Этот лисий прищур

      Выходные Саша провела весело. Они с Лерой гуляли, были в клубе и катались на байке. Странно, но про Анну Витальевну Саша вспоминала не часто. И она уже обрадовалась, что это странное чувство её покинуло, но придя в понедельник в школу, девушка поняла, что обрадовалась рано.       Как только Саша зашла в школу, она тут же столкнулась с Анной Витальевной. Та, видно, была не в духе и накричала на Сашу. — Родионова, не успела придти в школу, уже проблемы окружающим создаёшь, — начала поправлять свой пиджак преподаватель. — Какую именно проблему, Анна Витальевна, я вам создала? — Вместо того, чтобы идти на урок, я стою тут, чуть не сбитая с ног ученицей. Хоть бы извинилась. — Вы не дали мне такой возможности, сразу начав кричать. — Я кричать? Да ты ещё не слышала как я кричу, — повысила тон она. — Надеюсь и не услышу, — себе под нос пробормотала я. — Что ты там говоришь? — Говорю, извините, но проблем я вам не создавала. Вы изначально пришли в школу с плохим настроением и решили оторваться на первом попавшемся, то есть, на мне, — сложив руки на груди и злобно усмехнувшись, ответила я. — Родионова, если ты решила меня окончательно вывести из себя, то я бы не советовала, иначе потом можешь пенять на себя и не удивляться своим оценкам, — в её глазах вспыхнула искра ярости, а скулы нервно сжались. Она ушла, стуча каблуками и оставляя за собой шлейф приятных духов. — Вот же.стерва. Себе и другим настроение портит с самого утра. — Даа, Санёк. Снова ты оказалась не в то время, не в том месте, — подошла к Саше Лера и положила той руку на плечо. — Да она уже задолбала меня. Ну я что, виновата, что она не с той ноги сегодня встала, — возмутилась я. — Не виновата, ну может у нее ПМС, — пожала плечами подруга. Мы поднялись на третий этаж и отправились на английский.

Pov Саша

      Вот и настал час моей смерти. Сейчас у нас алгебра, на которой меня ждёт разъярённая Анна Витальевна. Мы с Лерой зашли в класс и я решила в этот раз занять место подальше. Может хоть так она не сорвётся на мне. — Учитель в классе. Почему сидим? В класс с невозмутимым выражением лица влетела Анна Витальевна, неся в руках наш журнал. Я поняла, что моей мечте остаться без внимания не суждено сбыться. Она выглядела ещё суровей, чем утром. Класс встал, поприветствовав учителя и она, громко кладя журнал на стол, развернулась к классу, расстёгивая пуговицу пиджака. — Я, надеюсь, к уроку подготовились все, потому что сейчас я спрошу не менее половины класса. У вас минута на повторение. — Родионова, готова исправлять двойку? — Не совсем. — Что значит не совсем? Через месяц конец первого семестра. Судя по твоим оценкам, у тебя может выйти 2. Тебя это совсем не волнует? — Анна Витальевна, я знаю, что 2 вы мне не поставите. Вот чёрт, ну что я ей сделала? В классе 30 человек и двоек достаточно у каждого, а докапываться надо обязательно до меня. — А с чего такая уверенность, Родионова? — направилась медленно к моей парте преподаватель с ехидной улыбкой. — Ну... я так чувствую, — нервно сглотнула я, смотря на выражение её лица. — Чувствует она. Твои чувства тебя подводят. Шуруй к доске, Родионова. Она дошла до моей парты и вызвав к доске, пошла обратно, заставляя меня идти сзади и наблюдать её красивый зад, который облегали свободные чёрные штаны. Я инстинктивно облизнула губу и не заметила, как женщина остановилась, разворачиваясь ко мне. Я замерла в нескольких сантиметрах от неё и подняла взгляд к её лицу, но он скользнул ниже на губы. Анна Витальевна уставилась на меня и ухмыльнулась. Я незаметно для себя закусила нижнюю губу и через пару секунд наконец оторвала свой взгляд, когда передо мной начали щёлкать её длинные пальцы. — Родионова, вы с нами? Ей уже что, весело? Мне вот точно не до веселья. Я молча подошла к доске и взяла мел в руку. Анна Витальевна продиктовала мне задание и села за стол, в ожидании моих действий. Я как баран смотрела на неравенство и не знала, что с ним делать. Да мои мысли вообще были далеко от всех этих дурацких неравенств. Передо мной стоял образ этой красивой мегеры, её холодный взгляд с ухмылкой и пухлые губы. — Александра, озвучь мне свои мысли. Если они вообще есть. Ага, есть. Только не те. — Эээ.ну мы должныы. — Саш, ты знаешь как решать? Господи, она сказала «Саш». Ааа, я готова слушать это на репите весь день. Как же красиво это имя звучит с её уст. А то все Родионова да Родионова. Это надо будет отметить. — Нет, я не знаю. Я положила мел, и чтобы не занимать времени, пошла на свое место. Преподаватель вздохнула и опустила глаза в журнал. — Вторая двойка, Родионова. Что мне с тобой делать? Охх, привяжи, поцелуй, накажи, все, что угодно… — Ты как исправляться собираешься? Если вообще собираешься? — Я...исправлю на следующем уроке. Сказала я это таким низким и хриплым голосом, что сама удивилась. — Ну смотри мне. Задумайся всё-таки над тем, что в семестре может быть 2. Всё-таки две двойки сложнее исправить, чем одну. Тем более в твоём случае, — сказав это, я увидела, как её красивая рука вырисовывает, судя по всему, двойку и потом её холодный, прожигающий взгляд направляется в мою сторону. Сначала я хотела задать вопрос, что значит в моём случае, но после того, как словила её взгляд, решила промолчать. — Минаева, к доске решать неравенство. Лера цокнула, недовольно посмотрев на меня, и отправилась к доске.       Прозвенел звонок с урока и Анна Витальевна попросила нас задержаться. — Я что-то совсем забыла. Хотела предложить вам, кто захочет конечно, ходить ко мне на дополнительные занятия. По каким дням определимся, когда я буду знать точное количество желающих. Тебе, Родионова, особенно советую. — Ага щас, ещё на допы я к ней не ходила. Еле на её уроках высиживаю, — в пол голоса сказала я Лере, а преподавателю ответила: — Анна Витальевна, я думаю, справлюсь сама как-нибудь. — Ну смотри, Родионова. Как хочешь, но я бы настояла. — Спасибо, но я решила точно, — перебила я преподавателя. — Хорошо. В общем, я жду всех желающих, свободны. Класс с шумом вылетел из кабинета и растворился в коридоре. — Саш, может пойти к ней на дополнительные? – Лера купила себе в столовке похавать и села ко мне за стол. — Ну, как хочешь, но я бы не советовала. — Почему? Может так хоть на 4 меня вытянет. — Возможно. Но ты знаешь какая она стерва. — Ой, да это она может только с тобой такая. А пошли вместе, м? — Ты серьёзно? Оо, нет, — закатила глаза я. — Ну даваай. Вдвоём веселее, да и она не будет только на тебе заострять внимание, а? — подмигнула подруга. Я цокнула и ответила: — Ну я подумаю, завтра скажу. — Вот и отлично. Тогда я запишусь сегодня. — Ээ, давай лучше завтра, если я соглашусь. — Хм, ну хорошо.

Pov Анна Витальевна

Со школы я вышла уже после 5 часов. Было очень много работы с журналом и тетрадями. Быстро запрыгнула в свою машину и поехала домой. Ожидая зелёный свет, набрала Серёже, который не сразу ответил. — Алло, Серёж, я только вот еду. Ты дома? — Почему так поздно? Я уже давно дома, голодный, жрать нечего. Быстрее давай. — Мог бы купить чего-нибудь себе, что как маленький, — надавив на газ, машина тронулась с места. — Ты мне тут не начинай. У меня для того, чтоб пожрать ты есть. Вот и готовь мне. — Ладно, всё. Через 10 минут буду. Я сбросила и прибавила скорости. По голосу Сергея я поняла, что он немного выпил. Вообще, он редко пьёт, только, когда повод есть. Не знаю, был ли он сейчас, но я решила, что по телефону лучше этот вопрос не выяснять. С Сергеем мы знакомы уже почти год, а вместе жить начали 4 месяца назад. Познакомились мы с ним на работе моего отца. Мой отец, Виталий Евгеньевич, уважаемый человек. Он владелец одной крупной компании в городе, хороший человек. У нас с ним прекрасные отношения, я люблю и уважаю его. Сергей работает в его кампании менеджером-управляющим. Как раз недавно его повысили до этой должности. Поначалу отец не советовал мне общаться с ним, говорил, что он скользкий тип и ему это все только для денег нужно. Потом в один день резко изменил своё мнение, когда Серёжа помог отцу и практически спас в одном деле. С того дня папа каждый день утверждал, что Сергей хороший парень и я должна быть с ним. В принципе, я была не против, Серёжа был симпатичен мне, но не более чем. Но потом все как-то закрутилось, он проявлял много знаков внимания, твердил, что я очень хорошая, красивая девушка, я его идеал и прочее. И вот с тех пор мы начали встречаться и жить вместе. Сергей действительно хороший парень. Ему 27 лет, старше меня на 5 лет. Он умён, добр, всегда поддерживает меня. Сказать, что я его люблю, я не могу. Хотя он говорит иногда, что любит меня и хочет детей. Я, естественно, не готова пока ещё, поэтому так и говорю ему, что ещё рано, годика через 2. Вы спросите, почему я работаю простым учителем математики, когда у меня такой отец? Я вам отвечу. Первое время отец очень настаивал на том, чтобы я взялась за бизнес, стала менеджером или кем-то там ещё. Но меня совершенно не интересовало это, мне нравилось учить детей, а особенно я любила учить именно математике. В детстве я мечтала стать учителем начальных классов. Потом хотела преподавать математику до подразделения на алгебру и геометрию. Ну, а уже потом, когда я сама заканчивала школу, мне очень легко давалась и алгебра, и геометрия. Я очень любила эти предметы и тогда я решила, что стану вести эти предметы у старших классов. Вот так вот всё просто. Конечно же, сначала отец был против и твёрдо стоял на своём, но я всё-таки смогла его переубедить и в итоге стала тем, кем хотела.       Сейчас я уже зашла в квартиру и прошла в гостиную, где на диване развалился Серёжа. — Привет. Ну что, не помер с голоду? — я присела рядом и посмотрела на него снизу вверх. — Как видишь, нет. Твой отец сегодня отпустил меня пораньше, вот пришел полтора часа назад и пустой холодильник, — он сел, потирая глаза. — Ты пил что-то? — Я? Да не, так, две банки пива с коллегами бахнули и все. — В честь чего? — я встала и пошла на кухню. Сергей поплелся за мной. — Да у Андрюхи девушка беременна. Он радостный такой, вот и предложил отметить. — Аа, ясно. Что ж, за такое выпить можно. — Когда у нас с тобой уже ребёнок появится? — подходя сзади и кладя руки мне на талию, спросил Серёжа. — Ну Серёж, я же тебе уже много раз говорила. Я пока не готова. Я же только на работу устроилась, мне ещё пожить свободной жизнью хочется, понимаешь? Я повернулась к нему лицом и с лёгкой улыбкой посмотрела в глаза. Он вздохнул, снял с меня очки и провел рукой по щеке. — Да, я понимаю. Но и ты меня пойми, дорогая. Мне уже 28-й год, скоро тридцатник стукнет, а я ещё отцом не стал. — Тридцатник – это не конец жизни, Серёж. Мы все успеем, не переживай. Потерпи чуть-чуть, хорошо? — я мило улыбнулась и сщурила глаза, зная, как на него это действует. — Охх, хорошо. Подожду, моя родная. Он наклонился и поцеловал меня. Я ответила на поцелуй и принялась готовить ужин.