Пламенное сердце.

Танджиро послушно выпил горькое лекарство и даже не поморщился. Его клонило в сон, но он старался сосредоточиться на словах врача. Мыслями он всё же был с Кёджуро и то и дело поглядывал на дверь, надеясь, что муж сейчас зайдёт. — Если к утру у вас поднимется температура, то… На этих словах дверь открылась и омега встрепенулся, с улыбкой встречая вернувшегося мужа. Что-то внутри Танджиро расслабилось окончательно, и он почувствовал себя гораздо лучше. — Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Кёджуро, прикрывая за собой дверь и рассматривая сидевшего на краю кровати омегу. — Я дал вашей супруге лекарства, Ренгоку-сан, — поклонился врач и стал собираться. — В основном состояние вашей жены удовлетворительное, сон должен помочь. Если ночью поднимется температура, то вызывайте тут же меня. На этом я откланяюсь. — Да, хорошо, — Кёджуро пропустил врача и направился к омеге, не дожидаясь, пока доктор уйдёт. Танджиро потянулся руками к мужу, желая его обнять, он сам удивился, насколько сильно нуждался в тактильном контакте, в запахе, в поцелуях. И сейчас это было ему необходимо больше всего. — Ты как себя чувствуешь? — альфа склонился, целуя Танджиро в лоб. — Ты не голоден? Уже поздно, но… — Просто полежи со мной рядом, — омега потянул альфу на себя, неловко обняв за плечи и поцеловав куда-то в область уха. — Я хочу спать, но мне будет спокойно, если ты ляжешь со мной. — Да, конечно, — Кёджуро стал избавляться от одежды и помог Танджиро раздеться, а после потушил свет прежде, чем лечь в кровать. — С тобой точно всё хорошо? — Кёджуро притяну омегу к себе, заботливо поглаживая спину. Танджиро в его руках показался меньше и слабее, хотелось его защитить и уберечь. Столько проблем свалилось за один раз. И альфа чётко осознал именно сейчас, что Танджиро должен стоять для него на первом месте – его здоровье и его душевное состояние. Кёджуро должен сперва позаботиться о нём. — Я просто немного устал и хочу спать, — сонно ответил Танджиро, закрывая глаза и чувствуя, что начинает отключаться. — Я так соскучился по тебе, не оставляй меня больше одного, я люблю тебя. Это было так необычно, чтобы Танджиро открыто говорил о своих чувствах. Может, это потому, что он очень устал и сонный? — Я тоже люблю тебя, — Ренгоку поцеловал его в висок и прикрыл глаза, но сам уснуть сможет явно не скоро. — Как прошёл разговор с отцом? — еле слышно спросил Танджиро. Он бы хотел поговорить с мужем, но усталость оказалась сильнее. — Он зол, но всё прошло лучше, чем я ожидал, — задумчиво протянул Кёджуро. — Есть кое-что, что мне не понравилось. Нам нужно кое-что обсудить. — Ага, — сонно выдохнул Танджиро и тихо засопел. Кёджуро улыбнулся, вслушиваясь в дыхание омеги. Танджиро его омега, его судьба и его любовь, он никому и ни за что на свете не отдаст его. — Ты моя жизнь, Танджиро, — произнёс альфа, закрывая глаза и притягивая омегу к себе ближе, сжимая крепче, чем следовало бы. Запах Танджиро приятно окутывал и усыплял. Даже тревожные мысли ушли на задний план, будто бы проиграв мягкому аромату. Сон Кёджуро снился какой-то беспокойный, он куда-то спешил и кого-то пытался догнать. Тревожное чувство засело где-то в груди, Ренгоку отчаянно пытался схватить кого-то руками, но лишь зачерпывал ладонями пустоту. Проснулся он посреди ночи, луна была скрыта за тучами, поэтому в комнате была темнота. Альфа не сразу понял, что не так, ему было жарко и душно, краем уха он улавливал тихий шёпот и нервный стон. Собственное тело будто бы было отделено от сознания, и альфа понимал, что сейчас находится не в том положении, в котором уснул. Запах Танджиро был сильный, давящий, отбирающий остатки воли. У него началась течка? Но почему сейчас? — Танджиро? — собственный голос показался хриплым и низким, в голове была пустота. Он одновременно был возбуждён, но всё также плохо чувствовал своё тело. — Не… надо… — хрипло выдохнул омега и Кёджуро почувствовал, как его слабо толкнули в грудь, явно пытаясь отстранить. Ренгоку дёрнулся, желая отстраниться, но лишь слабо застонал, понимая, что не может сделать это сейчас, потому что они сцеплены. Как это могло произойти? Кёджуро попытался привстать, чтобы Танджиро под ним было легче, но тело слушалось с трудом, Ренгоку тянуло к омеге, хотелось вжаться в него как можно сильнее. — Потерпи немного, — тихо попросил Кёджуро, — я сейчас перевернусь на спину, чтобы тебе было легче, потерпи. Альфа осторожно просунул руку под Танджиро, прижимая его к себе плотно и сжав зубы, перевернулся, укладывая на себе омегу удобнее. Танджиро болезненно застонал и даже всхлипнул, вцепившись в мужа. — Кёджуро, хватит, — сиплым голосом попросил омега, — я больше не могу… — Сейчас это закончится, — пообещал Ренгоку, поглаживая влажную спину Танджиро и мягко целуя его в висок, — я больше не буду. — Ты уже это говорил, — дрожащим голосом возразил омега. И Кёджуро потрясённо замер. Он не сообразил сразу, не понял, потому что собственные ощущения сбили его с толку. Внутри было опустошение, всё было немного иначе, чем обычно. Кёджуро подрагивающими пальцами скользнул по влажной спине вверх, дотрагиваясь до шеи, задевая рану и тут же отдёрнул руку, когда Танджиро вскрикнул. Под пальцами осталась влага. — Я тебя укусил? — словно в пустоту спросил Кёджуро, растирая по пальцам кровь. Альфа провёл по зубам языком, но не почувствовал ни клыков, ни металлического привкуса. Значит, он сделал это не сейчас, а намного раньше. До него начинало доходить, что в действительно происходит и Кёджуро испытал страх. — Как давно я такой? — Ренгоку не мог правильно сформулировать вопрос, они ведь с Танджиро не обсуждали такую его сторону, да и рано было, Кёджуро не спешил и отлично чувствовал свои состояния, альфа собирался медленно подготовить к этому Танджиро. — Со вчерашней ночи, — Танджиро на нём дрожал и кажется, был полностью обессилен. — Кажется… я не уверен, сколько прошло времени. Кёджуро нервно сжал зубы, злясь на себя. Но этого не должно было произойти сейчас, рано по времени, да и Танджиро так слаб… это слишком для его организма. Думать получалось с трудом, возбуждение спадало, узел тоже начинал ослабевать, но альфа опасался, что скоро возбудиться вновь и снова не сможет себя удержать. — Как только спадёт узел, я вынесу тебя за дверь, постарайся как можно… — Твой отец был здесь, — Танджиро пришлось прикладывать усилия, чтобы его голос прозвучал громче и Кёджуро его услышал. — Он закрыл нас. Сначала Ренгоку испытал оцепенение, а затем и злость. Он не спустит отцу это с рук. Как он вообще мог? Да, Ренгоку прекрасно понимал какие цели преследовал его отец, но он не имел права вмешиваться в его решения. Этого Кёджуро отцу не простит. — Он рассказал мне про письмо, — Танджиро хрипло выдохнул. — Я согласился с решением Ренгоку-сана. — Танджиро… — Я не думал, что твой гон будет таким… — омега растерялся, подыскивая слова, — мучительным. Но мне была нужна твоя метка. — Танджиро… — Я знаю, если бы мы это обсудили, то оба пришли бы к этому решению, но всё началось раньше, я думаю, этому поспособствовал Мудзан. Я просто подумал – провести с тобой гон и получить твою метку или потерять тебя… Я не хочу тебя терять, Кёджуро. Я знаю, ты не хотел этого сейчас, и чтобы всё происходило таким способом. Я тоже не хотел. Но мысль о разводе, она напугала меня и… — Ты поступил так, как посчитал нужным в критический момент, — Кёджуро понимал, что сейчас любые его слова могут прозвучать как обвинения. Танджиро не виноват. Так сложились обстоятельства, можно было бы сказать и так. Но нет, всё действительно было чьим-то хорошим планом. Кёджуро впервые слышит про развод. Значит, у отца в письме была другая информация. — Это слишком, Кёджуро, я думал, что смогу вытерпеть твой гон, но это слишком… — Это слишком больно, — Ренгоку старался, чтобы его голос не дрожал, хотя бы один из них сейчас должен сохранять спокойствие. Он заботливо гладил Танджиро по спине. — Мы слишком мало пробыли в отношениях, чтобы мой гон не причинял тебе вреда. Я сожалею, что заставил тебя пройти через это… — Ты не виноват, — Танджиро всхлипнул, вцепившись в Кёджуро. — У нас не было времени и возможности поговорить, твой гон начался внезапно, и ты уже не мог принимать решения, так что я сам… А вот это немного не так. Кёджуро всегда хорошо чувствовал приближение своего гона за несколько дней, даже стресс не притуплял его эти ощущения. Для него гон никогда не был неожиданностью, Кёджуро чуть ли не выдрессировал это в себе. Ренгоку действительно многое упустил, пока был занят беспокойством о брате. И это точно сыграло кое-кому на руку. Как же удачно для кого-то совпала эта ситуация. И это злило Кёджуро. Он расскажет Танджиро о своём письме, но не сейчас, омега обессилен гоном и чувством вины, не стоит нагружать его большим и пугать. Ренгоку понимал, что проблем только прибавилось и теперь решить проблему Сенджуро будет не таким уж и простым делом. — Ты молодец, ты поступил очень мужественно, Танджиро, — Кёджуро мягко поцеловал омегу в висок, поглаживая по спине. — Я думаю, что мой гон на стадии спада, мне нужно пережить ещё несколько фаз, возможно, это займёт ещё сутки. Метка на тебе теперь стоит, так что тебе нет нужды терпеть это ещё раз. За дверью явно находятся слуги, так что мы постучим и тебе позволят уйти. Врач должен осмотреть тебя и подлечить. — Я не оставлю тебя, — Танджиро вцепился в него сильнее. — Я не хочу тебя терять, я… — Танджиро, я тебя пометил, никто и никогда в жизни не заберёт тебя у меня. Теперь ты мой омега, и никто этого не изменит. Пока я буду здесь, займись своим здоровьем, потому что, когда мой гон закончится полностью, я буду нуждаться в твоей заботе. Хорошо, ты сделаешь, как я прошу? — Да, хорошо, — у Танджиро не оставалось сил на сопротивление.