Порнозвезда

*** — Выходите из машины. Приехали!.. Грубый голос таксиста вывел Украину из транса, в котором он находился всю дорогу. Очередная вынужденная съёмка с утра. Сколько же раз он будет вестись на эту выдуманную хрень с отсутствием на роли актёров? Украина же прекрасно понимает, что это одна из прихотей режиссёра. Да, бесспорно, у него много молоденьких мальчиков, готовых выполнять любые его желания ради высокооплачиваемых ролей, а у некоторых просто нет выбора. Однако понравиться В****** было далеко не просто. И поначалу режиссёр вовсе невзлюбил строптивого парня, что всегда делал всё по своему и совершенно не старался завоевать его симпатию. Украина полностью смирился с ненавистью продюсера. Его устраивала зарпата, устраивали и роли… Но как оказалось, В****** устраивало далеко не всё. Ему понравился своенравный и упрямый парень, что вступал в спор с кем угодно, не смотря на чин и звание стоящего перед собой, и вовсе не задумываясь о том, что может последовать за этим. И сегодня на съёмках он снова издевался над бедным парнем как мог и всё ожидал, что тот будет просить его прекратить. Но Украина упорно молчал и не издал ни малейшего писка даже на самых жёстких моментах. Что Вам нужно от меня? Мне? Странный вопрос. Это шоубизнес, малыш. Здесь всем нужно только одно. Советую поддаться и исполнить мои желания. Это не входит в правила контракта, и я не буду этого делать!. Ну ты ещё об этом пожалеешь… — С-спасибо. — растерянно произнёс Украина, поспешно собирая вещи. — Пожалуйста!. — недовольно рявкнул таксист, сплюнув на асфальт в открытое окно машины, а затем поспешно достал из кармана штанов сигарету, закурив. Украина как можно скорее покинул салон автомобиля, пытаясь сообразить, к какому именно дому ему нужно подойти. «Ленинградская 27, 28…» — произносил про себя парень, переводя взгляд с одного дома на другой. Вдруг его внимание привлёк один двор. Зелёное ограждение, обрамлявшее его ровным прямоугольником, с двумя разрывами со стороны дома. Множество цветов, рассаженных по клумбам из шин, благовидно цвели и благоухали пряным ароматом. Две пустые скамейки, детская горка и та самая качель… Опустив взгляд на левую руку, Украина приблизил её к лицу, посмотрев на бледную ладонь. Украинец нервно усмехнулся, обнаружив на ней еле заметные следы, оставленные ему клыками старшего, что не проходили уже вот пару лет. Ты чё творишь, тупорусый! Больно же… А если друзья увидят, что я им скажу?. Ну так и скажешь: я пометил. Ты же только мой, забыл?. Как уж тут забудешь… Помню конечно. Да и разве у меня есть другой выбор?. Ну естественно нет. Я сделал его за тебя. Именно на этой качели, ранней и прохладной весной Украина получил свою первую метку, что даже спустя столько времени осталась пятнами на его ладони. Тут же в памяти всплыл и номер нужного дома, находящийся напротив двора. Та самая роковая Ленинградская 25… Застыв на месте, и казалось выпав из пространства на некоторое время, парень всё стоял и смотрел на злополучную девятиэтажку, не решаясь подойти ближе к зданию. Но тут Украина заметил знакомых ребят, стоящих возле третьего подъезда. Германия всматривался во что то из окон, задрав голову, а Япония стояла возле домофона. Немного пораздумав, и всё же преодолев душевный и психологический барьеры, Украина уверенной походкой направился в сторону ребят. — Герман, здорова! Привет, Япония! — поздоровался Украина, протянув Германии руку. — О! А мы уж думали ты не придёшь. — заявила Япония, устремив внимательный взгляд на украинца. — Ну ты будто меня не знаешь. Как я мог вас подвести? Мы же договорились. — опроверг Украина, ответив на взгляд подруги. — Здаров, Укра! Ну ты красава конечно! До последнего не верил, что ты решишь наведаться в гости к бывшему. — обрадованно произнёс Германия, пожав тому руку. — Ты с работы что ли, уставший такой… И что это у тебя с губами?. Германия пристально уставился на нижнюю губу украинца, нахмурив брови. — А.эм. Да упал сегодня, когда с лестницы спускался. Кровь наверно… — быстро, стараясь скрыть растерянность ответил Украина, незамедлительно стерев рукой помаду. Придумав оправдание на ходу, Украина предполагал что это должно быть прозвучало глупо, и ожидал каких то последующих расспросов. Но видимо Германию такой ответ вполне устроил, и он вновь отошёл ближе к подъезду, заглядывая в окна. Япония лишь как то недоверчиво глянула на потерянного Украину, а затем вновь повернулась в сторону домофона. — Алё! Да, это мы, открывай… Дверь подъезда открылась, и Япония зашла внутрь, жестом показав ребятам следовать за ней. *** — А что ты будешь дарить своему «ненаглядному» Полосатому? — с некой колкостью поинтересовался Герман, уверенно взбираясь по лестнице следом за Японией. — Давай без этих шуток… — отметил Украина, стараясь не отставать от немца. — Ну как что? То, отчего он буквально сходит с ума, и за что, если можно было, продал бы душу. — Да лан? Выпивка что ли?. — Именно… — Фига ты потратился. И не жалко тебе на этого Полосатого бабло тратить. Не перестаёшь меня удивлять!. — усмехнулся Германия, тряхнув головой. — Ну мы же братья как никак. Для родни ничего не жалко. Да и я думаю этот подарок вполне стоит того… — ответил Украина, как то неестественно улыбнувшись. — В смысле? Беседу прервал шум открывающегося замка входной двери. Парни одновременно устремили взгляд на Японию, стоящую возле нужной им квартиры. — Oh, guys, hello! (О, здорова ребята!). — удивился выглянувший из-за приоткрытой двери Америка. Он быстро оглядел пришедших гостей, кинув неоднозначный взгляд на Украину, в котором также читалось неподдельное удивление. Украинец отвёл взор в сторону, предпочёв сделать вид, что он ничего не заметил. — Нi, Аmerica — kun. — поздоровалась Япония, — Здаров, Мурик!. — подхватил Герман, пытаясь разглядеть что то внутри самой квартиры. — Привет… — еле слышно ответил Украина, упорно держа растерянный взгляд в стороне. Ему было крайне тяжело элементарно находиться рядом с этой квартирой, невольно вспоминать всё, что казалось так недавно происходило здесь… Но как известно, назвался груздем — полезай в кузов. — Эй, пендос! Идём сюда, хуль ты там завис?. Даже не смотря на неумолкающие разговоры в квартире, громкую и бьющую по мозгам музыку, Украина узнал этот голос. Такой грубый, лишь изредка бывающий нежным, и так не хватавший ему голос. Через пару мгновений дверь полностью распахнулась, и за Америкой показался сам виновник торжества. Виновник всех страданий и мучений украинца. Украина уставился на русского, безотрывно разглядывая некогда безумно любимого им человека, да и что врать, любимого им до сих пор… Всё в таком же потёртом светло сером свитере, джинсах и с неприбранными тёмно русыми волосами, которые обычно скрывала отцовская ушанка, переданная ему по наследству. — С днём рождения, Россия-кун! — вскрикнула Япония, кинувшись на шею русскому, небрежно оттолкнув Америку в сторону. — Бл*ть! То есть, спасибо… — исправился растерявшийся Россия, обняв Японию, всё также безотрывно глядя на ухмылявшегося Украину. — Здрасть, Полосатый! С днюхой тебя! — поздравил Герман, подойдя к Россу и пожав тому руку, отчего Россия наконец вернулся в реальность и посмотрел на поздравлявших его друзей. — С-спасибо. — ответил Росс, крепко пожав тому руку. — Вы это… проходите, чё мы тут на пороге то стоим. Ребята послушно прошли в прихожую, а следом за ними последовал и Америка, предпочёв оставить двух братьев наедине. Наконец дождавшись ухода всех остальных, Украина подошёл к русскому, всё ещё прибывающему в некой растерянности. — Привет. — уверенно произнёс Укроп, ухмыльнувшись, и кинув загадочный взгляд на старшего, поспешно прошёл внутрь, оставив потерянного Россию одного наедине со своей задумчивостью. *** Громкая, бьющая по мозгам музыка, в перемешку с пьяными голосами гостей в гостиной. Сидя за кухонным столом и вертя в руке фужер вина, Украина смотрел в распахнутое окно, витая где то в своих мыслях. Тут на кухню вошёл Америка. Он смерил украинца каким то презрительным взором, на что Украина кинул на того ответный, полный агрессии взгляд, полностью отвернувшись в сторону окна. Налив очередной бокал вина, Мурик, не долго думая, подсел рядом с украинцем. — Как дела на работе? Сильно устаёшь? — неожиданно, как бы невзначай поинтересовался Америка, рассматривая содержимое бокала. — Да нормально. — точно таким же ненавязчивым тоном ответил Украина, приглушив разом фужер вина. — Its good. «Дно» сильно болит? Верно не слабо так пробивают? Украина поражённо глянул в сторону Америки, поймав наглую усмешку у того на лице. Мурик же тем временем смотрел в упор на растерянного украинца, неспешно отпивая вино из бокала. — Откуда… — хриплым голосом начал было украинец. — Откуда я знаю? — перебил того Америка, сделав ещё один выразительный глоток. — А кто по твоему покрывает всю эту нелегальщину? А?. После этих слов Мурик намекающее глянул на Украину. «Должно быть, он видел меня там, или ему кто то донёс…» — размышлял Украина. То, что американец знал его тайну, которую парень так тщательно скрывал ото всех, однозначно не играло ему на руку. Тут в голову пришла неожиданная догадка. Недавняя ссора с продюсером, чуть ли не самым главным человеком этого бизнеса, его сотрудничество с Муриком… Неожиданная догадка пронеслась в голове у Украины. «В*****.» — Ну ладно, сколько?. — поспешно продолжил Америка, уже куда более заинтересованно глядя на собеседника. Он поднялся со стула, а затем подошёл в упор к Украине, предварительно расстегнув ремень джинс. — Что? — переспросил Украина, непонимающе покачав головой и слегка нахмурившись. — Ой, да хватит прикидываться, всё ты понимаешь. Сколько у вас там за рабочую смену платят? — уверенно продолжал Мурик, расстёгивая ширинку. — Я не буду этого делать. — твёрдо ответил Украина, исподлобья глядя на нависающего над ним Америку. — Что?! Ты верно не до конца понял, или не до конца расслышал, но это я покрываю этот развратный притон, и стоит мне только щёлкнуть пальцами, как его прикроют, и такие шлюхи как ты останутся без работы! А такие как ты кроме как торговать своим телом ни на что более не способны!.  — Я. Не буду. Этого. Делать. — внятно повторил Украина, глядя прямо в глаза Америке. Раздражённо глядя на Украину, и вовсе позабыв про внешнюю вежливость и мнимую деликатность, Америка обхватил заднюю часть шеи украинца, резко притянув его голову к тому самому месту ниже пояса. В этот самый момент их застукал Россия, вернувшийся на кухню за повторной порцией выпивки. Остановив свой взгляд на угрожающем украинцу Америке, Росс облокотился о стену, прищуренным взглядом наблюдая за происходящим. — Ну хватит строить из себя недотрогу, ты не в том положении! Просто возьми в рот и всё. — упорно уговаривал упирающегося Украину Америка, тыча того лицом в область расстёгнутой ширинки. — Кхм… — выразительно кашлянул Росс, на что оба подняли на него головы. Америка тут же отпустил голову Украины, отведя недовольный взгляд в сторону, а украинец быстро принял нормальную позу на стуле, спрятав полный растерянности взор за прядями вьющихся волос, тяжело дыша. — Пендос, что за похабщину ты тут устроил? Иди в гостиную, нех*р домогаться до гостей!. — недовольно рявкнул Росс на Мурику, на что тот поспешно застегнул ширинку и ремень. — Dirty slut!. (Грязная шл*ха!) — недовольно бросил Украине Америка, вложив в это ругательство всё своё пренебрежение, а затем быстро переступил порог кухни. Ненадолго в кухне воцарилось молчание. Украина сидел всё в том же положении, скрываясь за волосами, а Россия тем временем внимательно рассматривал украинца, как бы оценивая его нынешнее состояние души и тела. Допив очередной бокал спиртного, Россия громко опустил его на стол, а затем неспешно подошёл к Украине, взяв его за руку. — Давай отойдём, а то больно шумно здесь… Украина приподнял голову, глядя на русского растерянным и в тоже время стыдливым взглядом. Затем парень неспешно поднялся со стула, и сразу же почувствовал как его резко потянули прочь из кухни в соседнюю комнату. *** Парни зашли в комнату, и почти сразу же Украина услышал, как щёлкнул ключ в дверном замке. — Проходи, располагайся!. — радушно пригласил младшего Росс, усаживаясь в кресле напротив. Украина быстро оглядел помещение, оценив обстановку. Старый цветной ковёр закрывал дальнюю от двери стену. То же самое было и с полом. Прикроватная тумбочка, с которой слез почти весь лак, а так же резной шкаф, стоящий в самом дальнем углу комнаты. Недолго думая, Украина послушно прошёл к кровати, усаживаясь на краю. Парень наконец поднял свой разбитый взгляд на в упор смотрящего на него старшего брата. Во взгляде русского младший уловил долю насмешки, и вскоре догадался почему. Нанесённая им с утра тушь потекла, а яркая помада на губах вылезла за их контур, сильно размазавшись по лицу, что являлось последствием недавнего трёпа. — Половиной шпаклёвки джинсы покрыл? — насмешливо спросил Россия, слегка ухмыльнувшись. — «Смешно». Как всегда твой низкосортный юмор на высоте! — похвалил русского Украина, слегка покивав головой и негромко усмехнувшись. На пару минут в комнате воцарилась тишина. Украина отвёл взгляд в сторону, нахмурив брови. Казалось, Россию вовсе не удивил столь экстравагантный вид младшего брата, ведь на его лице не промелькнуло и доли удивления. Только насмешка… — Ты знал… — твёрдо произнёс Украина, смотря чётко перед собой. — О том, что ты в путаны подался? Конечно, в наше время информация распространяется с бешенной скоростью… — всё ещё держа на лице неизменно наглую усмешку ответил Росс. — Признаться, я даже боялся вызвать проститутку. Всё опасался, что мой любимый братец заявится! — А с каких это пор ТЫ противник инцеста? Насколько мне известно люди не меняются.  — спокойно заявил Украина, усмехнувшись в ответ. — Братиш, ну опять ты за своё! К чему эти ненужные укоры? Когда ты прыгал на мне так вроде не жаловался ни на что, или на тебя воздержание так влияет?. Ах да, ты же теперь тр*хаешься направо и налево! «Амх, Россия~ Быстрее, братик!» — передразнил украинца Росс, самодовольно глядя на младшего, на что тот что есть силы стиснул зубы, еле воздержавшись от ответных оскорблений. Ну что сказать, москаль умел выводить его из себя. Но чёрт, он говорит правду… — Может выпьем? А то на трезвую разговор совсем не вяжется! — предложил Украина, разглядывая ногти, а затем переведя вопросительный взгляд на старшего. — Ну, а х*ли нет, давай выпьем. Днюха как никак. — согласился Россия. — По такой логике у тебя каждый день днюха. — усмехнулся Украина, направившись в сторону стола, на котором были аккуратно сложены все подарки. — А было бы неплохо, кстати… Откупорив крышку бутылки, а затем взяв с рядом стоящей тумбочки два бокала, Украина разлил поровну содержимое, протянув один из бокалов русскому. — Твоё здоровье! — произнёс тост Украина. Затем братья чокнулись, и разом опустошили содержимое. Украина хитро смотрел за Россом, мерно допивающим алкоголь. — Какой интересный привкус. — протянул Россия, с интересом разглядывая пустой бокал. — Совсем не похоже на то, что я обычно бухаю. Что то зарубежное… — Мартини. — подсказал Украина, усмехнувшись. — Ну да, то что обычно вы там шл*хи бухаете. — съязвил Росс, колко усмехнувшись и пренебрежительно глядя на Украину. — Да, но сейчас ты пьёшь это с одной из тех самых шл*х… — отметил Украина, горько усмехнувшись. Тут Россия поставил пустой бокал на стол, а затем поднялся с кресла. Затем отвернувшись в сторону, Росс замер, раздумывая о чём то. А потом резко повернул голову в сторону Украины и подошёл к младшему. Навалившись сверху над украинцем, Росс повалил младшего на кровать, крепко сжимая его запястья, и грубо поцеловал того в губы, опускаясь ниже к шее, а затем переходя к ключицам. — Ч-что ты делаешь?. — растерянно произнёс Украина, начав заикаться от неожиданности. Биение сердца значительно усилилось, и парень всячески пытался освободить свои руки из плена русского. Но да что скрывать, в душе он вовсе не желал этого, а даже наоборот. — Я? Наказываю тебя, как и подобает старшему брату. Неужто ты думал что я оставлю твои блядские дела без внимания?. — довольно прорычал тому на ухо Росс, нежно прикусывая бледную кожу шеи. Но всё же Украине удалось вывернуться из хватки русского, но буквально тут же парень почувствовал, как его вновь придавили сверху. Оказавшись под русским, Украина заскулил, а затем сдержанно простонал, почувствовав как старший внаглую трётся о его зад этим самым местом. Украинец рефлекторно выгнулся, продолжая тихо поскуливать. — Ну что ты скулишь то? Больно тебе уже точно не будет… — с издёвкой прошептал тому на ухо Росс, с нежностью чмокнув брата в щёку. — Успокоил, мх. — проскулил Украина, чувствуя как рука Росса потянулась к ремню его джинс, поспешно расстёгивая пряжку. — От тебя можно ожидать чего угодно… — Да, но тебе опасаться меня точно не стоит. Я постараюсь проявить нежность, которую должно быть, твои партнёры не особо проявляли. А кто же может понять тебя лучше, чем родной старший брат… — прошептал Росс, проходясь языком по ушной раковине младшего. — В-верно. — ответил Украина, не особо раздумывая о том, на какую именно реплику он даёт ответ. — От тебя требуется только одно. Расслабься. — тихо нашёптывал на ухо украинцу Росс, наконец справившись с ремнём. Тогда его рука опустилась ниже и бессцеремонно пролезла между ног младшего, в попытке нащупать ширинку. Украина же дрожал, тяжело вздыхая и периодически закатывая глаза. Парень и сам не понимал, чем именно вызвана эта дрожь. Страха он не испытывал, разве что неистовое возбуждение, отчего дыхание сбивалось, а глаза бегали в разные стороны, желая скрыть неловкость. Неловкость перед самим собой, своими душевными установками… Но вскоре раздетые, бесстыжие каждое по своему тела заняли эстетические позиции, то прикрывая наготу друг друга, то полностью раскрывая все прелести, что сопровождают каждую близость. Пустота и разреженность пространства исчезли, заполнившись удушающим жаром и неподдельной страстью, что исходили от этих тел, двух противоречивых стихий. Огонь, с каждой минутой разгоравшийся под воздействием ветра, перешёл в стадию неуправляемого пламени, которое захватывало всё на своём пути и накаляло холодную атмосферу комнаты, постепенно поглащая кислород и выделяя углекислый газ, затрудняя дыхание… — Братик, прошу, будь нiжним. Менi так не вистачало тебе весь цей час… (Братик, прошу, будь нежным. Мне так не хватало тебя всё это время…)  — Да о каких чувствах ты вообще мне можешь говорить… Ты всего лишь бесстыжая шкура, блистающая телом перед сотнями камер. — Не кажи, братик). (Не скажи, братец). У порнозвёзд тоже есть чувства… И отныне я только твой, обещаю. — Пх, как скажешь… Виолончельный контур тела Опять белеет на кровати. Я на тебе играю смело И нам симфонии не хватит. Так откровенно и знакомо Так удивительно, как будто Мы где то в облаках, не дома В подарок получили утро… Виолончель спины и бёдер Упруго выгнута навстречу. Смычком едва касаюсь, вроде, И сразу вздрагивают плечи. Мелодию любви и страсти Рождают двое неизменно. Соединит концерта части, Кровати камерная сцена… *** Утро встретило Росса пасмурным небом и тихим постукиванием моросящего дождя по крыше. Приподнявшись с разворошенной кровати, Россия издал приглушенный стон, чувствуя некую несвязность в голове и сильное покруживание. — Мартини. Х*ини бл*ть!. Одно название, а херово как с обыкновенной водяры!.. — выругался Россия, сильно зажмурившись и прикрыв лоб ладонью. — Украина, вставай! С добрым утром нах*й… Росс повернулся в сторону где спал младший, сдёрнув одеяло. Но на месте никого не оказалось… — Бл*. — протянул Росс, тяжело вздохнув и вновь зажмурившись от боли в голове. — Украина! Ты где бл*ть?!. — Доброе утро именинникам!. Росс резко повернул голову в сторону двери. В проёме стоял Ямайка, сложив руки на груди и еле заметно ухмыляясь. — Х*ли так пугаешь!. — возмутился Росс, недовольно глядя на Ямайку, но затем опомнившись, спросил: — Я же запер дверь. Как ты… — Так она открыта была. — спокойно ответил Ямайка, продолжая улыбаться. — Любовничек твой открыл. С раннего утра свалил, ни слова никому не сказал. Ключ кстати на тумбочке в гостиной если что… Россия вновь тяжело вздохнул, плюхнувшись обратно на кровать. — Сколько время? — Десять. — ответил Ямайка, глянув на наручные часы. — Где все остальные? — Кто в гостиной, кто домой ушёл. — Пендос где?. — с особой заинтересованностью спросил Россия, глядя на Ямайку. — Вчера напился в хламину, да приставать ко всем начал. Так мы его в туалете и закрыли. Сегодня Канада приехал и застал его бухим, спящим в ванной. — Ясно. — ответил Росс, смотря в потолок. — А вы чё, помирились что ль? — с интересом спросил Ямайка, пройдя в комнату и усаживаясь в кресле. — Да какое там помирились… Просто переспали, ничего большего. — А как же любовь, отношения?. — спросил Ямайка, недоумённо глядя на русского. — Да какая там любовь, я тебя умоляю! — усмехнувшись ответил Росс. — Он же шлюха, а что они вообще могут чувствовать. Один день с этим, другой с другим, какая разница? Не-е, еб*л я такие отношения. Один плюс, считай что на ночь бесплатную шкуру снял. Росс довольно ухмыльнулся, потянувшись рукой к рюмке с коньяком на тумбочке, разом опустошив её. — Но ведь это ты его бросил. Он же любил тебя, был предан до конца… — возразил Ямайка. — Мне пох*й. — равнодушно ответил Росс, довольно облизнувшись. — Такими как он только животные инстинкты подавлять, на большее они не способны. Затем рассмотрев пустую рюмку у себя в руке, Росс демонстративно опустил её обратно на тумбочку. — Кстати пойдём на кухню. Там у меня коньяк х*р знает сколько времени стоит. Допить надо… А то я один вряд ли справлюсь. — как ни в чём ни бывало предложил Россия, делая попытку подняться с кровати. — Ну пойдём… Уже доходя до двери, Ямайка обернулся в сторону Росса. — Ты идёшь? Россия? Ямайка увидел Росса, что стоял возле стены, уперевшись о неё рукой. Его дыхание было настолько тяжёлым и хриплым, что казалось он вот вот задохнётся. Взгляд бешенно бегал из стороны в сторону, и в нём читалась явная паника и полное непонимание происходящего, что в следующую секунду появились и во взоре Ямайки. — Россия, что с тобой? Что происходит?!. — потряс русского за плечо Ямайка, подбежав к задыхающемуся парню. Но в ответ на свои вопросы Ямайка получил лишь хрипы и бессвязные мычания, изредка переходящие на душераздирающий кашель. Затем Росс буквально сполз вниз по стене, свернувшись клубком и судорожно царапая ногтями пол. — Россия, твою мать! Что происходит, ответь!. — продолжал трясти того за плечи Ямайка, совершенно ничего не понимая. Тут он заметил, как побледнело лицо русского, а руки буквально стали синеть на глазах, отчего стали походить на кожу утопленника. Он перестал двигаться, царапать паркет и просто вытянулся в полный рост, уставившись на Ямайку своим холодным, полубезжизненным взглядом голубых глаз. Ямайка заметил чёрную, непонятную жидкость, что лужей растеклась под русским, пропитав собой светлую одежду. Ямаец перевёл ошарашенный взгляд на Росса. Тот лежал всё в том же положении, слегка приоткрыв рот, а выражение его лица уже не выражало ни страха, ни боли и какой либо паники. Оно было полностью безымоциональным. Не выражавшим ничего… До Ямайки наконец дошло, что дело не в простом отравлении алкоголем или наркотиками. Симптомы говорили сами за себя… — Отравили. Скорую, вызовите скорую!. Парень вскочил с пола и со всех ног бросился к телефону, оставив на полу белого как полотно русского лежать в луже яда, постепенно покидающего его организм вместе с остатками жизненесущего гемоглобина… *** Украина ехал домой в такси. Парень смотрел в окно, провожая взглядом мелькающие мимо дома и прочие постройки. Тут его рука непроизвольно потянулась в карман куртки, нащупав в нём открытую упаковку из-под диамфотоксина. Перечитав написанное на упаковке, парень улыбнулся. Это был единственный выход. Всё должно было кончиться именно так… Тут Украина отвёл взгляд в окно и закрыл рот рукой, сдерживая вырывающийся из недр души вой. Тогда откуда эта боль, это сожаление? Росс ведь никогда бы не принял его. Он привык пользоваться людьми, а затем просто выбрасывать их из своей жизни, подобно игрушкам. И Украина точно был бы не последним. Тоже самое русский бы сделал с другими людьми, испортив их светлые души. А он просто больше не мог жить так, как жил всё это время, а точнее существовал.Грязью и совершенно аморальными поступками. Его душа давно погибла, сгнила благодаря тому же русскому. И только недавно до него дошло осознание того, что дальше так продолжаться не может. Он просто не хочет и не может так жить… Не может жить полноценной жизнью без русского, представлять его с кем то. Может только существовать изо дня в день, проводить каждый день в постели с кем то, а в итоге всё равно оставаться опустошённым и гнобить себя. Саморазрушаться… И если два аморала не могут быть вместе и дополнять друг друга в этом мире, значит нужно найти другой мир, что свяжет их чёрные души воедино навсегда… Достав из другого кармана пластину с таблетками, Украина открыл одну и дрожащей рукой поднёс её ко рту, положив на язык. На глазах уже давно выступили слёзы, и стали обильно стекать по щекам. Но Украина вовсе не обращал на них никакого внимания, и без единого всхлипа продолжал глотать таблетки одну за другой со всё той же неизменной улыбкой на лице. И вот половины пластины уже нет, и парень просто успокаивает себя тем, что скоро всё закончится. Закончатся душевные муки, длящиеся уже несколько лет подряд, исчезнет зависимость этого мира, исчезнет всё… А главное исчезнут они. Украина откидывает голову назад, начав вдруг нервно смеяться. Наконец ему хватило смелости разорвать этот замкнутый круг и прервать последующие моральные разрушения. Почему же только он не сделал этого раньше? Зато сейчас так легко, как казалось не было никогда… Он перешагнул через себя и очистил этот мир. И главное теперь, за всё это долгое и мучительное время он по настоящему счастлив… Закрываются глаза, и улыбка расползается по всему лицу, прекращается смех, и в последний момент жизни он успевает постигнуть то самое душевное равновесие, что так давно искал… Затем резкий, оглушительный визг тормозов. Сильный удар, треск стёкл, разлетевшихся осколками по асфальту. Пронзительная, режущая слух сигнализация автомобилей вокруг, сменившаяся непрекращающимся шумом сирены и гулом обеспокоенных граждан, невольно ставших свидетелями аварии. Моросящий дождь, и нависшее над городом пасмурное небо. Лишь они запомнят всё, и пронесут с собой через грядущие года, дабы напомнить людям о важности чистоты и невинности их душ. Однако те их, конечно, не поймут и вряд ли прислушаются, продолжив жить дальше своей обычной земной жизнью. Очистится небо, выглянет лучик солнца, и вместе они наполнят всё живое светом, как бы напоминая о вновь сменившем зло добре, что теперь греет их тела и души, ограждая от падших желаний. Но только до следующей темноты… *** Не смейте нарушать чужую тишину, если не в силах изменить её к лучшему… 06.09.20 гг.