По ту сторону изгороди

Первые лучики легли на умиротворенное лицо Тони. Он уже и позабыл, как в этой кровати начиналось его утро — с рассветом. Он потянулся, вдруг вспоминая, что было прошлой ночью. Мужчина резко сел, глядя на вторую половину кровати. Она была смятой, но совершенно пустой. Старк откинул с себя одеяло, тут же направляясь обследовать остальные комнаты. Он звал парнишку по имени, надеясь застать его в ванной, на кухне или в подвале, разглядывающим прототип костюма. Но как бы громко он ни кричал, ответом ему звучало лишь эхо. Питера Паркера не было в его доме. Взволнованный, он стал суматошно собирать свои вещи и одеваться. Парень, видимо, одеваясь сложил его одежду ровной стопочкой. Только этот факт заставлял мужчину успокаивать себя, что Паркер просто ушёл, а не исчез или, что ещё хуже, умер. Старк взглянул на мятую рубашку и понял, что это не в стиле Железного человека ходить в не глаженном и вчерашнем. Времени у него не было. Ему срочно нужно было убедиться, что Питер жив. Даже если после вчерашнего он и знать не хочет Тони. Это всё неважно. Главное, чтобы с ним всё было хорошо. Он схватил висящий в шкафу смокинг. Очень строго и официально, но у него буквально не было выбора. Мужчина закинул на нос очки и спустился в подвал. Ему не нужен водитель и аккуратненькая машинка с комфортом. Ему нужна скорость. Он сдёрнул настил с ярко-желтой машинки. Отполированные бока сверкали отражая белый свет. Малышка Hennessey Venom GT Spyder, могла разогнаться до 427 км/ч. Конечно, он не собирался выжимать такую скорость посреди города. Но трасса ему ни по чём. Совсем скоро мужчина уже парковался около той самой больницы. Он буквально бежал по ступенькам, без стука влетая в палату. Один мальчишка лежал в кровати с подключёнными к нему приборами. Другой — стоял у подножья кровати, опустив голову очень низко. Старк подошёл сзади, обнимая его со спины. Раздался благодарный и восторженный выдох, словно Питер получил новую порцию обезболивающего. — Почему ты ушёл?.. — мужчина прижался щекой к щеке мальчишки. — Я сделал что-то не так? — Просто... — Паркер замялся. — Я думал, что всё устроено таким образом, что к утру меня уже не должно быть в твоём доме. Разве это не так происходит у взрослых людей? — Вообще — так, — Тони утвердительно кивнул. — Но ты никоем образом не относишься к мимолетным, ни к чему не обязывающим встречам. — Всё же отношусь, — Паркер выбрался из самых манящих в мире объятий. — Что-то ещё перестало работать внутри меня. Кажется, тётя Мэй говорила, что мои зрачки перестали реагировать на свет. Меня отключат от аппаратов уже совсем скоро. — Постой, что?! — Кажется, я всё же мёртвый, мистер Старк... — Нет-нет-нет, Питер! Я что-нибудь придумаю, — он уже сам не мог сдержать слёз. — Я ведь супергерой, помнишь? — Но вы не волшебник, вы не сможете воскресить меня. А тётя Мэй подписала согласие. Она больше не может так жить и работать целыми днями лишь ради того, чтобы аппарат заставлял моё мертвое сердце продолжать качать кровь. — Я сейчас же поговорю с Мэй, — Старк собрал в руки крошечные ладошки Питера. — Или мои ребята переместят тебя в частную клинику. Я смогу хоть всю жизнь платить для твоего в ней содержания! Слышишь, Питер? Я тебя не... Прервал его стук в дверь. — Мистер Старк? — тот самый врач с злыми глазками заглянул в палату. — Мы вынуждены попросить вас попрощаться с Паркером и покинуть палату. Моя команда должна засвидетельствовать смерть. — Но вы можете посмотреть через стекло вместе с мисс Мэй, — один из сотрудников просто выставил его за двери. Не веря, что это действительно происходит, Тони уставился в стекло. Одного неподвижного мальчишку окружили врачи, а второй — печально смотрел через всё то же окошко прямо на Тони. Он был совсем один. Крошечная сгорбленная фигурка. Мальчик дрожал, понимая, что его мимолетная жизнь вот-вот оборвётся. Один из медбратьев снял с Питера кислородную маску. Отвечающий за пульс прибор противно запищал. Не выдержав подобного, Тони обернулся к плачущей женщине. — Как вы могли позволить им убить его?! Вы сумасшедшая! Мужчина вбежал в палату, отталкивая врачей, словно игрушек. Он навис над телом, но смотрел по правую сторону от кровати. Призрачный Питер становился всё более прозрачным. Он сам видел свои руки и понимал, что неизбежно уходит. — Я люблю вас, мистер Старк... Прошептал он, окончательно сливаясь с этим миром. Кто-то из врачей отключил ещё два прибора. Только отвечающий за сердечный ритм продолжал пищать, а глав врач диктовал время смерти. Тони не был с этим согласен. Он не был лучшим в сердечно-легочной реанимации. Но всё равно перед всей бригадой врачей давил ему руками грудную клетку, ритмично считая нажатия. Сделав ровно тридцать, он зажал парню нос, обхватывая губами его губы и делая два быстрых выдоха. Снова непрямой массаж сердца. Но ничего не происходило. Аппарат по-прежнему пищал, а тело Паркера оставалось бездыханным. Отчаявшись и опустив руки, Тони сделал вид, что это ещё одна попытка искусственного дыхания. Но он просто крепко целовал остывающее тело. Он прощался с маленьким мальчиком, который всего за одну ночь показал ему, что на самом деле значит счастье. — Оттащите его кто-нибудь! — крикнул глав врач и мужчину схватили под руки. — Полгода прошло, пришло время наконец отпустить его. Как вдруг писк аппарата прекратился. Сначала все решили, будто один из медбратьев отключил и его, но табло продолжало светиться. На нём аккуратными волночками пробивался пульс. — Господи, Питер! Мальчик распахнул глаза, глядя покрасневшими веками в потолок. У него чертовски кружилась голова. Он обвёл взглядом всех присутствующих: — А где тётя Мэй?.. Мэй подлетела к племяннику, со слезами на глазах гладя его по голове. — Я тут, милый я рядом! Ты как?.. — Я совсем ничего не помню. Тётя Мэй, почему я в больнице? — Тебя сбила машина, Питер. Но уже всё хорошо. Тебе нужен покой. Глядя как тётя воркует с племянником, Старк не мог уже сдерживать слёзы. Питер жив. Он разговаривает, он дышит! Тони протянул руку, пытаясь незаметно для остальных коснуться предплечья парня одними подушечками пальцев. Но Паркер испуганно посмотрел, отдёрнув руку. Брови мужчины всего на долю секунды поднялись вверх. Конечно же, Питер его не помнит. Ни помнит ничего, что между ними произошло. Он тут же спрятал руки в карманы и направился к выходу. Тяжелые шаги заглушили хлопоты ошарашенных врачей. Старк впервые в жизни не знал как поступить. Он всё ещё помнил как они уснули, прижимаясь друг к другу, даже не как влюблённые, а словно... словно они были неотъемлемой частью друг друга. Очень важной частью. И сейчас от его сердца оторвали кусок. Но он не хотел портить мальчику жизнь. Ему хотелось всячески помогать Питеру. Может даже стать анонимным спонсором его банковского счёта. Тони точно знал, что договорится с экзаменаторами, что всю жизнь готов следовать за своей крошечной половинкой, чтобы везде успеть подстелить ему солому. Столько боли, сколько перетерпел мальчишка, не должен чувствовать ни один человек в мире. Так пускай вся его остальная жизнь будет полна счастья, даже если сам Тони медленно сгорает изнутри, глядя, как Паркер впервые целуется за школой или дарит всю свою любовь не ему. Питер же вспомнил одноклассников. Вспомнил даже тот момент, когда он переходил дорогу на зелёный, но тут же почувствовал удар грязным капотом. Единственное, что беспокоило его спустя неделю как его выписали, это гнетущее чувство внутри, словно он забыл что-то важное. Не было бы и мгновения, когда парень не напрягал мозг изо всех сил, стараясь эти воспоминания вернуть. Но всё было тщетно. Ещё иногда он вспоминал мужчину, которого когда-то видел по телевизору. Мэй говорила, что к умирающим детям часто приходят знаменитости. Может... это произошло и с ним? Старк честно старался побороть боль внутри себя. Но образ Питера в его объятиях никогда не исчезал и даже не мерк. Тони решил, что он должен это изменить. Он снял с плечей ответственность за будущее Питера, возложив её на одного из помощников. Жизнь малыша будет счастливой, но у Старка нет сил на неё смотреть. Он должен всё забыть. Вычеркнуть из памяти. И первым делом он поехал в свой старый дом. Вернуть машину, забрать свою одежду. Он решил, что всё это продаст и никогда больше не станет так изнывать от боли. Тони сведя брови укладывал в сумку рубашку. Он ещё различал оставшийся на ней запах мальчика. Нет, так просто не может продолжаться. Он зашвырнул её в сумку, хватая свои брюки — так любовно и аккуратно сложенные тоненькими пальчиками Паркера. Он и их швырнул в сумку, замечая стук с которым из них что-то выпало. Старк нагнулся под кровать, вдалеке замечая что-то круглое. Это было маленькое серебряное колечко, которое видимо когда-то носил Питер. Мужчина выпрямился, держа крошечный предмет на ладошке. Сравнительно с его рукой, колечко было просто миниатюрным. Оно вряд ли налезло бы ему даже на мизинец. И это было так мило, что малыш решил оставить ему часть себя. Слёзы снова стали душить мужчину, заставляя совершать попытки их сдержать. Он закинул голову назад, пока влажные дорожки заструились вниз. Нужно вернуть его. Сейчас Тони нельзя было садиться за руль. Так что он вызвал такси. Питер сейчас находился дома, причём совсем один. Старк подъехал к его подъездной аллее и едва ли не на ходу покинул машину. Он пригладил волосы и позвонил в двери. Это его последний раз, когда он сможет так близко видеть мальчишку. — Мистер Старк? Эти слова выбили весь воздух из груди мужчины. И голос, и тембр, и интонация — всё было как тогда. И крошечные сонные глазки, выглядывающие из-за двери с доверчивым, но удивленным взглядом. — Привет, П-Питер... — Вы что-то хотели? Тёти Мэй нет дома. — Нет, Питер, я к тебе, — дрожащей рукой Тони полез в карман. — Я кое-что твоё нашёл. Решил, что нужно вернуть. — Проходите, — Паркер впустил мужчину в дом. — Будете чай или кофе? — Нет, спасибо, я только верну тебе твою вещь и уйду. — Хорошо. Тони достал колечко, протягивая его мальчишке. Тот сначала ничего не понимал, а потом его глаза расширились. — Где вы его нашли? Моя мама оставила его мне, как символ, что она вечно будет любить меня. — Ты не поверишь, если я скажу, — мужчина тряхнул рукой. Ему срочно нужно было уходить, пока он не потерял контроль и не стал в слух рыдать. — Бери же. Стоило пальчикам коснуться раскрытой ладони мужчины в попытке забрать колечко, как их хозяина словно пробило током. По телу поползло тепло. Оно скользило вниз, грея всё тело изнутри. В животе стали порхать бабочки, щекоча его маленькими крылышками. А в голове вспыхнули воспоминания. Их объятия. Их проведённая вместе ночь. Его собственные слова: «Я люблю вас, мистер Старк». Всё смешалось в одну кучу, ворвавшись в мозг мальчишки подобно пуле. — Я пойду, — мужчина развернулся, не желая больше смотреть на сжимающего колечко парня. — Стойте, мистер Старк, — Питер нагнал его и развернул к себе. — Я не могу его взять. — Но твоя мама хотела, чтобы ты знал, что она вечно будет любить тебя, — Тони непонимающе склонил голову набок. — А теперь я хочу, чтобы вы знали, что я буду вечно любить вас, мистер Старк.