Такая абсолютно иррациональная Эйфория

      Каждый раз, когда меня что-то беспокоило, я приходила на пляж Санта Моники и смотрела на волны. Для меня это было своего рода медитацией. Я отпускала здесь все свои мысли и просто бесцельно смотрела на волны. Когда было жарко, я приходила сюда с покрывалом и лимонадом, чтобы позагорать. В пасмурную погоду я брала с собой наушники, надевала толстовку и слушала музыку с закрытыми глазами. Сегодня был второй вариант. Я опустилась на песок, и поджала под себя ноги, обутые в кеды. Морской воздух развивал мои кудри, и частички песка слегка царапали мою кожу. Я чувствовала на губах соленых привкус и мне это чертовски нравилось. Кто-то сел рядом со мной и стянул один наушник из уха. Я не открыла глаза, прекрасно понимая, кто это. - The Neighbourhood? Ох, и давненько же я не слушал этих ребят. - Привет, - я открыла глаза и тепло улыбнулась. Мне ответили такой же улыбкой, а веснушчатое лицо как будто засветилось. - Я рад тебя видеть, Ру, - Фес обнял меня. - Я должна извиниться перед тобой, - я с сожалением посмотрела на него. - Да брось, все окей. - Нет, правда. Я наговорила всяких гадостей, но я не со зла. Я искренне сожалею, что сказала тебе пойти нахуй. - Слушай, Ру, ты наркоманка. А я не принимаю слова наркоманов близко к сердцу, - Фес с грустной улыбкой взял меня за руку. - Я не верю тому, что говорит наркоман в момент, когда ему нужна доза. Люблю тебя, ненавижу, ты мой лучший друг, пошел нахуй, Фес, всегда одно и то же. Вы просто пытаетесь надавить. - Но, как твой друг, я хочу, чтобы ты знал, что мне жаль. Я правда люблю тебя, и ты это знаешь. - И я люблю тебя. - И спасибо, что не продал мне наркотики, - я вновь наблюдала за волнами. - Ты в завязке? - Да, пожалуй да. И знаешь, я тут решила. Я хочу завязать насовсем. Не на время, не на пару дней, не до ближайшей тусовки. А прям насовсем. Мне надоело разрушать себя, - словно на одном дыхании выпалила я. Это была чистая правда. Я действительно хотела порвать все, что меня связывало с наркотиками. И кажется, моя жизнь начинала налаживаться. Я заканчивала университет, у меня были отличные перспективы на будущую карьеру, мои отношения с Кэт были максимально доверительными, и, кажется, я была по уши влюблена в Зейна. Во всем этом сценарии больше не было места для наркотиков. Кажется, я была по настоящему счастлива. - Я очень рад это слышать, Ру! Это невероятно круто. Как ты чувствуешь себя? - Странно. Я столько времени торчала, что теперь как будто принимаю что-то новое. Кайф окрыляет, но падать больно. Это сложно, но у меня хорошая группа поддержки. Фес лукаво улыбнулся, прекрасно понимая, о ком я говорю. - Кстати, Ру, ты задолжала мне сто двадцать баксов, ты вообще помнишь? - Да ладно, что-то не припоминаю такого, - я хохотнула, а Фес повалил меня на землю. Песок моментально оказался под топом, и я заверещала еще сильнее. Фес щекотал меня, а я молила его прекратить, так как очень боюсь щекотки. В конце концов Фес упал рядом со мной на песок. Мы лежали, смотря в закатное небо и старались отдышаться. - Блин, да я не парюсь, забей. Если честно, меня очень напрягала твоя история с наркотой. Ты знаешь, как я люблю тебя, и в последнее время я очень скучал по нашей дружбе. И я так боялся навредить тебе. Ты не представляешь, сколько раз я прокручивал у себя в голове «Это твоя вина, Фес. Это ты подсадил ее». - Ты же знаешь, что все началось задолго до тебя… - Да, знаю, - перебил меня Фес. - Просто я видел, как многие сторчались. Но ты не такая. И я хочу, чтобы ты выбралась из этого дерьма раз и навсегда. Я вижу, как Зейн влияет на тебя. Я вижу твои счастливые глаза. И он так же счастлив, это и дураку видно. Пожалуйста, Ру, сохрани это. Он делает тебя счастливой, а это нужно тебе как никогда. Я улыбнулась и обняла его. Я сделаю все возможное, чтобы не потерять это чувство.

***

      Моя мама всегда говорила мне, что какой бы ужасной не была твоя жизнь в данный момент, как бы тебе не было плохо и безвыходно сейчас, нужно помнить, что после чёрной полосы всегда наступит белая, ее нужно только дождаться. И это правда так, белая полоса наступает всегда, это факт, проверенный временем. Проблема в том, что после белой полосы всегда снова идет чёрная. Это произошло, когда я возвращалась домой после универа. Было довольно поздно, я сдала курсовую по режиссуре, мое настроение было на высоте, потому что мне поставили наивысший балл, впереди меня ждали пара дней отдыха и встреча с Зейном. Мы не виделись несколько дней, так как у него был концерт в Нью-Йорке, а я была в запаре из-за учебы, и сегодня мы должны были встретиться. Эта мысль добавляла несколько баллов к моему и без того хорошему настроению. Анализируя мои прошлые поступки, я понимала, что это когда-нибудь должно было произойти, так или иначе. Ведь наша жизнь это череда выбора и поступков, за которые мы позже несём ответственность. И я свою понесла в полной мере. Я заметила, что за мной следят, когда была на полпути к дому. Сложно было не заметить огромный чёрный Мерседес Гелентваген, который едет за тобой вот уже больше получаса, ведь правда? Первые десять минут я не обращала на него внимания, наслаждаясь музыкой в ушах и закатом, который раскрасил небо Лос-Анджелеса в ярко-оранжевые и красные краски. Но когда я вновь свернула на другую улочку, а машина все так же продолжала следовать за мной, я напряглась. Я судорожно думала о том, что мне делать. Вызвать полицию? А если мне кажется, и это будет ложный вызов? Позвонить Зейну? Он сейчас на записи новой песни и я не хочу ему мешать. Я написала Кэт, она наверняка была уже дома, что мне осталось идти десять минут, и если я не приду к этому моменту, то ей следует начать беспокоиться. Я не могла посмотреть номера машины, которая преследовала меня, так как их попросту не было. Уже этот факт должен был меня серьезно взволновать. На таких тачках гоняют только бандиты. И вот, когда до моего дома оставалось каких-то сто метров, это случилось. Из машины вышли два головореза, и третий, невысокого роста, но довольно крепкий. Я сразу узнала его. Мы уже встречались. - Привет, сестренка. Давно не виделись. Я судорожно думала о том, что мне делать. Побежать? Ру, ты в своём уме, у них пушки. И стоит признать, ты явно не претендуешь на звание олимпийской чемпионки по бегу. Из головы словно выкачали все мысли и чувства, кроме одной. Жуткого страха, который парализовал все мое тело и скрутил живот. - Ты наверняка понимаешь, почему мы здесь, да, лапуля? - он дёрнул скулами. Его щека, на которой красовался здоровенный шраф, растянулась в нахальной ухмылке. - Если ч-ч-честно, то...не совсем, - мой голос дрожал, что, кажется, ещё больше позабавило бандита. Или дело было в моих словах. - Серьезно? А мне кажется, ты лживая сучка, - он приблизился ко мне и прошептал мне эти слова в губы. От страха я не могла пошевелиться. Его лицо вселяло в меня дикий ужас, а голова отказывалась работать. И как назло, улица была абсолютно пустынна. - Я правда не понимаю вас. - Хорошо, если ты хочешь притворятся дурой, давай поиграем. Вчера я был в Icon, и встретил там смазливого мальца, который толкал дурь каким-то телкам. Мою дурь, смекаешь, киса? Но вот в чем проблемка, я совершенно не помню, чтобы я был его барыгой. И вот когда мы ткнули в его красивое личико пушкой, он рассказал нам, что это ты продала ему колёса. Забавная история, правда, детка? - его пальцы пробежались по моим скулам, а затем резко и грубо схватили мой подбородок и сжали. Я вскрикнула и попыталась вырваться. Куда там, он крепко держал меня, прижав к стене и сдавливая второй рукой запястье. Голым животом я чувствовала, как холодная сталь касается моей кожи. - Все было не так. - Если честно, меня это не слишком ебет. Но никто не смеет продавать наркоту за спиной Шрама, поняла, киса? - со злостью прошипел он. Его рука переместилась с моего подбородка на шею и сильно сжала. - Это Фес дал тебе наркотики? - Феско тут не при чем, - прохрипела я. Моя рука схватилась за его руку, которой он сжимал мое горло. Мне стало невероятно трудно дышать, а перед глазами запрыгали цветные круги. Он захохотал мне в лицо, как злодей из дешевого фильма. Затем я почувствовала, как в руку воткнулась игла. Начав вырываться, я старалась ударить коленом по его промежности. В голове появился дикий шум, а перед глазами с удвоенной силой заплясали круги. Темнота.

***

В ушах гудело так, что мне казалось, как будто я нахожусь у гигантского паровоза. Я пыталась заткнуть уши ладонями, но ничего не выходило. Глаза словно свинцом налились, но я все таки смогла медленно разлепить веки. Кажется, я лежала на диване. У...Феско? Что за чертовщина? В ушах продолжало гудеть, я не могла пошевелить рукой, как будто из меня убрали все мышцы и кости. Я могла различить три расплывчатые фигуры, которые стояли поодаль и что-то выясняли. Нет, четыре фигуры. - Просто скажи, сколько ты хочешь? - Хах, пацан, ты правда считаешь, что сможешь откупиться? - хриплый смех, который даже сейчас пробирал до мурашек. - Назови цену, - это что, Зейн? - Пятьдесят штук. - Хорошо, и ты оставляешь ее в покое. - Нет, знаешь, я передумал. Сотня. - Будет тебе сотня. И ты навсегда забываешь ее имя и как она выглядит. - И зачем тебе эта сучка, никак понять не могу? - снова хриплый смех. - Мне интересно, правда. - Мы договорились? - голос Зейна звучал как сталь. - Я задал тебе вопрос, пацан. Отвечай. В комнате повисла тишина. Гул в ушах постепенно стихал, и теперь я слышала голоса практически отчетливо, а не как через вату. Но тело все так же было словно налито свинцом. - Я люблю ее. Это все? - снова зазвучал голос Зейна. - Ох, это разрушающее чувство. Знаешь, я бы посоветовал бежать от неё подальше. Такие, как она, это словно бомба замедленного действия. Проблем с ней не оберёшься, пацан. Завтра я заеду за баблом, - он захохотал, а затем послышались шаги и стук двери. Он и его дружок ушли. Как только за дилерами закрылась дверь, Феско начал мерить комнату шагами, схватившись за голову. Зейн тяжело вздохнул и опустился в кресло. Его пальцы держали стакан с виски, который через секунду он залпом осушил. Привычное движение тыльной стороной ладони по губам. Затем он кинул взгляд на меня, и, увидев, что я очнулась, немедленно подошёл ко мне и опустился на корточки, чтобы видеть мое лицо. - Зейн, - прохрипела я, стараясь поднять руку. Все тщетно, мои мышцы так и не слушались меня. Я видела, как он смотрит на меня. Это был взгляд, полный злости и, к моему большому страху, разочарования. Этот взгляд я боялась увидеть больше всего на свете. Зейн просто смотрел на меня, не в силах сказать мне что-либо. Он не прикасался ко мне, не пытался заговорить со мной. Это убивало меня. В комнату резко ворвалась Кэт. Ее глаза были красные от слез, и, увидев меня, она зарыдала и упала рядом с Зейном на колени передо мной. - Ру, как я переживала, Ру, - каждая слезинка на ее щеке словно разрывала мое сердце на куски. Мне было больно видеть, как плачет Кэт. Особенно, из-за меня. - Все... в порядке, - с трудом произнесла я и слабо улыбнулась. Язык почти не слушался меня. Фес стоял поодаль и наблюдал за мной. Я видела его красные глаза, и, кажется, немного ранее он тоже плакал. Ну почему я причиняю близким мне людям столько боли?! Что я за ужасный человек? Как они до сих пор терпят меня? - Зачем ты перепродавала наркотики Джейкобсу, Ру? - тишину прорезал стальной голос Зейна. Я бы отдала что угодно, лишь бы не слышать эту интонацию. - Зачем, ну зачем? - судорожно прошептала Кэт, гладя своей тёплой ладонью по моей щеке. - Он...шантажировал...меня, - с трудом произнесла я, спустя время. Глаза Кэт округлились, а Зейн сжал кулаки. - Чем он шантажировал тебя? - спросил Фес. - Он хотел...рассказать всем твой...секрет. Я пыталась...защитить тебя. Прости...прости меня, - я смотрела на Кэт, и чувствовала, как по моим щекам текут слёзы, капая на диван Феса и оставляя на нем мокрые следы. Кэт зарыдала, и уткнулась в меня носом, твердя каждую секунду, что я поступила очень глупо, что должна была рассказать ей, что мы решили бы это вместе. Я старалась успокоить ее, но не могла. У меня просто не было сил. Я не знаю, что вкачал в меня Шрам, но это было что-то затуманивающее мой разум и тело. Я отчётливо видела, как Зейн встал, сжимая кулаки ещё сильнее. В его глазах читалась такая ярость... Я никогда не видела его таким. Они обменялись взглядами с Фесом, и Фес кивнул, как будто они о чем-то договорились. Затем Зейн накинул на себя куртку и вышел за дверь, Феско последовал за ним. Последнее, что я увидела перед тем, как снова отключится, это стальная бита в руке Феса и заплаканные глаза Кэт.