По ту сторону изгороди

Питер угрюмо смотрел перед собой. Тётя Мэй, как он понял за эти пару дней, приходит как только у неё появляется время. Она иногда оставалась с ним и спала на стуле, рассказывая ему о том, что сейчас происходит вокруг. Рассказывала о своих планах, о его одноклассниках, о его лучшем друге. Правда он ничего об этом не помнил. Совсем ничего. Всё, что сейчас существует в его мире — это Тони Старк. Да и тот исчез так же как и появился. Питер думал, что умрет как только жизни кумира миллионов перестанет угрожать опасность. Конечно, чувство, что его просто используют исчезло вместе с тем, как всё стало продолжаться. Мэй тоже упомянула о открытии ещё одной корпорации. Сказала, и как ослепителен был Тони. Конечно, Питер и сам об этом знал. Старк был на высоте. Как вдруг в двери палаты постучали. Тётя Мэй подорвалась и оглянулась на отъехавшую в сторону дверь. Паркер усмехнулся, заметив, как у той в изумлении открылся рот. К ним вошёл Тони. — Мисс Мэй, добрый день, — кивком головы поздоровался он. — Я зашёл проведать Питера. — П-проведать П-Питера? — тётушка похлопала глазами. — Конечно. Поняв намёк, молодая женщина поспешно выскользнула за двери. Паркер так и стоял около кровати, раздумывая не призрак ли перед ним. Что если было ещё одно покушение, переросшие в убийство? Но Тони не спешил что-либо говорить. Он просто сел на свободный стул, глядя на парнишку. — Как вы меня нашли? — первым прервал молчание Питер. — Думаешь, для меня это было проблемой? — Хм, — промычал тот в ответ, поражаясь высокомерности Железного человека. — Отнюдь. — Хэппи вскрыл мой телефон. И знаешь, что? — Что же? — Он и вправду был способен унести вместе со мной половину зала. — Теперь хотите от меня наводку на виновных? — Что? Зачем? — не понял тот. — А, мы быстро нашли «шутника». И разобрались. — Тогда цель вашего визита остаётся для меня загадкой. Мне положена медаль? — Сделаю вид, что не услышал тебя. Ты ведь призрак. Дух. Да? Паркер скептически осмотрел себя. — Похоже на то. — А как всем известно, духов в нашем мире держат незавершённые дела. Что же ты не успел-то парень? — Может быть... пожить?! — Питер указал на карту. — Мне всего пятнадцать. Пятнадцать. Это даже не четверть полноценной жизни. А если брать что-то конкретное, то... я совсем ничего не помню. Даже как я попал в больницу. — Тогда, — Тони хлопнул себя по ногам, — я помогу тебе вспомнить. *** Они шли по холлу старшей школы в которой учился Питер. Ну, как утверждает Тони. Сам парень едва вспомнил бы хоть кого-нибудь или хоть что-нибудь. Это было для него чем-то неизвестным, и что самое странное, пугающим. — Гляди, — Старк в очках и кепке указал на небольшую доску. — Здесь есть слова в твою поддержку. И действительно, многие люди клеили его фото, подписывая типичными цитатами, когда нужно пожелать выздоровления. Но в этом не было души. Единственное, что заставило его вздрогнуть — фото огромной конструкции из Лего. Звезды смерти. Корявым почерком кто-то написал: «когда ты очнёшься, мы повторим». Тони заметил отсутсвие реакции и словил первого попавшегося мальчишку за руку. — Добрый день, не расскажешь мне что-нибудь о Питере Паркере? — О ком? — только переспросил тот. Старк указал на доску. — А, о Паркере... Ну, говорят, он ходил типа в кружок по физике. — Может что-то ещё? — Нет. Больше ничего. Не выдержав печального взгляда, Старк попробовал ещё раз. Он словил на сей раз девушку, куда тактичнее повторив вопрос. — Ах, Питер. Он был заучкой. Задротом. Не крутым. Мы ходили на общие уроки математики, но я ни разу не видела его с девчонкой. Только с толстозадым дружком. Выслушав ещё пару таких же версий, Питер окончательно расстроился. Мало того, что вспомнить ничего не удалось, так ещё и Старк теперь принимает его за полного неудачника. Хотя Тони наоборот приободрился. Он примерно связывал факт того, что рассказы одноклассников не вызвали у Питера отклика в душе. Значит, это неправда. Неверное суждение о человеке, которого ты даже не потрудился узнать. — Это всё бесполезно, мистер Старк. Парень вытер нос рукой. Они стояли на улице. Ветер трепал волосы Тони, оставляя Паркера нетронутым. «Даже ветер не нарушает его покоя» — подумал мужчина, буквально заставив себя отвернуться. — Спасибо вам за помощь. Правда. Зато я буду знать, что уже ничего нельзя было поделать. — Обращайся, — тот улыбнулся. — Но не злоупотребляй. — Я тогда пойду к себе... — Нет, стой, — на секунду потерял лицо Старк, но тут же взял себя в руки. — Я голоден. Пошли составишь мне компанию. — Я ведь не ем. — А я не ем в одиночестве. Идём. Питер дёрнулся, понимая, что Тони взял его за руку. Он не прошёл насквозь, мягко сжимая тёплыми пальцами его запястье. По телу парня стало разливаться приятное тепло. Старк заметил заминку и тут же замер сам. На щеках Паркера вспыхнул румянец, делая его на вид ещё моложе. Мужчина устыдился своих мыслей, одёргивая руку. Дальше они шли в полнейшей тишине. Только когда сидели в кафе, Тони достал наушники, засовывая их в уши. — Это чтобы никто не перепугался, что я сам с собой говорю. — Хорошая мысль, — парень улыбнулся. Он всё ещё сжимал второй рукой кисть, к которой прикоснулся мужчина. Она пульсировала, разгоняя по телу приятные волны тепла. Хотя смущенный румянец уже почти сошёл, Паркер всё ещё чувствовал неловкость. — На самом деле я сам всё уже о тебе узнал, — неловко начал Тони, когда официант ушёл за заказом. — Например? — Ну, ты очень умный. — Ага, заучка. — Нет, Питер. Умных людей только в школе называют подобным образом. Думаешь, я не заучка? Как бы тогда был создан мой костюм? — Ага... — Ещё ты очень добрый. Переводишь бабушек через дорогу. Тащишь домой всех брошенных щенят. — Неудачник. Я уже слышал. — Ладно, — капитулируясь поднял руки Старк. — Попробуем зайти с другой стороны. Кто твой любимый супергерой? Питер несколько замялся. Он смотрел вниз, на свои руки, не зная, что будет лучше — солгать или сказать правду? Как назло Тони не сводил с него взгляда. Что-то в этом взгляде было такое, что очень сложно прочесть, но и так же непросто спрятать. — Ты. — А? — Я имею в виду Железный человек. — Ещё лучше! — мужчина махнул вилкой. — Думаю, ты выделишь мне ещё немного времени? Я хочу кое-что тебе показать. *** Всю дорогу они говорили о физике. Как понял из этой беседы Питер, Старк был скорее физиком-инженером. Он же — практикующим физиком. Пока теоретики считают формулы, Тони конструирует, а Паркер — испробует материю на прочность. Такая странная комбинация, но в своей удивительности она ничем не уступает неизвестному чувству внутри парня. Словно он наконец обрёл того, кто сможет его понять. Как будто та его жизнь была лишена в самом деле самого смысла. Теперь Тони куда-то вёл его, прижимая ладони к глазам мальчишки. Питер весь дрожал с головы до ног. Могло показаться, что от предвкушения, но касания мужчины будто били его током. Но не до боли. Они не оставались наверху, скорее переливаясь по его венам вниз и заставляя ноги дрожать и подкашиваться. — Та-дам! Старк убрал руки, демонстрируя Паркеру свой гараж. Тот, каким он был раньше. — Здесь я начинал свой путь, Питер, — сказал он, обводя глазами все машины и прототип старого костюма. — Ну, что хочешь? Паркер пожал плечами и вышел немного вперёд. Он старался выглядеть заинтересованным, но единственное, чего он на самом деле хотел, так это, чтобы Старк снова прикасался к нему. Только его прикосновения приносили какие-то чувства, кроме холода. И, словно наркоман, он хотел свою дозу. Тони подошёл к нему со спины, глядя на то, как парень смотрит на костюм. Словно случайно, он коснулся его плечом, снова отпрянув и стараясь казаться отчуждённым. Паркер, не контролируя свой жест, положил руку себе на плечо, именно в том месте, где ещё звучало эхо тепла Тони. — Это твой дом? — сглотнув спросил парень. — Когда-то был, — Старк скосил глаза, стараясь определить, что на уме у Питера. — Он слишком напоминает мне о прошлом. Здесь жизнь прежнего меня. — Можно мне посмотреть? — Что? — Тони замер, повернув голову на парня. — Зачем? — Мы ведь хотели узнать прошлое. — Да, но твоё, а не моё. — Моё ты уже знаешь. Паркер вплотную подошёл к мужчине, снизу вверх глядя в его глаза. Он различал хвойный лосьон и совсем не приторный аромат корицы. Глаза сразу защипало, а в горле стал ком. Последние слова он едва смог из себя выдавить: — Так что я хотел бы знать твоё.