Пламенное сердце.

Танджиро чувствует тошноту, жажду и простреливающую боль в пояснице, стоит ему перекатиться на спину. Он тихо стонет, с трудом открывая глаза. В комнате он один. И почему-то от этого совсем не по себе. Омега протирает лицо ладонями и трогает волосы, которые почему-то влажные. Кёджуро снова осмелился искупать его? — Кёджуро, — Танджиро осеняет, и он резко садится, но тут же с глухим стоном падает обратно, хватаясь за спину. Какого чёрта ему так плохо? В голове мутным образом вспыхивают картинки произошедшего. Он пришёл к Зеницу поговорить, они решили выпить, потом обсуждали альф… Зеницу рассказал о себе, Танджиро был зол на Кёджуро, а потом моменты близости с мужем и… — Ты труп, Кёджуро, — хмуро смотря в потолок, сказал омега. — Какого хрена ты использовал узел? Но ответа не последовало. В комнате он был совершенно один. Танджиро устало выдохнул. Он больше не будет употреблять алкоголь, нет уж… Но при воспоминании беспомощного мужа, связанного и жаждущего, в душе поднимался трепет. — Какой стыд, — Танджиро спрятал лицо в ладонях. Как он вообще мог так себя повести? А ещё он укусил мужа. Омега нахмурился и отнял руки от лица, смотря в потолок и пытаясь понять, что это вообще значит. Омега открыл рот и стал ощупывать свои зубы, но они были нормальными, никаких клыков. Тогда как он укусил альфу? С его зубами точно что-то не так, но что именно, омега никак не мог понять. Кёджуро точно этому обрадовался, значит, должен понимать, в чём дело. И Танджиро обязательно выпытает у него всю правду. Им нужно поговорить. И лишь бы не струсить… Дверь тихо приоткрылась, и Танджиро скосил глаза на вошедшего. Это был его альфа, в одной юкате и с подносом в руках. Танджиро на миг поймал его изучающий взгляд, а затем уставился на аккуратный укус на шее мужа. Альфа даже не пытался его скрыть. Бесстыдник! — Как самочувствие? — мягко спросил Кёджуро, проходя к кровати и оставляя поднос на столике. Он сел на край кровати и мягко похлопал по коленке жены. Даже сквозь одеяло это прикосновение приятно грело душу. — Тебе приготовили отвар, чтобы снять похмелье. Я принёс воды и бульон, тебе нужны силы для восстановления. — Ты использовал узел, — сузил глаза омега. — Ты меня связал, — усмехнулся альфа закатывая рукава. — Довольно умело, я с трудом порвал твои путы. Омега охнул, увидев оставленные следы на руках мужа, он повредил свою кожу до глубоких ран. — Кёджуро, — Танджиро снова попытался сесть, но тут же застонал, заваливаясь обратно. — Тихо-тихо, — альфа подхватил его, аккуратно укладывая, и, нежно поглаживая лицо, поцеловал в губы. — Твоему телу не стоит сейчас напрягаться. У тебя прорезались клыки, ты помнишь? — И что это значит? — хмурился омега, глядя в довольное лицо мужа и не разделяя его радости, потому что ему сейчас было очень плохо. Кёджуро тихо засмеялся, открывая шею жены, проводя по ней языком и слегка прикусывая тонкую кожу. Танджиро хрипло выдохнул, вцепившись в волосы альфы. Тело пронзила дрожь и истома. В этом движении было что-то большее, чем просто любовная игра. Альфа поцеловал то место, которое прихватил зубами, и посмотрел внимательно в глаза омеги. Танджиро нервно облизнулся, не выпуская волосы мужа из своих пальцев. Он нервничал и дрожал, чувствую себя невероятно уязвимым. — Я тебя пометил? — неуверенно спросил омега. — Мой укус — это метка? Кёджуро снова тихо рассмеялся, но беззлобно и ласково, словно Танджиро сказал ему что-то приятное и очень милое. — Нет, определённо нет, иначе в наших отношениях ты был бы альфой, — Кёджуро поцеловал его в уголок губ. — Тебе сказать или ты сам проявишь фантазию? Идея с меткой мне очень нравится, будем считать, что ты меня пометил. — А ты не хочешь меня пометить? — тихо спросил Танджиро и с удивлением увидел, как вся радость сошла с лица мужа. — Прости, я не хотел, я просто… — Я думаю, ты не понимаешь, что такое метка и как она ставится, — Кёджуро сел и погладил жену по щеке нежным, осторожным, даже больше робким движением. — Метка связывает альфу и омегу. Ты можешь взглянуть на отношения Томиоки и Сабито, чтобы увидеть гармонию и безграничное уважение в их отношениях. И можешь посмотреть на Узуя и его омегу, чтобы увидеть, какими дробящими выглядят их чувства. Без твоего полного осознания и желания иметь метку я даже думать об этом не буду. Метка очень сближает, но я не хочу ставить её из чувства долга или нашего супружества. Это очень серьёзно, Танджиро, и пока ты не будешь готов и полностью осознавать её влияние, я её не поставлю. — Это ведь и связано с тем, кто должен был стать твоей женой? — омега отвёл взгляд в сторону. Повисло неловкое молчание. Наверное, не стоило об этом упоминать, но прошлое Кёджуро стояло между ними стеной, отдаляя. Танджиро слишком боялся лезть в душу своего мужа. А альфа, по ходу, всё ещё был не готов открыться своей жене. — Да, это связано и с Обанаем, — сухо согласился Ренгоку. — Его отношения с альфой куда хуже, чем ты можешь себе представить. Зеницу в этом плане даже очень везёт. — Но ты не будешь обращаться со мной плохо, я знаю, — Танджиро посмотрел прямо в глаза мужу. — И я не требую её у тебя из чувства долга. Я лишь хочу знать, поставил бы ты её мне, если бы я был не против? Взгляд Кёджуро стал очень растерянным, и он на миг прикрыл глаза, хрипло выдохнув. — Не сейчас, — альфа дотронулся до укуса омеги, нежно его поглаживая. — Метка ставится в гон альфы, сейчас я не способен провести с тобой гон, не навредив тебе. Я сорвусь, я знаю точно, мне пока не хватает контроля, поэтому первое время ни о какой близости в гон даже и речи не будет. Слышишь меня, Танджиро? Я запрещаю тебе приближаться ко мне в гон. Ты меня понял? Омега неуверенно кивнул под давящим взглядом мужа. Он даже не представлял, что из себя представляет гон и как ему понять, что у Кёджуро он начался. Может, это что-то похожее на течку, заставляющее альфу терять разум от желания? Но разве в это время Кёджуро не будет ослаблен и беспомощен, нуждаясь в своём омеге? — Обещай мне, — потребовал альфа. — Хорошо, я обещаю, — Танджиро опустил глаза на свои подрагивающие руки, — что не приближусь к тебе в твой гон, пока ты сам мне не разрешишь. Кёджуро облегчённо выдохнул и лёг рядом с женой, нежно обнимая. Танджиро тоже прикрыл глаза, когда голова мужа оказалась на его плече, и он позволил пальцам Кёджуро переплестись со своими. — Я хочу от тебя детей, — сказал Танджиро, сжимая пальцы мужа сильнее. — Я хочу, чтобы ты был отцом моих детей, потому что… это ты. Ты мне дорог, и я хочу родить наших общих детей. Тогда я разозлился и наговорил глупостей, прости меня за те слова. Но ты единственный, от кого я хотел бы родить. Я хочу, чтобы ты это знал. Кёджуро улыбнулся, закрывая глаза и чувствуя расслабление во всём теле. — Спасибо, — альфа поцеловал его плечо. — Спасибо, что сказал мне это. Я очень счастлив, Танджиро. Омега поджал губы, чтобы не улыбаться, но улыбка будто бы рвалась из самого сердца. Он слегка наклонил голову и поцеловал мужа в макушку. — Так что означают мои клыки? Я их сейчас не чувствую. Ты точно уверен, что они у меня есть? — неуверенно заговорил омега. — Точно, — усмехнулся Кёджуро и приподнялся над женой, заглядывая в удивлённые глаза. — Это редкое явление у омег. Я о таком только слышал, но не встречал ни одну омегу с клыками. Никогда бы не подумал, что они у тебя могут быть. Возможно, этому послужило твоё долгое воздержание, возможно, твой далёкий предок был сильным альфой, я не знаю, но ты можешь быть очень сильным. Не таким как альфа, конечно, но вполне можешь одолеть среднего по силе, если разовьёшь свои навыки. А ещё ты можешь влиять на омег, как альфы. Слухи говорят, что омега с клыками может пометить другую омегу. — Что? — глаза Танджиро шокировано распахнулись. — То есть как это пометить? — Надеюсь, ты не будешь пытаться это узнать, — Кёджуро поцеловал его в нос. — Но самое главное то, что альфы не могут на тебя влиять. Ты можешь им сопротивляться, и если потренируешься, то и чужой запах не сможет на тебя влиять. Так что мы будем развивать твои умения. — Но, — омега протянул руку и осторожно коснулся своего укуса, — что он значит? Ты сказал, что это не метка, но так нагло её демонстрируешь. Что это тогда? — Ты уверен, что хочешь знать? — хитро прищурил глаза альфа. — Хочу, — уверенно посмотрел ему в глаза омега. — Тогда тебе придётся очень хорошо меня попросить, — Кёджуро явно насмехался над ним, что заставляло Танджиро немного понервничать. Как он вообще может в такой момент? — Я… — омега не успел ничего сказать, так как дверь открылась и супруги недовольно посмотрели на ввалившегося альфу. — Сейчас не самое лучшее время, Тенген, — нахмурился Кёджуро, пытаясь закутать жену в одеяло и спрятать подальше от глаз чужого альфы. — Твой отец прислал гонца, — Узуй выглядел растрёпанным и взволнованным. — Сенджуро сбежал. — Что? — Танджиро снова сел, но со стоном откинулся назад из-за боли. Чёрт, почему в такой момент он настолько беспомощен? — Где этот человек? — Кёджуро поднялся и строго посмотрел на жену. — Поешь и выпей отвар, я скоро вернусь, как всё разузнаю. — Хорошо, — это всё, что мог сказать Танджиро.