Сорванные маски

      Сара нервно ерзала на стуле, пока директор монотонно и скучно читал им лекцию о том, что не стоит выяснять отношения в стенах школы, особенно так громко. Девушке было максимально некомфортно. Она сверлила взглядом дрожащие коленки, не поднимая глаз — боялась пересечься с парнями, которые сейчас в большей степени получали упреки от мистера Роджерса.       — Молодые люди, вы должны понимать, что такое поведение просто неприемлемо в стенах школы, — из-под густых седых бровей на подростков смотрели маленькие хитрые глаза, неприятно поблёскивающие под тонким прозрачным стеклом очков, — Надеюсь у вас достаточно убедительное объяснение для всего этого.       Сухой взгляд мужчины быстро прошелся по всем троим. Майкл с показным равнодушием расслабленно сидел, увлеченно покачивая ногой, всё свое внимание концентрируя на этом, показательно игнорируя остальных. Лишь изредка он поднимал глаза, чтобы бросить короткий взгляд в сторону Сары, а затем снова переключал его на носок своего ботинка. Джон же внимательно следил за директором: его мимикой, движениями, за тем, как он говорит и как жестикулирует. Парень как будто впитывал каждое колебание воздуха, записывая его в своем подсознании.       Директор не выдержал. Мужчине стало некомфортно от такого пристального взгляда, но он промолчал. Мистер Роджерс поднялся из-за стола и прошелся до окна, показательно поправляя галстук, обращая свое внимание на скучный серый пейзаж за грязным стеклом. В кабинете снова воцарилась гнетущая, неприятная тишина.       Девушка нервно перебирала пальцы, впиваясь ногтями в костяшки. Она молчала, желая поскорее освободиться от всей этой истории и оказаться дома. Казалось бы, не так давно всё наладилось, а сейчас снова она влипла в неприятности.       — Вы можете объяснить свое поведение? — уже более настойчиво потребовал мужчина, не отвлекаясь от разглядывания голых, изогнутых в агонии, черных деревьев, сложив руки чуть ниже груди, — От этого будет зависеть ваше наказание.       Его грубый, твердый голос разнесся эхом по небольшому кабинету, заставив лишь Сару вздрогнуть от неожиданности. Все трое молчали, чувствуя, как давит напряженная обстановка, от чего воздух становился тяжелым и неприятным, как густой студень, застревающий в горле.       Как и ожидалось, первым терпение кончилось у Майкла. Его выводила эта обстановка, выводила бесполезная показуха и пафосные речи директора, направленные только на поддержание его дохлого авторитета. Старшеклассник хмыкнул, удобно располагаясь на стуле, словно это ему тут все должны отчитываться.       — Этот пидор лез к моей девушке, и я начистил ему лицо за это, — спокойно бросил Майкл, его речь, как всегда, была надменной и дерзкой, — Или вас интересуют подробности?       Парень выгнул бровь, коротко взглянув на Сару, которая старательно игнорировала эти слова, больно прикусив губу, отворачиваясь к окну. Следом взгляд старшеклассника проследовал к новенькому — тому самому пидору- который, однако, выглядел совершенно спокойным. Наконец, глаза Майкла пересеклись с директорскими. Старшеклассник вызывающе усмехнулся, ожидая реакции мужчины.       — Меня совершенно не радует ваше поведение, мистер Тернер, — выдержано и строго проговорил директор, смакуя каждое слово, — Только за этот месяц вы побывали в моем кабинете порядка пяти раз.       Директор тяжело вздохнул, возвращаясь в кресло. Уставший взгляд сам собой опустился на раскиданные по столу бумаги и письменные принадлежности. У школы сейчас были не самые лучшие времена, но мистер Роджерс умело избегал серьёзных проблем, будучи директором порядка пяти лет. Но этот год давался ему особенно тяжело: финансовые проблемы, пропажи детей, аварийное состояние здания. Всё это тяжелым грузом падало на его плечи.       — Можете снова отстранить меня, — равнодушно бросил Майкл, это было единственное наиболее суровое наказание, а затянувшаяся экзекуция начинала понемногу раздражать, — Хоть до выпускных экзаменов.       — Это было бы великолепно, — сдавленным шепотом проговорил себе под нос мистер Роджерс, прижимая руки к подбородку, несколько минут о чем-то напряженно думая, потом вновь поднимая взгляд на учеников — Я хочу выслушать остальных, если позволите, мистер Тёрнер.       Умело игнорируя парня, парировал директор, переключая свое внимание на Сару, от чего девушка ещё сильнее вжалась в спинку стула, зашуганным взглядом осматривая мистера Роджерса, виновато изогнув брови. Майкл посмотрел на неё с плохо прикрытым вызовом, а на его губах заиграла неприятная ухмылка. Парень повернулся в сторону школьницы, старательно изображая неподдельный интерес, подпирая ладонью щеку.        — Мисс О’Нил, -несколько требовательно обратился директор, замечая растерянность ученицы, — Вы можете объяснить сложившуюся ситуацию?       Девушка вздрогнула, отрывая взгляд от мужчины, мгновенно устремляя его в пол. Все мысли в голове запутались, а слова упрямо застревали в горле. Неотрывный взгляд Майкла прожигал её насквозь, от чего всевозможные мысли, появившиеся в голове, мгновенно исчезали. Она могла лишь вымученно улыбаться, делая вид, что всё хорошо. Саре не хотелось принимать ни чью сторону, не хотелось кого-то оправдывать, а кого-то обвинять. Сейчас ей хотелось просто провалиться под землю, пропасть, лишь бы не находиться под этими хищными взглядами. Она чувствовала себя виноватой во всем, что произошло.       — Извините, — единственное, что смогла выдавить из себя Сара.       У неё просто не было тех самых объяснений, что так жаждал получить директор. Майкл с некоторым азартом следил за действиями девушки, словно за поведением выброшенной на улицу домашней собаки, которая пытается осознать новое положение дел, но замешательство и испуг не дают ей понять и принять то, что произошло. Он смотрел на неё, как на чужую. Тонкие губы в очередной раз изогнулись в неприятной ухмылке, а хищные зеленые глаза беспощадно залезали в самое естество, выворачивая на изнанку. Сара чувствовала этот взгляд, долгий и испытывающий, сильнее заламывая тонкие изящные пальцы в нервном сплетении влажных ладоней.       — Всё в действительности было так, как сказал Тернер, — неожиданно подал голос Джон, совершенно спокойно и холодно, показывая свое искреннее желание поскорее освободиться от этой бесполезной беседы, — Просто два парня не поделили одну девушку.       С излишней небрежностью бросил он. Директору в очередной раз стало некомфортно. Он лишь медленно помотал головой, обращая свое внимание на раскиданные на столе документы, на несколько минут погружаясь в раздумья о содержимом этих бумаг, но затем его внимание вновь переключилось на учеников.       — В первый же день заводите неприятелей, мистер Холл? — стараясь разрядить обстановку, грубо усмехнулся мужчина, — Весьма оригинальный подход.       Джон сухо усмехнулся, краем глаза наблюдая за Сарой, которая, кажется, даже смогла немного расслабиться, предчувствуя скорое освобождение из этого импровизированного школьного плена. Майкл же, напротив, несколько напрягся, отводя взгляд от девушки. Было заметно его явное раздражение.       Директор немного помедлил, но затем скомкано произнес:       — Отстранение от занятий на две недели, — совершенно типичное наказание для учеников, — Это не освобождает вас от выполнения домашнего задания. Ваши учителя обязательно проверят насколько качественно вы усвоили материал.       Экзекуция приближалась к своему логическому завершению. Мистер Роджерс бегло осмотрел каждого из присутствующих в кабинете, тяжело вздохнул, возвращаясь к своим более важным делам.       — Можете быть свободны, — без эмоций бросил он, погружаясь в работу.       Майкл вышел первым, игнорируя задержавшихся Сару и Джона. Он стремительно покинул кабинет, громко захлопнув за собой дверь, от чего с потолка посыпались мелкие хлопья побелки, попавшие в том числе и на стол мистера Роджерса. Тот раздраженно смахнул грязные ошметки краски с бумаг, что-то невнятно пробурчав себе под нос.       Сара и Джон, задержавшись у выхода, вскоре тоже покинули кабинет. Отходя от него, каждый молча думал о чем-то своем. Сара немного отставала от Джона. Ей всё ещё было стыдно перед ним за эту ситуацию. Проходя лестницу, девушка всё же решилась прервать молчание — она догнала Холла, осторожно касаясь его плеча, обращая на себя внимание. Парень, явно выдернутый из своих размышлений, немного опешил, останавливаясь, обращая внимание на одноклассницу. Девушка виновато смотрела на него сквозь веер тяжелых густых ресниц, глупо молчала, подбирая правильные слова для начала разговора.       — Всё хорошо? — в его голосе прорезалась нотка волнения.       — Может обработаем твои раны? — сконфужено поинтересовалась школьница, чувствуя, что должна этому парню за свое спасение, — Считай, что это будет благодарность за то, что ты сделал.       Джон лишь усмехнулся, проводя рукой по волосам. Он немного помедлил с ответом, проходя дальше по коридору, наблюдая за тем, как за окном плавно и нежно танцует в воздухе легкий снежок, торопящийся закрыть своим белоснежным покрывалом всю ту грязь, что успела снова показать свое неприятное лицо.       — Пустяки, не стоит волноваться, — махнул он рукой.       — Я могу проводить тебя до медпункта, — несколько настойчиво, но всё также робко уточнила Сара, — Это не обсуждается.       Девушка попыталась придать своему голосу немного уверенности. Это вызвало у Холла приятную, добродушную улыбку. Он остановился, наградив Сару коротким кивком.       — Ну, хорошо, раз ты так решила, — он помедлил, словно пробуя сказанное на вкус, — Веди.       Напряжение между ними понемногу спадало и оставшийся путь до медпункта подростки пытались отвлечься разговорами о насущном, но Джон как-то неохотно отвечал на вопросы связанные с его прошлым, постоянно выдавая общие фразы, которые никоем образом не проливали свет на его жизнь до Сэнтфора. Сара не стала пытать парня, поэтому лишь понимающе кивала, рассказывала о своей жизни в этом городе и о том, как ей хотелось бы уехать отсюда.       — Разве в Сентфоре так ужасно? — с хорошо сыгранным удивлением спросил Джон, вдруг останавливаясь, — На первый взгляд — город, как город.       По спине Сары пробежались холодные мурашки от воспоминаний, минувших трех месяцев. От тех ужасов что пришлось пережить ей и её друзьям. Она нервно сглотнула, отводя взгляд. К счастью, они уже достигли заветного кабинета, и девушка смогла легко уйти от неприятной для неё темы.       — Подожди немного, я возьму все что нужно и вернусь, -школьница тепло улыбнулась однокласснику, скрываясь за деревянной дверью.       Джон вздохнул, прислоняясь спиной к стене. На лице вдруг появилась ужасная усталость, он прижал ладони к вискам чуть наклоняясь, словно что-то пытался поправить. Но тут раскрылась дверь и перед ним снова оказалась Сара с ватными дисками и перекисью в руках. Парень поднял на неё глаза, сдержанно улыбнулся, позволяя однокласснице приблизиться к нему.       Сара смочила ватку, бережно прикладывая её к нижней губе Холла, концентрируя свой взгляд на этом нехитром действии. Девушка старалась держаться несколько отстраненно, чтобы не поставить Джона в неловкое положение, причинив тем самым ещё больше неудобств. Но её взгляд неумолимо возвращался к его бледным губам, внимательно изучая тонкие, плавные изгибы. Сара тряхнула головой, понимая, что уже слишком долго пялиться на одноклассника.       — Если будет сильно щипать, говори, — запоздало опомнилась школьница.       Она замялась, убирая руку с потемневшим от крови диском с лица, недолго поглядывая на результат своих стараний: конечно, рана мгновенно не затянулась, как по мановению волшебной палочки, но хотя бы не текла кровь. Девушка заменила диск, осторожно касаясь царапин на щеке. Джон дернулся немного жмурясь.       — Прости, — Сара резко отстранилась, натыкаясь глазами на его металлический взгляд, — Осталось совсем немного.       Джон с интересом наблюдал как заботливо одноклассница обрабатывает его раны. Это было весьма занимательно для него, хотя боли от этих ран парень не чувствовал изначально. Ему нравилось смотреть с каким трепетом ухаживает за ним новая знакомая. Это пробуждало внутри смутное, давно забытое им чувство, которое, однако, болезненными воспоминаниями возникало перед глазами. Холл сдержанно остановил Сару, поймав её руки в свои, заставляя девушку отвлечься от своего занятия.       Их взгляды вновь пересеклись. Школьница почувствовала, как по телу расходятся электрические импульсы, а губы сами собой растягиваются в улыбке. Она внимательно наблюдала за ним, чувствуя, как краска приливает к щекам, чувствуя, как что-то незримое тянет её к этому странному новенькому. Но совесть острыми зубами беспощадно впилась в сознание, вытесняя все те сумбурные теплые чувства, заполняя пустоты тягучей черной смолой вины.       Сара растерянно отступила, руки парня легко скользнули вниз, а на лице не появилось даже тени смущения.       — Зачем ты полез в драку? — вдруг сдавленно, явно смущаясь, спросила Сара, — Мы знакомы всего-ничего, это не повод…       — Я так захотел, — несколько резко и холодно оборвал Джон речь одноклассницы, кладя на её дрожащие плечи руку, второй аккуратно приподнимая лицо, вглядываясь в блестящие от вот-вот готовых вырваться слез глаза, — Никто не имеет право так обращаться с девушками.       Сара сделала полшага к Джону, повинуясь непонятным для себя чувствам, позволяя ему заключить себя в теплые, ненавязчивые объятья, которые, однако, были чуть более, чем дружескими. От него повеяло свежей морозной мятой. Казалось, что этот парень был весь пронизан тонкими струйками ледяного северного ветра, который то порывистой вьюгой бушевал внутри, то послушным штилем ложился у ног.       Но вскоре Холл отстранился, сконфуженно отводя взгляд. Девушка замешкалась, неуклюже потоптавшись на месте. Её руки крепко сжимали в своих тисках взятые у медсестры препараты, а губы нервно подрагивали.       — Надеюсь, тебя это не сильно смутило, — виновато усмехнувшись, проговорил он, взлохматив свои волосы, — Может ты всё-таки вернешь всё это обратно?       И тут Сара опомнилась, что стоит уже минут пять и сжимает в руках небольшой пузырек с перекисью и оставшиеся чистыми два ватных диска. Она попыталась усмехнуться, но ощущение конфуза неприятной ноткой сорвалось с губ. Школьница быстро вернула всё в кабинет медсестры. И совсем скоро они уже были у своих шкафчиков.       Девушка больше не предпринимала попыток разговорить своего молчаливого одноклассника. Она прокручивала в голове его слова, его крепкие объятия, в которых, казалось, она смогла бы укрыться от всех неприятностей, преследовавших на каждом шагу. Сара вдруг осознала, что все проблемы и мысли, связанные с Майклом, не мучили её с того самого момента, как рядом появился Джон. В душе вдруг вспыхнула коварная, маленькая надежда, которую, девушка постаралась скрыть даже от самой себя.       — Ты собралась? — выдернул её из раздумий привычный, отстраненно бархатный голос одноклассника, который стоял напротив, терпеливо ожидая Сару.       Девушка тряхнула головой, фокусируя взгляд на яркой короткой куртке, которую вот уже пару минут просто держала в руках. В последнее время Сара часто начала «уходить в астрал», зависая на одном месте. Девушка смущенно улыбнулась, быстро одеваясь и складывая все нужные вещи в портфель. Джон безучастно наблюдал за этим, вид у него был задумчивый, но Сара решила не донимать парня вопросами.       Подростки вместе покинули здание школы, останавливаясь на развилке.       — Тебе куда? — буднично поинтересовался Джон.       Сара, не задумываясь, махнула в сторону своего дома. Парень немного помедлил, улыбнувшись.       — Значит, нам в одну сторону.       Всю дорогу они увлеченно болтали обо всем на свете. Сара старалась не затрагивать больные для Джона темы, с упоением рассказывая о том, как она в детстве занималась конным спортом, как ей нравилось проводить время на конюшне. К сожалению, долги родителей не позволили ей более заниматься этим не самым дешевым видом спорта. Джон шел молча, лишь иногда сочувственно кивал и говорил теплые слова поддержки. Несмотря на молчаливость парня Сара не чувствовала себя с ним скованной, ей хотелось делиться с этим новеньким всем, что накипело, но девушка соблюдала субординацию и не затрагивала проблемы своей личной жизни, свидетелем которых, к сожалению, уже успел побывать Холл.       — Может ты расскажешь что-нибудь о себе? — останавливаясь проговорила Сара, требовательно глядя на Джона, сложив руки на груди, — А то я могу подумать, что ты шпион и на самом деле собираешь обо мне информацию, чтобы потом продать её нашему директору!       Девушка не смогла выдержать до конца свою напускную серьёзность и звонко рассмеялась под конец. Джон поддержал её, но затем замялся, говорить о себе ему явно не хотелось.       — Это достаточно сложный вопрос, — растягивая слова, неохотно ответил парень, приподнимая голову, обращая внимание на яркое голубое небо, долго всматриваясь в искрящую безоблачную лазурь — Всё зависит от того, что ты хочешь узнать.       Сара на несколько секунд задумалась, но практически сразу выдала: — Ну, как тебе Сентфор? — это было первое что пришло ей на ум.       — Город, как город, — в его голосе было сомнение, — Я жил здесь. Очень давно. Удивительно, но я помню каким был этот город тогда. Знаешь, все меняется и Сентфор не исключение, но проходя по этим улицам, я понимаю, что что-то в нем остается неизменное.       Девушка завороженно слушала парня, наблюдая за тем, с каким теплом он говорит эти слова. В глубине её души поселилась надежда, что и ей когда-нибудь удастся полюбить этот маленький, провинциальный городок. С бесконечными скелетами во всевозможных шкафах и призраками прошлого в каждом переулке. С мистикой и опасностями, которые подстерегают за углом.       — Почему ты вернулся? — неожиданно для самой себя спросила девушка, ловя себя на мысли, что она сама ни за что бы сюда не возвращалась, — У тебя здесь осталась родня?       Джон несколько опешил, вдруг останавливаясь. В его глазах на несколько коротких мгновений отразилось что-то тревожное, но парень быстро отвернулся, небрежно бросая.       — И да, и нет, — горькая усмешка сама собой сорвалась с губ, Холл взглянул на Сару.       Его взгляд был тяжелым. Девушка поняла всё без лишних объяснений, виновато опуская темные глаза, закусывая губу. Ей стало очень неловко, снова захотелось провалиться под землю. Школьница осторожно приблизилась к однокласснику, вдруг порывисто обнимая его, прижимаясь щекой к теплой твердой груди.       — Прости, прости, прости, — повторяла она, не ослабляя объятий, — Я не знала, правда. Боже, мне надо меньше болтать.       Джона несколько удивил поступок девушки, но он не стал сопротивляться. Его руки ненавязчиво сомкнулись за спиной одноклассницы, словно удерживая ту от падения. Сара чувствовала, как размеренно бьется в его груди сердце, словно метроном, отмеряющий заданный кем-то ритм. Девушка подняла глаза, встречаясь взглядом с Холлом, невольно улыбаясь, видя и на его лице улыбку.       Они бы простояли так ещё долго, но вдруг по телу Сары пробежалась дрожь. На улице заметно похолодало, и короткая куртка безнадежно проигрывала в схватке с ледяным ветром, который властно буйствовал на улице. Холл отступил от Сары, осматривая её.       — Я думаю, что мы можем отложить нашу беседу, — сдержано проговорил он, — Ты совсем замерзла.       Сара не стала спорить, чувствуя, как кусает за лицо неприятный колючий ветер. Тем более они практически подошли к её дому, и их беседа неумолимо подошла к своему логическому завершению. Подростки попрощались, расходясь в разные стороны.       Дом встретил Сару распростертыми теплыми объятиями. От неприятной дрожи не осталось и следа. Девушка медлила, наслаждаясь этим приятным ощущением. Она, не торопясь поднималась по лестнице, растягивая удовольствие, волоча за собой тяжелый портфель, ведь ей пришлось забрать все учебники, которые были в школе. Не скоро теперь Сара там появится.       Не успела девушка зайти в свою комнату, как следом за ней влетела мать. Её глаза горели, а на губах играла по-детски наивная и радостная улыбка. Женщина загадочно посмотрела на дочь, бросив короткое:       — Собирайся!