Точка опоры

Дисплей погас, и можно было перевести дух. То, что Кхан им не очень доверяет, это нормально – после всего, что случилось два с лишним года назад, надеяться на полное доверие было бы наивно, но… но все же хотелось. Ладно, посмотрим, что будет через месяц. В конце концов, Кхан уже сейчас понял, что «Энтерпрайз» на его стороне, а доверие приложится. Если они сами не допустят какую-то досадную ошибку. Кажется, что «учения» были когда-то давно, несколько дней назад, а еще и суток не прошло, всего-то четыре утра на часах. Стоп. Четыре? Утра?! И они все тут дружно сидят и полудумают-полудремят с ним за компанию? – Ладно, ребята, уже поздно. Спок, Дуглас, оправляйтесь спать. У вас сегодня день был особенно тяжелый. Мы с Чеховым и Скотти отправим Кхану требуемые логи системы. – Я лучше подожду, – покачал головой Спок, – мне с тобой еще нужно поговорить. А Дуглас пусть оправляется. Чехов и Скотт… – Так, – перебил его Скотти, – Чехов и Скотт вполне справятся без помощников и наблюдателей. Для того, чтобы найти логи системы за определенный промежуток времени, целая толпа вовсе не нужна. Поэтому – спокойной ночи. И не устраивайте нам побудку раньше двенадцати. – Спасибо, Скотти, – Джим благодарно улыбнулся, – Чехов, слушай старшего – завтра чтоб тебя на мостике до часу никто не видел. – Предлагаете спешно освоить курс невидимки, капитан? – Как получится, Чехов, можете поискать более простые пути. Например, поспать подольше. В общем, спокойной ночи. Дуглас, а вы чего ждете? Марш в каюту – чистить зубы и спать. Спок, пошли, поговорим по дороге, если ты не против. Дугласа как ветром сдуло, Спок же напряженно кивнул: – Не против. Он заговорил, когда они уже почти дошли до отсека, где располагались каюты: – Джим, я думал над тем, что сказал Чехов… Он во многом прав. – В чем именно прав Чехов? Спок, сегодня был длинный день, каждый из нас все время что-то говорил и то и дело оказывался прав. О чем именно ты говоришь? – О том, что мне не стоило писать рапорт. О случившемся на Нибиру. – Спок, ты рехнулся? Четыре часа утра. Совершенно сумасшедшие день и ночь. А ты вдруг вспомнил случившееся три года назад. – Ты прав, это было неуместно. Спокойной ночи. Вулканец ускорил шаг, но Джим удержал его за плечо: – Спок, да погоди ты, какая муха тебя вдруг укусила? Ту историю мы уже давно проехали. Ну накосячил и накосячил, бывает. Теперь-то тебя почему накрыло? – Я решил, что это важно сказать. Даже через три года. Я действовал в соответствии с директивами, а это не всегда верно. Если бы я не цеплялся к Скотту, вероятность сохранности данных о моей матери была бы больше. – Спок, ну их же все равно нашли. Ты что забыл, что у Чехова есть копия? Он же тебе специально еще одну сделал. – Не забыл. Но вероятность того, что случится нечто подобное – бесконечно малая величина. – Вот только не надо про высшую математику под утро. Дались тебе эти вероятности. Ты и когда в «Медузу» шел тоже что-то зубодробительное пытался рассказать, – он улыбнулся, но тут же почувствовал – шутка не удалась. – Джим, ты и сам понимаешь, что расчет вероятностей – не пустая блажь. И ты понимаешь, что если бы Чехов подчинился моему приказу или если бы я сначала сам отослал рапорт, а потом стал разбираться в переписке Дугласа… Так было бы правильней – по всем инструкциям. Но, – он оборвал себбя на полуслове и тяжело вздохнул. – … но это была бы глупость, которая сильно ударила бы и по Кхану, и по Дугласу. Спок, я все это понимаю. И очень рад, что ты вовремя сдал назад и не настоял на рапорте. – Да. Равно как если бы я решил сказать командованию правду об «учениях» или не поддержать задержку отправки расчетов Кхана. И три года назад – тоже самое. Джим, я понимаю, что сейчас это нелепо звучит, но я много думал о том случае. И о рапорте, и… вообще. Мы же вообще никаких знаний тем туземцам не передали. Ну видели они «Энтерпрайз» – и что? Это же не технология, не конкретная информация. Они просто видели какой-то гигантский красивый предмет, который вылетел из воды и унесся в небо. Все. Почему так важно скрываться, если не вмешиваемся в эволюцию напрямую? Разве знание о том, что нечто огромное может летать – это важно? – Ну, приблизительно то же самое я и говорил. Это не важно. Но даже если бы это было важно, вытащить тебя из вулкана было бы для меня важнее. Никто из туземцев – которых ты спасал, кстати говоря – от этого знания не помер, даже если бы мы не просто взлетели, а скинули им вниз листовки с подробными чертежами корабля. Вулканец мрачно кивнул. – Тогда я считаю, что эти три года мы проработали вместе не зря, – Джим не выдержал и рассмеялся. – Теперь ты окончательно понял, что иногда есть смысл нарушить директивы. Ты даже не представляешь себе, как сильно я этому рад. – Кирк, чему бы ты там не был рад, это не повод ржать на весь корабль как конь. От возмущенного шепота Ухуры он едва не вздрогнул. – Вы вообще знаете, который час? У Спока и так день был тяжелый, а ты… – Нийота, а ты почему не спишь? – Спок удивился не меньше Джима. – Угадай с трех раз! Нужно же было дождаться когда эти ваши «учения» закончатся, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке! Джим предпочел тихо ретироваться в свою каюту.