Мимикрия

28 июля 2048 года. Вторник.

      Двери скоростного поезда с тихим гулом разошлись в стороны, выпуская на волю толпу пассажиров. Среди устремившихся потоков гудящих и спешащих по делам людей, запрокинув голову, стоял юноша, всматриваясь в синеву неба, и не мог поверить, что это на самом деле происходит с ним. Его отправили стажером в сам Детроит — мировую столицу андроидов и один из самых технологично продвинутых городов в соединённых штатах. Конечно же, главным образом благодаря Элайдже Камски, что оглушающе громко вернулся в научный мир после своего затворничества. Почему он решил обосноваться именно там, где раньше располагался главный офис печально известной КиберЛайф, гений столетия никогда не рассказывал ни в одном интервью. Вряд ли власти были слишком расстроены тому, как в полупустой город под крыло Камски подтягивались амбициозные специалисты, инженеры и все те самоотверженные, кто хотел начать новую жизнь. У каждого есть второй шанс — теперь это было главным лозунгом Детроита.       Лавируя между прохожими и электровелосипедами, будущий блюститель порядка не особо обращал внимания на голографические вывески, андроидов или людей, присевших на лавку отдохнуть в тени густых крон, рассаженных вдоль тротуаров. Даже бодрая музыка и запах свежего кофе из ближнего кафе не могли перекрыть бушевавшее внутри волнение. У него ещё будет время познакомиться с городом будущего даже по меркам самого будущего, сейчас же ноги несли его по залитым солнцем тротуарам прямо к департаменту полиции. Даже странно, что в таком городе, словно сошедшем с постера или открытки могли совершаться преступления.       Девушка на стойке регистрации точно должна была быть андроидом. Нужны железные нервы, пока парень, запинаясь, трижды просил новый бланк посетителя.  Оставалось надеяться, что хотя бы временный пропуск ему выдадут уже сегодня. В дверях стажёр смог снова продемонстрировать свою грацию, столкнувшись с кем-то, отчего на пол свалилось несколько папок с документами. Скомкано промямлив извинения, парень опустился помочь поднять бумаги. Однако пострадавший не спешил нагибаться следом и спокойно стоял в ожидании, пока стажёр нервно подбирал упавшие вещи. Выпрямившись, новичок растерянно посмотрел в карие глаза, рассматривавшие его из-под прищуренных век.       — Лейтенант Коннор Андерсон, это правда вы?! Это такая большая честь, но как? Вы же сейчас должны быть в Канаде… — Стажёр ещё сильнее растерялся, когда андроид молча забрал папки с документами и, обернувшись, выхватил стаканчик у проходившего мимо сотрудника.       — Добро пожаловать в полицию Детроита. — Лёгкая улыбка озарила лицо, перед тем как восьмисотый плавным движением вылил кофе на голову парню. Андроид наклонил голову набок, рассматривая потерянного новичка, который был похож на новорождённого олененка. — Сожрут тебя, малыш.       — Ты новый стажёр? Ну, с боевым крещением. — Человек, у которого выкрали стаканчик, фыркнул и кинул скептический взгляд на крайне довольного собой нашкодившего андроида. — Не стоит бояться Кеннета, он всегда больше лает, чем кусает. Кроме того он даже не работает здесь, лишь изредка заходит за совсем уж древней макулатурой по команде Камски.       — Сержант Грин, вам разве сегодня не стоит проводить больше времени за рабочим местом? Думаю, оба ваши андроида будут очень расстроены, если вы не успеете сегодня закончить отчёты, чтобы отпроситься пораньше. — Улыбка андроида стала не в меру наглой, а взгляд устремился к одному из дальних столов офиса. — Будьте осторожнее, вдруг с вашим компьютером случится что-то плохое. Совершенно случайно.       — Вот и помогай после этого дамам в беде. — Метью тяжело вздохнул и направился обратно к зоне отдыха за второй порцией кофе.       Кеннет с торжеством в глазах медленно повернулся к новичку. В этот раз парень предусмотрительно сделал пару шагов назад, чем ещё сильнее развеселил андроида.       — Выглядишь жалким… Так уж быть, я проведу тебе краткий урок по выживанию. — Восьмисотый практически оскалился в улыбке, наслаждаясь бледнеющим лицом стажёра. — Чтобы пережить этот день, тебе нужно знать всего две вещи. Если капитан на тебя орёт, то все в порядке. Если он молчит, то ты должен бежать… Желательно зигзагами.       Удовлетворенный ужасом на лице новичка Кеннет с самодовольной ухмылкой обошёл человека и отправился по делам. Весь офис тихо вздохнул с облегчением, когда очередное цунами в лице андроида Камски наконец сменилось относительным штилем. Но лишь относительным. Потому что их капитан в хорошем настроении был страшен, в нормальном ужасен, а в плохом лучше было не приходить на работу вообще. Как ни странно, такое давление держало в тонусе весь участок, заставляя показатели раскрываемости расти год от года. Большая премия сдерживала желание сотрудников устроить революцию и придушить своего глубокоуважаемого и любимого шефа. Впрочем, мечтать об этом, пока капитан ментально имел их во все щели, никто не запрещал.       Приведя себя в порядок в комнате отдыха, стажёр бодро направился в кабинет шефа. Чтобы также бодро вылететь оттуда в жопу ужаленным через десять минут. Для всех в офисе это было логичным вариантом развития событий, но добросердечная лейтенант Чэнь все равно повела заикавшегося новичка упиваться ромашковым чаем. Она знала, что на ближайший месяц ей суждено стать психологом парня, пока тот не привыкнет к тому, что его начальство вылезло из недр ада, чтобы заставлять души сотрудников страдать на благо Детроита.       — Капитан Рид страшный человек, как вы его выдерживаете? — Стажёр с благодарностью принял стакан чая, приходя в себя от недавней словесной экзекуции.       — Тебе надо просто привыкнуть, он со всеми новичками так, чтобы не думали своевольничать. — Девушка потрепала растерянного парня по голове как щеночка и ободряюще подмигнула. — Если хочешь увидеть другую сторону капитана, просто посмотри, как он общается со своим секретарём.       — Это вы о том андроиде, который молча стоял за его плечом? Мне показалось, что он может убить меня одним взглядом. — Парень не понял, почему лейтенант начала тихо смеяться, а потом повернулся и увидел, как этот самый андроид выбирает кофе у машинки. От этих колючих глаз он вжимался в кресло ещё сильнее чем от рокочущего крика начальства. Но сейчас в серой метели кружились лишь лёгкие смешинки без намёка на прежнюю холодность.       — Добро пожаловать в полицию Детроита. — Андроид мягко улыбнулся и, отсалютовав стаканчиком с кофе, поспешил удалиться, чтобы не смущать людей своим присутствием.       — Я не понимаю… Все андроиды в департаменте такие странные?       — Хорошо, что Коннора сейчас нет, твоя психика бы не пережила ещё и третьего RK за один день. — Тина усмехнулась и отпила свой чай, наблюдая за кабинетом шефа. Сегодня вечер старых фильмов и Гэвин просто обязан ей рассказать, как именно эта парочка вновь смогла довести новенького до икоты.

***

      — Вы сегодня особенно суровы, капитан. Рискуете остаться совсем без стажеров, нельзя так.       — Конечно, это я немигающим взглядом прожигал в нем дыру из темноты, заставляя отваливать кирпичи на новый гараж. — Тихий бархатистый смех прокатился над ухом. Гэвин прикрыл глаза, ощущая как к нему ненавязчиво прижались со спины, после чего на стол опустился стаканчик с кофе. — Ничего, ему только на пользу. Вечно подваливает эта самоуверенная зелень, а мне за их проебы отвечать… Если вообще не сдохнут на первом задании, так что пусть идёт сначала в архив, на неделю, полы вместо роботов драить. А то сразу в расследования полез, мелкий ушлепок.       Ричард только усмехнулся, когда Рид снова начал распаляться, бархатистая ткань перчаток опустилась на плечи человека. Андроид чувствовал как напряжённые мышцы под ладонями послушно расслаблялись, и Гэвин наконец полностью остыл, откидываясь на спинку кресла. Никто не понимал, как у Ричарда получалось одним касанием тушить этот ревущий вулкан, но сотрудники буквально боготворили девятого за это. Плохие новости капитану сообщались исключительно в присутствии его андроида.       — Ричи, мне нужно кое-что обсудить с тобой, так что присядь. — Рид кивнул на кресло для посетителей напротив своего стола.       Дождавшись, когда андроид сядет, Гэвин открыл один из ящиков стола и кинул на стол журнал. Первая страница содержала громкий провокационный заголовок: «ВЕЧНАЯ ЖИЗНЬ ВОЗМОЖНА УЖЕ СЕЙЧАС?! Андроиды — новая ступень эволюции человечества или безумный эксперимент заигравшегося в бога гения?». Ричарду было достаточно доли секунды, чтобы осознать, о чем пойдёт разговор. Он нервно дёрнул головой и отвернулся от потяжелевшего зелёного взгляда, предпочитая уделить все свое внимание составу краски на стене.       — Это не моё, мне подбросили. — Андроид услышал только скептический смешок и недовольно поджал губы. — Ладно, это улика по одному расследованию… Секретному.       — Бусинка тоже была очень важным свидетелем, да. Надеюсь, это секретное расследование не закончится ещё одной кошкой в доме. — Гэвин видел, что тостеру есть что сказать по этому поводу, но не дал девятому до конца перевести тему на нелегально появившуюся в их доме живность, постучав указательным пальцем по своей находке. — Спрятать журнал в стиральной машине было сильным ходом, но даже я раз в год туда заглядываю.       Обманчиво спокойный голос человека оборвался тяжёлым вздохом, после чего приобрел более угрожающий тон.       — Снова решаешь за моей спиной, Ричи? — Рид старался ненавязчиво следить за жёлтым свечением на своём кольце, но при этом продолжал пристально наблюдать за борьбой внутри андроида. Человек вздохнул с облегчением, когда Ричард сцепил руки в замок. Он всегда делал так, когда готовился сказать пусть и неприятную, но правду.       — Это просто предварительная запись, Камски ещё нескоро приступит к испытаниям. Коннор даже спрашивать не стал, Хэнк уже в очереди. — Андроид знал, что такой ответ не удовлетворит Рида, что подтверждала активно мигавшая жёлтая полоска на своём кольце. Когда же через пару минут тяжёлого молчания, в ней начали появляться вкрапления красного, Ричард сдался окончательно. — Я заполнил… Ещё три месяца назад внёс все данные. Но я ничего не подписывал и не отправлял. Не знал, как начать с тобой этот разговор, в итоге все вышло далеко не самым лучшим образом.       Гэвин ткнул в угол экрана рабочего компьютера и стеклянные стены затопило темно-матовым покрытием, погружая кабинет в лёгкий полумрак. Среди мягкой темени источниками света остались лишь бледный экран и едва пробивавшееся сквозь прикрытые жалюзи солнце. Должность капитана была порой довольно напряжной, заставляя перерабатывать, так что Гэвин привык хватать любую свободную минуту на сон. А чтобы засыпалось совсем быстро, часто не включал свет в кабинете. Все равно напрягать глаза и смотреть в экран ему было не обязательно — бумажки были на его не в меру трудолюбивом секретаре. Из-за этого беспокойное красное мигание на кольце человека выделялось особенно сильно. Подойдя к молчаливому андроиду, Рид запустил пятерню в мягкие волосы, успокаивающе поглаживая макушку андроида. Ричард наклонил голову набок, поддавшись навстречу лёгким ласковым движениям и прижимаясь к ладони, но продолжал молчать, разглядывая сцепленные пальцы. Гэвина беспокоила не тишина, а полоска белого пластика на запястье, выглядывавшая между краем рубашки и тканью перчаток. Никто из сотрудников их сейчас не видит, дверь он заблокировал ещё в самом начале разговора, чтобы не мешали. Опустившись перед андроидом на колени, Рид заглянул в отстраненные серые глаза и накрыл второй ладонью руки Ричарда, ощущая, насколько сильно механические пальцы сдавили скин, заставив его исчезнуть. Гэвин часто думал о том, что ему стоит говорить в таких случаях, но лучшим вариантом всегда было просто находиться рядом и ждать. Андроид отвис и резким рывком притянул человека к себе. В какой-то момент Рид подумал, что придётся опять ставить парочку новых ребер, но объятия мгновенно ослабли, давая вздохнуть. Теперь они пытались не столько сжать его до размеров атома, сколько удержать чувство близости, сохранить ощущение присутствия дорогого человека. Гэвин продолжал наглаживать Ричарда по макушке, периодически опускаясь на плечи и спину. Он знал, что для разговоров ещё было рано и ему не нужно для этого смотреть на кольцо. Наконец человек услышал тихий треск помех, среди которого вскоре смог различить отдельные звуки, которые упрямо повторялись, пытаясь сложиться в слова.       — Н-е у-мирай…       — Это же ты следишь за моим расписанием, разве там был такой пункт? Отправим мы этот бланк, я же не против, но рад, что ты не стал этого делать без меня. Эл тоже явно не стремится умирать, он ещё не стал занозой в заднице всей галактики или даже вселенной. Все зависит лишь от того, когда он захочет провести наш следующий семейный пикник на плутоне. — Конечно, Рид сильно преувеличивал, но раз это заставляло Ричарда вздрагивать от тихих смешков, он будет нести охуительные истории сколько понадобится. Гэвин поцеловал светящийся голубой кружок на виске Ричарда, и потерся щетиной о сбоивший скин на скуле. — Потерпи ещё немного, все будет хорошо.

***

      Через два года все СМИ призывали сжечь Камски на праведном костре за то, что он предал человечество. Элайджа стал скандально известен как первый человек, перенесший свое сознание в андроида. Через год результат был успешно закреплён на Виллене — его главном ассистенте и правой руке. И вот уже тогда прежние недоброжелатели один за другим падали под ноги учёных, предлагая безумные вещи ради бессмертия. Ещё через полгода Ричард взволнованно метался перед дверью операционной, снова и снова измеряя дерганными шагами длину коридора. Она всегда оказывалась одинаковой, но андроид чувствовал, что надо проверить ещё раз. Просто чтобы не думать о том, что происходило в это время совсем рядом. За последние пару лет его уровень стресса впервые был так близок к опасным значениям. Сбить его совершенно не получалось, даже несмотря на то, что они с Гэвином готовились к этому дню морально и физически больше года.       Все уже должно было давно закончиться, но двери все до сих пор оставались закрытыми. Ричард изо всех сил старался сдержать данное Риду обещание, но когда до слуховых анализаторов периодически долетал треск или глухой бубнеж, андроид замирал. Зажмурившись, он сжимал руки в кулаки до слетавшего скина и шумно вздыхал сквозь стиснутые зубы, стараясь опустить скакавший уровень стресса. Возможно, Элайджа действительно был прав, когда выставил девятого за дверь сразу после введения Гэвину наркоза, но самому андроиду от этого проще не было. Рациональная часть раз за разом повторяла, что Камски не позволит умереть своему брату. Эмоциональная половина требовала быть рядом держать руку на пульсе, видеть любимые глаза, когда они откроются снова. Хоть их и заменят оптические блоки, но Эл постарался максимально точно воссоздать внешность Рида в его лучшие годы. Ричард невольно усмехнулся себе под нос, вспоминая, как Гэвин обиделся, когда его брат не согласился с тем, что он в любой год жизни был горяч и прекрасен. За дверью послышался грохот, отчего андроид не выдержал и почти сбил дверь операционной с петель, врываясь и замирая в проходе.       На одной из кушеток под белой простыней прослеживался силуэт тела, которое раньше было Гэвином Ридом. Источник грохота обнаружился на полу, возле главного операционного стола. Девятый неуверенно мялся в дверях, не смея подойти ближе к сидящему на полу Гэвину. Точнее к тому, что выглядело как Гэвин. Оно могло иметь его память, его привычки, знания и опыт… Но что если чувства вместе с цепочками химических реакций мозга остались в другом теле, которое больше никогда не встанет? Можно ли запрограммировать на любовь? Увидев Ричарда, Камски что-то недовольно пробубнил, но выгонять не стал. Андроид кинул взволнованный взгляд на Элайджу, так и не решаясь задать главный вопрос. Камски же выжидающе смотрел на результат своих трудов. Заторможенность движений и отсутствие имитации моргания намекали на перегрузку, что являлось эквивалентом усталости для андроидов. Диода учёный себе не сделал, но видимое равнодушие разрушалось нервной дробью обтянутых латексными перчатками пальцев по гладким стенкам кружки с тириумом. Новое тело Рида наконец двинулось, подняло голову, медленно моргая и фокусируя взгляд. Ричарду казалось, что его тириумный насос остановился, когда зелёные глаза замерли на его лице. По системе в полном хаосе носились сотни тревожных вопросов. Получилось? Узнает? Это Гэвин? Его Гэвин?       Губы Рида растянулись в чуть перекошенной ухмылке, и он немного резким движением поднял руку, направляя послание Ричарду. Недовольно проронив пару ругательств, Гэвин второй рукой помог загнуть указательный палец, оставляя девятому возможность любоваться только средним. Ричард широкими шагами подлетел к Риду, поднимая его тушу с пола и сжимая в тиски. Руки все ещё ощущались неуклюжими и неповоротливыми, но Гэвин упрямо заставлял их двигаться, медленно опуская на талию андроида. Текстура рубашки неожиданно остро ощущалась под ладонями и Гэвин понял, что имел в виду Ричард тогда в раздевалке.       Девятый с довольной улыбкой наблюдал, как смущенный Рид резкими взмахами тряс кистями рук и пытается заставить скин натянуться обратно на голые светящиеся голубым ладони. Стянув одну перчатку, Ричард протянул ему руку, с которой неторопливо сползала синтетическая кожа. Гэвин посмотрел на раскрытую ладонь и завёл руки за спину. Коротко кивнув, девятый с долей разочарования опустил ладонь. Он понимал, что не стоит слишком торопиться, нужно дать время освоиться и просто обнял Рида. Когда пара Хлой вошла в операционную, андроид с любопытством проследил за тем, как старое тело перекладывают на каталку.       — Я, конечно, люблю разнообразие, но никакой некрофилии. — Сложив руки на груди, Гэвин поежился, не разделяя интереса андроида к своему трупу.       — Думаю оставить его на память. — Девятый потянулся к краю простыни, но ему не дали заглянуть, шлепнув по руке.       — Сойдёмся на бесполезной сувенирной фигурке. — Обычно Рид поощрял попытки андроида в юмор, но из-за этого не всегда было понятно какая из идей озвучивалась тараканами Ричи как вполне себе серьёзная цель.       — Ревнуешь? Гэвин, когда я говорил, что ты мне нравишься гораздо больше, когда молчишь, я не имел в виду это. — Получив заслуженный тычок в бок, Ричард только усмехнулся и засунул перчатку в карман, намекая, что Рид может проверить искренность его слов хоть сейчас.       — Чёртовы андроиды… Бля, теперь мне вас даже оскорблять нельзя без ущерба себе. — Гэвин моргнул и завис на пару секунд. Похоже, к нестареющей физиономии по акции шла идеальная дикция. Интересно, теперь он сможет заставить некоторых его сотрудников наконец-то понять, что в отчёт надо вносить все улики, а не только те, которые им понравились.       — Не волнуйся, ты быстро со всем освоишься, у тебя развитое чутье и хорошая смекалка. А ещё эти белые хлопковые штаны и рубашка так тебе идут.       — Иногда создаётся впечатление, что ты все-таки мне льстишь. — Рид был уверен, что чутье у него разве что на проблемы. Но грех прерывать кого-то, когда тебя хвалят, тут надо молчать и слушать.       Камски быстро прогнал Гэвина по основным тестам на восприятие, ориентацию в пространстве и память. Все было отлично, не считая того, что Рид изредка ругался и отмахивался от внезапно всплывающих перед глазами окон. Эл осчастливил его тем, что несмотря на попытки добиться максимальной схожести с человеческим мироощущением, сначала трудно привыкнуть к тому, что все ощущается и работает иначе. Движения требовали калибровки мелкой моторики и в целом впереди был ещё долгий курс реабилитации, на который придётся убить кучу нервов и времени. Но Гэвину было не важно, все раздражение от вылезавших багов полностью сходило на нет, стоило ему посмотреть на лицо андроида.       — Рич, перестань лыбиться. Если у тебя алгоритмы зациклило, могу дать подзатыльник и все отвиснет. — Гэвин поскреб по переносице, не ощутив прежней натянутости кожи. Шрам он попросил оставить, но теперь это была просто часть скина, пусть и крайне реалистичная с виду. Рид вздохнул, молча скорбя о многих утраченных особенностях прежнего тела. Как минимум, он больше не сможет баловать себя вредной едой в качестве награды и алкоголь теперь совершенно бесполезен. До сознания запоздало донеслось ощущение, что его свободную, лежащую на кушетке, руку накрыла ладонь Ричарда.       — Тебе сейчас сложно, я понимаю. — Синтетическая кожа сползла с ладони, обнажая светлый пластик, но не начала светиться, лишь бликуя холодным светом от ламп. — Хочу разделить это между нами, как мы всегда делали… Только в этот раз немного иначе.       — Знаешь, иногда мужчины очень этого хотят, но даже у лучших случаются осечки. — Гэвин нервно усмехнулся, не очень хорошо скрывая напряжение, но позволил ощущению гладкой ладони приятно скользить по руке. — Я ещё не разобрался, как работают эти ваши андроидские штучки.       — Система все поймёт и последует за твоим желанием. — Ричард скользнул пальцами с тыльной стороны кисти под руку, соединяя их ладони. — Просто расслабься, позволь нашим сознаниям слиться и наконец-то стать одним целым.       — Почему это звучит намного интимнее чем все то, что ты говоришь, когда… — Гэвин оглянулся на Элайджу, который даже не пытался сделать вид, что не подслушивает, очищая один и тот же инструмент уже в третий раз. — Ты понял когда.       Рид посмотрел в спокойные светлые глаза, почувствовав, как собственный нервный клубок распутывается и отпускает его под ласковым взглядом. Резко выдохнув как перед прыжком в пропасть, Гэвин сжал ладонь Ричарда в своих руках, зажмурившись от усердия. Перед глазами было пусто, Рид слышал, что андроиды при слиянии обмениваются не только эмоциями — слова, воспоминания, часть кода. Гэвин же не видел ничего и от этого тревога волной поднялась где-то в груди. Сжав чужую ладонь ещё сильнее, переплетя их пальцы, он пытался посылать мысленные команды самому себе. Возможно, стоило формулировать их без использования матерных оборотов, но Рид начинал нервничать все сильнее с каждой секундой. Он не столько почувствовал, сколько зафиксировал данные, как его приобняли за талию свободной рукой, а виска коснулись прохладные губы. Вздохнув больше по привычке, Рид на ощупь поцеловал андроида в щеку и довольно улыбнувшись от ощущения гладкой поверхности на губах. Что ж, он уже как-то впустил Ричарда в свою жизнь и он стал лучшей её частью. Если быть до конца честным с собой, то андроид уже давно крепко засел у него в сердце, выстроив личный дворец и парк аттракционов.       Гэвин почувствовал как мягкое тепло лизнуло кончики пальцев и спустилось на ладонь. Любопытство требовало открыть глаза и убедиться, что это из-за искрящегося между ними контакта, но не хотелось разрушать это ощущение уютной близости. Рид начал замечать как в груди беглыми вспышками мелькают эмоции. Они точно принадлежали не ему, потому что сейчас радость — это последнее, что мог бы ощутить человек, которому придётся учиться заново даже ходить. И все же Гэвин не мог не поддаться светлому счастью, что все ярче распускалось изнутри белоснежными лепестками, окутывая иллюзией сладкого аромата словно в саду. Почему-то эмоции Ричарда ощущались именно как хрупкие бутоны, обвивавшие сознание ласковыми побегами — так много в нем было любви и нежности. Риду становилось с каждым мгновением все легче различать малейшие оттенки и полутона разрозненных чувств, он старался уловить каждое, заботливо рассматривая и сохраняя в памяти. Ну, или в программе, хрен разберешь теперь как его новые электронные мозги работают. Гэвин пробовал интуитивно делиться своими неоднозначными эмоциями и чувствовал, как на них с готовностью реагировали, жадно выхватывали каждую деталь, пока связь становилась все крепче.       Постепенно перед глазами вместо тёмной пустоты начали проноситься редкие кадры как из пленочного кино. Вот Ричард стоит в коридоре и отвечает на уже двадцать восьмое взволнованное сообщение Тины о том, как все проходит. Вот Камски высовывается из операционной и недовольно шипит на девятого за то, что тот попытался взломать аппаратуру и камеры, чтобы получить хоть какую-то информацию. Вот андроид пытается поймать убегавшего от него Виллена, который жопой чуял, что из него высосут вообще все данные вместе с душой. Ассистента спасло лишь то, что Ричард не мог отходить от дверей операционной слишком далеко. Гэвин тихо рассмеялся и не понял — он это сделал у себя в голове или в реальности? Собственные мысли звучали непривычно чётко. Пока Рид прикидывал, как скоро у него разовьется шиза, он услышал другой голос, совсем тихий, но такой любимый.       —…ин? Ты вс- ещё н- слышишь меня?       — Слышу как трескучее радио под слоем белого шума. Как тут настроить волну?       — Нужно просто ещ- немного времени. Как ты?       — А ты разве уже не изучил мой богатый внутренний вдоль и поперёк?       — Сейчас я только отвечаю на твои сигналы. Ты всегда ценил личное пространство.       — А ты всегда любил его нарушать. Но спасибо, у меня немного мозги поплыли от таких изменений. Зато тебе, вижу, все очень даже нравится.       Ричард в его сознании хмыкнул.       — Я люблю тебя, Гэвин… Теперь у нас в руках целая вечность.       — Фу, какая ты ванилька, а ну кыш из моей головы, у тебя своя есть.       — Что-то не вижу, чтобы ты отчаянно пытался разорвать соединение.       Камски по себе знал, что это может затянуться, так что предпочёл выйти на минут пятнадцать. Все равно уже ничего интересного он не услышит, а если он пропустит ещё хотя бы один звонок от Кеннета, то шестидесятый вполне может бросить свое задание, чтобы примчаться к нему на работу. Немного поразмыслив, Элайджа с коварной ухмылкой сбросил входящий вызов.