Пламенное сердце.

— Мы не можем подождать до завтра? — взволнованно спросил Танджиро, когда муж сел сзади и придвинул его ближе к себе. — Это действительно так срочно? — Действительно, — ответил Кёджуро и потянул поводья, заставляя лошадь идти. Омега больше не решился ничего спрашивать, уже вечерело и солнце скрывалось за горизонтом, дорога была не близкая, Сенджуро сказал, что им придётся ехать всю ночь. Об Узуе у Танджиро сложилось своеобразное впечатление. Но омегу волновала не предстоящая встреча с новым знакомым, а Сенджуро, который неважно себя чувствует и явно что-то скрывает. — Сенджуро сказал, что Узуй-сан твой лучший друг. — Да, хотя с ним я познакомился намного позже, чем с Сабито и Томиокой, — голос альфы был усталым. — Я бы не хотел мучить тебя ночной поездкой, да и Тенген… Танджиро, не оставайся с ним наедине, пожалуйста, я хоть и верю в то, что он не позволит себе никаких вольностей, но мне всё же бы этого не хотелось, а зная Узуя… он точно захочет поговорить с тобой наедине. — Что? Почему? — тут же насторожился омега. — Потому что ты моя жена и ему многое будет интересно, в том числе и понять, какой ты. И ни в коем случае не позволяй ему смущать себя. Только раз дашь слабину, и всё, он будет постоянно этим пользоваться, а я не хочу, чтобы кто-то другой, кроме меня, смущал тебя. Танджиро недовольно фыркнул. Будто это так легко вмиг побороть своё смущение, но вряд ли этот Узуй-сан такой страшный, Сенджуро слишком впечатлительный, а Кёджуро — ревнив. Чем может засмущать его Узуй? Провести вместе течку точно не предложит, про беременность может быть скажет что-то неловкое, да и всё. Главное, чтобы Кёджуро держал себя в руках и не лез с объятиями и поцелуями на людях, а так всё будет нормально. — У него правда три жены? — полюбопытствовал омега. — Разве так можно? — Ну… В традициях семьи Тенгена это дозволительно, все его жёны обычные женщины, поэтому им сложнее зачать от него, а три жены дают больше шансов для этого. — Значит, Узуй-сан хочет ребёнка? — Сколько себя помню, он всегда говорил о своих детях и о том, как будет их воспитывать, но у него с этим некоторые проблемы, как оказалось. Всё, конечно же, не так страшно, но для Тенгена дети — больная тема, так что, думаю, тебе не стоит об этом спрашивать. Ну и почему к этому альфе все относятся так настороженно? Разве человек, который хочет детей, может оказаться ужасен? Может, он строг? Или любит глупо пошутить? — Раз он альфа, то почему не женился на омеге? — Танджиро становилось всё больше любопытно. — В его семье этому не придавалось такое большое значение, да и не всегда альфа женится на омеге. Тенген любит своих жён и заботится о них, поэтому, думаю, что омега в его жизни — это как предательство, ведь у омеги сразу будет больше шансов для беременности и она завладеет большим вниманием альфы. Тенген не хочет заставлять своих жён страдать и чувствовать себя обделёнными и несовершенными по сравнению с омегой. Танджиро задумчиво прикусил губу. А если бы Кёджуро не хотел связывать свою жизнь с омегой, то тоже взял бы несколько жён? — Кёджуро, а почему ты не хотел жениться? — спросил Танджиро. Альфа не отвечал, он довольно долгое время молчал и Танджиро подумал, что муж либо не услышал его вопрос, либо не захотел на него отвечать. Повторно спрашивать омега не стал, но альфа всё же удивил его ответом. — Моим омегой должен был быть Обанай. Мы уже как-то говорили с тобой о нём. Я пообещал ему с пяти лет взять его в жёны. Мы росли вместе и всегда были вместе, я действительно считал его своей парой, но не любил, а больше покровительствовал и желал оберегать. Жизнь Обаная была сложной и тяжёлой, поэтому я считал своим долгом оберегать его от всех несчастий. Танджиро проглотил ком в горле. Это оказалось очень неприятно, знать о том, что у твоего мужа была пара. Да, Танджиро не дурак и думал о том, что у Кёджуро могли быть другие омеги, ведь альфа жил без каких-либо ограничений, но когда эти омеги были какими-то абстрактными, не имели ни имён, ни своих историй, то воспринимались совсем иначе, а сейчас этот Обанай стал почти осязаем. Тот, с кем Кёджуро должен был связать свою судьбу. Тот, кто должен был идти рука об руку с его альфой. Кто-то другой, но не Танджиро… — И почему ты не женился на омеге? — с трудом спросил Танджиро. — Сперва ждал, когда он вырастет, потому что не хотел ему навредить. Обанай всегда был хрупким, и ему очень не повезло в детстве, я опасался, что моя юношеская несдержанность может покалечить его. — Но ты очень хорошо себя контролируешь, — попытался возразить омега. — Сейчас почти хорошо, — согласился Ренгоку, — но, когда альфа растёт, Танджиро, он переживает разные эмоциональные пики, которые, кроме физического воздействия, никак иначе не подавляются. — Физического… Тебя били? — не то ужаснулся, ни то возмутился Танджиро. — Да, — улыбнулся Кёджуро, — мой отец не альфа, поэтому не мог подавить мой характер и мою волю как более старший альфа и родитель. Пойми, Танджиро, это было очень опасно, я мог действительно убить человека в момент, когда эмоции брали верх. Это что-то вроде переходного возраста. Поэтому единственный и старый способ — это применять насилие к альфе, пока он не придёт в себя. Думаю, отцу тяжело дался этот период моего взросления, ему пришлось стать более чёрствым. А мама… Она оказалась куда сильнее отца морально, но сердце её постоянно сжималось от боли. — Наши дети тоже… тоже должны будут через это пройти? — ужаснулся Танджиро. Он впервые был благодарен богам, что родился омегой, потому что не представлял, как бы тяжело было родителям справиться с ним, окажись он альфой. — Нет, конечно нет, — мягко отозвался альфа, — у них будет отец-альфа, и я всегда смогу подавить их характер. — Но с Томиокой-саном ты так не делал, — задумчиво протянул Танджиро. — Просто Сабито взрослый альфа с сильной волей, это ни к чему бы не привело. — А на омег ты тоже можешь воздействовать? — заинтересовался Танджиро. — Могу, — нехотя отозвался альфа. — Значит, можешь сделать такое и со мной? — омега нахмурился. — Я бы не хотел, чтобы ты как-то на меня влиял. Как это выражается? — Ну, я позволяю своей сущности проявиться, и если передо мной молодой альфа, то он успокаивается или пугается, может почувствовать опустошение и упадок сил. — С омегами также? — Почти, — уклончиво ответил Кёджуро. Танджиро задумался. Всё это было слишком подозрительным. Будто он упускал что-то важное, да и ответ мужа не удовлетворил омегу. — Стой, ты ведь делал это со мной, да? — нахмурился Танджиро, кое-что припомнив. — Ты использовал что-то своё альфье на мне? Кёджуро, как ты мог?! Это нечестно! — Я ничего подобного не делал, — возразил альфа, — ты придумываешь, Танджиро. — Нет, делал! — возмутился омега. — Ты… ты… Но Танджиро не мог ничего конкретного вспомнить, у него было странное ощущение, но оно было таким смутным и казалось ненастоящим, поэтому омега не мог ничего предъявить альфе. А Кёджуро так уверенно отрицал, может, он всё же сам выдумывает? — Не делал. Омега больше ничего не стал говорить, потому что ему нечего было сказать, но если Танджиро вспомнит хоть что-то такое, то точно предъявит мужу! Мало того что альфа сильнее его физически, так ещё может делать эти странные манипуляции. Это точно не нравилось омеге. — Не делай такое со мной, — попросил Танджиро. — Не буду, если только ты не будешь делать глупости, — почти пообещал Кёджуро. — Глупости? — возмутился омега, но тут же ужаснулся. — Постой, Кёджуро, а какой-нибудь другой альфа… он тоже может так делать со мной, да? — Если он силён и в гармонии со своей сущностью, то да, — нахмурился альфа. — Поэтому я и не хочу, чтобы ты оставался с другими альфами наедине. Это, конечно, преследуется законом, но всегда есть место несчастному случаю. Поэтому всегда будь в компании омег, а лучше всегда рядом со мной. Но Танджиро теперь очень сильно насторожился. Выходило, что любой другой альфа может… а что он конкретно сделает? Обессилит омегу? И зачем ему это? Танджиро ведь замужний омега! Понемногу Кёджуро отвлёк его весёлыми рассказами, пока Танджиро не уснул. В седле было спать неудобно, и омега то и дело проваливался в сон, а затем просыпался. Очнулся в последний раз он только тогда, когда Ренгоку бережно снял его с лошади, держа в руках. Омега открыл глаза и сонным взглядом уставился на человека в полутьме. Танджиро разглядел только светлые волосы, закрывая глаза и успокаиваясь, когда запах мужа окутал его. Звучали полушёпотом голоса, Танджиро куда-то несли. Кёджуро опустил его на что-то мягкое, скорее всего, кровать и стал осторожно раздевать. — Ложись давай, — Танджиро схватил его за рукав и потянул на себя. — Спи, я скоро, — муж быстро поцеловал его в губы и ушёл, а омега провалился в беспокойный сон. Проснулся он уже от шепотков и хихиканья; открыв глаза, омега несколько раз моргнул и огляделся. Танджиро вскрикнул от неожиданности, обнаружив на своей кровати трёх девушек, а те, обернувшись на него, улыбнулись. — Проснулся! — воскликнули они почти в унисон и потянули к нему руки. Танджиро вскрикнул повторно и резко дёрнулся в сторону, понимая, что спал на краю кровати и сейчас просто упадёт.