Победитель получает всё

Мишель тупо застыла с вытянутой рукой. Маленькая кнопка дверного звонка разрослась в её глазах до размеров чёрной дыры, готовой поглотить галактики, а вместе с ними и Мишель. В голове по-прежнему гудело, сердце билось где-то в животе, а в груди нарастало неприятное, давящее чувство. Ей нужно было только нажать на эту чёртову кнопку. Или постучать в дверь. Но сейчас эти простые действия казались невыполнимыми. Почему-то Мишель была уверена: когда дверь откроется, на пороге окажется Люси — в одной из футболок Брэндона. А если так будет даже лучше? Вчера, в этой самой квартире, Мишель что-то обрела, нечто такое, что связало не только их с Брэндоном тела, но и души. Может, это «что-то» всё ещё там? Или, сбежав сегодня утром, она всё разрушила? Пока хватало храбрости, Мишель быстро нажала на звонок. Сама того не замечая, она перестала дышать, судорожно прислушиваясь. «Раз-два-три» — считала она про себя. Мишель заранее решила: если на счёт «пять» дверь не откроется, она просто развернётся и убежит. Однако дверь распахнулась почти сразу. На пороге стоял Брэндон. Мишель открыла рот, пытаясь выдавить из себя хоть слово, правда она была так сосредоточена на проклятом звонке, что даже не подумала, с чего начнёт разговор. Брэндон медленно окинул её взглядом и распахнул дверь шире, молча приглашая войти. В прихожей Мишель сразу заметила небольшой чемодан, стоящий у стены — Это всё? — хрипло спросила она, кивнув на чемодан. — Скромно для такого долгого путешествия. — Не люблю таскать за собой лишнее, — спокойно ответил Брэндон. Мишель поджала губы и грустно ухмыльнулась, усмотрев в словах парня неприятный намёк. — Зачем ты пришла? — голубые глаза смотрели прямо и спокойно. Девушка подошла ближе и невольно улыбнулась, заметив знакомую майку с дурацким черепом. Ей вспомнился день, когда пять здоровяков впервые вошли к ней в студию. Это был совсем недавно, а кажется – прошла целая жизнь. Пальцы Мишель заскользили по солнечным очкам, которые дизайнер зачем-то нацепил на черепушку: — Странный рисунок. — А мне нравится. Знаешь, с него содрали кожу, а он всё равно улыбается, —усмехнулся парень. — Если бы ты знал, чем всё обернется, то… — Мишель не закончила. Брэндон перехватил её пальцы и сжал в своей ладони: — Я бы ничего не хотел менять, лапуля, — его глаза потемнели и сердце Мишель забилось чаще. — У нас всё получилось: деньги, слава и мой разъяренный папаша. Мне становится легче от одной мысли, как он бесится, стоит ему увидеть сыночка на экране телевизора в роли стриптизера, — довольная улыбка расползлась по лицу парня. — А что дальше? — тихо спросила Мишель — Дальше? — Брэндон выпустил пальцы девушки и медленно уселся на пол. Привычным жестом — от которого у Мишель болезненно кольнуло в груди — он взлохматил светлые волосы, глубоко вздохнул и задумчиво продолжил: — Дальше… я буду просто жить. Все последние годы я был так увлечён своей местью отцу, желанием что-то доказать Кейт и всему остальному миру, что не получал от жизни никакого удовольствия. Выпивка. Девушки. Бары Всё это на время помогало мне чувствовать что-то кроме бесконечной злобы, съедающей изнутри. Я даже танцевал не потому, что хотел. А потому что должен был. Понимаешь? — он вопросительно посмотрел на Мишель снизу вверх. Мишель тихо кивнула и опустилась на пол напротив него. Сквозь тонкую ткань юбки в кожу сразу впились мелкие камешки, занесённые с улицы. Но Мишель едва ли это волновало. — Сейчас всё позади, — прошептала она. Брэндон усмехнулся, подтянул колени к груди и, опершись на них локтями, подался вперёд. — Всё только начинается, лапуля. Впереди самое сложное — понять, зачем я живу и чего хочу теперь, когда на меня ничто не давит. Победитель получает всё. Сейчас для меня открыты любые двери. Я могу выбрать любую дорогу. — Ты будто читаешь мои мысли, — задумчиво протянула Мишель. — Если бы я читал твои мысли, я бы не болтал тут всякую ерунду, — с этими словами Брэндон вытянул руки и притянул девушку к себе. Застыв в нелепой позе, Мишель почувствовала, как горячее дыхание Брэндона, обожгло ей шею. Губы застыли в сантиметре от её приоткрытого рта. Эту игру начал он. Но довести её до конца должна была она. На секунду Мишель захотелось остановиться и дождаться, пока парень не выдержит. Но одного взгляда в синие, полные желания глаза, оказалось достаточно. Она нежно, почти незаметно потянулась к нему, и Брэндон с радостью принял её проигрыш. Сначала их губы едва соприкоснулись, потом Мишель почувствовала, как язык Брэндона осторожно касается её губ. Через секунду реальность для Мишель перестала существовать. Она схватила Брэндона за майку и притянула к себе, пытаясь раствориться в этом бесконечном поцелуе, который прерывался лишь тогда, когда оба судорожно втягивали в себя воздух. Поцелуй становился всё требовательнее. Сердце Мишель окончательно потеряло ритм и колотилось с бешеной силой. Руки Брэндона уже давно скользили по её грудь, заставляя тело наливаться огнём. Наконец Брэндон нехотя остановился и оторвался от губ Мишель. Одним резким движением он поднялся, подхватил её на руки и перенёс в спальню. Мишель почувствовала под собой приятный холодок простыней. На мгновение ей показалось, что утром она и не покидала этой постели. Тем временем Брэндон покрывал поцелуями её шею, спускаясь всё ниже. Блузка жалобно затрещала и сдавшись под напором юноши, обнажила грудь Мишель. Его губы тут же коснулись её соска. Разряд, пронзивший тело, заставил выгнуться дугой. Мишель поняла, что не сможет долго терпеть эти ласки — горячие поцелуи обжигали, а руки Брэндона тем временем стягивали с неё юбку. Наслаждение накрывало острыми волнами. Ощущения были такими сильными, что она не могла сдерживать стоны и срываясь на хриплые крики, впивалась зубами в плечи парня. Дрожащими руками она стянула с Брэндона майку. От одного вида его тела, низ живота свело судорогой. Ей уже было мало просто ласк, но она ни за что не прекратила бы это сладкое мучение. Словно догадавшись об этом, Брэндон снял с себя остатки одежды, скользнул к ногам Мишель и уверенной рукой развел ей колени. Горячие губы оставляли влажные следы на внутренней стороне бедра. Внутри Мишель всё пылало, когда язык парня вдруг мягко, но настойчиво, надавил на нежную плоть. Комната расплылась, просто перестала существовать. Мишель превратилась в пульсирующую точку, до краев наполненную исступлённым удовольствием. Руки девушки беспорядочно зашарили по телу Брэндона, остановились на затылке и зарывшись в светлые волосы, слегка потянули парня вверх. Он всё понял без слов — его ладони до боли сжали её ягодицы. Из горла парня вырвался приглушенный хрип и горячий лоб упёрся в плечо Мишель. Она с силой обхватила Брэндона бёдрами, буквально вдавливая его в себя, а он с готовностью толкнулся ей навстречу. Стоны Мишель наполнили комнату, освещенную лишь тонкой полоской света, горевшего в прихожей. Брэндон начал равномерно двигаться, проникая в Мишель всё глубже и глубже. Девушка закрыла глаза и её тело задвигалось в такт. — Посмотри на меня, — прошептал Брэндон. Мишель послушалась и увидела темно-синие глаза, жадно скользящие по её губам. Рот парня приоткрылся, мышцы на руках напряглись, вытолкнув на поверхность вздувшиеся вены. Девушка снова погрузилась в темноту. — Смотри на меня, — уже громче добавил Брэндон. — Я хочу тебя запомнить… — его голос сорвался на хрип. Смысл его слов не дошёл до Мишель, в пульсирующей голове ничего не щёлкнуло. Она повиновалась и просто смотрела, как Брэндон входит и выходит из неё. Парень ускорился, толчки стали резче и жёстче. С губ Мишель сорвалось какое-то ругательство, которое только больше раззадорило его. — Боже, Мишель, у меня от тебя едет крыша…, — пальцы Брэндон заскользили по шее и груди девушки. Он наклонился и с силой прикусил торчащий сосок. Мишель взвыла от удовольствия и её руки принялись гулять по его груди, животу, бёдрам. Большой палец Брэндона ласково скользнул по её татуировке. Он усмехнулся и выдохнул девушке в ухо: — Как она мне нравится. При звуках его голоса, такого отчаянного и слегка надломленного, желание Мишель усилилось. Она с силой вдавилась в Брэндона, ощущая, что уже балансирует на краю оргазма. Снова угадав её желание, Брэндон сделал пару сильных толчков и прошептал: «Давай». Его голос — это всё что было нужно. Последнее движение и огромная горячая волна обрушилась на них обоих. Ногти Мишель впились в спину парня, он громко выругался, тело судорожно напряглось, а затем обмякло, придавив девушку своей тяжестью. Мишель вся дрожала, в голове отчаянно пульсировала кровь, отдаваясь глухими ударами в ушах. Брэндон приподнялся на локтях, поцеловал Мишель в шею, плечо и всего один раз в губы. Затем он осторожно скатился с неё, прижал к себе, и уже через минуту комната наполнилась их мерным дыханием.

***

Реальность пробивалась в комнату вместе с солнечными лучами, настойчиво просачиваясь даже сквозь плотные шторы. Мишель отчаянно пыталась снова провалиться в сон, она оттягивала и отталкивала утро, как могла. Смутные картинки вчерашней ночи всплыли перед глазами. Мишель плотнее укуталась в одеяло и вытянула руку. А потом резко вскочила. Кровать была пуста. Мятая простынь рядом с ней давно остыла. Мишель выбежала в прихожую. Чемодана не было. Она распахнула шкафы. Выдвинула ящики. Заглянула в ванную. На кухню. Везде царила пустота и стерильный порядок. На полу, среди своих разбросанных вещей, Мишель отыскала сумочку. Она выхватила телефон и набрала номер Брэндона. Абонент заблокирован. В отчаянии девушка хотела было позвонить Джастину или Кристиану. Она уже листала список контактов. И вдруг она заметила маленький клочок бумаги, затерявшийся в складках одеяла. «Лапуля, хозяйка квартиры придёт за ключами в три. Можешь просто оставить их в почтовом ящике.» Всё. Больше в записке не было ни слова. Мишель вертела клочок бумаги в руках, пытаясь понять, что это. В голове не было ни одной мысли, только жалящая пустота и какой-то еле слышный, противный голосок, который тихо шептал, что она с самого начала знала, чем всё это закончится. Мишель хотелось закричать, заплакать, запустить в стену телефон, который она всё ещё сжимала в руках. В глаза бросилась единственная вещь, то ли специально, то ли случайно оставленная Брэндоном. Дурацкий череп в очках с издёвкой ухмылялся, глядя на растерянную девушку со смятой майки. Мишель бросилась к скомканной вещи. Она схватила ее, расправила и жадно вгляделась в обнаженные зубы скелета. Мишель вцепилась в вытянутые лямки и уже приготовилась порвать майку, но вдруг остановилась. Она обессилено опустила руки и громко закричала. Пару минут спустя, девушка перевела дыхание и аккуратно сложив майку, запихнула её в сумочку. В конце концов это было единственным доказательством того, что всё произошедшее между ней и Брэндоном было реальностью, а не плодом её больного воображения. Она медленно оделась. Два раза пришлось остановиться и передохнуть, чтобы должным образом застегнуть все пуговицы на блузке. Сначала дрожавшие пальцы не желали слушаться, а затем она словно впала в транс, рассматривая следы, которые Брэндон оставил у неё на груди: несколько длинных царапин и небольшое красное пятнышко — след от укуса. Мишель задумчиво провела пальцами по красным линиям, а потом быстро застегнула блузку под горло. Выпив воды из-под крана, девушка на автомате сняла постельное белье и сложила его ровными стопочками поверх заправленной кровати. После раздвинула шторы, собрала волосы в высокий хвост и окинув комнату прощальным взглядом, вышла, громко хлопнув дверью. Ключ от квартиры со звоном упал на дно почтового ящика, а записка от Брэндона легла во внутренний карман её сумочки.

***

«Надо научиться жить заново». Раньше эта фраза приводила Мишель в недоумение. Жизнь всегда идёт своим чередом. Да, в неё врываются разные обстоятельства, трагедии или наоборот — счастливые моменты. Но она не останавливается! Всё как с проклятыми велосипедами — один раз научившись кататься, уже не разучишься. Ты падаешь, снова садишься в седло и просто едешь дальше. Ты не учишься заново, а крутишь педали, как и до падения. Так и с жизнью. Все эти умозаключения разбились о маленький клочок бумаги, которые подсунул ей Брэндон. Её не сломила ни смерть родителей, ни потеря студии, ни упущенная возможность работать с Элен. Все эти события отлетали от неё, как мелкие камешки от бетонной стены. Но случай с Брэндоном так основательно подкосил Мишель, что если бы не Молли, возможно она бы и не выкарабкалась. Несколько недель девушка почти ни с кем не разговаривала, не отвечала на звонки и сообщения Кристиана и Джозефа, которые, к её удивлению, с завидной периодичностью присылали ей коротенькие весточки и иногда даже фотографии. Пару раз написали Джастин с Карлосом. От Брэндона не было ничего. С Молли у них установился странный и молчаливый уговор: вечером, после того, как малышка возвращалась из школы, они подолгу гуляли, ходили в кино или парк аттракционов, но за весь вечер почти не разговаривали. Молли, в силу возраста, не могла понять, что творится с сестрой. Она с опасением смотрела на новую Мишель: похудевшую, задумчивую, с посеревшей кожей и темными кругами под покрасневшими глазами. Все попытки выведать у сестры что с ней случилось, ни к чему не приводили. Но однажды, недели через три после финала, Мишель разбудила сестренку среди ночи, крепко её обняла и долго плакала, вымаливая прощение за своё поведение. На следующее утро ей пришёл чек с гонораром за выигрыш в конкурсе и их жизнь почти вернулась в обычное русло. Девушка сразу же выкупила обратно свою студию и принялась за работу. Слава «Гладиаторов» не обошла её стороной — о ней были наслышаны, в студию почти сразу же начали приходить ученики. Многие коллективы потянулись к ней, с просьбой подготовить их к тому или иному конкурсу, но Мишель неизменно отказывалась. Она всегда просматривала приходившие к ней команды, давала им пару уроков, исправляла ошибки, но танцы ставить отказывалась. В основном она работала с танцорами-одиночками, которые стремились улучшить свои навыки. С ещё большим удовольствием девушка учила новичков, горевших желанием танцевать. Квартиру Кристиана и Джозефа они с Молли освободили и переехали в свою старую квартирку над студией. У Мишель появились поклонники. Мужчины ей интересовались, дарили цветы и приглашали на свидания, которые она игнорировала. При ней всегда была записка Брэндона, как напоминание о том, к чему могут привести отношения. Поэтому, видя очередной букет в руках очередного ухажера, девушка с легкой душой и грустной усмешкой качала головой и предлагала подарить цветы кому-то более подходящему. Мишель честно себе признавалась, что не может забыть Брэндона. Она старалась не интересоваться его делами, не искать в социальных сетях и всегда избегала новостей, касающихся Гладиаторов».

Однажды утром, когда они с Молли завтракали, малышка, уставившись в телевизор, по привычке переключала каналы, в поисках чего-то интересного. — Смотри, Мишель! — вдруг завизжала Молли. — Это же наши ребята! По телевизору транслировали повтор популярного вечернего шоу, гостями которого были «Гладиаторы». Мишель потянулась за пультом, чтобы переключить, но Молли, со слезами на глазах, попросила оставить передачу. Мишель недовольно нахмурилась, однако согласилась. Не решаясь взглянуть на экран, она молча слушала, как Джастин рассказывал о своём неожиданном расставании с Ванессой. «Вот Карлос и выиграл пари» — с усмешкой подумала Мишель. Следующий вопрос ведущего заставил её прислушаться внимательнее: — Брэндон, ты остаешься тёмной лошадкой этого коллектива. Совсем недавно подтвердилось твое родство с одним… эмм…известным человеком, и от этого ты стал еще более желанным! Сын, который пошёл против воли своего властного и богатого отца! Настоящий романтический герой современности! В финале ты говорил о том, что твое сердце свободно. Хммм… Что-нибудь изменилось с тех пор? — Нет, я по-прежнему в свободном полёте, — знакомый голос отозвался в груди Мишель острой болью. Она медленно подняла глаза к экрану. Брэндон… Он изменился. Немного похудел, черты лица едва заметно заострились, кожа чуть более загорелая, чем помнила Мишель, волосы, выгоревшие на солнце, слегка отросли и теперь лежали небрежнее, делая парня ещё привлекательнее. — Красивый, ублюдок… — прошептала Мишель. Молли уставилась на неё округлившимися глазами. Девушка прикусила губу, осознавая, что выругалась вслух. — Неужели в твоей жизни не было никакой роковой красотки? — настаивал ведущий. — Он крепкий орешек! — смеясь вставил Карлос. — На самом деле… была одна, — неожиданно выпалил Брэндон. Его лицо вдруг стало серьезным, налёт безразличия на секунду исчез. Товарищи по команде озадаченно уставились на своего друга. — Это…это было давно, — продолжал Брэндон, глядя куда-то мимо камеры. Мишель прибавила звук. Её сердце заколотилось чаще, а ноги мгновенно налились свинцом. Неужели Брэндон снова вспомнил про Кейт? — Ууууу! Тебе разбили сердце? — протянул ведущий. — Нет, нет, дело не в этом. Мы… мы были слишком разными. Нас объединяли только танцы и привычка сбегать под утро не попрощавшись, — Брэндон взъерошил волосы и сердце Мишель ухнуло. — Знаешь, вряд ли мы смогли бы стать счастливой парой, — закончил он с грустной улыбкой. — Ты только что удвоил количество своих фанаток, — фыркнул Джастин. Ведущий одобрительно кивнул, а на лице Брэндона снова появилась привычная непроницаемая пелена: — Сегодня вечером устрою им перекличку, — парень подмигнул камере и откинулся в кресле. Мишель молча встала и направилась к себе в кабинет. Там, за закрытой дверью, она осторожно вытащила майку Брэндона, которую хранила в нижнем ящике стола. Черепушка все так же ухмылялась ей острозубой улыбкой. Полгода назад, когда они с Молли снова переехали в квартиру над студией, белый сверток лег в пустой ящик. Мишель тогда поклялась больше никогда её не доставать. У неё не хватило сил выбросить вещь Брэндона. Девушка погладила слегка пожелтевшую от времени ткань. Она уже давно не плакала по Брэндону. Вот и сейчас, несмотря на то, что глаза предательски защипало, а в горле застрял противный комок, слёзы не пролились. Мишель тяжело вздохнула, снова аккуратно свернула майку и убрала на место.

***

Эпилог. Элен вновь стояла на знакомой сцене. Её чёткий, поставленный голос, отчеканил: — Я поздравляю победителей полуфинала! Уже через пару недель мы встретимся снова, уже в финале! — аплодисменты оглушили Мишель даже через скромные динамики телевизора. — Вместе с финалистами на эту сцену поднимется и тройка победителей прошлогоднего конкурса: «Темные волки», «Пиковые дамы» и «Горячие гладиаторы»! — Мишель выключила телевизор, дабы очередной взрыв оваций не мешал ей допить утренний кофе. Снизу послышался настойчивый стук, за которым последовал звонок в дверь. — Молли! — крикнула Мишель, стараясь быстрее дожевать тост. Звонок повторился. — Молли, открой пожалуйста дверь! — сестренка не отзывалась. — Опять болтает по телефону, — буркнула девушка. Она сделала ещё один глоток и шлепая босыми ногами, торопливо спустилась вниз. В дверь снова позвонили — теперь уже более настойчиво и протяжно. — Иду! — выкрикнула Мишель. Девушка остановилась у зеркала, висевшего у входной двери, стряхнула хлебные крошки с домашней футболки, поправила съехавший пояс коротеньких пижамных шорт и заправила длинные пряди, выбившиеся из высокого хвоста. — Студия откроется только через полчаса, — недовольно начала отчитывать названного гостя Мишель, поворачивая дверную ручку. — На какое время вы… — девушка осеклась на полуслове. На пороге стоял Брэндон. — Привет, лапуля.