказывалось вставать с места. И Тогда Гарри, обеспокоенный состоянием подруги, попытался выхватить у той маховик, но она в отчаянье оттолкнула его так, что парень чуть было не стукнулся головой о стоявший рядом камин. Это Гермиону и отрезвило. Она с недоумением посмотрела сначала на свои руки, которые все еще сжимали песочные часы, потом на друга, пытавшегося подняться с пола. — Прости меня, Гарри, — выпалила Гермиона, бросаясь ему на шею. — Я не знаю, что на меня нашло, — и в следующий момент девушка горько разрыдалась. Когда же Грейнджер пришла в себя, было решено еще раз попробовать воспользоваться маховиком времени. Но спустя еще несколько проваленных попыток, Гарри и Гермиона отбросили надежду на перемещение во времени. Они около часа говорили о том, что произошло и не найдя лучшего варианта, решили обратиться за помощью к Дамблдору.

***

Друзьями было решено, идти в школу через проход в Визжащей хижине. Они аппарировали сначала в Хогсмид, не привлекая внимания, прошли всю деревню, оглядываясь и рассматривая хорошо знакомые магазинчики, и наконец, пробрались в саму хижину. Все в ней было так же, как Гермиона и Гарри запомнили. Подранные грязные обои, разгромленная мебель и заколоченные наглухо окна, чтобы спрятать от посторонних глаз все тайны этого старого дома. Всю дорогу по-узкому туннелю ведущему к Дракучей иве, Гарри и Гермиона старательно гнали от себя мысли о молодом Римусе Люпине, обращающегося в оборотня здесь, каждое полнолуние. Выбравшись, Гермиона почувствовала некоторое облегчение. Чистый горный воздух, еще зеленые луга и яркое полуденное солнце, встречали их с Гарри, снаружи узкой пещеры. Хогвартс блистал в лучах солнечного света, как в первый раз, вызывая у друзей совершенно детский восторг. — Невредимый, — глухо прокомментировал свои мысли Гарри, поправляя спавшие на переносицу очки. — В последний раз я был здесь на поминальном вечере, полгода назад. Но новый, отреставрированный Хогвартс, не тоже самое, что довоенный. Как считаешь? Поттер оглянулся на стоявшую чуть позади от него Гермиону, но она не ответила. Взгляд ее был устремлен в сторону Квиддичного поля, на котором, как оказалось, сейчас проходил первый матч сезона. Не сговариваясь, они устремились в сторону трибун. Чем ближе они подбирались к полю, тем громче были слышны воодушевленные крики толпы. Игра была в самом разгаре. — Лукотруса мне в трусы, Лесли Смит снова чуть было не сбил своего собственного капитана! — восклицал комментатор матча. — Ой, простите, профессор МакГонагалл, никакой брани, понял. Студенты дружно свистели и выкрикивали название факультета, за который болели, тут и там хлопали в ладоши и напевали подбадривающие кричалки. — Нет, ну вы посмотрите! Лесли снова промахивается и не попадает по бладжеру! Поттер, будь я на твоем месте, давно бы сменил загонщика, пока он не помог выиграть другим факультетам заветный кубок, — комментатор затаил дыхание, а потом громко выкрикнул, — Гол в ворота Слизерина! Отличный пас на Андерсона, Блэк. Счет 60/30. Гермиона замерла на месте, стоило ей услышать две знакомые фамилии. Мерлин, ну как она могла не подумать о том, что в этом времени и этом месте, им сто процентов придется столкнуться с Мародерами. Девушка обернулась на лучшего друга, на Гарри не было лица. — Ты как? — осторожно спросила она, положив руку ему на плечо. — Подойдем ближе, хочу взглянуть на них, — хрипло отозвался Гарри, проигнорировав ее вопрос. Все внутри Гарри переворачивалось. У него было стойкое ощущение, что вот-вот он упадет в обморок от нехватки воздуха в легких. Одно дело думать о том, что в этом времени его родные живы, а другое, видеть их. Джеймс Поттер облаченный в капитанскую спортивную мантию Гриффиндора передавал сейчас квоффл Сириусу Блэку, статному юноше с черными, средней длины волосами. Гарри отметил про себя внешний вид Блэка, но как же странно и, в то же время, приятно было видеть его таким молодым, еще не искалеченным Азкабаном, парнем. — Джеймс Поттер, наш капитан! Он силен и он удал! Квоффл Джеймс в кольцо забросит, Гриффиндор победу спросит! Вся трибуна Красно-золотых поднялась с места и выкрикивала эту кричалку, пока Джеймс забивал свой хет-трик в ворота Слизерина. Спустя еще минут десять матча, счет уже был 90/40 и Гарри с Гермионой, наконец, заметили двух миниатюрных девушек ловцов, вступивших в бой за снитч. Сначала они кружились по полю вровень, маневрируя между трибунами, но потом Гриффиндорка смогла немного оторваться вперед. Она вошла в пике, прибавляя скорость, снитч был всего в нескольких метрах от нее. — Осторожно, Маккиннон! — заорал кто-то из членов команды, обращая внимание девушки ловца на летевший в нее бладжер. В последний момент она резко повернула древко метлы в сторону, избегая прямого столкновения с мячом. Слизеринка воспользовалась заминкой, обходя соперницу она ринулась вслед за снитчем, находясь от него буквально на расстоянии вытянутой руки, но вышеупомянутая Маккиннон, видимо, не собиралась отдавать победу. Девушка догнала соперницу, грубо отталкивая ее в сторону, разогналась до максимальной скорости, которую может дать ее метла, и обоими руками схватилась за золотой мячик. — Игра окончена! — заорал комментатор матча. — Марлин Маккиннон поймала снитч, что означает беззаговорочную победу Гриффиндора со счетом 240/40. Поздравляем победителей! *** Гарри не помнил, как они с Гермионой дошли до Горгульи ведущей в кабинет Дамблдора. Всю дорогу он думал о Джеймсе и Сириусе, которые весело отплясывали среди кучи своих болельщиков, в центре поля. Они скандировали фамилию «Маккиннон», по очереди кружив девчонку в своих объятиях, выкрикивали какие-то гадости Слизеринцам и очень громко смеялись. Сердце младшего Поттера разрывалось от огромного желания поговорить с ними. Гарри прислонился к каменной стенке, достал из кармана мантии портсигар, и спустя несколько секунд, закурил. Гермиона этот его жест проигнорировала. Гарри курил крайне редко, в основном, в те моменты, когда сильно нервничал. Приобретенная после войны привычка, которая помогала ему, время от времени, обрести трезвость ума. И Грейнджер его не осуждала. В конце концов, смерть от рака легких, после пройденной войны, казалась смешной. — Молодой человек, вы в школе вообще-то находитесь! — возмущенно проговорила профессор МакГонагалл. Гарри и Гермиона синхронно вздрогнули. Оба были слишком заняты собственными мыслями чтобы заметить приближающегося к ним декана. — Простите, профессор МакГонагалл, — протараторил Гарри, быстро затушив половину сигареты. Гермиона в смущении опустила глаза. Воспоминания о недавнем ограблении директорского сейфа, всплыли сами собой, стоило девушке встретиться взглядом с профессором. Гермионе вдруг стало интересно, что бы сказала сейчас МакГонагалл из 2000 года по поводу всего произошедшего. Была бы она зла или разочарована? Тем не менее, в глазах у МакГонагалл из 1977 года не было ничего из вышеперечисленных чувств. Лишь легкое недоумение читалось в них сейчас. — Откуда вам известно мое имя? — спросила она у Гарри. — Что-то я не могу припомнить чтобы меня предупреждали о новых студентах. Гарри виновато потупил взгляд, а Гермиона устало вздохнула. Конечно, ей было понятно, что друг назвал фамилию декана чисто по инерции. — Простите нас, профессор, мы прибыли чтобы поговорить с директором Дамблдором, — сказала она. — И будем отвечать на все вопросы лишь в его присутствии. Минерва МакГонагалл оглядела незнакомых молодых людей полным замешательства взглядом. Но прежде, чем она успела что-то им ответить, в проеме появился Дамблдор. — Раз такое дело, то прошу за мной, — с интересом оглядывая их, сказал директор. — Профессор МакГонагалл, пройдемте-ка с нами. *** — И так, представьтесь, — с улыбкой сказал Дамблдор, когда все они расселись по креслам в его кабинете. Директор явно находился в хорошем настроении, не испытывая какого-либо недоверия к совершенно незнакомым ему людям. — Меня зовут Гермиона Грейнджер, — девушка взяла слово, понимая, что начинать с раскрытия личности ее друга было бы слишком. Гарри все никак не мог взять себя в руки, происходящее казалось ему сном, не иначе. Дамблдор погиб почти пять лет назад и видеть его после стольких лет в здравии, было странно. — Очень приятно, мисс Грейнджер, и что же привело вас и вашего друга в Хогвартс? — сложив руки на столе, поинтересовался у нее директор. — А еще важнее, как вы проникли на охраняемую и закрытую территорию школы? — задала напрашивающийся вопрос МакГонагалл, уперев руки в бока. Она стояла за директором, пристально вглядываясь в незнакомцев. Гермиона с минуту поразмышляла над тем, что ответить, и в конце концов, решила рубить правду. Они с Гарри сейчас находились не в лучшей ситуации чтобы что-то скрывать от людей, которых хотят попросить о помощи. — Через потайной ход в Дракучей иве, профессор. Гермиона достала из-за пазухи маховик времени и передала директору. В кабинете затаилось молчание. — Откуда он у вас? — первой не выдержала профессор Макгонагалл. Грейнджер уже была готова рассказать о краже и о своих намерениях подправить их прошлое, но Гарри неожиданно взял слово. — Меня зовут Гарри Джеймс Поттер, и полгода назад я поступил на службу в аврорат, — начал он, лицо Гриффиндорского декана вытянулось от удивления, когда как директор оставался непоколебимо спокойным. — Мы с моей лучшей подругой получили некое задание от Министерства, но просчитались с оборотами, и нас занесло вместо нужного нам года сюда. Вернуться обратно у нас тоже не выходит, маховик будто вышел из строя. И не придумав лучшего выхода, мы решили обратиться за помощью к вам, нашим бывшим наставникам. Поттер говорил так четко и спокойно, что Гермиона сама была готова поверить в правдивость его слов. Удивительно, как быстро он сориентировался в данной ситуации. Если Дамблдор и не поверил в правдивость его слов, то виду не подал. Он с интересом выслушал Гарри, и во взгляде его даже промелькнуло сочувствие. — Гарри Поттер? — неуверенно переспросила МакГонагалл. — Ваш отец Джеймс Поттер? — Да, а мама Лили Эванс, я родился в 1980 году, а прибыл в ваше время из 2000, — ответил он. МакГонагалл ничего на это не ответила, только присела в кресло подле директора и задумчиво оглядела молодого человека, который внешне действительно был копией ее учеников. — Нам нужна ваша помощь, — обратилась к преподавателям Гермиона. — Без вас мы не сможем вернуться назад. Дамблдор внимательно оглядел маховик времени, какими-то чарами проверил его работоспособности и ответил: — Я, конечно, не специалист, но могу предположить, что в проблеме вашего перемещения в наше время виновата не ошибка в расчетах, а техническая неисправность маховика, — спокойно заметил директор. — Но, конечно, чтобы дать более точный ответ, нужен детальный осмотр часов специалистом. Гарри и Гермиона переглянулись. — Но мы не можем здесь оставаться, профессор, — пролепетала Грейнджер. — Что если достать другой маховик? — Боюсь, это невозможно, — ответил Дамблдор. — Все маховики находятся под надзором Отдела Тайн. К тому же, отправить путешественников назад может лишь тот маховик, что перенес их. Неужели в Министерстве вас не предупредили об этом? — в глазах его проглядывал скепсис. — И что же нам делать? — разочарованно, спросил директора Гарри. — Сейчас у меня нет абсолютно точного ответа на ваш вопрос, мистер Поттер и мисс Грейнджер, — Дамблдор почесал бороду, будто обдумывая следующие слова. — Сегодня вечером я отправлю маховик своему хорошему знакомому изобретателю, попрошу его разобрать часы и починить их, если есть такая возможность. Скажу держать все это в тайне, но он и так не любитель болтать попросту. Так что можете быть спокойны, никто не узнает о вас и ваших личностях, — директор поднялся со своего кресла и прошелся по кабинету, остановившись у окна. — А пока вы ждете результатов, могу предложить вам повторить седьмой курс в Хогвартс. У вас будет крыша над головой, еда, защита, если Министерство все-таки прознает о вашем перемещении. Что скажите? Из троих, помимо Дамблдора находившихся людей в кабинете, самой шокированной таким поворотом событий, осталась профессор МакГонагалл. Подумать только, сын хулигана Поттера будет обучаться на том же с ним курсе. Хогвартс точно выстоит? — Спасибо, профессор, — подхватила идею Гермиона. — Стыдно признаться, но ни я, ни Гарри так седьмой курс и не окончили, так что для нас этот опыт будет весьма полезным. — Подождите, что? — возмутилась декан. — Как это вы не окончили школу? А как тогда мистер Поттер попал на службу в аврорат? И тогда Гермионе и Гарри пришлось рассказать, в общих чертах, о том, что они пережили с тех пор, как впервые отправились в Хогвартс, о пророчестве, смерти Джеймса и Лили, Волдеморте, войне и разрушенном замке. -… Гермиона решила взять перерыв после войны, а меня зачислили в академию аврората без экзаменов, — закончил рассказ Гарри. На лице МакГонагалл застыла печаль и удивление. Она почувствовала, будто уже пережила все эти страшные события, отчетливо понимая, что верит этим детям безоговорочно. Дамблдор по прежнему оставался невозмутимым. Но вид его с каждой секундой становился все более задумчивым. — Что же, тогда вам действительно будет полезно поучиться, — ответил он, спустя какое-то время молчания. — Думаю, в вашем распределении нет необходимости, так что впредь, вами займется профессор МакГонагалл. Декан поднялась к своим ученикам, положив руки им на плечи. Лицо ее все еще излучало некую тревогу, но в целом, она выглядела собранной и серьезной. — Хорошо, для начала, мистер Поттер, вам нужно придумать себе новую фамилию, сказала она. — На ваше внешнее сходство с Джеймсом еще можно закрыть глаза, но помимо всего этого, одинаковая с ним фамилия точно вызовет у студентов вопросы. Гарри, конечно, согласился с преподавателем. Такое совпадение было бы даже слишком очевидным. — Майклсон, — быстро ответил ей Гарри первое, что пришло ему в голову. Конечно, взять фамилию аврора занимающегося делом Гермионы, было не самым удачным решением Поттера, но зато, станет ему хорошим напоминанием, о том, с чего все началось и чем должно закончиться. Альбус Дамблдор достал из своей книжной полки большой фолиант и протянул его Гермионе. — Я подумал о том, что можно сказать другим студентам, — объявил он. — Вы будете переведенными студентами из школы магии Ильвермони, США. Это книга ее история, советую хорошенько все проштудировать на случай, если к вам будут поступать вопросы от учеников. Историю своего перевода можете придумать сами, но пожалуйста, все обсудите и договоритесь, что именно будете говорить окружающим. Любопытство некоторых наших студентов может привести их к раскрытию вашей тайны, если ваши показания будут расходиться. И Гарри, и Гермиона, поняли о каких студентах идет речь, поэтому согласились с тем, что им нужно все детально продумать и обсудить. — Спасибо, профессор, Дамблдор. — Пока не за что, — ответил директор. — И профессор МакГонагалл, распорядитесь чтобы для новоприбывших студентов организовали места в спальнях, а также занесли их в школьные списки. Если будут какие-то проблемы, сразу сообщайте мне. Покидая кабинет директора Гарри и Гермиона были несколько подавлены. Ведь на данный момент их возвращение в 2000 год было под большим вопросом. Еще два часа после, друзья провели в кабинете МакГонагалл. Там они обсудили свою легенду, все хорошенько обговорили, поотвечали на напрашивающиеся вопросы от своего декана, и только потом отправились в гостиную.