Это мой запрет...

Не бечено. По спальне разнесся звон будильника оповещающего о том, что пора вставать и идти на работу. Но Дэвиду не нужно было просыпаться и, сонно потирая глаза, на ощупь искать будильник. Он не спал нормально уже больше недели, постоянно думая о том, что делать дальше, лишь изредка погружаясь в беспокойный и еще более утомительный сон. Альфа никак не мог успокоиться, и принять решение, у него было ощущение, что выхода из этой ситуации нет. Нет выхода, чтобы сделать и себя, и Берти счастливыми. Ведь омега бесплоден и… И если Дэвид все же поведется на свое сердце, то да, несколько лет он будет счастлив, но потом… он не знал, что значит иметь детей, но понимал, что вскоре ему захочется стать отцом, а Берти… не сможет подарить ему ребенка. Но и с другой стороны… если он все же постарается спрятать свою любовь к омеге подальше и они разойдутся, то каково будет ему без любимого? А Берти? Что будет испытывать он зная, что даже его Истинный альфа отказался от него из-за бесплодия? Это же неправильно, это больно… для них обоих. Но тогда как? Где выход? Нужно рискнуть? Рискнуть прожить свою жизнь с любимым, но бесплодным омегой? «Нет, я не хочу поступать как мой брат. Я не хочу предать его через несколько лет, не хочу», - думал Дэвид, присаживаясь на кровать. Сейчас мужчина выглядел ужасно измотанным. Серые глаза потемнели от грустных мыслей, и перестали блестеть, под ними залегли темные, большие синяки, да и весь вид Дэвида говорил сам за себя. Он устал. Устал от этого всего. Невозможно было думать о Берти всю эту неделю - слышать, чувствовать, как он зовет его, ощущать тонкую ниточку их связи, которая кричала о его возбуждении… Дэвид постоянно чувствовал Берти. Его эмоции, тихо, словно дальним эхом передавались ему, от чего альфа уже готов был лезть на стену. У омеги была течка, он звал своего альфу, сгорая от желания, но… Дэвид понимал, что он будет последним подонком, если воспользуется его состоянием, зная, что омега не хочет этой близости. Они оба ее не хотели, понимая, что уже потом не смогут отказаться друг от друга и это причинит боль обоим. Но это было так мучительно долго… Эта неделя была поистине кошмарной для Дэвида. Ощущать Берти, и постоянно думая о его бесплодии, об их будущем альфа метался между мыслями и решениями. Дэвид любит его, и Берти чувствует то же самое, ведь не может не чувствовать, ведь они – Истинная пара. Их всегда будет тянуть друг к другу, и это… не жизнь. Альфа взглянул на дисплей телефона, и в глазах залегла легкая паника и боль. «Сегодня, уже сегодня, Берти должен выйти на работу после течки. Но я не готов к встречи с ним. Я не представляю, что делать. Я еще не решил…» - с такими мыслями Дэвид поднялся с кровати и пошел в ванную, что вы привести себя в нормальный вид. Хотя с синяками и этим измученным взглядом он перестал бороться уже на второй день. Это пройдет только вместе с принятым решением. Но его нет. Пока нет. Умывшись и, надев белоснежную рубашку и темно-синий костюм, альфа спустился на завтрак. Сегодня, помимо Берти, Дэвида волновала и предстоящая встреча с клиентом, нужно было не оплошать и заключить очень выгодный контракт для их фирмы. Альфа очень надеялся на помощь брата, так как в таких делах редко принимал участие. Милой внешности слуга-бета приготовил альфе завтрак и быстренько удалился, видя в каком настроении прибывает мужчина уже в течение недели. У Дэвида совсем не было аппетита, все его мысли занимал лишь один человек, но он все же съел несколько ложек каши, и поднес чашку с кофе к губам, но рука дрогнула и все ее содержимое, вылилось на его белую рубашку. - Черт! Еще этого мне не хватало! – рявкнул альфа, заставив проходящую прислугу вздрогнуть. Дэвид скинул с себя пиджак, чтобы случайно его не испачкать и побежал в свою комнату, чтобы переодеться. – «Почему именно сегодня? Мне нельзя опаздывать!» Быстро переодевшись, Дэвид вышел во двор и, сев в машину, рванул на работу. Хотя в душе он не хотел ехать и тем более так быстро. Ведь там уже будет Берти. «Как вести себя с ним? Что сказать? Да и нужно ли что-то говорить? Мне нужно лишь принять решение, но… я не могу. Я не знаю, что нужно делать», - Дэвид вцепился в руль руками, а в голове всплыли слова друга, от которых по телу прошла холодная дрожь: «Я бы на твоем месте поговорил бы обо всем с Берти, а уже потом принимал бы решение», - да, наверное, так и нужно сделать, но альфе правда было страшно. Ведь это не просто разговор, после него нельзя сказать «Спасибо, что все мне рассказал», а нужно принять решение. Берти же не хотел встречаться с Дэвидом именно по причине своего бесплодия, он не хотел портить ему жизнь. А теперь альфа все знает, и омеге нужен будет его ответ, которого нет. «Боже, Дэвид, хватит об этом думать! Лучше бы подумал о переговорах!» - уговаривал себя альфа и решил проверить документы, которые он весь вчерашний вечер дорабатывал, во время остановки у светофора, но посмотрев на соседнее сидение, он не обнаружил сумку. Сердце не произвольно остановилось и заколотилось еще быстрее. Дэвид повернулся и стал стрелять глазами по задним сидениям, в надежде, что сумка там, но… ничего не было. – «Я что забыл ее?! Да что сегодня за день такой!» - альфа резко развернул машину и поехал обратно домой, судорожно думая, как бы так извернуться, чтобы не опоздать на встречу. День Дэвида сегодня с самого утра обещал быть тяжелым и неудачным… Как ни странно Дэвиду все же удалось не опоздать на работу, и сейчас он судорожно носился по офису, разыскивая Коди, у которого должны были лежать все необходимое для встречи. Забрав все документы и варианты эскизов для клиента, альфа отнес все это в переговорную, а сам решил зайти за братом, чтобы расспросить его о встрече. Идя по коридору, Дэвид постоянно смотрел по сторонам, против воли разыскивая Берти, при этом испытывая колющую боль от предвкушения их встречи. По офису гулял легкий аромат омеги, и из-за этого альфа еще больше нервничал, понимая, что его любимый здесь. И Слава Богу, что этот аромат был легким… ведь, если бы омегам давали отпуск лишь на те несколько дней течки, то запах не успел бы исчезнуть и тогда был бы риск, что он привлечет других альф, а Дэвид точно не сможет себя контролировать. Но все это было продуманно, так что Дэвид мог вдыхать лишь тонкий, но такой сладкий запах своей омеги, от которого голова шла кругом, а трагические мысли отходили на второй план. Альфа представлял себе жизнь с Берти, думал, а насколько тот хорошо готовит, ласков ли он на самом деле, ведь Дэвид надеялся, что эта маска холодности и некой грубости, не присущей омега только для того, чтобы оттолкнуть его, не причинить вреда. Но все прекрасные и радужные картины распадались на холодные осколки, стоило только подумать, что по их особняку никогда не разнесется крик малыша, альфа никогда не услышит топот маленьких ножек… он никогда не сможет воспитывать своего собственного ребенка, оберегать его, видеть как он взрослеет на его глазах… этого всего не будет, но… с ним рядом будет Берти, его Истинный. Разве это настолько плохо? И ведь есть детские дома. Неужели так плохо подарить возможность хотя бы одному ребенку обрести настоящую, любящую семью, и попробовать стать для него родными родителями. Разве это неправильно и плохо? Дэвид не знал правильного ответа. Неизвестное будущее пугало и альфа понимал, что все зависит только от него, от его решения. - Дэвид, ты куда идешь? – раздался позади мужчины голос брата, который и вывел его из глубоких раздумий. - А? Я задумался, а так шел к тебе. Что со встречей? Просветишь, как нужно вести себя с нашим дорогим клиентом? - Конечно. Только, если ты шел ко мне, то уже давно прошел мимо моего кабинета, - по доброму усмехнулся Дилан, понимая о чем мог так беспокоиться его брат и показал на дверь своего кабинета за спиной. - Да… уж… - устало выдохнул Дэвид, подходя к мужчине ближе. Он чувствовал себя измотанным и физически, и морально, но мысли не хотели оставлять его в покои, настаивая на принятии решения. - Дэвид, ты решил? У тебя было достаточно времени, чтобы все обдумать и понять, что для тебя важнее, и… - Дилан замолчал на секунду, а затем продолжил, - и Берти вернулся. Тебе пора… - Нет, не пора! – вспыхнул альфа, сердито посмотрев на брата. – Как ты можешь говорить мне такое? «Было достаточно времени»? Ха, смешно! Ты что, не видишь в кого я превратился? Да я ночами не сплю думая обо всем, а ты еще говоришь такое?! – злость на Дилана снова поднялась из глубин души Дэвида. Да как он смеет? Сам предал Берти, бросил его в таком положении, а теперь еще и его упрекает! - Дэвид, успокойся, я просто хотел тебе напомнить… - Дилан немного опешил от такой злости брата, но все же он понимал, что ему не легко. - Не надо мне ничего напоминать! Я сам во всем разберусь! – крикнул Дэвид, развернувшись. Он быстрым шагом пошел в зал для переговоров, до боли сжимая кулаки. Злость и ревность затопили сознание, он не мог смериться со своей слабостью и с тем, что его брат оказался таким мерзавцем. Дэвид ревновал Берти к нему до потери пульса, понимая, что он знает его намного лучше, что он видит намного глубже, чем он… Дилан видел Берти таким, каким Дэвид может его вообще никогда не увидеть! И это неимоверно бесило и причиняло боль. Ведь при всем при этом, он бросил омегу, почти сразу после такого приговора. Это непростительно! Подло! Низко! И именно поэтому Дэвид не хотел становиться таким же как его брат. Он не хотел вначале клясться в любви, заботиться об омеге, дарить ему тепло и заботу, защищать, а потом в один день предать, перечеркнув все. Мужчина понимал, что Берти просто не вынесет второго такого удара и может даже наложить на себя руки, а он… нет, все это невозможно! Неправильно! Нужно найти какой-то выход, который будет правильным и не таким болезненным! И хоть альфа это понимал, но этого выхода, ответа на свои вопросы он не знал. Ему так хотелось быть рядом с любимым, всегда быть с ним, но… судьба будто специально мешала им быть вместе. Может, нужно прислушаться к ней и оставить все как есть? Может, это знак? Да, первое время Дэвиду будет больно, плохо, но потом… должно же стать легче, верно? Ведь альфе нравился его прошлый стиль жизнь, и он сможет к нему вернуться. Веселье, клубы, отношения на одну ночь без всяких обязательств… это все, чем жил Дэвид не так давно. Но сейчас он был не уверен, что нужно поступать именно так. Он не чувствовал в себе уверенности. Но если это не правильно, то где выход? Как его найти? Какое решение он должен принять? «Почему же все так сложно?» - произнес в голове Дэвид, заходя в комнату и садясь на стул. Неожиданно дверь открылась и вошел Берти, с опущенной головой и бумагами в руках. Дэвид взглянул на омегу и легкая улыбка коснулась его губ. Да, его мальчик был для него как лучик солнца. Черные волосы, как всегда были опрятно уложены, челка падала на глаза, которые смотрели в пол, выдавая своего хозяина с головой. Берти не был готов к встрече с альфой, так же как и он. Смущение и неловкость одолевали его и хотелось побыстрее отдать документы и сбежать. Он понимал, что альфа чувствовал его эмоции во время течки и это заставляло краснеть до такой степени, что омега ощущал как пылают его уши. Почему-то сейчас он не мог выдавить из себя привычной, уже заученной холодности и это пугало. Омега чувствовал, что он потихоньку перестает контролировать себя, но он отчаянно себя уговаривал, убеждал мыслью, что он не может, он не достоин. Он бесплоден. - Вот, это вам просили передать из дизайнерского отдела. Мы подготовили палитру цветов, и узоров, чтобы заказчику было проще выбрать, - приподняв голову, произнес омега, стараясь вложить в голос больше отстраненности. Но серые глаза манили, хотя в них не было больше блеска, а синяки под ними пугали. Берти не мог понять почему альфа так плохо выглядит и постарался не заострять внимание на его внешности. - Спасибо, так нам будет намного проще, - слегка улыбнувшись, поблагодарил Дэвид, принимая документы из рук омеги. Он чувствовал, как от Берти исходит волнение, а румянец на щеках и ушах заставлял умиляться. Но неожиданно для самого себя улыбка превратилась в горькую усмешку, как только в голове проскользнули слова брата: «У тебя было достаточно времени, чтобы все обдумать и понять, что для тебя важнее», - альфа понял, что разговора не избежать, да и совет Адама вспомнился. Сейчас идея расспросить и поговорить о проблеме с Берти уже не казалась такой абсурдной, и мужчина чувствовал, что этот разговор неизбежен. Тяжело вздохнув, Дэвид приоткрыл рот, чтобы начать, но его опередили: - Простите, я пойду, у меня много работы. Желаю удачных переговоров, - выпалил Берти и захлопнул дверь, не дав альфе сказать и слова. Омега ощутил какую-то легкую решимость, которая начала исходить от альфы и решил, что не стоит тут задерживаться. Он был не готов к серьезному разговору, а в том, что разговор будет не легкий сомневаться не оставалось. Истинные альфа и омега могли читать эмоции и чувства друг друга, а когда связь укрепиться окончательно даже слышать короткие мысли, и Берти очень пугала эта перспектива. Нельзя такого допустить. Нужно быть аккуратней и не приближаться к альфе. «Мне нельзя. Это неправильно», - с тоской подумал Берти, садясь за свое рабочее место. Дэвид устало простонал и откинулся на спинку стула, не ожидав, что его так оборвут. Он вроде только собрался, настроился, но Берти… видимо почувствовал его состояние и решил сбежать. Это совсем не радовало. Альфа понимал, что он должен поговорить с Берти. И этот разговор должен состояться сегодня. «Хватит мучить и себя, и его…» Но у Дэвида ни сегодня, ни завтра, ни даже послезавтра не получилось поймать Берти, чтобы поговорить. А почему «поймать»? Да потому, что омега постоянно находил себе работу и говорил, что не может сейчас поговорить с альфой. Естественно, никакой такой срочной и важной работы не было, Берти просто боялся этого разговора, предчувствуя, что он перевернет все. Поэтому он и бегал в надежде, что Дэвид плюнет на это все и забудет. Выйдя тогда из зала для переговоров с прекрасным настроением, все же не каждый день удается заключить такой договор, Дэвид направился разыскивать омегу, но того, как сказал Том уже не было на работе. Тогда у альфы чуть ноги не подкосились. Ведь он уже настроился! И настроение наладилось, а этот! Сбежал! После этого случая Дэвид ну никак не мог поймать омегу. Он приходил раньше него на работу, вылавливая в коридоре, ждал под дверью, ходил буквально по пятам, но ему всегда что-нибудь мешало. То, Берти говорил, что он слишком занят и быстро убегал, то рядом с ним постоянно вертелись секретари и дизайнеры. Был какой-то замкнутый круг. И вот в один день, альфа решил во что бы то ни стало поговорить с Берти, так как он уже не мог мучить себя доводами, вопросами и постоянными мыслями. Он спустился в столовую, и увидел, что его омега спокойно сидит и обедает в компании своего лучшего друга Оскара. Мужчина решил подождать, когда они закончат и отловить омегу перед лифтом, поэтому заказав себе капучино, сел за самый дальний столик и стал ждать, не спуская глаз с Берти. Это нервозное и долгое ожидание скрашивала возможность посмотреть на своего прекрасного мальчика, увидеть как он улыбается и даже иногда смеется разговаривая с другом. В сердце теплилась надежда на лучшее, но как только Берти встал из-за стола вместе с Оскаром, все положительные мысли исчезают и альфа поспешил догнать брюнета. Омеги подошли к лифту, и продолжали о чем-то говорить, но Оскар посмотрев за спину Берти, увидел приближающегося альфу и решил помочь несчастной парочке. - Берти, извини, я совсем забыл. Мне нужно еще купить перекус для Тома и Коди, они меня попросили. Так что иди один, - сказал Оскар, улыбнувшись. - Конечно, идти, - немного недоверчиво ответил омега, и проводил друга взглядом. Все же он был рад, что на новой работе, в новом городе он смог завести себе друзей. - Берти, мне нужно с тобой срочно поговорить, - послышался до боли знакомый голос, а запах сильного альфы, окутал омегу с головой. Парень обернулся и в душе, что-то кольнуло. «Нужно уходить!» - приказал сам себе Берти, и отвернувшись, глубоко вдохнул. Спокойствие. Равнодушие. – Прости, но у меня нет на разговоры времени, - холодно ответил брюнет заходя в лифт. Дэвид нахмурился, и сжав зубы, тоже вошел в лифт, хватая омегу за руку. - Хватит от меня бегать! – слегка повысив голос, сказал Дэвид, когда двери лифта закрылись. – Это очень важный разговор для нас обоих! - Важного разговора для нас обоих просто не может существовать, - зло прошипел Берти одергивая свою руку. Сейчас омега молился лишь о том, чтобы лифт как можно быстрее открыл свои двери на нужном этаже и тогда он будет спасен. - Берти, не надо так… - Дэвида прервал какой-то странный звук, свет на несколько мгновений погас и лифт остановился. «Что?!» - в мыслях воскликнули оба, и посмотрели друг на друга. Омега похолодел от страха. Их же теперь не скоро вытащат, и Дэвид может все же начать разговор… Что делать? Тут никакой отговорки типа работы нет! - Извините, с вами все в порядке? Мы уже вызвали мастера, так что скоро вас вытащат, - раздался голос диспетчера, от которого оба вздрогнули. Альфа подошел и нажав на кнопку, произнес: - Все хорошо, спасибо, - Дэвид в душе просто ликовал, что он все же сможет поговорить с любимым, хотя знал, что сейчас нужно не радоваться. Этот разговор не принесет ничего кроме боли и сомнений, в этом альфа был уверен. Но выбора у него не было. Сейчас или никогда. – Берти, мне очень нужно с тобой поговорить. Выслушай меня… - попросил Дэвид, подходя ближе к омеге. Тот зажмурил глаза от осознания, что этого разговора не избежать и откинувшись на металлическую стену лифта выдохнул, словно давая свое согласие. Альфа замер, не зная с чего начать и мог только каким-то жалким взглядом смотреть на омегу, которого раздирало от ожидания. «Почему он молчит? Он же хотел поговорить со мной и я чувствую, что разговор не из приятных, так зачем… Зачем ты меня так мучаешь, Дэвид? Говори уже!» - молил Берти, но через минуту тяжелого молчания все же прошептал: - Ты же вроде… - Я все знаю, - оборвав фразу Берти, сказал Дэвид, от чего омега выпрямился и с испугом посмотрел на него. – Я знаю обо всем. Знаю, о том, что ты бывший муж моего брата, знаю о… том, что ты не можешь иметь детей и именно по этой причине избегаешь меня, не желая портить мн… - Прекрати, - ледяным тоном произнес Берти, и пристально посмотрел на Дэвида, пытаясь из последних сил не заплакать. – Зачем ты мне все это говоришь? Что ты хочешь услышать от меня? - Я… - альфа не ожидал такого вопроса. Он и сам не знал, что хочет услышать. Но сейчас ему было больно даже произнести что-то. Альфу разрывали чужие эмоции, в них было столько отчаянья, боли, обиды… и все эти чувства доходили до Дэвида тонкой, легкой ниточкой и он даже побоялся представить, что ощущает сейчас его омега, если ему уже так больно. – Берти, я хочу все выяснить и… принять решение. Я люблю тебя, правда, люблю. Мы – Истинная пара, но… - Но? – усмехнулся омега, глубоко вдохнув и резко выдохнув, словно выдыхая вместе с воздухом всю боль. Его глаза слегка заблестели от тусклого света. – Что ж… теперь уже нет никаких «но». Ты все узнал, и думаю понял ответ на свой вопрос, - за дверями лифта послышались голоса и лифт медленно начал спускаться вниз, видимо застряв между этажами, но альфа и омега будто не замечали этого, оглушенные эмоциями друг друга и своими собственными. – Больше мне не нужно притворятся, а ты все понял и… и теперь сможешь от меня отказаться. Поверь, - Берти измученно улыбнулся, а по щеке потекла слезинка, - я тебе не нужен. А ты не нужен мне. Больше не надо проявлять ко мне излишнего внимания. Мы – не истинная пара, а просто коллеги, - сказав эти слова, Берти вышел из открытого несколько секунд назад лифта, смахивая слезы с лица. – «Дэвид, прости за эти слова, но это все только для тебя. Теперь ты сможешь быть счастливым… с другим…» - глаза жгло, сердце словно не билось вообще, замерев от адской боли. Омега знал, что это точно конец и как бы он себя не готовил к этому, все равно… было слишком больно. Внутри что-то оборвалось и исчезло. Внутри стало пусто. Дэвид стоял и не мог поверь своим ушам. Как? Как такое могло произойти? Как он мог это произнести? Это же… неправда. Это неправильно! Неправильно! Но этот тон, слова, взгляд, слезы… говорили непонятно о чем. Альфа запутался и ярость заслонила всю боль и печать. Он невероятно разозлился на себя, ведь ожидал совсем другого разговора, он разозлился на Берти за эти слова… на брата, на весь мир, но… Весь разговор говорил о том, что Дэвид небезразличен омеге, но… он сам от него отказался. Сам прогнал, решив все самостоятельно, ни слова ни сказав о себе. Это злило, безумно злило. Берти решил все сам, даже не спросив альфу… - К чертям все… Хватит! – процедил сквозь зубы Дэвид, выходя из лифта и оглядываясь. Берти уже не было. Нигде не было.