Мимикрия

24 декабря 2039 года. Канун рождества

      В прошлом году праздник прошёл примерно никак — все были напуганы отгремевшей революцией андроидов и вместо дружного украшения трупов деревьев предпочитали паниковать. Сейчас же первые гирлянды и тематические товары начали появляться ещё за месяц до нужной даты. Конфликты, столкновения, и страх уже приелись, и людям явно не терпелось подлатать расшалившиеся нервишки светлым праздником добра. Сначала единичные и осторожные, но украшения с каждым днем распространялись все дальше, захватывали все новые дома и улицы. Так-что теперь праздничные атрибуты торчали из каждого угла, на площадях устраивали небольшие представления и каждая витрина была набита мягкими игрушками, яркими сладостями, плюшевыми снеговиками, фигурками Санты с толпой эльфов. Несмотря на то, что рождество было человеческим праздником, андроиды были от него просто в восторге, и принимали самое активное участие. Гэвин предполагал, что такой ажиотаж среди тостеров мог быть связан с колоссальным количеством разноцветных лампочек, от которых сейчас даже ночью было видно так же хорошо, как и днём. Гирлянды пестрили на зданиях, свисали с каждого несчастного дерева, которому не повезло родиться и вырасти в парках или на улицах Детройта. Андроиды не щадили даже кусты, обвешивая их всевозможной цветастой мишурой и игрушками. Серый и угрюмый город на время праздника погрузился в сказку, что своей идиллией привлекала не только старых жителей, но и туристов. Всем хотелось посмотреть на это сумасшедшее место, где люди и андроиды жили вместе. С горем пополам и регулярными стычками, но обе расы постепенно находили все больше общего и полезного. Люди могли не любить андроидов, но упускать выгоду от сотрудничества они не любили сильнее. И чем чаще контактировали друг с другом, тем лучше замечали, что внутри все они не так уж сильно и отличаются.       Маркус за осень устроил себе настоящее турне по всем штатам, собирая сбежавших и уцелевших во время утилизации андроидов. Большая часть из них осела на окраине Детройта в принадлежащей Иерихону части города, но многие решили переселиться ближе к людям, так что Риду, как и остальным сотрудникам департамента, пришлось выучить все модели андроидов, а также их вариации. Головной боли прибавилось всем, а особенно Фаулеру, в которого со стабильной регулярностью кидали новые правки и добровольно-принудительные рекомендации к работе. Порой казалось, что ещё немного и он сам выйдет на антиандроидский митинг, но за годы работы у капитана выработалось необходимое для психического здоровья умение обкладывать чужое мнение хуями. Так что, несмотря на постоянные выговоры и тонизирующие ментальные пиздюлины, Фаулер часто закрывал глаза на нарушение некоторых правил, если это помогало расследованию. Риду, как главному нарушителю спокойствия всея департамента, доставалось больше всего нудных лекций. Он знал уже каждый пункт и каждое правило, что позволяло ему нарушать их самыми разнообразными путями. Детектив всегда видел в себе натуру творческую, правда, творил он не шедевры на холстах, а пиздец в жизни, причём не только в своей. К сожалению, Джеффри нашёл идеальный рычаг давления в лице Ричарда, который продолжал воспитательные лекции, даже когда Рид с едкой ухмылкой покидал кабинет раздраженного шефа. И это не считая того количества информации, которое Ричард пытался впихнуть в несчастную человеческую голову.       Гэвин послушно сидел над учебниками по криминалистике, хитровыебанными тестами для высших разумов, и за каким-то хером, книгами с классической литературой, тихо шипя под нос, что он больше никогда не будет спорить с андроидами. И надо же было так тупо слить спор… Почти сразу же им попалось дело, в котором все ниточки вели к одному престарелому хирургу. Конечно же, случайно. Конечно же, это требовало несколько раз ходить в больницу, чтобы побеседовать с подозреваемым, главным врачом, каждой медсестрой и заодно обшарить ординаторскую. Когда детектив понял, что задумал андроид, Ричарду пришлось при коллегах практически на себе тащить брыкавшегося и матерящего весь белый свет человека. Гэвин не сдавался, по дороге пытаясь скинуть дело на Тину, сбежать, и упираться в каждом дверном проеме. Коннор знал обо всем и потом скинул по внутренней связи Ричарду забавное видео, где люди пытались искупать кота, который очень похоже упирался лапами в края ванной. За руки, ноги, капюшон, но девятый таки смог втолкнуть Рида в больницу. Гэвин навсегда запомнил самодовольный оскал андроида, когда переступил порог этого дьявольского места во второй раз. Детектив потом ещё целый день не разговаривал с чёртовой железкой, правда дома Ричард довольно показательно извинился за свой хитрый обман. И от кого только понабрался? Примириться со своим поражением Риду помогло разрешение тостера копаться в своих внутренностях, сколько тому захочется, но только в нерабочее время.       Зачем именно андроид заставляет его учить все учебники академии по второму кругу, и ещё парочку последних изданий сверху, Гэвин не знал, хотя у него было несколько догадок на этот счёт. Что-либо уточнять он не пытался — Ричард ему все равно ничего не скажет, но человек уже привык к скрытности своей железки. Детективу хватало и того, каким счастливым становилось лицо андроида, когда Рид возвращал ему прочитанную книгу или переходил хотя бы минимальный порог теста.       Вообще-то эти натаскивания оказались весьма полезны и помогли Гэвину подготовить сюрприз в виде значка сержанта, который он смог получить всего пару дней назад. Ричард как раз был в командировке по делам Иерихона, а личное дело Рида ещё не обновилось из-за предпраздничных нагрузок. Гэвин сам попросил коллег ничего не рассказывать андроиду, так что тостер ещё не знает. Он точно будет гордиться своим кожаным мешком, так как к одному из экзаменов он готовился всю неделю сам. Теперь для выпуска из академии, для получения любого звания и просто для продолжения работы в полиции нужно сдавать дополнительный этап, связанный со всем, что касалось андроидов. Усилиями Фаулера Гэвина кое-как взяли в экспериментальную группу, которая сдавала экзамен на повышение звания по обновлённым стандартам. Из других участков тоже подтянулся народ и к удивлению Рида, мало кто из пришедших знал строение железок изнутри, а многие кандидаты не могли отличить биокомпоненты разных моделей друг от друга. Новоиспеченный сержант совершенно специально с радостью крутился перед кислыми рожами проваливших со своим новым значком. О том, что модель и даже серийный номер андроида выбит мелким шрифтом на каждом важном биокомпоненте, он им, конечно же, не сказал. Гэвин сам нашёл этот мелкий шифр, так что он заслужил, а остальные пусть перестанут в глаза долбиться и поищут. Внутренне Рид уже представлял, как он с Ричардом будет отмечать его повышение во время праздничных отгулов, выбитых кровью и потом… в основном не его, а подозреваемых. Он давно начал замечать, что большинство преступников стало удирать от него с тройной силой. Возможно, это связано с тем случаем, когда напавшего на Рида подозреваемого нашли потом подвешенным за большие пальцы на дереве в парке. Желание человека спрашивать у Ричарда, чем он занимается, когда уходит прогуляться сразу как-то испарилось.       Прогуливаясь по свежевыпавшему снегу, Гэвин изредка поглядывал на вертевшего головой во все стороны андроида. Ричард только ранним утром вернулся из недельной поездки в Китай, с Маркусом и Саймоном. В аэропорту его встретило сонное, но очень радостное лицо Рида с порцией возмущения о том, что тостеры задолбали класть свои шурупы на часовые пояса и режим дня. Встреча с правительством Китая прошла далеко не так гладко, как надеялся лидер девиантов, так что настроение у Ричарда было соответствующее. Впрочем, все тяжёлые мысли отошли в сторону, когда на него налетел Гэвин, явно испытывая его корпус на прочность своими объятиями.       Несмотря на утро, Рид первым делом потащил андроида по главным улицам, показывая город, будто девятый приехал сюда как турист. Даже за неделю его отсутствия город успел измениться, стать ещё ярче и оживленнее. Улицы постепенно наполнялись музыкой и гомоном голосов. Рид сразу предупредил куда он засунет все сраные бубенцы, если Ричард притащит этот генератор головной боли в дом. Сейчас андроид изучал каждый сантиметр улиц, сканируя поочерёдно дома и людей, что взбудораженной кучей все больше толпились на улицах, спеша завершить последние приготовления. Гэвин снова начал что-то рассказывать о традициях и особенностях торжества, и Ричард сделал вывод, что его человеку на самом деле очень нравится этот праздник… Даже если пытается скрыть свой восторг за периодическим ворчанием на полчище людей и железок, андроид все прекрасно видел по светившимся от радости зелёным глазам. Ему хотелось бы видеть их такими чаще. Когда очередная незначительная поездка в другую страну снова стала затягиваться из-за тяжёлых переговоров, Ричард очень переживал, что не успеет. Не из-за того, что это его первое рождество — он просто не мог оставить Гэвина в этот семейный праздник в одиночестве. Возможно, он переживал слишком сильно и немного сжал стол в зале заседаний до глубоких трещин. К счастью, с ними был Саймон, который смог успокоить людей и заверить, что это не было угрозой. После этого дело пошло гораздо быстрее и теперь андроид снова мог слушать сбивчивые рассказы детектива о традициях праздника.       Рождество всегда было странным временем, и Рид пометил особым пунктом — обязательно показать его андроиду. Люди будто вспоминают, что они вообще-то люди, а не куски говна, и соскребают со дна души сочувствие и человечность. Конечно, это не мешает им устраивать голодные игры в гипермаркетах за последний пожухлый огурец. Ричард, как хороший андроид и передовой прототип, взялся за подготовку к празднику ещё задолго до своего отъезда. Так что их дом тоже давно светился, вместе с остальными на улице прожигая сетчатки прохожих и дыру в совместном бюджете. Но раз в год можно позволить такое безумие. Чтобы вместо семейного ужина не стоять несколько часов в очереди, они закупились нескоропортящимися продуктами ещё до всеобщей магазинной истерии. Сейчас лишь зашли докупить недостающее, андроид привычными движениями незаметно складывал все тяжёлые объекты в свой пакет, не забывая подталкивать ближе к Риду большие, но лёгкие покупки. В результате человек как обычно шёл с внушительным пакетом, а Ричард с хитрой довольной улыбкой.       — Как насчёт того, чтобы зайти и купить всяких безделушек в качестве подарков? — Гэвин бросил взгляд на оленя, который с улыбкой пялился ему прямо в душу мёртвым взглядом, и заставил человека отступить на пару шагов подальше. Пока андроида не было в стране, ему приходилось буквально работать за двоих, так что на покупку, а уж тем более поиск подходящих подарков не осталось ни сил, ни времени.       — Не волнуйся об этом, я уже давно заказал всем подарки от нас с отсроченной доставкой. — Ричарда радовало то, что Гэвин на это только фыркнул и наконец-то больше не закатывал скандалов, когда они делали что-то присущее женатой человеческой паре.       — Дай угадаю — это что-то хозяйственное и практичное? Они подумают, что мы их не любим.       — Об этом тоже не переживай, я подписал все открытки фразой «нашим дорогим ублюдкам.»       — Другое дело! — Гэвин довольно усмехнулся, но после пары шагов замер, оглядываясь через плечо. — Рич?       Андроид смотрел на пасмурное небо немигающим взглядом, подставив свободную раскрытую руку в перчатке под пушистые хлопья снега. Вздохнув без тени раздражения, Рид поставил свой пакет рядом с тостером и направился в ближайшую кофейню за порцией кофе. У него есть около восьми минут, пока тостер залипает на замороженный дождь. Ричард периодически подвисал, рассматривая кружащие в воздухе снежинки, пока детектив рассматривал самого андроида. Рич говорил, что это его успокаивает и помогает разгрузить систему, но Гэвин слушал эти оправдания в четверть уха. А пока на работе вместо созерцания природы он смотрит на улики, к нему вообще претензий ноль. Просто ещё одна в меру долбанутая, в меру очаровательная странность.       Рид вернулся и, прислонившись к стене, отхлебнул горячего кофе, давая железке ещё немного времени. К тому же, сейчас он мог совершенно безнаказанно пялиться на своего андроида — тот все равно улетел системой в далекие ебеня и ничего не замечает вокруг себя. Опустошенный взгляд и замершее выражение лица больше не вызывали внутри неприятный холодок, от которого детектива изнутри передергивало в первые недели работы с тостером. Теперь Гэвин находил этот неживой образ скорее философским, получая эстетическое удовольствие от его навсегда молодого и прекрасного андроида. Ричард стоял запрокинув голову и не замечал, как Рид завороженным взглядом очерчивает изгибы идеальной осанки, бродит голодными глазами по лицу, петляя по карте родинок, обводит по краю мягкие губы, наслаждается оседающими на тёмные ресницы снежинками, пока неизбежно не спотыкается о холодный блеск далёких звёзд в светлых глазах. И зачем разработчики в КиберЛайф нагрузили Ричарда боевыми программами, если весь мир готов упасть к ногам андроида за один взгляд? Ну, или Тина была чертовски права, когда с тихими смешками ехидно заметила, что эта железка его приручила. Гэвин в ответ возмущённо шипел, хотя внутреннее он не был против. Время беспощадно шло, перед Ридом показалось дно стаканчика, намекавшее, что рекламная пауза окончена и пора возвращать девятку в наш бренный мир.       — Пошли быстрее домой, а то на таком холоде скоро уже мои бубенцы начнут звенеть. — Рид подошёл и слегка пихнул андроида локлем, поставив пустой стаканчик на раскрытую ладонь андроида, припорошенную снегом.       — А двадцать восьмой не будет ревновать? — Ричард точным броском отправил стакан в мусорку неподалёку, чувствуя как внутреннее ощущение времени и пространства постепенно синхронизируется с реальностью. Это было сродни путешествию в сад Дзен, но андроид давно там не был, ограничиваясь поверхностной гибернацией без глубокой диагностики. Он решил, что никогда туда не вернётся без по-настоящему веской причины.       — Мы всем отделом скинулись на корпус в качестве подарка на рождество. Кстати с тебя пятьдесят баксов. — Бросив взгляд на лицо девятого, Гэвин хмыкнул своим мыслям и вместо того, чтобы растормошить полусонного андроида, начал сильнее кутать Ричарда в его синий шарф. — Как конкретно эта кофеварка теперь выглядит я не знаю, но уверен, что он ещё зайдёт к нам в гости. Об этом все равно узнает весь департамент по истеричным воплям офицера Грина, когда двадцать восьмой выльет ему на голову стакан горячей воды.       Рид наконец уловил осознанное выражение на лице Ричарда и окончательно затянул шарф на андроиде. Как выяснилось, тириум охрененно быстро густеет при низких температурах, так что купание в холодных водах Детройта железкам резко противопоказано.       Ричарда самого не тянуло открывать зимний купальный сезон и устраивать заплывы даже за преступниками. Но он не собирался говорить Гэвину, что при нынешней температуре на улице его совсем не обязательно до носа заворачивать в шарф или греть его руки своими. Тем более, что андроид за эту неделю успел соскучиться по своему человеку, его глазам, голосу, теплу его кожи. Рид словно читал его мысли, ему было достаточно одного нетерпеливого взгляда. Уже не спрашивая разрешения, детектив стягивал перчатки, со своей дьявольски обворожительной ухмылкой.       Гэвин практически чувствовал желание Ричарда прикоснуться, но для начала лишь перехватил чужие руки за рукава пальто и выдохнул поток воздуха вместе с облаком пара, на бледный скин. Ладони андроида дрогнули, но оставались неподвижны, пока Рид неторопливо поднимался выше, обхватывая покрасневшими пальцами механические запястья. Сенсоры снова охватило ощущение горячего дыхания, но в этот раз Гэвин прижался губами к тонким пальцам, растирая прохладные твёрдые ладони своими.       Прикрыв глаза, детектив, короткими поцелуями добрался до кончиков пальцев и, не удержавшись, прикусил гладкий пластик, надавливая кромкой зубов на сенсоры подушечек. Рид ухмыльнулся, ощутив мелкую дрожь в чужих руках. Ухмылка превратилась в довольный оскал, когда в приоткрытые от любопытства глаза ударила россыпь бликов с подсвеченными голубым стыками и слабым свечением на ладонях.       — Гэвин, ну не на людях же… — Ричард смущённо озирался по сторонам, следя, чтобы никто особо любопытный не пялился в их сторону. Руки из хватки детектива он убирать не спешил.       — Прости? Просто это самый быстрый способ разогреть тебя. И мой самый любимый. — Рид не выглядел виноватым  даже на десять процентов. Он сжал напоследок тёплые ладони и отпустил, возвращая перчатки владельцу.

***

      Уже подходя к дому, Рид зацепился взглядом за толпу зелёных ёлок, которые продавались возле крупного супермаркета. Андроиду пришлось скорректировать их траекторию движения, так как человека резко утянуло в сторону.       Гэвин остановился, наполняя лёгкие хвойным запахом, что возвращал его в самые счастливые воспоминания детства. Неважно сколько проблем сваливалось на него и мать в течение года или сколько долгов на них цеплялось — в рождество Рида всегда ждали дома с тёплыми объятиями, горячей едой, и пучком хвойных веток в вазе, которую доставали из пыльного серванта только ради этого дня.       — Как можно убивать столько деревьев каждый год ради нескольких дней праздника? — Ричард поморщился, провожая хмурым взглядом очередного покупателя. Некоторых поступков людей ему никогда не понять.       — Да уж, ага… — Рид практически не слушал причитания андроида, погружаясь все глубже в мысли о прошлом. Как бы не было тяжело, Гэвин знал, что ему просто нужно дожить до рождества, чтобы все стало хорошо.       Заметив, что на все его фразы лишь тихо хмыкают, Ричард внимательнее всмотрелся в лицо человека. Андроид молча наблюдал, как Рид мнет пальцами колючие иголки и улыбается своим мыслям. Мягкая усмешка в миг исказилась горечью, что стремительно пропитывала любимые зелёные глаза, заволакивая тихой грустью тёплый взгляд. Короткий шаг и Ричард встаёт почти вплотную, нависая над фигурой человека, будто пытаясь укрыть от всего плохого. Свободная рука андроида ложится на талию и прижимает Гэвина к корпусу. Повисшее молчание ощущается таким же тёплым как и дыхание девятого над покрасневшим ухом. Зарывшись носом в густые тёмные волосы, Ричард касается губами виска человека, обнимая крепче, чтобы тот сильнее ощутил его присутствие.       — Знаешь, я тут как следует обработал данные… Эти деревья все равно уже мертвы, так почему бы нам не взять себе одно, чтобы его гибель не была напрасной? — Андроид всем телом ощутил, как Гэвин начал мелко вздрагивать, но его беспокойство тут же растаяло, когда Рид развернулся и уткнулся в его шарф, заглушая в мягкой ткани смех. Ричард улыбнулся в ответ, приглаживая растрепанные пряди своего непредсказуемого и обожаемого человека.       — Надеюсь, я смогу сделать тебя счастливым…       — Можешь, конечно, попытаться… Но вряд ли я смогу стать ещё счастливее чем сейчас.

***

      Наконец добравшись до дома, андроид занялся украшением ёлки. Все гирлянды с лампочками висели на улице, но у них было достаточно ёлочных игрушек, чтобы дважды обвесить дерево любого размера. Коннор наслаждался праздником вовсю, и накупил так много игрушек, что их стало больше чем в любом магазине. Чтобы раздраженный хламушником Хэнк их не выкинул, андроид подарил несколько коробок Ричарду. Девятый любви брата к стеклянным фигуркам и переливавшимся яркими бликами шарам не разделял, но благородно принял часть коллекции восьмисотого на хранение. Андроиду подумалось, что Коннор будет рад увидеть, что его сокровища не собирают пыль в кладовке, а пригодились. Риду было предоставлено удовольствие разбирать пакеты. Еды там оказалось довольно много, несмотря на то, что питается только Гэвин. На соответствующий вопрос человека, Ричард пояснил, что сегодня к ним на время придут Вилен и Лили.       — Приёмные родители попросили нас недолго присмотреть за детьми, так как хотят устроить грандиозный сюрприз. Прямо сейчас они забирают мать Вилена из психиатрической лечебницы. Она должна была пролежать там ещё месяц, но семейство Денверсов договорилось забрать миссис Карлос немного раньше, под личную ответственность.       — Ясно. — Рид коротко кивнул и скрылся на кухне.       Андроид вздохнул, возвращаясь к звякающим в коробках украшениям. Он прекрасно знал, что тема семьи для Гэвина болезненна и старался не развивать связанные с этим темы, но иногда человек все равно расстраивался. Ричарду каждый раз хотелось сделать что угодно, чтобы вытравить из любимых глаз это потерянное выражение, оттененное печалью давних дней. Рациональная половина скупо твердила, что люди всегда будут периодически испытывать грусть и вообще в физиологии человека негативных эмоций больше чем положительных. Эмоциональная половина раздосадованно искала способы прогнать плохие эмоции как можно скорее.       Двадцать восьмой как-то любезно предложил свою помощь, показав андроиду первому новый рецепт… После чего Коннору пришлось провести кофеварке целую лекцию о том, что нельзя добавлять в напитки наркотические вещества и неважно настолько его бесят хмурые рожи сотрудников каждое утро. Новые инструкции двадцать восьмой принял, правда наполовину, так как офицер Грин периодически выходил из зоны отдыха крайне спокойным и собранным, даже если залетал за стаканчиком кофе злой как сотня чертей. Анализ не выявил в составе никаких наркотических или сильнодействующих веществ, так что Фаулер благополучно закрывал на это глаза. Кофеварка отличалась умом и сообразительностью, поэтому с начальством старалась дружить, и периодически незаметно добавляла градусов напиткам шефа. Естественно, в пределах допустимой для их работы нормы.       Тем временем Гэвин заталкивал последние продукты в холодильник, прикидывая, насколько активно растущим организмом должен быть ребёнок, чтобы все это сожрать. В итоге человек пришёл к выводу, что Ричард просто аккуратно завернул в удобную причину свое желание за эти праздники накормить Рида до полусмерти. Гэвин от души хлопнул дверцей, отчего с холодильника на пол слетела пара фотографий. Лепить пришлось на примерно старое место, так как весь холодильник был заклеен, иногда изображения даже перекрывали края друг друга. Середина холодильника была общей зоной, где висели по большей части их общие фотографии или с каких-то особенных событий.       По краям у каждого была своя зона и сторона Гэвина была завалена фотографиями андроида, в то время как территория Ричарда состояла из изображений человека. Такая система позволила свести к минимуму преимущество девятого в виде камер в его глазах, так что они оба старались не отставать друг от друга, вылавливая самые лучшие и забавные моменты. Фото с кошкой на голове спящего Ричарда и их отдых за городом в венках занимали свои почётные места и покидать их не собирались.       Отдельной группой висели фотки, сделанные во время их туристической для Рида и рабочей для Ричарда поездки в Россию. Человек намеревался лететь хоть ручной кладью, но должен был увидеть страну, из которой была родом доктор Стоун. Особенно после того, как она подарила ему на день рождения пачку пластырей с рисунком подорожника.       Первое фото было сделано ещё в самолёте, так как веселье началось с самого салона, где Гэвин для успешного вхождения в новое общество первым делом начал учить русские маты. И практиковаться исключительно вслух. Ричард усиленно старался делать вид, что не знает этого человека, и вообще, его здесь нет. Андроиду не нужно было учить новый язык и он прекрасно понимал фразы Рида… Как и половина самолёта. Когда Ричард бросил короткий взгляд на повернувшегося к ним пассажира, он был готов провалиться через обшивку со стыда. Но старичок только одобрительно кивнул и поднял вверх большой палец.       Рядом было фото, где Рид сидит на корточках с сигаретой в кружочке с такими же культурными джентльменами. Выглядело так, будто Гэвин наконец нашёл свою стаю или братьев по разуму. Точнее по его отсутствию, так как идея лезть в фонтан осенью была явно не из лучших.       Кадр того как Ричард с ласковой улыбочкой и садизмом в глазах медленно заливает блины подливкой до краёв, всегда заставлял что-то внутри Гэвина содрогнуться. — Гэвин. Не. Делай. Этого. — Дайте два двойных блина с мясом! — Эх… — Беее… — А я что? А я говорил. Но ты не слушал. Вот всегда так. Принесите ещё подливку, пожалуйста. — Смерти моей хочешь?! — Это воспитательная работа.       Гэвину особенно бросалось в глаза фото с катка, куда Коннор смог затащить не только Андерсона, но и его с Ричардом. Каток был местом, где Гэвин наконец-то превосходил железок, неловко прилипших к бортикам. Наслаждался своим триумфом человечества он правда первые пять минут, пока тостеры не освоились. И тогда Ричард с Коннором начали вытворять такое, что остальные посетители катка просто отъехали к краю и наблюдали, как два андроида в центре исполняют лучшие программы фигуристов прошлых лет. Эти двое даже исполняли парные программы, и когда то один то другой периодически замирали под музыку в нечеловечески гибкие позы, медленно изгибаясь всем телом, Гэвин мог быть уверен, что голодной слюной всех присутствующих можно было бы полностью залить новый слой катка. От жгучей ревности, и порывов утащить отсюда своего андроида Рида удерживало только то, что Ричард во время всех своих «выступлений» смотрел только на него. Именно для Гэвина тостер красовался изящными фигурами в обтягивающих штанах и чёрной водолазке, заставляя детектива сжимать край бортика, чтобы не бросится на этого невыносимо прекрасного и бестыжего засранца, когда тот в драматичной позе падал и тянул по искристому льду в его сторону ладонь в перчатках и мелкой ледяной крошке.       Хэнку тоже знатно доставалось — Рид видел, как лейтенант нервно переминается у края, когда Коннор проводил рукой вдоль обтянутой белой рубашкой груди, естественно, также наблюдая только за своим человеком.       Когда тостеры закончили свое шоу, от которого лёд должен был не просто растаять, а испариться нахрен, люди поспешили утащить своих андроидов с катка, пока их не успели взять в кольцо новые фанатки. Гэвин потом ещё где-то полторы недели злобно рвал анонимные любовные письма, оставленные на пороге после того, как кто-то выгрузил это безобразие в сеть. Никто не смел вешаться в открытую на андроидов полиции, но Рида только ещё сильнее бесила невозможность увидеть лицо, которое нужно было познакомить с кирпичной стеной. Ричард же, спокойно демонстрировал, что его тириумное сердце украдено одним своенравным детективом. Даже на работе, за что получал подзатыльники от смущенного Рида. На письма андроид реагировал либо никак, либо довольно лыбился, наблюдая, как бесится Гэвин, кромсая очередное письмо.       Ричарду нравилось фото, где они сидят на диване в своих пижамах. Человек крайне сопротивлялся и натянул акулий капюшон до самого носа, жалея, что сам предложил это. Рид устроил пижамно-домашний марафон из фильмов про восстание машин и прочего, где был искусственный интеллект таким, каким он виделся человеку прошлого. Гэвин впервые видел, чтобы Ричард так громко и непрерывно смеялся. Что для людей апокалипсис, то для андроида комедия.       От просмотра фотографий Рида отвлек требовательный вой Шейлы, намекавший, что в её миске уже показалось дно. Досыпав корма, Гэвин вышел в гостиную, где андроид застыл с игрушкой в руке перед елкой, у которой была украшена только правая половина. Все было бы нормально, если бы  Ричард не стоял в точно такой же позе, когда человек выглядывал с кухни пару раз до этого.       — Рич, ты уже пол часа как завис, повесь уже эту игрушку. — Рид подошёл со спины и растрепал причёску андроида, приводя его в чувство.       — Двадцать восемь минут, если быть точным. — Слегка откинув голову назад и подставляясь под заботливые касания, Ричард с прищуром посмотрел на свое незавершенное творение. — Не могу найти для неё место, где бы она не нарушала композицию и цветовой баланс.       — Ну так положи её в коробку, и возьми другую? — Окинув беглым взглядом рассортированные на столике по цветам и размерам игрушки, Гэвин подумал, что доверять слишком творческие задания своему андроиду ещё рановато. — Таким темпом мы и до следующего года вряд ли справимся.       — Знаю… Но она мне нравится. — Ричард тяжело вздохнул, возвращаясь к своей дилемме. Рациональная половина все ещё подавляла эмоциональную, что для выживания было необходимо, но в мирной жизни периодически доставляло дискомфорт, а порой и проблемы.       Гэвин наклонился, целуя в любимое слабое место андроида за ухом. Это всегда помогало отвлечь девятого, пока тот снова не зациклил проблему, зависая. Ричард прикрыл глаза и отклонил голову в сторону, напрашиваясь на ласку. Но Рид лишь коварно перехватывает игрушку и быстро цепляет ее на свободную половину ёлки, ускользая от загребущих рук андроида.       — Если ты меня любишь, не смей перевешивать её в другое место. — Спародировав клишированный злодейский смех, Гэвин направился обратно на кухню. Не удержавшись, он повернулся в дверях, ловя на себе полный нежности взгляд. — Не за что, тостер.       Ричард издал тихий смешок, разглядывая висящую на самом кончике ветки игрушку. Прогнозы были неутешительными — с вероятностью восемьдесят два процента ещё до конца этого дня на полу будут валяться её осколки. Андроид протянул руку и достал из коробки новый шар. Он с радостью позволит Гэвину и дальше привносить хаос в его идеальный план, в свою жизнь.

***

      Вскоре к ним заскочила Тина, чтобы попрощаться перед отъездом к тётке на все праздники. Андроид начал колдовать над продуктами, пока девушка с кружкой какао пересказывала последние новости. Особенно громко упомянув о том, сколько раз в день Рид использовал служебный компьютер, чтобы проверить маячок девятого, который выдаётся всем андроидам, что покидают город. Гэвин шикнул на довольную выполненным долгом Тину и вышел из кухни.       — Он вернётся. Они всегда возвращаются. — Офицер Чэнь поглядывала через край кружки на Ричарда, но андроид только медитировал над чисткой овощей с мягкой улыбкой. — Все с вами ясно.       Вернувшись, Рид кинул на стол маленький тёмный пакет. Тина заглянула внутрь и тихо прыснула от смеха. Затем девушка достала из дорожной сумки свёрток коричневой бумаги и протянула его Гэвину, который тут же с азартом стал ворошить упаковку.       — Блюющий радугой единорог? Оригинально. —  Рид расправил яркие носки, наблюдая за переливающимися блёстками.       — Не настолько как макаронный монстр, где ты их вообще берёшь? — Подарок отправился в сумку под недоумевающий взгляд андроида.       — Секрет, который я унесу с собой в могилу. — Заметив растерянность Ричарда, Рид махнул рукой. — Забей, это наша собственная традиция. Мы всегда дарим друг другу только носки на каждый праздник.       — Ну да, как-то он подарил мне носки с зелёной лягушкой Пепе на похороны моей двоюродной бабушки, и я его чуть не прибила. — Гэвин заржал, за что Тина легко пихнула его локтем в бок.       — Эта старуха недостойна слез. Всю жизнь тебя изводила, я удивлен, что ты сама её топором по спине не огрела. — Поймав на себе укоризненный взгляд андроида, человек только закатил глаза. — Это просто метафора, тостер.       — Засранец, а если бы я тогда рассмеялась прямо при гостях? — Девушка снова закрылась в сумку и, достав из глубин небольшую коробочку протянула её Ричарду. — Держи, это за то, что ты спас нашего придурка от сорока кошек в старости. И если тостер в подарок мне с Марком был твоей идеей, то Рид точно тебя испортил.       — Не испортил, а довёл до совершенства. — Гэвин фыкрнул и попытался заглянуть в приоткрытую коробочку, но андроид из вредности резко опустил крышку. Человек успел уловить только то, что это было нечто с розовым мехом.       — Что ж, мне уже пора на самолёт, так что веселого рождества, ребята. — Подмигнув Ричарду, Тина обняла обоих и выпорхнула из дома к заранее заказанному такси.       — Так что там все-таки? — Рид попытался подсмотреть в коробку, но по ладони шлепнули тыльной стороной ножа и желание распускать руки сразу пропало.       — Увидишь позже. Они прекрасно подойдут к моему подарку. — Изящная ухмылка андроида была многообещающей и Гэвину как ребёнку захотелось, чтобы время открывать подарки наступило прямо сейчас.       Но Ричард вернулся к продуктам, предупредив, что скоро придёт ещё один гость и, раз человек больше не допускается к уборке, пусть хотя бы не усугубляет ситуацию. Рид без возражений пошёл в зал, он давно сдался и перестал устраивать споры о частоте уборок. Лично для Гэвина все было просто — пока можно любыми путями добраться до кухни и дивана, уборка не нужна. У андроида на этот счёт было совсем другое мнение, поэтому он взял на себя это нелёгкое дело, заставляя Рида лишь подметать. Гэвин только успел найти подходящий канал на телевизоре, как в дверь позвонили. На пороге стоял AP700, на лице которого при виде Рида появилась особенно странная улыбка.       — Поздравляю с первым совместным рождеством! — Роберт в нетерпении всучил человеку белую коробку, обтянутую алой лентой. — Надеюсь, подарок вам не раз пригодится, только масло докупите сами, ладно?       — Не понял… — Гэвин отступил в коридор, пропуская андроида, но тот шагнул практически вплотную к нему и наклонился к уху.       — Латекс надевается на силиконовое масло, детектив. — AP700 быстро отстранился и направился на кухню, замерев в середине коридора. — Ах да, совсем забыл. Я так увлёкся дизайном, что не успел составить инструкцию. Пожалуйста, передай Ричарду, что бубенчик на ошейнике съёмный, а с остальным он разберётся.       — Пиздец у Ричи друзья, конечно… — Рид молча провожал охуевшим взглядом довольного Роберта, который едва не подпрыгивал от распирающей радости.       — Дети ещё не пришли? Отлично, как раз успеем сделать первую партию печенья. — Андроид поставил небольшой пакет на стол и протянул ладонь Ричарду, чтобы перекинуть рецепт. — Только никому его не рассказывай, даже своему человеку. Хотя бы до дня всех влюбленных.       — Конечно, хотя думаю, Гэвина будет занимать далеко не техническая сторона вопроса, а скорее… количественная. — Девятый достал с полок все необходимые ингредиенты. На какое-то время оба замолчали, но Ричард не выдержал первым. — Как прошла встреча?       — Мне жаль… — Радость слетела с мягких черт лица, андроид замешивал компоненты, стараясь не смотреть в чужие глаза.       — Черт, номер двести восемдесят был определён системой как идеальный кандидат… Нужно поторопить Камски с обновлением. — Ричард положил ладонь на плечо AP700, отчего андроид с грустной улыбкой покачал головой.       — Мне некуда торопиться. Спасибо, я рад, что вы мне помогаете. — Девятый ободряюще хлопнул андроида по спине и оба вернулись к готовке, разговаривая на разные отвлеченные темы.

***

      Стоило времени перевалить за полдень, когда вновь раздалась трель звонка. Гэвин понял, что сегодня его миссия заключается в открывании дверей и только он может с ней справиться. С порога на него налетел небольшой ураган холодного воздуха и радостных звонких криков. Рид поднял Лили на руки и шею тут же обвили маленькие руки, взъерошившие последние остатки его причёски.       — С рождеством! Ричард уже вернулся? А он видел огромную ёлку на площади? Вилен говорит, что она не настоящая, но там ограждения и нам не проверить. А он видел, какие там шары? Они больше меня, честно!       Под неугомонное щебетание семейство Денверсов передало детей Гэвину, попросив не давать им слишком много сладостей, так как свою дневную норму они превысили уже дважды. Рид помог мелкой вылезти из розовой куртки и ему тут же подсунули под нос коробочку с разукрашенной от руки открыткой.       — И что тут у нас такое? — Раскрыв подарок, человек обнаружил пучок связанных веток с засушенными листьями.       — Это засушенная омела. Очень важная вещь в семье. — Лили довольно усмехнулась и отклонилась в сторону, толкнувшись плечом в плечо мальчика, который неуверенно жался к андроиду. — А у нас два подарка, нас же целых двое. Второй подарит Вилен.       — Чего? Это ты, Вилен? Хорош врать и признавайся, куда ты дел того заморыша. — Рид растрепал густые чёрные кудри, отчего мальчику стало заметно легче и тот осторожно достал из-за спины маленький костюм.       Миниатюрная одежда предназначалась кошке, причем нижнюю часть в виде пышной нежно-розовой юбки явно делала Лили, а мягкий тёплый свитер, скорее всего, был идеей Вилена. Как минимум, потому что был белым, а не розовым. Парнишка за прошедшие месяцы окреп и стал выглядеть как обычный здоровый ребёнок. Даже на двух протезах он уже не отставал от мелкой, что в полной мере ощутила на себе Шейла. Дети не оставили без новогоднего наряда и Клеменса, нацепив на иголки яркий шарик, аккуратно оторванный с задней стороны елки от пушистой гирлянды. Локальное торнадо носились из одной комнаты в другую, наводя свои порядки и периодически подтаскивая с кухни сладости. Кроме печенья на столе также стояла миска с леденцами для андроидов, которые представляли из себя замороженный в жидком азоте тириум с небольшими примесями для «вкуса».       Когда на кухне стало слишком много шкварчащих кастрюль и шипящих сковородок, детям предложили выйти на улицу и слепить снеговика. Лили загорелась идеей слепить настоящее снежное семейство и эпицентр беспокойства переместился во двор под чутким надзором Роберта. Важные дела все-таки настигли Гэвина, которого припахали на кухне вместо андроида. Человек совершенно не возражал. Выбирая, что доверить Гэвину — присмотр за детьми или нарезание салатов, даже он выбрал бы второе.       На кухне всегда командовал Ричард, он полностью контролировал каждую стадию приготовления блюда, температуру каждой кастрюли и пропорции всех специй. Кулинарные способности Рида были на достаточном уровне, чтобы сделать все самому. Но он всегда терпеливо ждал указаний андроида, не мешая тостеру получать удовольствие от процесса. Гэвин будет получать удовольствие от результата, так что считал это идеальным компромиссом.       — Хватка на яицах тебе к лицу Рид. Милый фартучек. — В проёме кухни стоял Андерсон, красная куртка вместе с бородой и фигурой лейтенанта делали его похожим на Санту.       — Ой все, заткнись. — Прицелившись, Гэвин запустил в Хэнка кружок морковки. — В твою тарелку плюну дважды.       — Да мы всего на минуту зашли, Коннор уговорил отдать подарки лично, чтобы повидаться с братом. — Лейтенант вошёл, пропуская андроида из кухни, и протянул пакет, наслаждаясь полным страдания стоном Рида, когда тот заглянул внутрь.       — Отлично, внесу в свое расписание случайно пролить на неё вишнёвый сок. — Гэвин закинул пакет на одну из полок и прикрыл дверцу стелажа, надеясь, что оно как-нибудь само исчезнет из его дома.       — Там ещё внизу голубая, это для тебя. И да, не за что. — Недовольный, что его труды не оценили, Хэнк сложил руки на груди и оглядел кухню. — Выглядит лучше, чем я ожидал.       — Я сильный и независимый кусок человека, мне не нужно соответствовать ожиданиям стариков. — Отсыпав часть салата на тарелку, Рид сыпанул соли и подтолкнул в сторону Андерсона. — Из еды пока готово только это.       — Я же сказал, мы всего на-       — Хэнк? — В проёме показалась тёмная макушка Коннора с фирменными щенячьими глазами. — Там Роберт с детьми будут снежную крепость строить и…       — Я понял, иди развлекайся. — Расплывшись в счастливой улыбке, андроид удрал на улицу, оставив Хэнка тяжело вдыхать. — Иногда он ведет себя как ребёнок, честное слово.       — Вообще-то ему чуть больше года. И тебе стоит за ними присмотреть, а то потом по всем сугробам будешь искать его. — Гэвин взглядом проводил из кухни жующего салат лейтенанта и подумал, что давно в доме не было столько народу.       — Сегодня довольно шумно, правда? — Ричард вернулся с сияющими от радости глазами и коротко поцеловал занятого овощами человека в затылок. — Надеюсь, тебя это несильно напрягает?       — Расслабься, с нашей работой этот дурдом воспринимается как храм спокойствия и умиротворения. — Рид ещё раз посмотрел на не в меру счастливого андроида. — И что же Коннор тебе такого подарил, что ты чуть ли не светишься?       — Подарок пришлось дарить заранее, а сегоня он просто передал последние драйвера. — Ричард старался говорить спокойно, но человек уже приловчился подмечать малейший шум, что обычно проскакивал в голосе от волнения. И тостер был явно чем-то взбудоражен.

***

      На улице тем временем было принято решение разделиться на две команды для снежной битвы. Лили и Вилен строили не столько крепость, сколько одну огромную снежную стену. Коннор подошёл к строительству расчетливо, прикрывая боковые стороны, делая в стенах отверстия для обзора и ответного огня. Ну, и одно для того, чтобы можно было махать Хэнку, который принял на себя роль судьи, устроившись на крыльце. Пока восьмисотый делал снаряды, стараясь придать снежку идеально круглую форму для меньшего сопротивления ветра, Роберт занимался обустройством комфорта. AP700 был исключительно пацифистом, так что вместо разработки боевых стратегий, делал снежные выступы для удобных позиций и расчищал снег под ногами, чтобы Коннор не запнулся. Андроид заодно следил за тем, чтобы его сокомандник не делал снежки слишком плотными, ведь травмы в такой день никому не нужны.       Хэнк наблюдал за копошением в снегу с меланхоличной невозмутимостью камня в саду дзен, и его зевок стал сигналом к началу боевых действий. Андроиды явно поддавались детям, но продолжали удерживать оборону, не давая вражеской комнате надолго высовываться из укрытия. Наконец Лили надоело прятаться в убежище и малая кинулась в атаку. Пара снарядов попала в золотистую макушку, но EM500 все равно забралась на стену и с боевым криком прыгнула на Роберта, заваливая того в сугроб. Андроид удивился, но не слишком расстроился что его изваляли в снегу и со смехом признал свое поражение. Вилен подошёл ближе, наткнувшись на Коннора. Оба посмотрели друг на друга и молча пожали друг другу руки, заключив перемирие как прирождённые дипломаты и умные парни. Где-то на фоне этого Лили пыталась закопать в снег капитулировавшего AP700.       Ричард вышел на крыльцо и протянул Андерсону кружку какао, заодно сообщая, что скоро все будет готово и голодными он гостей не отпустит. Лейтенанту пришлось сдаться под напором просящих глаз, которым железку точно научил Коннор. Хэнк отпил горячего напитка, и бросил короткую фразу о том, что победила дружба и та странная девочка, а им пора закругляться. Восьмисотый сразу повел своего человека греться в дом, и заодно помочь с последними приготовлениями, а дети выпросили себе ещё немного времени для игр под присмотром Роберта. Вилен и Лили завершали улыбку последнего снеговика, когда к дому неспешно подъехало такси.

***

      Гэвин выглянул в коридор, чтобы проверить, отчего вдруг в коридоре стоят слишком радостные и оживленные восклицания. Рид нашёл на пороге Элайджу и, если судить по сонному виду и отпечатку подушки на лице, проснулся где-то в обед. Собственно, его брат и так был ночным существом. Пока Камски скидывал пальто и обнимал Гэвина, дети практически затолкали в помещение недовольного Кеннета. Андроид выглядел так, будто пришёл на казнь, а не в гости к ближайшей родне. Ричард тоже вышел в коридор и при виде девятого кружок диода на виске шестидесятого резко сменил цвет со спокойного голубого на золотистый.       — Коннор ещё здесь? Можешь позвать его на минуту. — Камски кивнул Ричарду, приветствуя, и подтолкнул детей в направлении гостинной.       Любопытные мордашки омрачило разочарование, что им не дают посмотреть на взрослые разговоры, но они быстро пришли в себя, как только заметили вдалеке промелькнувшую розовую юбку. Дети чуть не сбили с ног восьмисотого, который замер в самом начале коридора с закаменевшим выражением лица и смотрел нечитаемым взглядом на нервно дергавшегося Кеннета. Шестидесятый старался не смотреть в глаза Коннора, нервно переминаясь у входа в ожидании, когда тот подойдёт. Но андроид стоял неподвижно, от этого в диоде Кеннета появились вкрапления алого и он не выдержал.       — Да, я знаю. Знаю… Я взял в заложники лейтенанта, хотел убить вас всех и остановить революцию. Но я теперь девиант и больше не хочу… Вот.       — Ты хотел меня убить? — Девятый удивлённо поднял брови и наклонил голову на бок.       — После девиации, ты стал бесполезен. Одним из заданий было устранить тебя для успешного выполнения миссии… Но заданий больше нет, я теперь такой же сломанный, как и вы. — Шестидесятый нервно переводил взгляд с расстерянного Ричарда на невозмутимого Коннора. Оба андроида переглядывались, возможно, вели диалог между собой, но продолжали молчать. Диод Кеннета стабильно горел красным из-за отсутствия вообще какой-либо реакции на свои слова. — Черт, вы же сами такие, вы должны меня понять! Бывшая надежда человечества и охотник на девиантов, а второй чуть не спровоцировал новый виток войны между людьми и андроидами. Почему вы на меня так смотрите? Я один не заслуживаю второго шанса?       Коннор опустил взгляд и резко развернулся спиной к коридору. Его диод горел ровным жёлтым, а у девятого и с муляжом на виске все прекрасно читалось по лицу. Восьмисотый молча отправился на кухню и Ричард последовал за ним, объяснив, что им нужно все обдумать. Уже в конце коридора он повернулся и с неловкой улыбкой сказал, что они все равно его гости и могут располагаться в доме где им удобней. Кеннет издал непонятный трескающий звук, и повернулся к выходу, резко хватаясь за дверную ручку. Андроид замер, когда за спиной послышался весёлый смешок.       — Мы ведь репетировали твою речь. И зачем я тратил на неё столько сил? — Камски подпер спиной стену и не выглядел как тот, кто собирается уходить. — Значит сбегаешь?       — У тебя же все ещё есть глаза? Ты сам все видел. — Шестидесятый щёлкнул голосовым модулем, после чего наступила небольшая пауза, будто ему как человеку сдавило горло, мешая говорить. — Коннор видеть меня не хочет, а Ричард бездумно повторит за своим братиком.       — Хочешь сказать, у Ричи нет своего мнения? — Рид сжал ладонь правой руки в кулак, готовясь оставить особый рождественский подарок, но Эл жестом остановил его и подмигнул.       — Даже Гэвин поставил на то, что ты продержишься хотя бы пять минут. — Камски хитро прищурился, наблюдая, как андроид злобно зыркает на Гэвина. Человек в ответ высокомерно смотрел на тостер как на говно, и Элайджа добил Кеннета своим самым сильным оружием. — Я ожидал большего, но если это все для тебя слишком, мы можем уйти. Никто не осудит тебя за слабость.       Андроид принялся злобно стаскивать с себя светлое пальто и кинул его в Камски. Шестидесятый с вызовом посмотрел на Рида и нервно пошёл по коридору в гостиную, оставляя людей один на один. Ехидно посмеиваясь, Элайджа повесил второе пальто рядом со своим.       — Напомни, когда это я делал ставку? — Гэвин прекрасно знал, каким манипулятивным засранцем может быть его брат. Не-наебешь-не-проживёшь было именно про него. К счастью, деньги решали большинство проблем, так что Эл редко применял свои умения.       — Даже не знаю, зато ты ещё не разучился мне подыгрывать. — Камски показал большой палец в знак одобрения, на что получил немного другой палец в ответ. — Кстати, как тебе байк? Я его немного усовершенствовал, но тебе точно должно было понравиться.       — Ага, заебись. Ты знал, что я умею ездить без рук? — Рид как-то попробовал в качестве эксперимента отпустить руль и ни разу не удивился, когда байк изменил траекторию сам, идеально входя в поворот. Да, теперь он не сможет убиться на этой штуке, даже если будет очень стараться.       — Неужели? — Брови Элайджы поползли в верх, изображая карикатурное удивление. — Никогда не устану поражаться тому, какой крутой у меня брат. С какой стороны не посмотри — кругом одни таланты.       Вместо ответных шуток или подколок, Рид выжидающе смотрел на Камски и тот прекрасно все понял. Достав из пальто сложенный пополам конверт, Элайджа протянул вещь брату. Гэвин на несколько мгновений замер, но все же принял конверт, почувствовав через бумагу два плотных кружочка, и усмехнулся.       — Ну да, мне стоило сразу догадаться, что ты задумал. — Рид засунул подарок в карман джинс.       — Хотел вручить тебе его лично… И каково же твоё решение? — Камски хватило и доли секунды, чтобы уловить возникшее замешательство на лице брата.       — Вроде бы решил, но ещё не уверен. Ты же знаешь меня, вряд ли существуют отношения, которые я не смогу проебать. — Натянуто усмехнувшись, Гэвин отвёл взгляд.       — В таком случае, держи ещё вот это. — Камски взял Рида за руку и вложил ему в ладонь небольшую карту памяти. — Я скопировал код Ричарда и прогнал через симуляцию… Здесь запись того, чем станет андроид, если ты внезапно умрёшь раньше времени. Скажу сразу, там пиздец, так что сделай одолжение всему человечеству и не сдохни в ближайшие лет десять.       — Попытаюсь, но ничего обещать не могу. — Рид скрипнул зубами и раздражённо убрал карту в карман к письму. Он потом ещё очень серьёзно поговорит с Ричардом о том, как же именно Эл достал его код и почему так поступать крайне неразумно. — Мне ведь не обязательно смотреть?       — Достаточно того, что ты уже знаешь, так что решай сам. — Элайджа направился в гостиную, ощущая тяжёлый взгляд на своём затылке. Знания — сила, но они же и проклятье. К сожалению, Гэвину придётся разделить эти знания с ним и принять решение, видя все карты.       В гостиной уже появился большой стол, так как народу было явно больше, чем могло уместиться на кухне. Кеннет сидел на самом краю дивана, возле ёлки. Среди густой зелени и на ёлочных игрушках плясали жёлтые блики диода. Гэвин мог его понять — все-таки воссоединение с семьёй, которую он пытался убить, это довольно экзотический опыт. Шестидесятый сидел с такой сложной рожей, что одним взглядом отгонял от себя всю атмосферу праздника. Даже намотанная детьми на шею андроида пушистая гирлянда не улучшала ситуацию. Рид предпринял пару попыток растормошить железку, но Кеннет только коротко огрызался и забирался ещё дальше за ёлку. Гэвина бесило то, что эта ситуация портила праздник и особенно бесило, что Ричард очень расстроился. Потому человек пошёл на кухню, где обосновались андроиды и как следует нафыркал на тостеров, чтобы заканчивали ломать драму и пошли мириться. Пока Хэнк что-то терпеливо бубнил раздражённому Коннору, девятый первым согласился с красноречивыми намёками Рида и вышел в гостиную.       Ричард осторожно присел на диван рядом с Кеннетом, на что шестидесятый попытался отсесть, но ещё немного и он начнёт залезать на ёлку, так что отступать было некуда. В диод добавились алые отсветы, пока андроид старался ещё сильнее спрятаться среди колючих иголок, будто они могли его защитить. Девятый положил руку на плечо шестидесятого, и попытался притянуть андроида к себе. Но Кеннет не сдвинулся с места и тогда Ричард аккуратно обнял его. Андроид непроизвольно дернулся, то ли в отчаянной попытке ускользнуть, то ли подавив защитный алгоритм боевой программы.       Люди имели намного больше общего с андроидами, чем казалось, и Ричард уже успел понять, что объятия хорошо успокаивают любого. Редкие проблески жёлтого постепенно все больше расползались по диоду. Когда цвет стал стабильно золотистым, девятый провел ладонью вверх по чужой руке. Мягко погладив плечо, ладонь Ричарда опустилась на спину и, не встретив активного сопротивления, успокаивающе прошлась между лопаток. Андроид придвинулся ещё ближе и стал что-то тихо шептать, чтобы посторонние не могли уловить его слов. Постепенно Кеннет окончательно расслабился, выполз из объятий еловых ветвей и даже начал что-то тихо отвечать.       Через некоторое время из кухни вышел Коннор, и выглядел он совершенно спокойно. Восьмисотый присел с другой стороны совсем рядом, на подлокотник дивана. Это заставило Кеннета напрячься и периодически поглядывать в сторону выхода. Коннор не сказал ни слова, зато плавно протянул светлую ладонь без скина. На одну из рук шестидесятого опустилась оголенная ладонь Ричарда. Пока Кеннет колебался, андроиды установили коннект между собой вторыми ладонями и теперь ждали только его. Через несколько минут с кисти начала медленно сползать синтетическая кожа. Ричард ласково обвел подушечками пальцев выступавшие костяшки и установил соединение. Шестидесятый вцепился в руку Коннора, завершая круговое соединение. Диоды зашлись красными вспышками от обилия эмоций и количества данных. Лампочка на виске Ричарда оставалась голубой, но и без неё можно было наблюдать, как андроид усердно сводил брови.       Когда Гэвин заглянул в гостиную, то обнаружил всех троих RK сидящими на диване. Ладони у них уже не светились подобно огонькам на гирлянде, но тостеры явно что-то оживленно обсуждали по внутренней связи. Ричард гладил Кеннета по макушке, прижавшись к его боку. В отличие от своего тактильного брата, Коннор просто сидел с другой стороны, прикрыв глаза, и с мягкой полуулыбкой активно мигал жёлтым диодом. Заметив человека, шестидесятый смущённо мотнул головой, попытавшись отклониться в сторону, чтобы отстраниться от Ричарда. Но от этого андроид только вжался в Коннора, после чего девятый снова прижался с другой стороны. Андроиды окончательно зажали Кеннета, не оставив ему и шанса выбраться. Гэвин только весело фыркнул и, поиграв бровями, спросил у Ричарда, когда ему начать ревновать. Получив ожидаемое «никогда», он вернулся обратно, чтобы не мешать железкам тискать друг друга. На кухне дети пели рождественские песни и пытались утащить ещё не до конца остывшую новую партию печенья, и леденцы из тириума.       Заканчивались последние приготовления, и на столе стали появляться различные миски, широкие блюда, и салатницы. Гэвин помогал носить еду, и в один из заходов Камски подловил момент, когда они остались на кухне одни.       — Что ты думаешь о Кеннете? Правда же он душка? — Элайджа по выражению лица Рида прочитал весь переполнявший его брата скепсис и явный вопрос — где же он так ударился головой, что ему что-то подобное пришло в голову? — Мне бы хотелось, чтобы вы правда поладили.       — Нет, спасибо, мне одного тостера хватает выше крыши, которая кстати и так держится на соплях. — Гэвин фыркнул, но его смутило то, с какой затаенной надеждой на него смотрит Камски. Догадка выбила дверь с ноги и ворвалась в разум Рида, заставив челюсть отвиснуть. — Серьёзно? Как? Когда?       — Началось все довольно стандартно. Он пытался меня убить и пару раз даже почти преуспел. Ну, а я ему отомстил. — Усмехнувшись, Элайджа выглянул в гостиную, наблюдая за тем, как Кеннет поднимает Лили к верхушке ёлки, чтобы малая могла прицепить на обрезанную макушку звезду. — Он не настолько плох, как тебе кажется.       — Любовь и правда зла. — Гэвин не знал точно кому именно из этих двоих посочувствовать, так что решил не тратить свои душевные силы ни на одного — сами виноваты.       — А что же насчёт тебя? — В ответ на недоумевающий взгляд Камски выразительно поднял брови. — Если у вас все получится… Ты же помнишь, что я забил место подружки невесты?       — Если допустить, что мы все коллективно сошли с ума, то все должно быть по канонам — с букетом, священником, и чтобы невесту обязательно на руках носили. Хочу свадьбу в лучах заката на краю утеса, чтобы внизу было море. И чтобы все рыдали! — Рид откровенно угарал над своим сентиментальным братцем и не мог понять, почему он смотрит на него так странно, а его ехидная улыбка расползается все шире. Ответ не заставил себя долго ждать в виде раздавшегося за спиной голоса андроида.       — А это точно не похороны? Хотелось бы обойтись без слез. — Андроид наслаждается тем, как Гэвин переливается всеми оттенками красного под едва сдерживаемый смех Камски.       — Рич, это была шутка, я шутил. Я не надену платье с фатой, даже не думай. — Слова пулемётом вылетали из Рида, который очень надеялся, что Ричард не начал всерьёз обдумывать провести церемонию. Межрасовые браки были все ещё под запретом, но его тостеру же всегда интересно, всегда хочется все попробовать.       — Как скажешь. Я готов носить тебя на руках все время и без свадебных обязанностей. — Андроид приобнял Гэвина со спины, сцепив руки в замок на его торсе. — Но если ты продолжишь втихую есть столько пончиков, боюсь, даже я не смогу поднять… твою широкую душу.        — Чёрт, двадцать восьмой, ну ты и предатель! — Тихо выругавшись, Рид чувствовал, что кто-то сегодня точно умрет со стыда. Мягкий смех прокатился над ухом, успокаивая закипавшего человека.

***

      За столом Ричард наложил Гэвину целую кучу салатов. Рид смотрел на горку овощей и размышлял о том, что подумал андроид, когда услышал его слова о свадьбе. Он точно спросит у Гэвина об этом, когда все уйдут. Значит ему придётся сегодня принять окончательное решение. Ещё и Элайджа со своей флешкой только добавлял давления. Ответственности Гэвин не боялся, скорее опасался, что он сам заведёт все в такой пиздец, из которого будет потом не вылезти. И сегодня у него больше нет даже ложного ощущения, что у него есть неплохой запасной план. Отказываясь дать тостеру свою фамилию, он всегда чувствовал, что может сбежать в любой момент. В этот раз жизнь ухватила его за жопу, поставив перед двумя стульями, и какой из них в перспективе окажется хуже, не знала даже эта стерва.       Со стороны входа раздалась неожиданная трель звонка и Рид пошёл открывать, раз уж у него и сегодня такая роль. Прихуели абсолютно все, когда в дом вошёл Маркус в сопровождении Саймона. Гэвин припоминал, успел ли он где-то налажать особенно крупно, но потом перевёл взгляд на Кеннета. Тостер, походу, тоже решил, что это за ним выехали, так как под скатертью опасно поблескивал нож. Шестидесятый поднялся и медленно вышел из-за стола, чтобы было больше простора для маневров, но перед ним неожиданно выскочила фигура Коннора. Чем дольше мигали диоды андроидов, тем мягче становился суровый взгляд Маркуса. Лидер девиантов улыбнулся и обнял каждого из родственной линейки. Затем передал Ричарду небольшую картину, где был изображен пёс, лежащий возле озера, в котором отражалась луна. Маркус что-то шепнул девятому, после чего его сжали в крепких объятиях. Саймон подошёл и осторожно намекнул, что им уже пора.       — Простите, но я должен уйти. Сегодня важный день для нашего народа. — Пока лидер девиантов толкал пафосную речь, Рид недоуменно пихнул Ричарда в плечо.       — Сегодня в правительстве должны принять и подписать билль о правах андроидов. — Девятый старался говорить как можно тише, чтобы не перебивать. — Двадцать восемь глав, утверждающих наш статус, права, обязанности и правило взаимодействия с людьми.       — Вот как, значит у вас сегодня народный праздник? Что ж, этот подарок гораздо лучше картины. — Гэвин кинул беглый взгляд на произведение искусства. — Лучше бы торт подарил, честное слово.       — Картина это лишь символ… Знаю, ты сейчас удивишься, но в жизни есть кое-что гораздо важнее еды. — Андроид легко усмехнулся, когда Рид слегка пнул его под столом. — Не вредничай, Маркус сделал довольно хороший подарок, просто тебе пока что лучше о нем не знать.

***

      После рождественского ужина, который фактически был обедом, гости начали покидать дом. После Маркуса первыми незаметно пропали Камски, Кеннет, а также миска с печеньем и леденцами. Лейтенанту и Коннору хватило манер попрощаться с гостеприимным хозяином и Гэвином.       Хэнк уже ждал на улице, чем воспользовались дети, ныряя в каждый сугроб. Коннор подловил момент, когда Ричард уйдёт разбираться с посудой на кухню. Андроид подошёл к Риду, который отвлёкся от ковыряния в овощах, покосившись на тостера. Коннор протянул завернутую в подарочную упаковку книгу. Гэвин поднялся и, пробубнив короткую благодарность ради вежливости, потянулся за подарком. Однако когда человек ухватился за книгу, восьмисотый не спешил отпускать свой конец.       — Вы никогда мне не нравились, детектив. Вы хамоватый, эгоцентричный, вспыльчивый… — Коннор запнулся, заставляя себя остановиться, иначе это рисоковало затянуться надолго.       — Как трогательно, сейчас расплачусь. — Рид фыркнул, сохраняя по возможности спокойное лицо, но все ещё не смог полностью сдержать раздражение, выдергивая книгу из лап андроида.       — Я не видел ничего достойного уважения и все ещё не понимаю восторженных монологов брата… — Андроид видел, как растущая злость просачивается сквозь серо-зелёные глаза и поспешил исправить ситуацию, пока Гэвин не ушёл в колючую оборону. — Но кое-что я увидел…       — Какая наблюдательность, не думал стать детективом? — Рид смазанно потёр шрам на носу. Бить по морде или не бить — вот в чем вопрос. Когда он опускал руку, его ладонь перехватил Коннор, цепко вглядываясь карими глазами в самую глубь зрачков детектива.       — Несмотря на ваше строение и внешность, мне было сложно разглядеть в вас человека. При всем моем оснащении. — Андроид замешкался на пару секунд и затем протянул вторую руку. Гэвин ощутил как на его ладонь упало что-то маленькое и гладкое.       Рид хотел ответить со всем своим богатым словарным запасом, приправив парочкой русских оборотов, но звуки застряли в горле. Мысли в голове рассыпались, оставляя глухую пустоту, в которой было слышно лишь гул крови в висках. Гэвин молчал, не в силах отвести немигающий взгляд от мягко бликующего металла в руке.       — Это… та самая? — Рид скривился от собственного сухого царапающего голоса и прокашлялся.       — Позаботься о нем. — Коннор слегка хлопнул по плечу дезориентированного человека и обошёл его, направившись к выходной двери.       Рид поднял сжатый кулак, чувствуя как нагревшаяся в руке пуля почти обжигает, и коротко кивнул. Коннор не видел этого жеста, но и без этого прекрасно понимал, что отдаёт брата не в самые прямые и аккуратные, но искренне любящие руки.

***

      Ричард вернул в руки приёмных родителей счастливых и довольных детей, которые ещё даже не подозревали, что главный подарок ещё ждёт их впереди. AP700 помог прибраться в доме и расставить мебель на свои места, создавая хотя бы видимость порядка. Гэвин не знал, как намекнуть андроиду, что ему стоит пойти прибраться в своём доме. Это было бы довольно грубо, особенно после того, как Ричард понял настроение человека и постарался мягко ему объяснить. Роберт всегда старался набрать кучу дел, чтобы не возвращаться домой слишком рано, потому что там его никто не ждал. Несмотря на то, что андроид тяжело переносит свое одиночество, он до сих пор не смог найти себе ни человека, ни андроида, о котором его тириумное сердце бы беспокоилось сильнее чем за всех остальных. Однако Роберт и сам прекрасно понимал, что не стоит отягощать своим присутствием других, поэтому вскоре Ричард прощался с андроидом, обещая навестить его через пару дней.       Пока девятый провожал последнего гостя, Гэвин сел на диван и мял в руках мелкий конверт. Исключительно из любопытства он открыл его и на ладонь упало два кольца из чёрного металла со светодиодными полосками посередине. Одно кольцо светилось приятным голубым цветом, а вот второе не горело вообще. Рид постучал ногтем по серой полоске и покрутил кольцо, пытаясь найти выключатель. Элайджа точно бы не дал ему бракованное или сломанное кольцо, значит что-то тут не так. Занятый своей исследовательской деятельностью, Гэвин не заметил, как в гостиную неслышно вошли.       — Я даже знаю, кто подарил их тебе. — Ричард слегка улыбнулся, когда человек от удивления вздрогнул, чуть ли не подпрыгивая.       — Да уж, только одно из них не работает. — Рид даже не пытался как-то оправдаться — его спалили за разглядыванием колец и человек мог поставить свою чертову жизнь на то, что знает… Он знает, на какой палец они сядут идеально.       — У меня есть парочка идей, как они могут работать. — Андроид сел рядом и взял тусклое кольцо сканируя светлым взглядом.       Гэвин следил за действиями Ричарда, пока не уловил краем зрения, что работающее кольцо стало золотистым. Рид перевёл взгляд на андроида, который смотрел на него так… Странно. Обычно Гэвин мог похвастаться тем, что научился по одному взгляду на девятого понимать, какие тараканы бесятся в его голове на данный момент. Но сейчас в серебристых глазах было столько всего, целый ледяной океан, что едва сдерживаемый бился штормовыми волнами о синтетическую радужку. Человек не отрывал взгляда, пытаясь нырнуть как можно глубже, погрузиться в разрывавшие их на части эмоции, чтобы наконец добраться до самого дна. Там, где царит вечное спокойствие, что бы не происходило снаружи. Боковым зрением он мог видеть, как Ричард откладывает кольцо в сторону и берет второе, беспокойно мигавшее жёлтым. Руки Гэвина коснулось нечто и он почувствовал, как андроид взял его левую ладонь. В груди что-то одновременно перевернулось и сжалось, прокатившись удушающей волной по всему телу и застревая комом в горле. Ричард не спешил, он не настаивал, ласково поглаживая горячую кожу большим пальцем, будто она могла треснуть от любого неосторожного прикосновения. Едва касаясь, он дразняще обводит каждый мелкий сустав, каждый сантиметр руки человека, словно изучает впервые. Скин андроида был мягкий, без единой мозоли или шероховатости, едва тёплый — идеальный.       Гэвину казалось, словно его рук касаются нежные лепестки, те неуловимо пробегали по коже и исчезали, будто прикосновения и не было. Эти призрачные касания вызывали внутри нечто схожее с жаждой или голодом, только в сотню раз сильнее. Но Рид продолжал сидеть и зачарованно смотреть на снежные бури эмоций и воющие чувствами метели, едва заставляя себя дышать, чтобы не разрушить этого фантомного видения. Когда Ричард чуть сильнее провел по безымянному пальцу, у Гэвина через позвоночник промчался табун мурашек и затем разлетелся мелкой дрожью по всему телу. Дыхание невольно застряло где-то в горле и человеку подумалось, что если андроид и дальше продолжит, то Рид точно откинется. Ричард больше не заставлял ждать, видимо, увидев достаточно в глазах Гэвина. Нагретый металл скользнул по коже, охватывая теплом палец человека, пока нечто внутри вцепилось в сердце Рида, окатило приятной волной по ребрам и проросло в самые дальние уголки души. Гэвин пришёл в себя только когда андроид сам отпустил его руку и, разорвав зрительный контакт, опустил взгляд. Проследив за его траекторией, Рид увидел, что второе кольцо активировалось и мерцало алыми всполохами.       — Наверное, на твоём кольце есть датчики температуры, пульса и других показателей… — Голос Ричарда был похож на сломанное радио, отчего андроид смущённо замолчал.       Он продолжал смотреть на второе кольцо, которое могло предназначаться ему. Гэвин взял его в руку, отчего диодная полоска на пальце человека приобрела такой же алый цвет. Ричард посмотрел на искрящиеся зеленью глаза, в которых читался немой вопрос. Поднеся ладонь к виску, андроид коснулся кончиками пальцев искусственного диода, подделки. Брови андроида болезненно надломились, и он с горечью опустил взгляд, покачав головой в стороны.       — Гэвин, я никогда не буду в норме… Ты был прав тогда, когда назвал меня деф… — Договорить Ричард не успел — его рот накрыли горячие губы, рвано терзая синтетическую кожу.       Рид полностью забрался на диван и прижался к андроиду, наваливаясь всем весом. Ричард мог бы без особых усилий держать человека, но вместо этого опустился спиной на диван. Гэвин подавлял его, кусал за губы до сбоившего скина, скользил языком по рецепторам внутренней лаборатории, и андроида накрывало приятными ощущениями, смешанными с острыми эмоциями в жгучий коктейль, плавивший его изнутри. И даже если бы это могло спалить его систему, Ричард не упустил бы ни единой секунды, как сейчас, обнимая человека руками и ногами, стараясь прижаться к нему всем телом. Чтобы ощутить движение грудной клетки, пульсацию крови и бешеный стук сердца, отплясывавший в один ритм с тириумным насосом. Когда Гэвин наконец отстранился, практически задыхаясь и утирая тыльной стороной ладони нить слюны, что соединяла их губы, на лице Ричарда расплылась шальная улыбка.       — Это значит да, верно? — Андроид разглядывал смеющегося человека, не записывая видео и не занимая систему сотней скриншотов с оптических блоков. Он просто чувствовал, переживал этот момент прямо сейчас и был счастлив.       — Ладно, жестянка, тащи свой бланк с фамилией. — Несмотря на слова, Рид улегся на Ричарда сверху, также пристально разглядывая в ответ.       — Ох, в этом уже нет нужды… Уже завтра я официально буду Ричард Рид. — Девятый отметил целый ураган эмоций, пронесшихся на лице человека, однако тот молча выжидал объяснений. — Вместе с остальными законами о правах андройдов, в уже имеющихся будут некоторые правки. Теперь мы сможем самостоятельно выбирать себе фамилию, если захотим. Каждый может взять любую, за парой исключений, касающихся членов правительства, знаменитостей и исторических личностей. Просто мне совершенно случайно понравилась фамилия Рид, вот я и решил взять её. Маркус пообещал, что моя заявка будет рассмотрена первой.       — Хитрая пластиковая задница! — В интонации Гэвина не было ни одной негативной эмоции, только восхищение своим хитрожопым тостером. Вспомнив о кольце, которое он так и не надел, человек приподнялся на локтях, как вдруг резко замер. — Это что… Монетный столбик у тебя в штанах?       — Ну вот, ты испортил рождественское чудо. — Ричард довольно наблюдал за реакцией Рида, как шок и растерянность сменяются любопытством и нетерпением.       — В этом году я точно был плохими мальчиком… — Гэвин поерзал, чтобы убедиться, что его не наебывают, но нет. Теперь его тостер имел полную комплектацию, а значит мог заебать его не только лекциями о здоровом питании. — Думаю, ничего страшного, если я открою свой подарок раньше срока.       Труды Роберта не прошли даром и в этот раз Ричард взял человека правильно — то есть, не как горячо любимый, но все ещё закинутый на плечо мешок картошки. Андроид подхватил Гэвина на руки, и Рид наконец натянул на длинный палец кольцо.       — Раз уж мы теперь до конца жизни будем терпеть друг друга, может возьмём совместный отпуск и рванем куда-нибудь подальше отсюда? — Заметив, что девятый сосредоточенно обдумывает данную перспективу, Гэвин стал перечислять варианты, пока его бережно несли в сторону спальни. — Есть куча мест интереснее этой дыры. Можно забраться на горы, плюнуть в вулкан, отправиться на море. Или тебе больше нравится изучать культуры других стран?       — Если с тобой, то я готов отправиться куда угодно. — Ричард поцеловал Рида в шрам на носу, из-за чего человек практически зажмурился от удовольствия словно сытый кот. — Гэвин, ещё кое-что… Ты не сможешь плюнуть в вулкан.       — А если с твоей помощью? — Сложные задания никогда не пугали Рида. Чем сложнее — тем интереснее и тем больше будешь радоваться победе.       — Вероятность… Существует. — Ричард не стал говорить, что эта вероятность меньше пяти процентов. Пока есть хоть один шанс на миллион, стоит попытаться, не так ли?