Aeternus Imperium

Тишина, последовавшая за ликвидацией старой оппозиции, была на этот раз абсолютной и всеобъемлющей. Это была не тишина страха, а тишина концентрации, подобная той, что царит в гигантском соборе перед началом великой мессы. Империя, очищенная от внутренних распрей, как корабль от ракушек, вся устремлялась вперед, к одной-единственной цели. Подготовка и Старт На космодроме «Циолковский» в Казахстане кипела работа, сравнимая разве что со строительством египетских пирамид, но помноженная на технологии конца XX века. Гигантская ракета-носитель «РДД-2Т «Громоносец»», теперь достроенная и испытанная, возвышалась над степью, как современный Вавилонский столп. Ее сигарообразный корпус, покрытый белоснежным термостойким покрытием, ослепительно блестел под центральноазиатским солнцем. Министр Карамышев лично руководил последними приготовлениями. Его «Вертикаль» работала безупречно. Специально спроектированные транспортные модули, начиненные уникальным оборудованием, один за другим занимали свои места в грузовом отсеке «Громоносца». Там были и лазерные буры, способные резать неизвестный инопланетный сплав, и мобильные лаборатории с системами биологической изоляции, и новые вездеходы на гибридных двигателях, и, что самое главное, генераторы поля, основанные на первых, примитивных принципах Нулевого Элемента — крошечные, но невероятно мощные источники энергии, дававшие экспедиции беспрецедентную автономность. Экспедиция «Феникс», которой предстояло лететь, была сформирована Волковым с педантичной тщательностью. 12 человек. Лучшие из лучших, прошедшие жесточайший отбор и проверку Орлова. В их числе: Генерал-майор Лев Гордеев (50 лет) — руководитель экспедиции. Ветеран РКИФ, человек с железными нервами и опытом командования в экстремальных ситуациях. Его задачей была общая координация и безопасность. Профессор Анна Светлова (45 лет) — главный ксеноархеолог. Гениальный лингвист и историк, она возглавляла земную группу по расшифровке инопланетных архивов. Теперь ей предстояло изучать первоисточник. Инженер-полковник Артем Коваль (48 лет) — главный инженер. Специалист по экстремальному материаловедению и энергетике. Его люди должны были вскрыть «невскрываемое». Подполковник медицинской службы Елизавета Воронова (40 лет) — главный врач и ксенобиолог. В ее задачу входило не только здоровье экипажа, но и изучение любой потенциальной биологической угрозы. Император наблюдал за стартом из своего командного пункта. Его лицо было непроницаемо, но в глазах горел огонь. Когда могучий рев двигателей потряс землю, и «Громоносец», медленно, словно нехотя, оторвавшись от стартового стола, устремился в небо, оставляя за собой огненный хвост, Александр IV не проронил ни слова. Он смотрел, как его воля, воплощенная в металле и плазме, уходит к звездам. Прибытие и Проникновение Путешествие заняло стандартные для того времени несколько месяцев. Связь с Землей поддерживалась с задержкой. Первые доклады были сдержанны: «База «Ермак» приняла экипаж. Переходим к развертыванию оборудования». Настоящая работа началась, когда группа Гордеева в полном составе подошла к инопланетному комплексу в долине Маринера. Даже на видеозаписях, передаваемых на Землю, он выглядел потрясающе. Это была не просто груда развалин. Гигантское, футуристическое сооружение, частично скрытое марсианскими песками, напоминало одновременно и древний храм, и кристаллическую формацию, выросшую из недр планеты. Стены его были сложены из материала, напоминавшего черный обсидиан, но испещренного мерцающими, как живые, голубыми линиями. «Первый шлюз не поддается механическому воздействию», — доложил Коваль. — «Буры бессильны. Пробуем подводку энергии от полевого генератора». Это был ключ. Когда инженеры подали на «дверь» слабый импульс энергии, основанный на принципах Нулевого Элемента, мерцающие линии вспыхнули ярче, и многотонная плита бесшумно отъехала в сторону, открыв темный, зияющий проем. Воздух, вырвавшийся оттуда, был сухим и стерильным, с запахом озона и древней пыли. Внутри комплекс оказался лабиринтом залов, коридоров и шахт, уходящих вглубь планеты. Системы жизнеобеспечения, питаемые каким-то вечным источником, все еще работали, поддерживая минимальную температуру и атмосферу. Свет исходил от самих стен — те же голубые линии мягко освещали путь. Исследования шли неделями. Каждый день приносил сенсации. Материаловедение: Коваль и его команда обнаружили, что инопланетные сплавы не просто прочны. Они обладали «памятью формы» и могли самовосстанавливаться при подаче энергии. Принципы их создания обещали революцию в строительстве, авиации, броне. Энергетика: Были найдены схемы и описание принципов работы Реакторов Антиматерии — источника энергии, основанного на контролируемой реакции аннигиляции материи. Он был в миллионы раз эффективнее ядерного синтеза и абсолютно безопасен. Это был ключ ко всему. Биология: Воронова, к счастью, не обнаружила никаких следов патогенов или биологического оружия. Зато она нашла медицинские базы данных с описанием принципов ксенобиологии и продвинутой генной инженерии, обещавшие победу над любыми болезнями и радикальное продление жизни. Но главное открытие ждало их в Центральном Архиве — огромном зале, стены которого были усеяны интерактивными консолями, проецирующими голографические звездные карты. Профессор Светлова, месяцы проработавшая с земными фрагментами, сумела наладить частичный контакт с главным компьютером комплекса. И однажды ночью по земному времени в кабинет императора поступила экстренная шифровка. «Ваше Величество. Центральный Архив активирован. Мы получили доступ к навигационной сети. Обнаружен объект, обозначенный как «Космические Врата». Его местоположение — спутник Плутона, Харон. Повторяю: Харон является искусственным объектом, вратами для мгновенных путешествий между звездными системами. Архив содержит координаты тысяч обитаемых миров. Мы не одиноки. Галактика полна жизни». В кабинете императора воцарилась мертвая тишина. Александр IV смотрел на звездную карту, где теперь горела новая точка — Харон. Это был уже не просто прорыв. Это был ключ от всей галактики. Технологический Ренессанс на Земле Пока «Феникс» делал свои открытия, Земля переживала промышленную и научную революцию, невиданную за всю историю человечества. Под руководством «Кабинета Прорыва» все ресурсы Империи были брошены на ассимиляцию инопланетных технологий. Министерство Промышленности и Энергетики Карамышева стало мотором этого рывка. Заводы, недавно отнятые у аристократов, были перепрофилированы. Конструкторские бюро, укомплектованные лучшими умами, работали в три смены. Принцип, заложенный императором, был прост: не слепое копирование, а творческая адаптация. Энергетика: Первыми появились промышленные реакторы Антиматерии. Они были еще велики и не так эффективны, как инопланетные, но один такой реактор мог обеспечить энергией целый мегаполис. Зависимость от ископаемого топлива ушла в прошлое за считанные месяцы. Энергия стала практически бесплатной. Материаловедение: Были синтезированы первые «умные» сплавы. Новые материалы, легкие как алюминий и прочные как адамантий, пошли на создание корпусов кораблей, несущих конструкций небоскребов, брони для армии. Транспорт: На чертежах и в экспериментальных цехах рождались проекты гравитационных шаттлов, способных заменить самолеты, и скоростных поездов, связывающих континенты за часы. В военной сфере адаптация шла своим, особым путем. Как и приказал государь, технологии не копировались напрямую. Вместо этого, военные инженеры, изучая принципы инопланетных систем, создавали собственные, человеческие разработки. Наземные силы: Появились первые образцы боевой экзоскелетной брони «Богатырь», многократно увеличивающей силу и выносливость солдата. Танки нового поколения, «Варяг», получили композитную броню на основе инопланетных решений и импульсные орудия, разгонявшие снаряд до невероятных скоростей. Флот и Авиация: Корабли и самолеты начали оснащаться системами активного камуфляжа и энергощитами. Разрабатывалось новое поколение гиперзвуковых ракет с наведением на искажения в пространстве-времени. Космические войска РКИФ: Это была самая приоритетная область. На основе инопланетных чертежей началось проектирование первых настоящих звездолетов — не просто орбитальных кораблей, а судов, способных на межпланетные, а в перспективе и межзвездные перелеты. Именно здесь на первый план вышло Министерство Космической Экспансии и Науки Волкова. Полученные с Марса данные о двигательных системах инопланетян позволили совершить качественный скачок. Если раньше полет к Марсу был многомесячной экспедицией, то новые двигатели, основанные на манипуляции массой и гравитацией, сокращали его до недель. Но для постройки таких кораблей нужны были верфи. Орбитальные заводы. И здесь гений Карамышева и амбиции Волкова сошлись в грандиозном проекте. Лунная Верфь «Петр Великий» На обратной стороне Луны, в гигантском кратере, началось строительство, затмившее собой все пирамиды Гизы и Великую Китайскую стену, вместе взятые. Лунная Верфь «Петр Великий» была задумана как главная судоверфь человечества. Тысячи роботов-автоматов, управляемые с Земли и с орбитальных станций, рыли котлованы, монтировали каркасы, прокладывали коммуникации. Использование местных ресурсов — лунного реголита для строительства и гелия-3 для энергетики — делало проект почти автономным. Уже через несколько месяцев начали вырисовываться гигантские доки, способные вместить корабли длиной в километр и более. Здесь должны были рождаться не просто корабли, а планетоходы-колонизаторы, научно-исследовательские суда и, в перспективе, крейсеры и линкоры для Императорского Флота. Верфь была символом нового этапа — человечество больше не просто посещало космос, оно начинало в нем жить и строить. Речь Прошло полтора года с момента старта «Феникса». За это время Империя изменилась до неузнаваемости. Города сияли новыми материалами, по дорогам бесшумно скользили электромобили с неограниченным запасом хода, в небе все чаще видели странные, бесшумные аппараты. Народ жил в ожидании чего-то грандиозного. И это ожидание было не страшным, а радостным, предпраздничным. Пропаганда Сомовой сделала свое дело — люди чувствовали себя частью великого прорыва. И вот, 1 января 2001 года, в первый день нового века и нового тысячелетия, император Александр IV обратился ко всему человечеству. Трансляция велась на всех каналах, на всех языках, на всех континентах. Он стоял не в тронном зале, а на фоне грандиозной панорамы строящейся Лунной Верфи, проецируемой сзади него как голограмма. «Подданные Империи! Граждане Земли! Дети человеческие!» — его голос был твердым и звучным, без привычной аскетичной сдержанности. — «Сегодня я обращаюсь к вам не как государь к подданным, а как человек — к человечеству. Чтобы рассказать вам правду о нашем месте во Вселенной и о нашем будущем». Он сделал паузу, позволяя словам достигнуть каждого дома, каждой семьи. «Почти два года назад, на Марсе, было сделано величайшее открытие в истории нашего вида. Мы нашли следы иной, нечеловеческой цивилизации. Мы назвали их протеанами. Они были могущественны, мудры и ушли из нашей галактики задолго до того, как первая обезьяна спустилась с дерева. Но они оставили нам наследие». За его спиной голограмма сменилась кадрами с Марса: вход в черный комплекс, мерцающие стены, причудливые механизмы. «Их знания, их технологии теперь служат нам. Та энергия, что питает наши города, новые материалы, из которых строятся наши дома и корабли — все это дар наших предшественников. Но это — лишь малая часть их наследия. Они оставили нам не просто технологии. Они оставили нам дорогу». Панорама снова сменилась. Теперь это была карта Солнечной системы. Камера приблизилась к Плутону, к его спутнику Харону. «Этот объект, который мы считали ледяной глыбой, является величайшим инженерным сооружением, которое только может представить себе разум. Это — Космические Врата. Дверь в галактику. За ними лежат тысячи миров, тысячи звезд, тысячи возможностей. И теперь ключ от этой двери — в наших руках». В голосе императора зазвучали стальные нотки. «Последние два года мы готовились к этому моменту. Наша промышленность, наша наука, наш дух — все было перестроено и направлено к одной цели. Мы построили верфи на Луне, где сейчас закладываются кили первых звездолетов Императорского Флота. Мы создали армию, способную защитить наши интересы в любом уголке космоса. Мы победили болезни и голод. Мы объединились, как никогда прежде». Он обвел взглядом воображаемую аудиторию, его глаза горели. «Старая эпоха закончилась. Эпоха враждующих наций, эпоха ограниченных ресурсов, эпоха страха перед будущим — она в прошлом. Теперь мы — единый народ. Народ Земли. И наша судьба — не ютиться на этой бледно-голубой точке, а шагнуть через порог. Наша судьба — исследовать, осваивать, строить. Наша судьба — не бояться темноты между звездами, а нести в нее свет нашего разума и нашей воли!» Его голос достиг кульминации, мощный и властный. «Мы стоим на пороге нового Великого Исхода. Исхода не от чего-то, а к чему-то. К новым мирам, новым знаниям, новым горизонтам. Это — наша судьба, наше право и наш долг. Долг перед теми, кто был до нас, и перед теми, кто придет после. Мы не просто жители Земли. Отныне и навсегда…» Он снова сделал паузу, и в наступившей тишине весь мир затаил дыхание. «…Мы — наследники галактики. Ибо мы были рождены, чтобы унаследовать звёзды!» Последняя фраза прозвучала не как лозунг, а как констатация свершившегося факта. Как аксиома, не требующая доказательств. По всей планете воцарилась тишина, а затем ее разорвали взрывы ликования. Люди высыпали на улицы, незнакомые люди обнимали друг друга, в небе вспыхивали салюты, которые теперь казались такими мелкими и приземленными по сравнению с открывшейся перспективой. В своем кабинете, глядя на данные о всемирной реакции, император Александр IV оставался спокоен. Его лицо было обращено к звездам в огромном окне. Первый шаг был сделан. Человечество было посвящено в свою судьбу. Теперь начиналась самая сложная часть — реализация. Но он был уверен. Путь был указан. Оставалось лишь идти по нему. Вперед. К звездам.