Это мой запрет...

Берти распахнул глаза и рывком сел на кровать, озираясь по сторонам, и пытаясь унять дрожь в теле и забыть кошмарный сон. Прикоснувшись руками к лицу, парень ощутил их холод и зажмурился, понимая, что все, что ему приснилась было не сном, а просто повтором вчерашнего разговора с… Дэвидом. Хотя Берти так хотел, чтобы это был всего лишь жуткий кошмар… Во сне он заново пережил свои эмоции, которые захлестнули, стоило альфе произнести фразу: «Я все знаю», - такого ужаса и страха омега давно не испытывал, земля ушла из-под ног, а сердце заледенело отбивая одно лишь слово: «Конец». Он так старался, чтобы альфа не узнал, он хотел просто от него отделаться, а получилось… так больно. Больно им обоим. Такая сильная, острая боль разрезала сердце, когда Дэвид перечислял все, что он узнал. Сейчас Берти даже представить себе не мог, как он смог превозмогая все это сказать те слова своему Истинному альфе. Но в тот момент он думал лишь о его благополучии, спрятав, зажав в себе все чувства, всю боль. Он хотел, чтобы у Дэвида было все хорошо, чтобы он был счастлив… даже, если это счастье подарит не Берти. Но та боль, злость, отчаянье, которое почувствовал омега, после того как ушел было невозможно вынести спокойно. Ощущать чувства Дэвида было так больно, он ясно увидел все, что было у него внутри. Эта вспышка эмоций не утихала до самого утра, а потом… наступила пустота. Берти не чувствовал ни единой эмоции или чувства от любимого, кроме равнодушия. И это неимоверно напугало омегу, который сразу рванул к себе домой, и закрывшись в холодной квартире, позволил, наконец, отпустить себя, дать волю слезам и боли. Но это было вчера, и Берти очень хотел, чтобы сегодня настал новый, хороший день, однако… все продолжалось, словно день так и не сменился. Мысли, свои слова и боль не оставляли омегу в покое, а душа Дэвида молчала. Было ощущение словно это тоненькая ниточка их связи надломилась и даже равнодушие, которое царило в душе альфы в какой-то момент переставало чувствоваться. Будто их связь что-то блокирует. «Господи, за что ты так с нами? Почему мы Истинные? Почему все так сложно? Неужели нельзя просто…» - у Берти оборвалась мысль, так как он просто не знал, что хотел сказать. Его угнетала собственная слабость, он ведь даже не смог нормально изолировать свою душу и сердце от Дэвида, хотя еще тогда… отпуская Дилана поклялся, что закроет все свои чувства глубоко в себе, чтобы ни единая душа не смогла разбудить их. Но… у Дэвида это каким-то образом получилось. Он с каждым днем все больше заполнял мысли омеги и в один момент завладел еще и его сердцем. «Когда это произошло? Как так получилось?» – ответов на эти вопросы у Берти не было, он просто не заметил этого момента. Омега встал с кровати, стерев с ресниц подходящие слезы и пошел в ванную. Встав под ледяные струи воды, он надеялся, что это отрезвит, поможет хоть ненадолго избавиться от всех чувств, но… это только освободило голову, ставя перед брюнетом важный вопрос: «А откуда Дэвид узнал всю правду?» - Берти не представлял, кто мог рассказать ему все, кроме… Дилана. Но неужели он… это сделал? Зачем? Почему он это сделал? Зачем все испортил? В чем была причина? Разве он не видел, что омега полностью игнорирует любые попытки альфы сблизиться? Так зачем нужно было все ему рассказывать? За этими вопросами Берти на автомате привел себя в порядок, оделся и прошел в кухню, думая чем бы позавтракать. Но оглядев кухню, омега развернулся и прошелся по пустой, холодной квартире, и сердце снова отяжелело, боль вспыхнула, на глаза навернулись слезы… Вот, вроде бы все как обычно, так как должно быть… все в порядке, ведь он привык, но… понимая, что все могло бы быть по-другому, если бы только не бесплодие… Омега присел на пол и, обхватив себя руками, беззвучно заплакал, коря себя непонятно за что. «Почему все так обернулось? Зачем я его прогнал? Зачем сказал эти жуткие слова? Почему я не могу просто любить и быть счастливым? За что меня так жестоко наказали Небеса?» - омега не знал, как сейчас успокоиться, взять себя в руки и пойти на работу. Эта задача казалась невыполнимой, а еще Берти очень боялся… встретиться с Дэвидом. Он не представлял, что теперь делать, а ощущение пустоты в душе любимого только подливало масло в огонь страха. Брюнет очень боялся, придя на работу увидеть тоже равнодушие в глазах Дэвида, которое ощущал в его душе. Боялся, что альфа перестанет… перестанет, что? Оказывать знаки внимания? Смотреть таким нежным взглядом? Постоянно находиться рядом? Да, все это очень пугало омегу, но… «Наша размолвка не повод прогуливать работу», - грустно подумал омега, вставая и направляясь в ванную умыться ледяной водой, чтобы хоть как-то прийти в чувство. Остановив слезы, Берти вернулся на кухню, но стоило ему только открыть холодильник, как к горло подступила тошнота, а желудок закрутило. Сейчас из-за стресса кусок в горло не лез, да и взглянув на часы, Берти понял, что если сейчас же не выйдет из дома, то он опоздает на работу. Поэтому ему только и оставалось глубок вздохнуть и выйти из квартиры, закрыв за собой дверь. Пройдясь по заснеженным улицам, подставляя горящие от утренних слез щеки и глаза, Берти с каждым шагом не верил в то, что меньше, чем через десять минут он увидит Дэвида. Страх сковывал тело, и омега практически не чувствовал своих ног, которые вели парня по улице прямо к офисному зданию… затем, заводили его туда… лифт, нужный этаж, коридор… лица радостных секретарей, Коди и Тома, которые отдав почту и листок с расписанием, пожелали удачного дня. Шагая на свое рабочее место, Берти постоянно смотрел по сторонам пытаясь найти альфу, хотя в душе страшился это встречи. Но Дэвида не было, по крайней мере, в коридорах, на диванчиках рядом с кулером воды, в своем кабинете… «Может, он еще не пришел?» - уговаривал себя омега, уже начиная тревожиться, ведь он все же надеялся, что ничего не измениться… и альфа все так же будет на него смотреть, а не презирать и избегать… Но тогда, почему его все еще нет? Проспал? Попал в пробку? Задержался по какой-то другой причине? Да отговорок много! И Берти не волновал бы этот факт так сильно, если бы он хоть чуть-чуть чувствовал любимого, но ниточка их связи истончилась и омега еле улавливал то страшное чувство равнодушия и пустоты. Это безмерно пугало, а в голову лезли страшные мысли. Но как только омега присел на свое рабочее место, к нему подлетел Оскар, умоляя о помощи с подборкой цвета и шрифта для визиток одного из клиентов, Доминик попросил отчет о проделанной работе для компании молодежной одежды, и Дэвид ушел на задний план. Берти очень любил свою работу и искренне радовался, что он попал в такой хороший, а главное дружный коллектив, поэтому он не мог допускать ошибок, стараясь все сделать по высшему разряду. И вот, наконец, закончив с рекламой Оскара, омега посмотрел на часы и понял, что уже пора обедать. Друг попросил дать ему две минуты, чтобы он отправил эскиз клиенту, а затем они направились в столовую пообедать. Пока друзья шли, Берти никак не мог увидеть Дэвида, но потом взгляд упал на директора, который со всей силы сжимая телефон в руке, сидел на диване. От этой картины почему-то сжалось сердце, а тревога усилилась. Дилан в который раз шикнул и подняв взгляд от дисплея телефона, крикнул: - Берти! Подойди на минутку. - Иду, - ответил омега, и повернувшись к Оскару, наткнулся на понимающую улыбку. – Я тебя догоню, хорошо? - Конечно, иди, - Оскар махнув другу рукой, пошел к лифту. - Вам что-то нужно? – подойдя к начальнику спросил Берти. Дилан не хотя сказал, немного повысив голос: - Во-первых, я просил не «выкать» мне, а во-вторых… - альфа тяжело вздохнул, - что произошло между вами двумя? - Я не… - попытался отмахнуться Берти, но Дилан головой кивнул на место рядом с собой, предлагая сесть рядом. Омега присел и не решался ничего сказать. - Берти, это из-за того, что я рассказал брату? Вы поссорили… - Так это все же вы… - брюнет осекся, но исправившись продолжил, - ты рассказал ему обо всем? Зачем? Это же только хуже сделало! Он… - Да, я. Прости, но я понимал, что рано или поздно все всплывет наружу и хотел рассказать Дэвиду все сейчас, чтобы у него еще была возможность… - Дилан прикусил себе язык. Нашелся, что сказать! Еще бы чуть-чуть и все! - Была возможность отказаться от меня? – горько усмехнулся парень, проведя по волосам рукой. - Нет, вернее… Берти, прости, но сам пойми… он мой брат и я хочу, чтобы у него… у вас все было хорошо. Но видимо, - Берти замер, боясь дальнейших слов, - я ошибся. Со вчерашнего дня я не могу дозвониться до Дэвида. Его прислуга сказала, что он не выходил из своей комнаты и ничего не ел, после того, как вернулся с работы в три часа дня. Что случилось? Вы говорили о том, что… я рассказал ему? - Да… - Берти закрыл лицо руками, оперевшись локтями о колени, - но теперь это не важно. Думаю, он быстро отойдет от свой мнимой влюбленности, так что не переживай. Я сделаю все, чтобы он был счастлив, - омега говорил это, но от каждого слова душа наполнялась сомнениями, болью и фальшью. - Ты сам хоть веришь в то, что говоришь? – усмехнулся Дилан, а омега вздрогнул от этого смешка, как от молнии. – Вы – Истинная пара, и это не назовешь мнимой любовью… Вас всегда будет тянуть друг к другу, как бы ты его не избегал. А мой брат никогда так себя не вел, и я переживаю за ваше будущее. - У нас нет никакого будущего, - холодно отрезал Берти, которому все больнее становилось от слов бывшего супруга и его тонких намеков на уговоры. Нет, хватит. Это надо прекращать. Берти пообещал себе, что больше никому не причинит вреда и ни с одним альфой ни в какие отношения вступать не будет. Он ведь знает к чему это приведет. Его бесплодие это не маленькая проблема, которую можно решить за две секунды, а приговор для него. Приговор для всей его жизни. И он не посмеет даже своему Истинному быть рядом, ведь… никакого счастья от такого союза не будет. Это по меньшей мере просто глупо. – Извини, я пойду… - Хорошо, иди, - видя, что Берти больше не в состоянии разговаривать, Дилан отпустил его, не зная, что теперь делать. Да, он хотел лучшего для брата, поэтому и рассказал все. Но Берти… он закрылся, и отказывается даже поверить в счастливое будущее… в счастливое семейное будущее… И как открыть глаза омеги Дилан не знал, но понимал, что это сможет сделать лишь один альфа. Дэвид. – «Только что этот альфа сейчас делает?!» Этой ночью Дэвид не сомкнул глаз, постоянно прокручивая разговор с Берти у себя в голове. И сколько бы раз он не думал, не успокаивал себя, все было тщетно. Альфа безумно злился, хотелось кричать и крушить все вокруг от боли, досады, обиды… и даже от ощущения собственной слабости в этой ситуации. Хотя какой толк злиться, снова и снова мучая себя мыслями и воспоминаниями? Все рано уже ничего не сделаешь… Берти сам его отверг, сам прогнал! Сам сказал, что не любит! Так зачем переживать? Лучше забыть это, как страшный сон и вернуться к прежнему образу жизнь. Жить себе в удовольствие, без всяких проблем и обязательств - это же так просто и удобно. Живя так, альфа никогда не жаловался, а потом, стоило только встретить Берти, как все в момент изменилось. Это злило еще больше. Из-за какого-то омеги Дэвид столько себя изводил, а он как будто играл. Всю душу вымотал и хоть бы что! Да, было бы так просто все забыть и вернуться к такой привычной разгульной жизни, но… та боль, обида и холодное отчаянье разрывали душу альф, который чувствовал все эти эмоции своего Истинного. В сердце Дэвида полыхала ярость, которая застилала всю его боль, но чувства омеги она не могла утихомирить… Эта тонкая связь чувств, хоть и была очень слаба, но доносила до Дэвида все в полной мере, не давая ему расслабиться. А так хотелось уже на все наплевать! Забыть! Прекратить испытывать чувства к этому омеге! Дэвиду что, мало отношений с хорошенькими мальчиками на одну ночь? Постоянные тусовки в клубах с друзьями-альфами, алкоголь, красивые омежки и беты, постоянный кайф… Все это присутствовало в жизни Дэвида в огромных размерах не заставляя его вообще ни о чем думать. Так что изменилось с появление Берти? Подумаешь… Истинная пара… Что тут такого? Что в этом парне такого особенного, что альфа из кожи вон лез лишь бы привлечь его внимание, когда придя в клуб мог уже через минуту иметь омегу, и далеко не одного… И мало того… Дэвид даже стал задумываться о семейной жизни! Ха, смешно! Злость постепенно начала стихать, а чувства и эмоции заполнять все мысли Дэвида. Он не мог поверить что все так закончилось. Не хотелось верить в слова Берти! Но он говорил это так… твердо. За своими чувствами Дэвид даже не вспомнил того взгляда наполненного болью и слезами, и не смог распознать вранья. Все это было невероятно глупо… «Он мне не нужен», - монотонно подумал Дэвид и крикнул слугам, чтобы те принесли ему коньяк. Выпив больше, чем половину бутылки альфа смог, наконец, расслабиться и не думать так часто об омеге. Теперь он не видел особой трагедии в случившемся… и будто подтверждая эти мысли раздался телефонный звонок. Звонил Лен, один из разгульных друзей Дэвида. - Привет, друг. Ты что-то совсем пропал! Уж не захомутал ли тебя какой-нибудь омежка? – с иронией в голосе спросил альфа. - Нет, можешь не переживать, - прошипел Дэвид, и расслышал, что на другом конце раздается неплохая музыка. – А ты где? В клубе, что ли? - Да! Ты бы видел что тут творится! – кричал в трубку слегка подвыпивший друг. – К нам заглянула парочка течных шлюшек и теперь к ним очередь расписана на ближайшие два дня, - сладко протянул Лен. - Мм, интересно. Что за клуб? Может я подъеду… - Давай! Если уж они тебе не достанутся, так тут еще полно мальчиков, готовых расставить перед нами ножки. Клуб «Красная лента», он не далеко от твоего дома. Приедешь? – поинтересовался альфа у Дэвида. Тот задумался, но как только в сознание мелькнули слова: «Я тебе не нужен. А ты не нужен мне. Больше не надо проявлять ко мне излишнего внимания. Мы – не истинная пара, а просто коллеги», - Дэвид не думая больше ни секунды, сказал: - Выезжаю! - Отлично! Я присмотрю для тебя пару мальчиков, - захохотал Лен и отключился. Дэвид быстро привел себя в порядок и, сев в машину, рванул в клуб, предвкушая горячую ночку, после стольких бессонных. Алкоголь ударил в голову, и альфе было уже плевать и на Берти, и на то, что он выпив, сел за руль. Сейчас хотелось только окунуться с головой в веселье разгульной жизни. Войдя в клуб, Дэвид удовлетворенно оскалился, осматриваясь и ища глазами друга, одновременно отмечая самые сладкие, обтянутые узкими джинсами попки омежек. Заметив Лена у барной стойки, попивающего коктейль и оглаживающего двух парней, Дэвид подошел к нему. - О, как быстро ты домчался! – воскликнул друг, подкидывая брови, намекая на омег. – Посмотри, какую прелесть мне удалось словить… Это Бредли, - он показал на миловидного омегу с черными волосами доходившими до плеч и голубыми глазами, которые соблазнительно прикрывали длинные ресницы. – А вот эту прелесть зовут Маки, - Лен собственнически прижал парня к себе, давая понять другу, что тот может развлекаться с Бредли. Маки плотоядно улыбнулся, прижимаясь к Лену. - Что ж… мне очень приятно с вами познакомиться, - усмехнулся Дэвид, притягивая к себе Бредли… Яркий свет, мигающий по всюду в такт громкой музыке, цветные коктейли, от которых сознание расслаблялось, а тело тянуло на танцпол. Жаркие прикосновения, поглаживания, соблазнительные взгляды и движения сопровождали каждый танец, подталкивая партнеров к близости. Где-то слышался пьяный смех, стоны омежек, которых зажимали у стенки, звон бокалов… Множество запахов омег и бет… таких сладких и манящих. Все это было так привычно для альфы, что он и не заметил в какой момент отошел от стойки, и уже во всю неистово лапал Бредли, в танце. Омега доверчиво ластился к нему, все больше подставляясь под ласку и спуская руки альфы на свои ягодицы. - Что, так не терпится? – прошептал Дэвид, прикусывая мочку уха омеги и посасывая ее. - Мм… да… - Бредли приподнял свое лицо, и альфа отчетливо увидел страсть и жгучие желание в эти голубых глазах, - ты мне сразу понравился, - продолжал шептать Бредли, подбираясь руками к бедрам альфы. А Дэвид не отрываясь смотрел в эти голубые глаза… голубые глаза… это желание в них… оно… В сердце отчетливо всплыло то ощущение любви смешанной с желанием, которое ощущал Дэвид всю ту неделю. Это было не его желание… а желание Берти. По сердцу снова резануло ножом, но альфа откинул все мысли о своем омеге подальше, стараясь сосредоточиться на том, который так старательно возбуждал его своим взглядом, шепотом, ласками… И мужчина совсем не замечал, что эти: голубые глаза, черные волосы, да даже это имя «Бредли» - все напоминало о любимом. – Дэвид, ты так пахнешь… так хочется почувствовать тебя в себе. - Знаешь, а я не против. Ты мне тоже очень нравишься, - хитро улыбнулся Дэвид, обнимая парня и выводя его из клуба. Пока они ехали домой к альфе, Бредли не унимаясь обнимал его, гладил, стараясь как можно чаще задевать пах, а Дэвид упорно гасил в себе обиду и боль на Берти. Алкоголь в огромных дозах ударил по мозгам, но сердце и душа были не согласны, распаляя все чувства, которые терзали альфу, но он держал их глубоко в себе, закрыв стеной равнодушия. Сейчас он мечтал только о том, чтобы почувствовать наслаждение и оказаться как можно быстрее в теле омеги, так похожего на Берти… Припарковав машину, Дэвид подхватил Бредли за талию и потащил того к себе в комнату. На каждом углу омега целовал альфу, бесстыдно потираясь об него пахом и слегка постанывая, разжигая страсть. Зайдя к себе, Дэвид закрыл дверь и, облизнувшись, повалил парня на кровать, впиваясь в его губы поцелуем, жадно шаря по телу руками. Парень застонал в поцелуй, почувствовав руки альфы под своей кофтой и выгнулся прижимаясь теснее. Пара яростно целовалась, гладила друг друга, но Дэвид не чувствовал ничего кроме равнодушия, а мысли крутились вокруг его мальчика, вокруг Берти. Он пытался всеми силами не думать о нем, отдаться процессу, но в сознании так и всплывал образ Берти… Омега разорвал поцелуй и глотнув необходимого воздуха снова припал к губам альфы, проскальзывая в его рот язычком, попутно стаскивая с себя кофту. Эти действия, весь этот образ развратного омеги совсем не вязался с тихим, но ярким возлюбленным альфы. «Да что такое?! Почему я сравниваю его с ним?!» - злился на себя Дэвид, руками начиная расстегивать брюки парнишки, который мягко убрав их, произнес, облизывая припухшие от поцелуев губы: - Давай, сначала я доставлю тебе удовольствие… - голубые глаза блеснули игривым огоньком, и он опрокинув альфу на спину, принялся целовать его грудь, гладить бока, спускаясь влажными поцелуями к животу с небольшими кубиками пресса. Втянув в рот чувствительную кожицу, и поцеловав низ живота, Бредли ловким движением расстегнул штаны альфы и спустил их. Омега приподнял резинку боксеров и слегка опешил, обнаружив, что альфа совсем не возбудился. Но Бредли решил не спешить с выводами и обхватив рукой мягкий член мужчины начал его надрачивать, играя с яичками губами и языком. Пососав каждое, омега провел языком по всему члену и поцеловав головку, начал ее активно сосать, плотно обхватив губами ствол, постепенно заглатывая его все глубже и делая глотательные движения. Но это не возымело никакого эффекта… Альфа уже готов был метать все от ярости, ведь все его естество отвергало омегу, а сердце желало лишь одного Берти. - Ты что, фригидный? – шипя от злости и непонимания спросил Бредли. – Или может, я что-то не так делаю? – усмехнулся он, понимая, что кажется ошибся насчет этого «горячего и сексуального мужчины». - Все, закончили, - сказал Дэвид сев на кровать и с пренебрежением осмотрев стройного омегу, готового на все. – «Да почему я не могу возбудиться, когда прямо передо мной лежит такой мальчик?!» - гнев накатил с новой силой, а самомнение альфы дало трещину. Такого с ним еще никогда не происходило. И ладно бы, если бы парень совсем ничего бы не умел, но он… явно был профи, а Дэвид ни капельки не возбудился! – Вот тебе деньги, можешь идти, - вынув из кармана несколько купюр, Дэвид отдал их оскорбленному омеге. - Ну и пожалуйста! – рявкнул Бредли, хватая свою кофту и гордо вскинув голову, хлопнул дверью. Альфа был очень зол и подавлен. Такого позора он еще никогда не испытывал. Из-за какого-то омеги, который въелся ему в мысли он не смог провести ночь удовольствия! Да у него просто не встал! Это злило неимоверно, хотелось своими собственными руками придушить Берти за то, что он испортил ему жизнь. Уже никакие доводы сердца не могли остановить ярость охватившую душу, а банальный стыд травил душу. Дэвид сдернув с себя одежду пошел в душ, чтобы немного успокоиться, не желая сдаваться. Такого с ним больше не случится! Он рассчитывал, что просто из-за обиды и боли не смог нормально среагировать на этого мальчика и через несколько дней все забудется. Он надеялся, что его сердце отпустит Берти. Но альфа еще не понимал насколько изменился благодаря своим чувствам к Берти.