Победитель получает всё

Большой шумный город горел яркими огнями. Несмотря на поздний час, всюду кипела жизнь: улицы были полны разношёрстных компаний, весело гудящих в предвкушении нескучной ночи. В такси играла спокойная музыка, водитель деликатно молчал, и Мишель задумчиво наблюдала, как мимо неё проносятся типичные пейзажи мегаполиса. В голове у девушки было пусто — казалось, что её черепную коробку вскрыли, вытряхнули всё содержимое, а затем набили ватой. Она должна была злиться, кипеть от ненависти и обиды, но вместо этого не чувствовала абсолютно ничего. Все её рефлексы свелись лишь к простейшим действиям, призванным поддерживать работоспособность организма. Мишель могла дышать, сидеть, моргать. И даже это сейчас казалось ей непосильной работой. Ещё утром она была самой счастливой девушкой в мире. Странно. Счастливой её сделала ночь с Брэндоном? Просто секс? Нет, её окрыляли его легкие касания, невинные поцелуи и полный желания взгляд. Брэндон каждый раз проникал ей под кожу своими голубыми глазами, которые темнели, когда он смотрел на неё. В носу защипало и Мишель принялась отчаянно тереть переносицу. Как можно быть такой дурой? На что она рассчитывала, связываясь с Брэндоном? Она просто нарисовала себе какую-то красивую картинку и влюбилась в неё. О чём она думала, соглашаясь на его глупую игру? Ответ пришел быстро: ей казалось, что две недели — бесконечно долгий срок и может произойти всё что угодно. Так и случилось. И если утром она была самой счастливой девушкой, то сейчас чувствовала себя раздавленной, облитой грязью и размазанной по асфальту тряпичной куклой. — Мишель! Мишель! — тоненький голосок Молли вывел девушку из задумчивости. — Что, мышонок? — Ты плачешь? — тихо спросила сестра. Мишель поспешно смахнула непрошенные слёзы: — Я немного вымоталась, Молли. Прости. Мне просто нужно хорошенько выспаться, — девушка чмокнула сестренку в макушку. — Мишель, а та девушка в студии, почему она была голая? Это тоже такой танец? — Можно сказать и так, — равнодушно протянула Мишель. Она знала, что Молли ждёт от неё каких-то объяснений, но и сама не могла понять, как такое возможно. Ведь всего несколько часов назад, в этой же самой студии, они с Брэндоном были единым целым. Так по крайней мере ей казалось. Неужели для него это ничего не значило? Неужели можно так просто всё забыть и уже вечером тащить в постель кого-то другого? В ту же самую постель! Мишель вдруг почувствовала себя грязной. Нестерпимо захотелось в душ. Дома никого не было. На кухонном столе лежала записка от Джозефа — они с Кристианом поехали ужинать к его родителям. Вернутся поздно. Молли отказалась от ужина, быстро почистила зубы и уснула, как только оказалась в кровати. Видимо выходные на свежем воздухе не прошли для неё даром. Мишель была рада, что может остаться наедине со своими мыслями. Она отправилась в душ и долго тёрла нежную кожу жёсткой щёткой, пытаясь соскрести с себя любые следы Брэндона. Она снова и снова смывала мыльную пену, а затем принималась с удвоенной силой растирать покрасневшую кожу и остановилась лишь тогда, когда заметила, что на аккуратной груди от её усердия выступил солидный кровоподтёк. Щётка полетела вниз, а вслед за ней и Мишель, обхватив руками колени, уселась на пол и наконец в голос разревелась. Тёплые, тугие струи воды, продолжали хлестать её, напоминая о прошлой ночи. Брэндон подхватил Мишель на руки, а затем отнёс в душевую. Там он поставил её, еле живую, шатающуюся от удовольствия, под прохладный душ. Парень присел перед ней на колени. Откуда-то возникла мягкая мочалка, пахнущая терпким мужским шампунем. Он взбил крепкую пену и начал медленно массировать Мишель ноги. Сначала ступни, потом икры, затем ласково прошелся по бедрам и ягодицам. Его руки плавно скользили по гладкой коже, осторожно коснулись внутренней стороны бёдер, после поднялись к животу и выше, к груди. Соски Мишель моментально затвердели, возвышаясь среди крошечных мыльных пузырьков тёмными пиками. Брэндон выпрямился. Крупные капли медленно стекали по его обнаженной коже, задерживаясь на рельефных мышцах. Светлые волосы слегка потемнели от воды, а глаза снова превратились в два синих озера. У Мишель заныло внизу живота. Она просто не могла спокойно находиться рядом с Брэндоном. Её рука аккуратно обхватила его окаменевший член и принялась легонько водить по нему. В ту же секунду его ладонь начала зеркально повторять движения, хозяйничая у неё между ног. Мишель застонала и слегка ускорила темп. Брэндон громко выдохнул, повернул её к себе спиной и накрыл руками упругую грудь. Мишель стала тереться о его возбужденный до предела член, а парень в ответ чуть прикусил нежную кожу на шее. Из груди Мишель вырывался вскрик, ягодицы сильнее вжались в тело Брэндона. Хрупкая ладошка снова заскользила у него между ног. Рука Брэндона отвела чуть в сторону её бедро, пальцы накрыли нежные клитор и начали неторопливо исследовать. Пара плавных движений и Брэндон слегка подтолкнул Мишель к стене, заставляя её прижаться разгоряченным телом к прохладному кафелю. Еще мгновение и Брэндон вошёл в неё до упора. Его ладони крепко обхватили ягодицы Мишель, лишая её свободы действий. От удовольствия у неё начала кружится голова. Она остро чувствовала каждый толчок, каждый спазм, пронзающий её. Брэндон тяжело и часто задышал, а с губ Мишель сорвались неконтролируемые стоны. Здесь, в огромной душевой, имя парня, которое начала выкрикивать девушка, звучало совсем иначе — оно прокатывалось среди клубов пара и бумерангом возвращалось к ней, напоминая, кому она сейчас принадлежит. Мишель задрожала, ноги начали проскальзывать на мыльном полу. Брэндон с силой прижал её к себе, одновременно вдавливая в стену, и их обоих накрыла мощная, оглушительная волна наслаждения. За дверью послышались голоса, вернувшие Мишель в реальность. — Мишель, мы вернулись! Девушка выключила воду, обернулась в большое пушистое полотенце, но ещё долго не выходила из ванны, стараясь унять слезы, горьким комом вставшие поперёк горла. Следующие семь дней слились для неё в один нескончаемый временной поток. Утром она отвозила Молли в школу и бежала на тренировку, которая длилась примерно до обеда. После, ребята расходились на небольшой перерыв, а она снова мчалась в школу, только уже затем, чтобы забрать оттуда Молли. Они наспех перекусывали и вместе отправлялись в студию на вечернюю тренировку. Идея репетировать дважды принадлежала Джастину. «Мы должны тренироваться больше! Должны быть готовы к тому, что снова может случиться неприятность, наподобие той, что приключилась с нами в полуфинале» — заявил лидер «Гладиаторов» и предложил заниматься ещё и по вечерам. Никто не протестовал. На кону стояло слишком многое. Во время этих репетиций Молли сидела в маленьком кабинетике, делая уроки или пересматривая любимые мультики, которые Мишель всегда держала на своем ноутбуке. Ей было жаль сестрёнку — проводить всё свободное время в тесной и полутемной комнатушке, не самое лучшее занятие для ребёнка, но других вариантов у неё не было. Молли, с пониманием отнеслась к этому вынужденному заточению. Иногда она тихонько приоткрывала дверь и, усевшись на полу, наблюдала как ребята репетируют своё финальное выступление. Мишель не возражала — присутствие Молли никому не мешало. Она лишь просила девочку не болтать об этом в школе. Тренировки стали ещё более изнурительными и тяжелыми. Ребята много работали, стараясь довести все движения до совершенства. Они сразу решили сделать танец в своём собственном стиле: чувственные, эмоциональные движения, сочетались со сложными, требующими особой подготовки, связками. Публика наверняка решила, что «Гладиаторы» не способны ни на что, кроме как крутить бедрами. Парням хотелось доказать обратное. Их танец должен был стать демонстрацией способностей человеческого тела — вот они гибкие и горячие покорители женских сердец, а уже через секунду творят такое, что сможет исполнить не каждый профессиональный танцор. Обстановка на репетициях была слегка напряженной, но по большей части из-за общей усталости, свалившейся на всех без исключения. Брэндон вёл себя как обычно, разве что немного притих и всё реже отпускал свои колкие шуточки. Он практически не смотрел на Мишель, обращался к ней строго по вопросам, касающихся их общего дела и вообще, был образцовым членом команды — приходил вовремя, перестал являться на тренировки с похмелья, беспрекословно слушался Джастина. Однажды Мишель услышала, как ребята тихонько обсуждали благотворное влияние, которое оказало на Брэндона неожиданное появление Кейт. Тысяча острых ножей тут же вонзились ей в грудь. И на что она надеялась? Она ведь не из тех девушек, при виде которых в парней ударяет молния и отъезжает крыша. Нет. Она просто была милой дурочкой, которая помогла Брэндону немного отвлечься от той, которая действительно что-то значила в его жизни. Спасательный круг «Мишель» больше не требовался. На горизонте снова появилась обетованная земля «Кейт». Поздно вечером сёстры всегда отправлялись на небольшую прогулку. Молли, наконец оказавшись на свежем воздухе, весело щебетала и рассказывала последние школьные новости. Иногда к ним присоединялись Кристиан и Джозеф, которые с удовольствием поддерживали с малышкой любой разговор. В такие минуты Мишель была им бесконечно благодарна. Она просто отключалась от реальности и бездумно шла рядом. Дома, уставшая и вымотанная, она укладывала сестричку спать, а сама падала на кровать и принималась тупо пялиться в потолок. Начиналась очередная бессонная ночь, которая изредка прерывалась её тихим, беззвучным плачем. Ближе к утру Мишель обычно проваливалась в какое-то болезненное и беспокойное забытье, наполненное яркими и очень реалистичными картинками, которые никогда не менялись. Она стоит на сцене, на той самой сцене, где должен был проходить финал конкурса. В зале пусто, только несколько тёмных силуэтов, лиц которых невозможно разглядеть. Начинает звучать музыка и Мишель догадывается, что должна танцевать, но не может. Её ноги не слушаются. Она смотрит вниз и понимает, что вместо твердой поверхности паркета, под ней вязкая и холодная жижа, которая начинает засасывать её всё больше и больше. Страх быстро распространяется по телу и подниматься к горлу, становится сложно дышать. Ноги глубже проваливаются в противную, тягучую грязь. Мишель вытягивает руку, пробует ухватиться за что-нибудь, но поблизости ничего нет. Откуда-то из зала до неё доносится детский плач. Это Молли просит не оставлять её одну. Девушка отчаянно барахтается, но лишь сильнее вязнет в кошмарном болоте. Неожиданно рядом возникает Брэндон. Девушка тянется к нему в немой просьбе о помощи. Брэндон встаёт на колени. Почему-то под ним твердый паркет, хотя он находится от Мишель на расстоянии вытянутой руки. Парень наклоняется к ней, нежно целует, а затем, ласково обхватив лицо Мишель двумя руками, одним резким движением погружает её в мерзкую субстанцию с головой. В этом месте она всегда просыпалась. Опустошенная, но спокойная, с красными, пульсирующими глазами, в которые словно насыпали песка. Из последних сил Мишель поднималась с кровати и всё начиналось сначала. Один из дней этой бесконечной недели всё же запомнился Мишель и выбился из общей массы. Вечерняя тренировка только закончилась и девушка устало сидела в женской раздевалке. Молли, весело напевая, бегала по опустевшему танцевальному залу. Мишель тихо улыбнулась непосредственности своей сестренки. Её жизнь совсем не сахар, но она не унывает, а Мишель не может найти в себе силы даже на поход в душ. — Мы можем поговорить? — Брэндон стоял в дверях раздевалки. — Это женская раздевалка, — зачем-то уточнила Мишель после долгого молчания. Сказала первое, что пришло ей на ум. Брэндон лишь слегка пожал плечами и присел рядом. Как только он подошёл к ней, ладони Мишель тут же стали холодными и мокрыми. Она не могла оторвать от него глаз. Боже. Он специально припёрся к ней с голым торсом? Гладкая, слегка загорелая кожа, широкая грудь, накачанные мышцы — это уже слишком. Мишель тут же представила, как стройные ноги Кейт обхватывают его талию и впиваются пятками в задницу. Острые ножи снова начали царапать нутро. — Я хотел тебе кое-что сказать, — тихо начал Брэндон. Мишель инстинктивно отодвинулась от него. Она не могла понять, что скрыто в его голосе. Он не был грубым или извиняющимся. Он был никаким. Бесстрастным. Девушка вдруг ясно поняла, зачем он пришёл. Нет, объяснений в духе «ты не виновата, это всё я» или «ты знала, на что шла», а может коронное «дело во мне», она бы не выдержала. Как только он произнесёт хоть слово, она просто расплачется, вывалит на Брэндона все свои чувства, испортив тем самым хрупкое равновесие, наконец воцарившееся в команде. — Стой, Брэндон, — Мишель сжала кулак, давая парню понять, что говорить будет она. — Я знаю, что ты хочешь сказать! Что это была ошибка, что в твоей голове был бардак и каша, но появление Кейт всё расставило на свои места. Ты очень извиняешься за доставленное мне беспокойство и за этот разговор, который без сомнения причинит мне боль и расстроит меня. Но правила были определены и ты меня обо всём предупреждал. Так? — на одном дыхании выдала Мишель. — Да, это была ошибка, — Брендон попытался поймать Мишель за руку, но та резко убрала их за спину. — Правда причина её не совсем такая, как ты думаешь. Мне действительно нужно было время, чтобы разобраться в своих мыслях и чувствах, а появление Кейт правда мне очень помогло… — Ты повторяешься, — перебила его Мишель. — Ты пришёл пожать мне на прощание руку и сказать спасибо. Но этого разговора можно было легко избежать. Я сама всё прекрасно понимаю. Тебя наверное расстроил мой вид. В последнее время я, скорее всего, кажусь тебе слегка напряженной и не слишком уверенной в себе, но это из-за конкурса, а не из-за тебя, — девушка смело посмотрела в глаза Брэндону. Ноль эмоций. Его лицо ничего не выражало. Он наверное и не слушал её. С чего она вообще ввязалась в эти объяснения? Всё просто — ей хотелось увидеть в нём хоть что-то, хотелось доказать себе, что она не ошиблась, когда видела искры нежности в его синих глазах. — Мы просто развлекались. Так? Мы ведь почти не знаем друг друга. Нас связывал только отличный секс, — равнодушно бросила Мишель. Брэндон тихо кивнул. Девушка грустно покачала головой и поджала губы. Она хотела сделать больно ему, но ранила лишь себя. — Мне пора. Молли уже заждалась, — Мишель схватила полотенце и быстро зашагала в сторону душа, обещая себе не оборачиваться, если он позовёт. Но Брэндон молчал. Когда Мишель вышла, в раздевалке было пусто. *** За окном стояло тёплое субботнее утро. Кухня в квартире Кристиана и Джозефа, была наполнена ярким солнечным светом. Они вчетвером сидели за столом и мирно завтракали. Молли с аппетитом уплетала хлопья, зная, что в школу сегодня не надо, а перед Мишель стоял давно остывший кофе и тост, на который Джозеф щедро намазал арахисовую пасту. — Мишель, не обижайся, но ты неважно выглядишь, — тихо начал Кристиан. — У тебя мешки под глазами и ты вся осунулась, похудела. Может стоит немного передохнуть и отвлечься? Мишель, которая всё это время смотрела в окно и думала о чем-то своём, непонимающе поглядела на парней. — Это все из-за того мужчины? — еле слышно прошептал Джозеф, с опаской оглядываясь на Молли. — Ну, с которым ты была после полуфинала? Не сложилось? Девушка пыталась сообразить, о чем ей твердят ребята. — Что? Какой мужчина? — рассеянно переспросила она. Кристиан и Джозеф взволнованно переглянулись. — Ах, тот мужчина! — Мишель вспомнила свою маленькую ложь. — Даааааа, с ним ничего не получилось. У нас оказались разные представления об отношениях. — Жаль, ты выглядела такой счастливой. Прямо вся светилась, — вздохнул Джозеф. Кристиан ткнул его локтём. — Ничего страшного. Найти «своего» человека бывает сложно. — Кристиан протянул свою руку и ласково сжал ладошку Мишель. — Тебе надо расслабиться, отпустить ситуацию. Он взглянул на Джозефа и тот еле заметно кивнул. — Мы с Джозефом с удовольствием сводим Молли вечером в кино. Или прогуляемся в парке, правда, принцесса? — Кристиан потрепал малышку по голове. — А ты могла бы сходить развеяться. Может позовешь Карлоса? Он, вроде, неплохой парень. Мишель поперхнулась холодным кофе: — О нет, никаких романов на работе! — Это не всегда так плохо, как кажется! — Джозеф чмокнул Кристиана в макушку. Мишель грустно покачала головой, но потом вдруг улыбнулась: — А знаете, что, я согласна! Нет, я не буду звать с собой Карлоса, но я пожалуй последую вашему совету и хорошенько оторвусь сегодня. Ты не против, Мышонок? — Только если ребята купят мне шоколадное мороженое! — быстро сориентировалась Молли. — Кажется, кто-то уже овладел искусством шантажа, — весело шепнул Джозеф. *** Мишель сидела за барной стойкой и с любопытством осматривалась. Место, которое посоветовали ребята, сразу ей понравилось. Здесь было достаточно шумно и многолюдно, чтобы она могла забыться и постараться влиться в обстановку субботнего веселья. Однако радостное предвкушение сменилось тихой грустью, которая всё никак не покидала Мишель. Несмотря на танцующую вокруг толпу, веселую музыку и яркие огни, мерцающие под потолком, девушка чувствовала себя одинокой и покинутой. — Повторить? — бармен кивнул на пустой бокал в руках девушки. — Нет, спасибо. Почему-то сегодня мартини совсем не помогает. — Я знаю, что поможет! — бармен загадочно подмигнул и перед девушкой возникла небольшая рюмка с переливающимся ярким содержимым. — Попробуй. Мишель недоверчиво взглянула на парня за стойкой, но затем хмыкнула и выпила неизвестный напиток одним глотком. Тёплая, с небольшой кислинкой жидкость мягко полилась внутрь, оставив во рту приятное послевкусие. В голове у девушки на секунду потемнело, но затем, откуда-то из живота, по всему телу начала распространяться волна лёгкости. — Что это? — восторженно спросила Мишель. — Это, красавица, слёзы твоих бывших! — ещё две таких же стопки уже стояли перед ней. — За счёт заведения. Через двадцать минут Мишель удивленно обнаружила, что приговорила не меньше пяти порций волшебного напитка. Симпатичный бармен весело трепался о своей работе, изредка отвлекаясь на других клиентов. Мишель чувствовала приятный шум в голове. Она даже не пыталась поддержать разговор, только слушала музыку и приятный голос парня, продолжавшего веселить её дурацкими историями. Её ноги и руки вдруг показались ей бесконечно лёгкими, она подумала, что стоит ей перестать держаться за стул, как она взлетит вверх, к мелькающему огоньками потолку. А потом и выше — в темное, украшенное звёздами небо Сан-Франциско. Мишель мечтательно разглядывала пляшущие по стенам тени, совсем не замечая, что бармен уже минут десять как отошёл от неё, а она за это время выпила ещё пару разноцветных рюмок. — Что такая красавица делает тут одна? — чуть хриплый, бархатистый голос раздался над самым ухом девушки. Тяжелая рука осторожно накрыла тонкую талию. Мишель, как могла быстро, обернулась и остолбенела. Перед ней стоял Брэндон.