Пламенное сердце.

День не задался с самого утра. Танджиро почему-то не выспался и теперь постоянно пытался скрыть зевок за ладошкой. Кёджуро же, наоборот, выглядел очень бодрым и радостным. Ренгоку одел, заплёл, умыл и накормил свою жену. Омега до сих пор не понимал, как позволил своему мужу проделать с ним все эти манипуляции. У Танджиро действительно глаза то и дело слипались. Кёджуро будто бы был в диком восторге от такого состояния жены, но омега не мог этого заметить. Даже Гию рядом с ним оживился, постоянно трогая его лоб и заглядывая в рот. Эти двое загадочно переглядывались и кивали друг другу. — Томиока-сан, — сонный Танджиро всё же нашёл в себе смелость подойти к альфе, пока муж разговаривал с Гию и не видел этого, — что-то не так? Почему все ведут себя так странно? — Всё хорошо, Танджиро, — ласково улыбнулся ему Сабито, — просто Гию и Кёджуро… делают преждевременные выводы исходя из твоего состояния. Слишком рано радоваться. Ренгоку очень медленно переваривал информацию. Казалось, что даже мозг не хотел работать, желая отправиться на несколько часов вздремнуть. — Радоваться? — омега зевнул, прикрываясь рукой. — А разве есть повод для радости? — Понимаешь, они вдвоём решили, что ты в положении, — подмигнул ему Сабито. — Но только ты не спеши рано радоваться, дождись обследования врача. Твоя сонливость может быть связана как с тем, что организм проявляет первые признаки беременности, так и с тем, что подготавливается к следующей течке. Танджиро покраснел, отпрянув от альфы. Хотя сонливость никуда не делась и чувство смущения оказалось не таким сильным. И разбитое состояние тоже. Для течки очень рано, а что… что если он и вправду беременный? Но Ренгоку был будто бы опустошён и не мог в полной мере ощутить волнения от возможной радостной новости. Хотелось укутаться в одеялко, свернуться калачиком и задремать. А ещё лучше, чтобы альфа обнял его и уснул рядышком. Так было бы идеальнее всего. — Господин Ренгоку, — послышался сзади детский голосок. Танджиро тут же обернулся, посмотрел на детей и улыбнулся им. Он уж боялся, что юные альфы будут обходить его стороной. — Шинджи, Ичиро, — омега шагнул к детям, — простите, если расстроил вас. Мальчишки переминались с ноги на ногу и неловко смотрели на Танджиро. Ичиро, как старший, шагнул ближе и склонился. — Простите нас, Ренгоку-сан, — сказал Томиока, — мы просили подождать вас нашего добрачного возраста, но не учли, что вы уже не молоды и такое ожидание могло плохо на вас сказаться. Нам искренне жаль, что ставили вас в неловкое положение. Сабито рассмеялся и хлопнул в ладоши, явно в знак одобрения. И Шинджи тоже оживился, поравнявшись рядом с братом. — Простите, Ренгоку-сан, — так же поклонился альфа, — мы были неправы, думая о том, что можем забрать вас у вашего мужа, ведь ему, кроме вас, ни с кем точно не светит быть, а без омеги он быстро состарится и превратится в дряхлого старика. Танджиро поджал губы, пытаясь подавить улыбку и не рассмеяться. Ладно, что его уже признали немолодым, но Кёджуро нафантазировали судьбу похуже. — Но мы дождёмся рождения ваших детей и будем биться за них, — твёрдо сказал Ичиро. И Танджиро потерял дар речи. Боже, даже эти дети ждут его детей, чтобы что?.. Он не успел даже забеременеть, а его детей уже потенциально записали в жёны. Сабито громко рассмеялся, явно очень довольный решением сыновей. — Что за веселье? — Кёджуро в мгновение оказался рядом, заключая свою омегу в тёплые объятия и незаметно уводя подальше от Сабито. — Да вот, у наших детей уже появились женихи, — неуверенно пробормотал Танджиро. Кёджуро удивлённо захлопал глазами, а затем поцеловал жену в щёку и обратился к мальчишкам: — А вы так уверены, что первым у Танджиро родится омега? — Твоё семя точно слабое, дядя Ренгоку, — Ичиро показал Кёджуро язык. — А твоя жена слишком хорошенькая, и у неё должны быть прекрасные омеги, — Шинджи тоже показал язык. — Я сделаю вид, что сейчас здесь не происходило никаких нелепых разговоров, — Гию недовольно посмотрел на сыновей, появившийся будто из ниоткуда, — а вы немедленно отправитесь дальше заниматься уроками. — Но Ренгоку-сан уезжает, — возразил Шинджи, вцепившись в брата. — Мы пришли попрощаться. — Уже попрощались, — отрезал Томиока, указав в сторону дома. — Марш заниматься. Мальчишки недовольно поворчали и отправились выполнять распоряжение Гию. Сегодня у них были самые ненавистные и нелюбимые занятия. Дисциплина альф, которую им вёл монах. Уж лучше бы отец читал лекции! — Эй, Гию, ну что ты так с ними? — примирительно начал Сабито. — А с тобой у меня будет разговор позже, — Томиока недовольно посмотрел на мужа. — Нам уже пора выезжать, — Кёджуро поднял голову к небу. — К вечеру должен быть дождь, не так ли, Сабито? Танджиро поморщился. Он не хотел бы попасть в дождь по дороге. Солнце действительно будто было тусклым и небо серым. — Да, — просто сказал альфа. — Ну, удачного пути. Приезжайте ещё в гости. — Обязательно, — альфы пожали руки. — Хорошо питайся, — Гию тут же отвёл Танджиро в сторону, — и внимательно следи за своим самочувствием. Новую течку ты почувствуешь за день до того, как она начнётся, будет неприятно ныть низ живота. Не позволяй Ренгоку распускать руки и делать всё, что ему вздумается. И позаботься о Сенджуро, хорошо? — Да, я всё сделаю, Томиока-сан, — тут же закивал Танджиро. — Что бы ни случилось, двери нашего дома всегда открыты для тебя, — Гию заключил его в объятия и тихо шепнул на ушко: — Твой муж боится щекотки. Можешь пользоваться. Танджиро лишь растерянно захлопал ресницами. А… что? Кёджуро боится щекотки? Он вообще не был похож на того, кто чего-то боится. Хотя сам омега был восприимчив к щекотке и ему было тяжело поверить в сказанное Гию. Всю дорогу Танджиро продремал, то просыпаясь, то снова погружаясь в неясные сны. Проснулся он окончательно лишь тогда, когда муж поставил его на землю. Но сонливость только накатила сильнее. — Может, ты приляжешь? — Ренгоку мягко поцеловал его в лоб. — Я вызову тебе доктора, и он осмотрит тебя. — Да, но я сперва увижусь с Сенджуро, — Танджиро мягко выскользнул из объятий мужа. Он думал, что омега будет их встречать. — Танджиро, сейчас не лучшее время. Тебе нужен отдых, да и Сенджуро… — Кёджуро, — от резкого и грубого голоса омега подскочил, и супруги повернулись в сторону главы семьи. Шинджуро выглядел крайне недовольным. — Сенджуро у себя в комнате, — тихо сказал альфа. — Иди, не стой. Танджиро замялся, он видел, что отец Кёджуро выглядел очень рассерженным, и не знал, что ему делать. Будет ли грубостью уйти прямо сейчас? — Где это ты пропадаешь со своей женой? Ты не должен вот так своевольно уезжать, когда дома полно дел! И это неслыханная вульгарность, чтобы омега шлялась с тобой непонятно где! — Иди, — твёрдо сказал Кёджуро, не смотря на жену. — Спросишь у слуг, где комната брата. Танджиро кивнул и быстро засеменил в сторону дома, не собираясь быть свидетелем ссоры. Шинджуро-сан явно был чем-то очень недоволен. И омега не знал, что будет с ним, если он попадёт под горячую руку мужчины. Как на это отреагирует Кёджуро? Танджиро спросил у первого попавшегося слуги, где комната Сенджуро, и тот с явной неохотой проводил его до нужной двери. Ренгоку нервно сглотнул и постучал. Его всё ещё тянуло в сон, и он чувствовал себя вялым. Но встреча с Сенджуро была очень важной, и её не стоило откладывать. К тому же Танджиро действительно соскучился. — Да, входите, — раздался тихий голос. Омега почти бесшумно отворил дверь и вошёл, осматриваясь в чистой и просторной комнате Ренгоку. Ничего лишнего: шкаф, кровать, полки под книги и небольшой столик у окна, за которым сидел Сенджуро и что-то писал. Мальчишка поднял голову, и весь его печальный вид вдруг преобразился, на лице появилась счастливая улыбка. — Танджиро, — омега вскочил на ноги, а в следующую секунду уже обнимал Ренгоку. — Вы уже приехали! Как же я рад! Почему ничего не сказали? Почему уехали молча?! Танджиро действительно почувствовал вину. Он хотел поговорить с Сенджуро после свадьбы, но его муж сделал всё по-своему и даже не дал возможности попрощаться с омегой. — Сенджуро, — омега приобнял Ренгоку за плечи и стал осторожно гладить его волосы, — прости, что ничего не сказал, но Кёджуро решил всё очень неожиданно. Я не думал, что мы будем уезжать в такой спешке. — Ты пахнешь! — Сенджуро отпрянул и с восхищением посмотрел на омегу. — Ты уже… Вы с братом… Я поздравляю тебя, Танджиро! — Спасибо, — улыбнулся омега и осторожно огладил щёки Сенджуро. — Твои глаза красные и опухли. Ты точно плакал. Что-то случилось? Сенджуро отпрянул, заламывая руки и стесняясь смотреть на Танджиро. Столько всего случилось! А он так не привык ни с кем делиться душевными переживаниями, что даже не знал, с чего стоит начать. — Пока вас не было и когда отец отлучился по делам, сюда прибыл с визитом Муичиро-сан… — Вы виделись? — взволнованно спросил Ренгоку. — Вы поговорили, да? Ты же хотел побыть с ним наедине. — Да, мы поговорили, — глаза Сенджуро стали светиться от счастья, а на губах появилась нежная улыбка просто при воспоминании их минут наедине. — Муичиро-сан предложил составить мне компанию на время, всё в рамках приличия, честно! Мы говорили о стихах и… и решили пойти в сад, но у меня началась течка и… Танджиро сперва испугался, что могло что-то произойти, но Сенджуро до сих пор не пах. Значит, альфа сдержал себя в руках? — Муичиро-сан велел слугам позвать врача, а сам был со мной. Он никого не впустил в гостиную, чтобы никто, даже слуги, не видели меня в таком состоянии, — заикаясь, продолжил говорить Сенджуро. — Он был очень внимателен и осторожен, не поддался на мои просьбы и уговоры. Когда прибыл доктор, Муичиро-сан был рядом. От него совсем не пахло, но меня всё равно тянуло к нему и… Ренгоку всхлипнул, спрятав лицо в руках. Плечи его задрожали. Омега пытался подавить желание расплакаться, снова переживая этот ужас и стыд. — Сенджуро, — Танджиро обнял его со спины, — что случилось? — Отец вернулся, — дрожащим голосом продолжил омега. — Он увидел меня в таком состоянии… он никогда меня таким не видел, и разозлился. Я не помню, что происходило в тот момент, но мне было так плохо от течки… Когда течка прошла, отец даже не вызвал меня к себе, а через слуг передал, что мне запрещено выходить из комнаты. Он сказал… Танджиро, он сказал, что я до конца своих дней не выйду из этой комнаты! Сенджуро всхлипнул и, развернувшись к Ренгоку, обнял его, заревев. — Неужели я больше никогда не увижу Муичиро-сана? Я написал ему стихи, я бы хотел прочитать ему их! Почему я не могу с ним увидеться? Муичиро-сан благородный альфа и никогда не опорочит мою честь! — Сенджуро, не плачь, — Танджиро в ответ обнял омегу, — ты обязательно увидишься с ним ещё раз. Я обещаю тебе. Я сделаю всё для того, чтобы вы встретились. Но тебе придётся подождать, хорошо? Ты веришь мне? Омега всхлипнул и расслабился. — Да, — прозвучал уже спокойный голос Сенджуро.