По ту сторону изгороди

— Значит... ты сильно изменился? Питер смотрел только на мужчину. Снова слишком близко, потому что всё тело ныло. Старк словно специально якобы случайно касался его. То пальцами, а то и всем телом. А из Питера словно вытрясывали ещё одну душу, если это вообще возможно. — Да, — Стар положил руки на плечи парню, подводя его к стеклу, за которым виднелся первый синий моторчик созданный им. Словно, опять-таки, не нарочно, он всем телом прижался к Паркеру, указывая на буквы пальцем. — Но это изменило меня сильнее всего. Это мой триумф и мой крест. Он развернул ничего не понимающего парня к себе, сминая его ладошку и прикладывая к центру своей груди. — Это внутри моей груди неизменно. Но теперь там засело кое-что ещё... — Я... — Питер опустил голову и отнял руку. Кажется, его глаза снова слезились. — Мне кажется... Я больше так не могу. Не поднимая глаз он обвил руками мужчину, утыкаясь носом ему в грудь. Ту самую, где совсем не обычный моторчик никогда не дремлет. Он не знал, что имел в виду мужчина, но знал, как же ему нужны сейчас эти прикосновения. Тепло ударило сначала в голову, резко падая вниз. Вниз живота, где всё предательски щекотало, заставляя глотать аромат хвои и корицы будто недостающий кислород. — Питер... Тони что-то хотел сказать, но не смог. Он триста раз проклял себя, пытаясь отвести назад пах. Что, чёрт подери, происходит?! — Не отпускайте меня, мистер Старк, — прошептал Питер. — Я прошу вас. — Ну как же я тебя отпущу?.. Тони в ответ обвил мальчишку руками, вдыхая исходящий от него запах тела. Питер пах молоком. Мужчина уже не мог определиться, что хорошо, а что плохо и просто подхватил его под попу. Паркер на удивление быстро сообразил, что к чему и в ответ обвил Старка ногами. Пускай его и пугало давящее снизу нечто, но от этого исходил самый нестерпимый жар. И этот жар манил его. Тони одной рукой сдернул с кровати шелковый настил. Белоснежные простыни так и застыли в этом царстве, где не властен Хронос. Кровать мягко скрипнула, пуская в свои объятия цепляющуюся друг за друга пару. Старк осторожно подцепил облегающий пуловер мальчишки, освобождая его сбитый юношеский торс. Питер был отнюдь не против. Словно одежда мешала ему постичь что-то необходимое. Он сам скользнул крошечными ладошками под рубашку Тони, за мгновение ока стягивая её с мужчины. Паркер вздрогнул всем телом, словно от сильного удара током, ведь Старк... поцеловал его. Нет, не так пошло и слюняво с языком. Он просто накрыл его губы своими. Невинное и мягкое касание. Питер перехватил инициативу. Ему хотелось большего ведь внутри распалялся настоящий фейерверк. Теперь они целовались глубже, а его крохотные пальчики впивались в плечи мужчины. Моё. Всё моё. Тони первым разорвал поцелуй, спускаясь губами всё ниже. Он немного прикусил тоненькую кожу шеи мальчишки, подразнивая его почти невесомыми поцелуями, рассыпавшимися по ключицам. Вдруг его губы нашарили розовую бусинку соска, влажно прикусывая его и тут же обдувая холодным воздухом. Парень выгнулся, уже не чувствуя под собой кровати. Только Тони. Жаркий. Головокружащий. Но только Старк поцелуями стал опускаться от соска всё ниже и ниже, Питер почувствовал, как в нём развивается сладких вихрь по всем нервным сетям организма. Он машинально схватил мужчину за волосы, когда он опустился к самому чувствительному месту любого человека. Ловкие, почти что виртуозные руки мгновенно освободили парня от штанов. Синие джинсы первыми улетели на кресло, а за ними в след и чёрные брюки Тони. Сейчас лишь на Паркере была одежда: красная тряпка для быка. Боксеры. Они облегали напрягшуюся плоть, но не выдавали всех секретов. Старк зубами подцепил их, спуская по бледной коже вниз. Его горячее дыхание опалило пах парня, вызывая практически судорожный вздох. Тони даже не спешил касаться губами колом стоящего члена Питера, дразня немного его, хотя в основном самого себя. Мысленно он неимоверно и ещё больше возбуждался от всех своих действий, и его удивляло, что мальчишке действительно хорошо от этого. Это правда тяжело было не заметить. Он стонал, царапал руки и пошло выгибал спину. Но это лишь ещё больше придавало Старку смелости для дальнейших — самых восхитительных — действий. Тони не спешил растягивать напрашивающегося мальчишку. Он ласкал пальцами хоть и уже не короткий, но тоненький член. Мужчина мог бы признаться себе, что на самом деле просто боится перейти к той самой заветной дырочке, потому что обязательно будет больно. Он гладил ладонью его живот, переходил к шее, щеке, но это не должно длиться долго. Старк скользнул рукой по сочащемуся стволу, размазывая по всей длине природную смазку, отчего-то бегущую ручьём. Мягкие неторопливые движения его руки заставили Питера судорожно глотать воздух и шепотом просить ещё. Его тело превратилось в один сплошной оголенный нерв, по которому так профессионально скользил рукой мужчина. Тони немного сменил позицию, поддерживая свободной рукой под спину Паркера. Тот в свою очередь даже не открывал глаз, чтобы понять, что происходит. Старк вплотную придвинул свой член к его, теперь плавно скользя вверх и вниз. Их смазки смешивались в процессе того, как волшебные пальцы пробегались по стволу и подразнивали головку. Паркер ещё сильнее сжал пальцы на плечах мужчины, осознавая, что вот-вот кончит. Но всё ведь не должно заканчиваться вот так. Но Старк не спешил. Мальчишка вскоре догадался, отчего же тот медлит и молебно попросил уже сделать это, потянувшись к подушке за спиной и найдя там нужную опору. Он раздвинул ножки шире, пока Тони сочно облизнул собственные пальцы, готовясь протолкнуть первым смазанный. Он не стал надолго задерживаться около тёплого входа и осмелился-таки, начав целовать Питера сразу, как только он зашипел от боли. Тони растягивал долго лишь одним пальцем, но парень так и не расслабился. Со следующим пальцем всё было ещё хуже, но когда мужчина почти отчаялся, думая, что всё испортит, добавив третий палец, ему наконец удалось найти ту заветную точку: Питер снова стал млеть, отвечать на поцелуй. Он прижал Старка ещё ближе к себе и стал постанывать ему в губы. Больше всего на свете мужчина не хотел бы спешить. Ему хотелось, чтобы парнишка в его руках никогда больше не чувствовал боли. Чтобы его окружала любовь и забота, одно лишь искреннее тепло. Лишь когда самому мальчишке надоело получать удовольствие от чужих рук, он смущенно, с опьяненным из-под ресниц взглядом прошептал прямо в ухо Тони: «Войди в меня». Внутри мужчины, казалось, что-то взорвалось от этих слов. В его руках был он, такой хрупкий, такой нежный, такой желанный. Закусывая губы, мужчина всё-таки выполнил просьбу Питера. Чёрт, сейчас бы он выполнил вообще всё, о чём бы тот не попросил. Он бы убил, если бы потребовалось. Казалось, из ушей Тони сейчас повалит дым. Он терпел изо всех сил, давая этому скулящему от желания существу привыкнуть к ощущению заполненности. Но уже через секунду они двигались медленно, размеренно, давая возможность прочувствовать друг друга каждым нейроном. В отличие от спокойного по своей натуре Тони, Питер даже не старался сдерживать сладкие стоны. Он чувствовал там внутри что-то такое, такое! Оно разрывало его изнутри похлеще толстого, покрытого венами члена Старка. Он был почему-то не уверен, что мужчине так же сильно это нравится. Да, Тони потихоньку ускорялся, оставляя на его коже красные отметины, но его лицо не выражало ничего особенного. Он всем своим весом налёг на Паркера, продолжая чуть более ускоренно двигаться, и прошептал вопрос: — Тебе нравится? Питер облизал свои губы и кивнул, но как-то неуверенно. Нет, крышу ему сносило напрочь. Это на сто процентов лучшее, что происходило в его сразу двух жизнях. Но что если Тони это не нравится? — А тебе? Смех Старка казался чем-то неуместным в этой ситуации. Но последующий на ним напор толчков, ещё более быстрых и глубоких, указал его ответ. Мужчине казалось таким невозможным, что мальчик под ним думает лишь о том, чтобы Тони было хорошо. Если он не лучшее, что случалось с ним, то тогда вообще что? Паркер улыбнулся, поняв, насколько прозаичным был его вопрос. Но как-то криво, выставляя на показ зубы и сквозь вечно пытающиеся закатиться глаза глянул на сосредоточенного мужчину. Он издал затяжной стон, а когда почувствовал, что долгожданная услада вот-вот приблизится, распахнул вмиг глаза. Старк машинально задвигался быстрее, чувствуя, что и сам вот-вот взорвется фейерверком. Когда их лучший за их жизнь оргазм накрыл с головой, выбивая из тела даже душу, что вообще смешно в случае Питера, Тони сжал пальцами его бёдра, издав при этом задыхающийся из-за невообразимого наслаждения стон. Он по-детски зарычал и тут же припал носом к шее парня, чтобы знал, что этот мелкий чертёнок творит с его телом, сердцем и разумом. Они не разъединялись долго. Старк продолжал лежать на Питере, не выходя из него. Паркеру наконец было невыносимо жарко, и он с силой обнимал плечи Тони. Но ему очень нравилось так лежать, чувствуя заполненность всеми частями тела. Ведь наконец, ему просто было хорошо.