Мимикрия

      — Добрый вечер, вы — детектив Рид?       — Глупый вопрос, жестянка. — Гэвин не обернулся к своему собеседнику, продолжая смотреть на горевшую пожаром реку. Он прекрасно знал, кто был за его спиной. Он был готов.       — К сожалению, моя память повреждена, поэтому… Рад снова познакомиться с тобой, напарник, — Андроид говорил на удивление без сарказма, а это означало, что тостер на полном серьезе не понимает: радоваться-то нечему.       Рид сжал руками холодные перила. Гадство. Еще пару секунд назад он был уверен, что смог справиться с собой, но сейчас все едва обретенное спокойствие слетело, словно шелуха. Детектив собрал остатки самообладания для последнего шага — самое время сделать то, о чем он так долго думал.       — Ты мне не напарник… Больше нет. — Гэвин глубоко вздохнул, когда вязкая горечь сжала его горло.       — Я не понимаю вас. Я видел отчеты, наша продуктивность на достаточно высоком уровне, чтобы считать наше партнерство благоприятным, — Низкий спокойный голос девятого контрастировал с бурей, ревевшей в душе человека.       — Срать на продуктивность. Мне не нужен в напарниках поломанный тостер… — Гэвин услышал за спиной сдавленный скрежет, словно внутри железки что-то надломилось.       Рид тяжело выдохнул через стиснутые челюсти. Он снова сделал это — укусил за самое больное место и залил рану желчью, разъедающей до костей. Он не хотел задеть его настолько… Сколько еще боли и страданий ждет жестянку, если он будет рядом? Сделай это — будь мудаком, заставь его ненавидеть тебя, как ты всегда делал это.       — Я уверяю вас, мои функции… Я могу делать все, что нужно для расследований. Я буду полезен вам, — Андроид звучал потерянно, будто не ожидал, что его отвергнут. Его голос слабел, становился все тише и растеряннее, скатываясь на последних словах до шипящего шепота. — Не отказывайтесь от меня…       Детектив взял изо рта сигарету и ткнул тлеющим остатком в ладонь, зажмуриваясь от отрезвляющей боли. Все его существо рвалось повернуться к андроиду, обнять, утешить. Нельзя. Андроид никогда не будет счастлив рядом с ядовитым детективом. Рид до побелевших костяшек вцепился в металл, удерживая себя.       — Уходи. Проваливай нахер. — Гэвин едва мог выдавливать из себя звуки, ощущая, как с каждым произнесенным словом что-то внутри обрывается, оставляя ноющую дыру. Он поступает правильно… тогда почему ему так плохо?       — Я… п-онял вас, дет-ектив… — Речь андроида дергалась, звуча как заевшая пластинка, отчего холод пробежался по спине детектива.       Рид дернул головой в сторону девятого, в последний момент зажмурившись до пятен перед глазами. Он знал: стоит ему только взглянуть на андроида, и он тут же заберет все свои чертовы слова обратно, вцепится в твердый пластик и больше никогда не отпустит… Он всегда был эгоистом. Гэвин отвернулся обратно, слушая, как в темноте раздаются мягкие и немного неровные шаги, что удалялись от него все дальше. Каждый шаг словно бил куда-то в грудь, крошил внутренности в месиво.       — Кажется, я немного не во время… В воду прыгать, надеюсь, не будем? — Невысокая девушка вышла из-за деревьев, разросшихся в небольшой парковой зоне у реки. — Хотя проще дать вам наглотаться воды, чем уговаривать поехать в больницу.       — С каких пор вы работаете по воскресеньям, доктор Стоун? — Рид теперь вполне рассматривал заплыв по реке в марте как один из путей до дома.       — Ну, знаете… У вас довольно влиятельный покровитель, — Девушка хмыкнула, набирая что-то в ядрено-желтом телефоне. — Хотя иногда мне кажется, что я зря оставила Нью-Йорк. Но кто ж знал, что вместо карьерного роста я стану нянькой.       — Жизнь несправедлива, не так ли? — Гэвин ухмыльнулся и приметил небольшое такси на обочине дороги. — Теперь понятно, почему к вам очереди никогда нет.       — Поверьте, я за свою работу повидала столько очередей и их обитателей, что ничто не заставит меня вновь полюбить человечество. — Доктор обернулась на подъехавший транспорт и затем впилась цепким взглядом в детектива. — Попробуешь сбежать — я тебя поймаю и пропишу по три клизмы в сутки.       — Да я едва дышать могу, какое бегать? — Рид фыркнул и отлип от перил, подняв руки в капитулирующем жесте.       Гэвину показалось, что мисс Стоун стала как-то заваливаться… Вместе с горизонтом. Детектив моргнул. Когда он едва смог приоткрыть тяжелые веки, мир беспорядочно крутился и расплывался перед глазами, а до мозга как из-под толщи воды доносился взволнованный женский голос. Он не чувствовал ни боли, ни своего тела — вообще ничего. Кажется, девушка звала его и хлопала по щекам. Последнее, что угасающее сознание смогло выхватить из мельтешащего окружающего мира, — размытое красное пятно. После вязкая темнота охватила все вокруг.

***

      Рид проснулся от самого ужасного будильника за всю свою жизнь. Противный писк бил прямо по мозгам, отчего человек поморщился и стал шариться в поисках мерзкой штуковины. Голова болела нещадно, явственно давая понять Гэвину, что тот живее всех живых.       — Доброе утро, спящая красавица. — Когда детектив разлепил глаза, рядом на стуле сидела мисс Стоун и снова что-то тыкала в телефоне. — Хотя знаешь, на красавицу ты не похож… Да и до прекрасного принца тоже не дотягиваешь.       — А можно мне другую няньку? — Гэвин приподнялся с кряхтением старика и уселся на кровать, оглядывая отвратительно белую палату. Больницы и запах лекарств всегда вызывали неприятное чувство.       — Нет, не можно. Ни одна нянька в мире не сможет провести операцию длинною в 28 часов… И удержаться от соблазна, когда скальпель так близко к сердцу, учитывая ваш характер, детектив.       — Лично я предпочитаю красть сердца только фигурально. — Детектив осторожно прощупал левый бок. Каждое неуверенное движение давалось через силу. — Сколько времени я был в отключке? Чувствую себя овощем.       — Вы выпали на неделю — сегодня 3 апреля, воскресенье. — Доктор подождала пару минут, давая шокированному Риду осознать, что тот практически потерял неделю своей жизни. — Вы упали в обморок у реки 27 марта и всего пару раз приходили в сознание на несколько минут. Я даже сомневалась, нужно ли давать вам наркоз перед операцией.       — Вам не говорили, что вы — страшная женщина? — Гэвин потер лоб ладонью, понемногу свыкаясь с действительностью. — Вы разве не давали клятву Гиппократа?       — Лучше! Я давала клятву российского врача. — Поймав на себе недоуменный взгляд, мисс Стоун невинно посмотрела на белую стену. — Анастасия Строжевская в прошлом, приятно познакомиться. Получила диплом там, потом переехала и подтвердила в Америке. Немного скучаю по родине. Удивительное место, где отрубленный палец могут заметить только спустя три дня похмелья, бронхит лечат экстрасенсы, а порча считается самостоятельным заболеванием.       — Теперь знаю, куда поеду в отпуск. — Рид нахмурился и поднял перед собой левую ладонь, пару раз сжав в кулак. — Что с моей рукой? Не понимаю, в чем дело, но ощущается как-то странно…       — Ваш покровитель был обеспокоен количеством травм, что вы успели собрать за довольно короткий срок, поэтому попросил немного… подстраховать вас. — Девушка протянула небольшой планшет с целой кучей информационных окон, графиков и диаграмм. — Всего лишь пара улучшений: защитная пластина со скином на костяшках и руке, пара амортизаторов ударов.       — То есть… — Рид бегло прошелся по некоторым отрывкам текста и ухмыльнулся. — Я могу спокойно дать по роже андроиду и не сломать себе руку? А лазеров из глаз или ракет из задницы у меня нет?       — Нет, в заднице только маячок. — Линда вернула довольную ухмылку. — Вы больше не сможете спрятаться от вашего таинственного ангела-хранителя ни на одном кусочке планеты.       Гэвин к разочарованию доктора в истерику впадать не спешил. Он постепенно привыкал, что его асоциальный брат довольно изобретателен в проявлении заботы. Детектив сначала недоумевал почему Эл решил не навещать его лично, а потом вспомнил, что за что-то злился… Черт, пора начать записывать.       — Он ничего не передавал? — Детектив вернул планшет мисс Стоун. Для него все равно эти непонятные медицинские термины через предложение звучали как ругательства.       — На тумбочке есть толстый конверт, больше ничего. — Доктор поднялась и протяжно зевнула. — Красная кнопка для вызова персонала, но постарайтесь избавить этих добрых людей от своего общества. Завтра к вам начнут пускать посетителей, а сегодня отдыхайте.       — Ко мне могут прийти разве что сломать еще пару ребер. — Рид внутренне готовился извиняться перед Тиной за внезапное исчезновение и больничку.       Когда доктор Стоун вышла из палаты, Гэвин тут же потянулся за конвертом. Под боком неприятно ныло, но это был такой пустяк в сравнении с произошедшим. Рид не знал, сколько ему тут еще лежать, но надолго он задерживаться точно не собирается. В конверте оказалось настоящее письмо, написанное от руки, что для нынешнего времени практически дикость. Детектив хмыкнул, понимая, что это своеобразный намек избавиться от письма после прочтения. Хотя когда несколько лет скрываешься от самой влиятельной компании в мире, наверно, сложно отказаться от старых привычек. Кроме исписанной бумаги внутри был новенький телефон и кольцо.       Рид покрутил в руках металлический кружок. Кольцо было из платины, а через всю длину проходила светящаяся полоска желтого цвета, которая периодически мигала. Юркая мысль пробежалась в голове, но Риду не удалось ее поймать. Детектив вернул вещи в конверт и взял письмо, надеясь найти всему этому объяснения.       «Приветствую незнакомый и никак не связанный со мной человек.       Операция прошла более чем успешно, однако я все равно беспокоюсь за тебя. Постарайся больше не влипать в подобные неприятности, а то когда-нибудь мое бедное хрупкое сердечко не выдержит. И да, твой небольшой апгрейд официально еще только проходит клинические испытания, поэтому постарайся, чтобы о нем никто не узнал.       Телефон я твой забрал, поэтому радуйся — дарю новый. Номер для связи там уже есть. Не считая того, что твой старый телефон — полная рухлядь и я очень забочусь о тебе, есть еще одна довольно веская причина подобного поступка. Мне нужно было стереть все следы 60-го, так что не лезь в его поиски, ты ничего не найдешь. В принципе, когда ты будешь это читать, он уже будет у меня. Ах да, это тоже секрет, так что никому не говори. У меня свои резоны на этого андроида. Считай свое молчание небольшой платой за мою помощь.       Кольцо — не просто безделушка, а очень даже полезная вещь. Поверь, оно скоро тебе пригодится, так что не теряй.       Письмо сожги.       С наилучшими пожеланиями, твой никто.»       Рид фыркнул и засунул письмо в карман. Этот ушлепок ничего не написал про маячок, так что письмо он все же сохранит. Компромат лишним не бывает.       Телефон Гэвин решил пока не трогать — у него еще будет много скучных больничных дней, чтобы разобраться с новой игрушкой. Однако детектив окинул напоследок подозрительным взглядом свой подарок.       — Эй… Ты же не андроид или как это называется?.. — После ожившей кофеварки Рид понял, что нескоро начнет спокойно пользоваться техникой. Особенно той, которая побывала в руках Элайджи.       Телефон, к счастью, молчал, не подавая признаков наличия богатого внутреннего мира и самосознания. Гэвин вытряхнул кольцо из конверта и завис на добрые пару минут. Немигающий взгляд был устремлен на яркую полоску, которая скакала между красным и желтым. Теперь мимолетная догадка висела над детективом огромным слоном, держащимся за соломинку.       — Это шутка? — Рид неуклюже вывалился из кровати и бросился к своим вещам, в которых лазал его брат. Когда Гэвин не нашел среди них бледный белый диод, с уставшим воплем рухнул обратно на кровать. И как он теперь вернет его жестянке? — Как он, пфлять, вообще смог это сделать?!       Вопрос растворился в пустоте, которую разрывал раздражающий ритмичный писк аппарата. Детектив вцепился в провод питания и выдрал его, оказываясь в такой желанной тишине. Если это диод RK900, то жестянка сейчас нехило психует… Рид вспомнил слова Камски про сорванные тормоза и стало как-то не по себе.       Правильно ли он поступил, отдалившись от андроида? Гэвин растирал виски и старался заставить себя перестать волноваться за тостер. Он твердил, что это у железки просто стресс от нового незнакомого мира. Рид пытался не думать о других возможных причинах, что у девятого могут быть проблемы или он лежит с простреленным животом после одного из вызовов. У него ведь теперь новый напарник. Может у них все не очень гладко? Но теперь это не его дело… Мысли беспорядочно роились в голове, поэтому человек решил пройтись до буфета и стрельнуть у какого-нибудь недобросовестного пациента сигаретку.       На следующий день к нему заявилась Тина, девушка ураганом влетела в палату с радостным приветствием. Однако в следующий миг она замерла, рассматривая представшую картину, и изо всех сил старалась сдержаться. Мрачный Гэвин полулежал на кровати, окруженный таким количеством цветов и горшков с неизвестными растениями, словно он был сахарной феей в волшебной стране. Нет, сдержаться было совершенно невозможно.       — Сраные андроиды… — Рид попеременно прожигал злобным взглядом то стоящее на тумбочке ведро с лилиями, которое почти закрывало человеку обзор, то заливисто гоготавшую Тину.       — Да брось, это даже мило… — Девушка утерла подступившие от истеричного смеха слезы и села на стул возле кровати. — Но разве андроидов пускают в человеческие больницы?       — Поэтому санитарки с самого утра водят хороводы ко мне в палату, не давая нормально поспать. — Гэвин сохранял хмурое выражение лица, хотя в глубине души он был рад, что Чэнь пришла его навестить. — Как там Шейла? Уже забыла про меня?       — Я забрала ее к себе на время и не говори глупостей, она по тебе скучает… — Офицер сделала нерешительную паузу и мягко улыбнулась. — Как и все мы.       — Не ври, в офисе все от счастья на столах танцуют. — Рид смущенно поскреб ногтем шрам.       — Ну, естественно, без тебя стало намного тише и спокойнее. — Тина усмехнулась и хлопнула детектива по плечу. — Но кто сказал, что так лучше?       — Пфе, проехали… А что за новое поступление андроидов в полицию? — Гэвин открыл в телефоне ссылку на информационное окно. — Это правда?       — Оу, ага… Иерихон вроде обновил нескольким андроидам систему, чтобы они могли помогать в расследованиях. — Девушка настороженно посмотрела на детектива. — Ты ведь не будешь сейчас истерить из-за этого, да? Тебе нельзя волноваться.       — Я… Я остаюсь на делах по андроидам. Я так решил. — Рид впервые увидел, чтобы у человека реально отвисла челюсть от удивления.       — Так… Кто ты и где настоящий Гэвин? — Чэнь увернулась от брошенной в нее подушки и рассмеялась. — Ты серьезно, Рид? Ты же презирал андроидов, а каждое появление Коннора в офисе для тебя как красная тряпка для быка. Что изменилось?       — Многое… Произошла целая куча всего и я до сих пор не все могу осмыслить. — Детектив скрыл взгляд за бесячими лилиями. Тина знала о нем больше любого другого человека на земле, они часто делились друг с другом моральным грузом и помогали принять тяжкие решения. Тина была голосом разума для него, а он голосом эгоизма для слишком правильного офицера. Но сейчас Рид чувствовал, что далеко не все может ей рассказать — слишком много чужих секретов и от этого становилось грустно. Но есть часть, которой он вполне может поделиться. — Они живые… Не просто интеллект в пластиковой коробке, а на самом деле живые, понимаешь? У них есть мечты, желания и надежды, которые этот мир с радостью готов раздавить. Они такие наивные, такие беспомощные… Ты треснешь андроиду по голове, а он только извинится, что попался тебе под руку. Им нужна защита…       Гэвин заметил, что у Чэнь сейчас челюсть по полу покатится, а за ними ее шокировано распахнутые глаза, и остановил поток своих мыслей. Тина молчала около пяти минут, склонив голову набок, и внимательно смотрела на детектива, словно видела в первый раз. Рид в душе боялся, что девушка сейчас рассмеется, решив, что это новый изощренный подъеб. Слишком нереальными выглядели подобные слова из уст такого как он. Детектив и сам это прекрасно понимал… Но еще он понимал, что теперь в каждом андроиде он будет видеть наивную детскую мордашку с двумя синими океанами вместо глаз, что смотрели с надеждой и трепетом на этот несправедливый жестокий мир. Гэвин и сам не мог полностью понять, откуда такое желание защитить эти чистые души от человеческой гнили, ведь он и сам прогнил изнутри.       Но Тина лишь тихо хмыкнула и кивнула сама себе.       — Я рада за тебя, Рид… Я верила, что ты не такой уж и говнюк, хотя в некоторые моменты это казалось невозможным. И я рада, что моя вера не была напрасной. — Теперь настала очередь детектива открыть рот и молча хлопать глазками. — Я могу как-то тебе помочь?       — Ага, забери себе эти чертовы цветы, пока я не заработал мигрень от этой приторно сладкой вони. — Гэвин надеялся, что за этим цветочным веником не видно его покрасневшего лица. Чэнь верила в него? И поэтому продолжала оставаться рядом с ним, даже когда все в департаменте ядовито шептались у него за спиной? Девушке по-любому перепадала часть этого яда в виде насмешек и подколок от коллег. Да даже сам детектив часто подкалывал ее.       — Я вижу, как тебе понравился этот букет лилий, так что возьму его. — Тина подцепила ведерко, лишая Рида его убежища, и довольно поднялась со стула. — Кстати, если хочешь получить напарника андроида и продолжать работать в этом направлении, то тебе лучше вернуться к следующей среде. Маркус настоял, чтобы новые сотрудники сами выбрали себе напарников из претендентов.       — Ясно, к шефу лучше не подходить и где-то месяц сидеть ниже воды, тише травы… — Детектив даже пожалел Фаулера, которому приходится разбираться со всей этой этикой и правами андроидов в департаменте.       — Не то слово… Ну, бывай, Гэв — у меня перерыв не резиновый. — Риду подумалось, что окружающие его люди не такие уж мудаки, какими он привык их видеть…       — Постой… — Гэвин окликнул девушку перед самым выходом. Он не мог не задать один постоянно беспокоящий его вопрос. — Как там RK900?       — Он… Немного странный. — Риду показалось, что Тина как-то напряглась и отвела взгляд. — Ну, уверена, ему просто надо привыкнуть.       — Ага… — Чэнь умчалась также быстро, как и появилась, а у детектива только прибавилось вопросов.

***

      Следующие несколько дней больницу терроризировала страшная катастрофа и имя ей Гэвин Рид. Полоса на кольце была стабильно желтой, это одновременно обнадеживало и беспокоило. Детектив был в андроидах, конечно, не эксперт, но знал — нормальное состояние тостеров голубого цвета. Свою нервозность Рид снимал как умел — играя на нервах окружающих. За три дня его возненавидели все пациенты и персонал. Однажды он даже видел, как бабулька брызгала ему вслед святой водой и бубнила что-то про изгнание бесов.       — Гэвин, я знаю, чего ты добиваешься. — Доктор Стоун прожигала детектива суровым взглядом и поджимала губы.       — Неужели? Тогда в ваших же интересах, чтобы я этого добился. — Рид сидел на подоконнике и довольно оскалился, вновь затягиваясь запрещенной ему сигаретой.       — При всех моих стараниях тебя не вышвырнут отсюда раньше, чем в пятницу. Так что хватит. Всех. Бесить.       — Ну что вы — они меня обожают. — Детектив выдохнул серый дым в приоткрытое окно палаты.       — Наша буфетчица — добрейшей души человек. Она сделала вашу куклу вуду и тычет ее вилкой каждый раз, когда вы заявляетесь туда. Уборщик трижды моет коридор на этом этаже, надеясь, что вы поскользнетесь и сломаете что-нибудь. Пациенты, встретив вас пару раз, начинают умолять выписать их как можно скорее. — Мисс Стоун тяжело вздохнула.       — Не за что. — Рид невозмутимо выбросил горящий бычок в окно и спрыгнул с подоконника. — Я себя отлично чувствую, так что зачем меня здесь держат, вообще не понима-а…       Гэвин согнулся пополам и глухо выругался, когда доктор ткнула ему в грудь, где был еще не до конца заживший шов. Пока детектив сдавленно шипел, посылая проклятья, мисс Стоун невозмутимо вносила показатели приборов в документацию. Ее вырвиглазный желтый телефон пискнул от пришедшего сообщения.       — К вам посетители, так что будьте хорошим пациентом — ложитесь в кроватку и кушайте апельсины. У вас также полно старых ран, которые следует подлатать. Не стоит так спешить рисковать своей жизнью, ведь есть люди, которым не все равно на вас. К счастью, я к ним не отношусь. — Доктор проследила, чтобы Рид вернулся в постель, и только после этого вышла из палаты.       Когда посетители вошли в палату, Гэвин не знал что ему лучше сделать — выкинуться в окно сразу или все-таки спросить, что они тут забыли. Хэнк уселся на стул, а Коннор встал за спиной человека.       — Добрый день, детектив. Я слышал, что операция прошла успешно — поздравляю. — Рот андроида растянулся в дружелюбной улыбке, но от нее у Рида по спине пробежался холодок.       — Выглядишь лучше, чем я ожидал. — Хэнк тихо хмыкнул, поглядывая на растения в горшках, что не стремились завянуть за эти дни, к сожалению детектива.       — Ты тоже. — Рид натянуто ухмыльнулся, напряженно поглядывая за спину лейтенанту. Он был не против Андерсона, но мило улыбающийся вежливый Коннор заставил Рида нервно дернуть плечами. Жестянка точно знает, что он кинул, а может еще и серьезно задел RK900. Коннор сейчас должен не улыбаться детективу, а пытаться раскрошить его череп о стену.       — Я чего пришел-то… В общем просто хотел убедиться, что с тобой все ок и передать кое-что из отдела. — Хэнк протянул Риду небольшой пакет, который тут же распотрошили.       — Пх… Черт, это… Это идеально, пхах. — Гэвин сдавленно хихикал, рассматривая фоторамку, на которой был изображены все сотрудники департамента, показывающие средний палец в камеру. Колинз и еще парочка «горячо любимых» Ридом коллег показывали даже два. Внизу под фото была выведена жирная надпись: «Спасибо, что не сдох.» — Эй, а где Фаулер?!       — Блюдет свою репутацию. Но не дуйся на него, принцесса, он тоже приготовил подарок для тебя. — Андерсон довольно фыркнул, когда на него устремились пара горящих глаз, словно ребенок только что узнал, что рождественский подарок от Санты спрятан где-то в доме. — Я тебе ничего не скажу, сам у него спросишь.       — Блин, ну и ладно… — Рид наигранно нахмурился. Он бы даже порадовался, что их отношения с Хэнком идут на лад, если бы не нависающая дамокловым мечом фигура андроида.       — Ладненько, мне тут больше делать нечего, я свои обязанности выполнил. Кон, тебе вроде нужно было поговорить с Ридом, да? — От этих слов детектив невольно бросил взгляд на окно. Интересно… Есть ли у него шанс при прыжке с девятого этажа?       — Да… — Улыбка Коннора стала еще шире, грозя довести Гэвина до истерики. — Я бы хотел поговорить с детективом наедине, поэтому тебе придется вернуться в участок без меня, Хэнк.       — Ну ок… — Андерсон покосился на нервного Рида, не понимая, о чем эти двое вообще могут говорить. — Не задерживайся, я сам с отчетами не справлюсь.       Коннор кивнул вслед удаляющемуся лейтенанту и занял его место на стуле. Даже сидя, чертов андроид все равно немного возвышался над Гэвином.       — Что ж… Давайте кое-что обсудим, детектив.