Лесной пожар и льды Антарктиды

Драко Малфой проснулся с жутким похмельем, и первое, что он сделал - это возненавидел себя за за то, что выпил слишком много огневиски вчера вечером. Он попытался вспомнить, что происходило перед тем, как он уснул. Он думал... о Лонгботтоме? Трижды прокляв себя за это, Слизеринец списал все на алкоголь, и к своему облегчению напомнил себе, что его сосед - все тот же ненавистный гриффиндорец, каким был всегда. «Нет, не тот», прозвучало где-то на задворках подсознания у Драко. Блондин спустился в их общую с Невиллом ванную. Все в ней говорило о том, что совсем недавно здесь принимал душ его ненавистный сосед: пахло (приятно?!) гелем для душа, а кабинка была мокрой. Нутро Малфоя отказывалось иметь что-либо общее с гриффиндорцем, даже принимать после него душ. Пересилив себя, он вошёл в кабину и окатил себя холодной водой, чтобы окончательно привести себя в чувства и вымыть из себя всю дурь. Вода стекала по его подтянутому телу. Он чувствовал, как постепенно становится бодрее. Тут в дверь ванной затарабанили. «Ну чего тебе, идиот?!» – Малфой! - Невилл стучал в дверь. – Тебе чего?! Я вообще-то душ принимаю, идиот! - Взбесился Драко. – Пока ты там дрых, нам пришло письмо! – Каким «нам»?! Нет никаких «нас». А теперь проваливай к черту. Если мы оба старосты, это не означает, что нас что-то объединяет! Невилл подумал, что больно надо, но все же договорил: – Я тоже скорее бы выпил весь на свете гной всех на свете бубонтюберов, чем жить с тобой в одной башне и вообще когда-либо разговаривать, но к моему огромному сожалению, прийдется! Сегодня собрание старост, на которое ты, будь добр, явись. Окончательно взбешённый Малфой, в чем мать родила, с психами выскочил из ванной. Открыв дверь, он увидел прилизанного Лонгботтома, с его идеальной укладкой в выглаженной школьной форме. Тот ошарашено смотрел на голого и мокрого слизеринца. – Послушай, придурок. Мне до тебя нет никакого дела. С этого момента, если ВДРУГ, тебе что-то от меня нужно, оставляй записку. Я хочу полностью минимизировать контакты с тобой, потому-что с глупыми гриффиндорцами не общаюсь априори! Усёк? Лонгботтом даже не моргнул на этот выпад. Но сказал: – Ты уже позволил увидеть себя голым «глупому гриффиндорцу», так что твой план провалился. Малфой лишь бессильно заорал и громкой захлопнул дверь ванной. От ярости он и не заметил, что выскочил полностью голым. По пути в Большой зал, Невилл тёр глаза, чтобы развидеть голого Драко Малфоя. Худшего начала дня он себе и представить не мог. Зачем вообще он ломился в ванную к этому слизню? Почему он и в правду не додумался оставить ему записку? Ужаснее зрелища, чем голый член его врага он себе и вообразить не мог. «Кто вообще додумался сделать для старост отдельную башню с общей ванной?!», подумал Невилл и другие читатели подобных фанфиков. Гарри, Рон и Гермиона уже сидели за львиным столом. Рон опасливо косился на Гермиону и ел омлет только тогда, когда та отворачивалась. – О, привет, Нев! - Радостно воскликнула сокурсница. Рон в этот момент выбросил из рук вилку. – Привет, ребята, - присоединился к ним парень. – Как спалось на новом месте? - Поинтересовался Гарри, попутно раздавая первокурсникам автографы. – Первая ночь прошла спокойно, - соврал Невилл, накладывая себе в тарелку овсянку с орехами и сухофруктами, посыпая ее семенами чиа из своего пакетика из переработанной бумаги. – Первый урок у нас сегодня зелья, - сокрушенно вздохнул Рон. - Говорят, Снейп окончательно слетел с катушек... – О да, - подтвердила Герми. Когда два года назад он спросил у меня, украла ли я из его кладовки волшебный автозагар, я была в шоке. Нев, боюсь представить, что он тебе устроит сегодня. Но Невилл, к своему сожалению, понял, что его это совершенно не волнует: перед его глазами стояло голое тело Драко Малфоя. Гриффиндорцы и слизеринцы вошли в кабинет зельеварения. Профессор Снейп уже стоял у доски и сурово смотрел на учеников. Выглядел он намного хуже, чем в конце прошлого года. Землистое лицо осунулось, вокруг глаз у него были темные круги, и весь он исхудал. Один его глаз нервно подрагивал. Студенты заняли свои места. Снейп окинул гриффиндорцев презрительным взглядом и задержал свой взор на Невилле. – Ты украл!!! - Неистово заорал Снейп. - Украл волшебный автозагар из моей кладовки!!! – Я не крал, профессор Снейп, - ответил Невилл. - Его уже давно продают в Косом переулке... – Как ты меня назвал, Длиннопоп?! - Взбесился профессор. - Моя фамилия - Злей! Сто очков с Гриффиндора! Ребята побоялись ему возразить, поэтому лишь угрюмо переглянулись. Слизеринцы на другом конце кабинета тихо ликовали. – Длиннопоп упал в котёл с автозагаром! - Глумились слизеринцы. – Или это Поттер отомстил ему за то, что он тогда его им облил. Гарри, Рон, Гермиона и Невилл раскраснелись от злости. После обеда Невилл вышел из Большого зала и направился на собрание старост. Он увидел, что Малфой и не чухался вставать из-за стола и явно никуда не спешил. «Козёл тупой. Кому только могло прийти в голову назначить этого раздолбая старостой всей школы?», подумал Невилл и остальные читатели подобных фанфиков. У Драко не выходил из головы утренний позор в ванной. Сидевшая рядом с ним Пенси, казалась не такой уж и бесячей и он решил, что сегодня хорошенько ее оттрахает, чтобы спустить пар. – Пенс. – Что, зайчик? – Сегодня вечером жду тебя у себя. Паркинсон аж расцвела от такого снисхождения. Сидевшие напротив них Крэбб и Гойл досадно вздохнули. Пенси незаметно подмигнула им, отчего те аж раздулись от счастья. Драко молча встал из-за стола, не посчитав нужным сказать подружке, куда он уходит. Перспектива целый час сидеть в одном кабинете с ботанами всея школы его не радовала. А уж тем более, потому что там будет грязнокровка Грейнджер и кретин Лонгботтом. Когда он вошёл в аудиторию, все старосты и профессор МакГонагалл были уже там, и вопросительно смотрели на Драко. – Мистер Малфой, вы, как староста школы, должны подавать хороший пример, а не отрицательный, - сурово сказала завуч. Битый час старосты обсуждали всякие организационные вопросы и говорили всякие умные слова, половину из которых Малфой не понимал. Он смотрел на Лонгботтома и думал, за что ему это наказание? Вчера он был последним кого он, Драко, видел, а сегодня утром - первым. Хотелось сдохнуть. Гриффиндорец вещал что-то о замене пластиковых трубочек на бамбуковые, о загрязнении окружающей среды и добавления в рацион учеников побольше блюд растительного происхождения. Когда дурацкое собрание закончилось, слизеринец пулей выскочил из кабинета и пошёл в свою комнату в надежде хорошенько поспать перед бурной ночью с Пенси. Невилл с тяжелым сердцем не спеша шёл к себе. Он понимал, что обязанности двух старост лягут на его плечи, потому-что белобрысому кретину все было до лампочки. Весь остаток дня Драко Малфой отсыпался в своей комнате. Около восьми вечера, пожалев, что проснулся живым, слизеринский принц открыл глаза. Первым, что он вспомнил, было то, что все ещё живёт с гриффиндорским вражиной в одной башне и с утра тот видел его член. Вторая мысль в его голове казалась более утешительной: сейчас его будет ублажать Пенси Паркинсон. Малфой спустился в душ. Судя по звукам, гриффиндорец был в своей спальне. Сегодня Драко, почему-то, хотелось подготовиться к рандеву основательно. Он помылся своим лучшим гелем для душа, побрил причинное место и распылил на себя духи за тысячу галлеонов. Оценив своё шикарное тело, изумрудный принц обернул бёдра полотенцем и вышел из ванной. На диване у камина сидел враг. Малфой не ожидал. – Лонгботтом! - Не выдержал Драко. – Тебе что, понравилось то, что ты увидел утром, и теперь решил преследовать меня? - Язвительно сказал слизеринец. Невилл в недоумении смотрел на него. – Ты что, звезду словил, Малфой? - Спокойно, но с презрением покосился на него Невилл. - Это ОБЩАЯ гостиная. Ключевое слово - общая. У меня к тебе встречный вопрос: тебе так понравилось заниматься эксгибиционизмом, что ты решил теперь всегда расхаживать по башне голым? - Невилл кивнул на едва прикрытое полотенцем тело Малфоя. – Может и решил, - фыркнул слизеринец. - Я не собираюсь себя в чём-то ограничивать, чтобы не калечить слабые психики гриффиндорских задротов! Невилл продолжал невозмутимо смотреть на слизеринца. – А я не собираюсь терпеть здесь заносчивых слизеринцев! Ты ещё потрахайся здесь! Малфой ухмыльнулся. «Именно это я сегодня и собираюсь сделать. Надеюсь после того, что сегодня здесь будет, ты побежишь умолять МакГонагалл переселить тебя подальше отсюда.» – Хорошего вечера, Лонгботтом! - С этими словами Малфой удалился из гостиной. Невилл презрительно и с недоумением смотрел ему в след, не понимая, почему тот не стал парировать. Гриффиндорский мулат запланировал этим вечером углубится в изучение зелий. Снейп задал подготовится к завтрашней варке зелья от магошизофрении*. Это было не по программе, поэтому мулат был слегка удивлён. Профессор зельеварения и раньше недолюбливал Лонгботтома, а после ситуации с пропажей волшебного автозагара, он ещё более люто ненавидел гриффиндорца. Северус окончательно сошёл с ума и считал, что он ворует его запасы этого зелья из кабинета, хотя оно уже давно есть в свободном доступе и пользуются им все, кому не лень.* Чтобы хоть как-то смягчить свою участь на уроках зельеварения, парень решил основательно изучать этот предмет. Он отправился в свою тёплую и уютную комнату, приготовил себе ананасово-сельдереевый смузи с каплей кокосового масла, надел легкую пижаму и погрузился в домашнее задание. Змеёныш за стенкой затих. Видимо, лёг спать. Невилл практически забыл обо всех сегодняшних с ним стычках. Вместе с уверенностью в себе в нем появилась невозмутимость, и Невилл был уверен, что выдержит месяцы сосуществования с этим аристократичным слизняком. Вечер углублялся, домашнее задание выполнялось, а второй стакан смузи подходил к концу. Внезапно эту идиллию нарушили громкие звуки и крики внизу, как будто кого-то били палками. «Что ещё за фигня?» Гриффиндорец не мог сосредоточится, и поэтому решил спустится и проверить, что происходит в гостиной. Он тихо спустился по винтовой лестнице и выглянул в дверной проём. Картина происходящего его поразила: на диване стояла на четвереньках голая Пенси Паркинсон, а сзади, держа её за волосы, пристроился Малфой и трахал грудастую слизеринку что есть силы. Она не просто стонала, она кричала, ругалась и называла Малфоя по имени. Свободной рукой он шлёпал её по заднице, а затем, дав Паркинсон облизать свои два пальца, вставил ей их между ягодиц, двигая ими вперёд-назад. Нев застыл в изумлении, не понимая, что ему делать дальше. Слизерёныши, видимо, даже не допускали мысли о том, что кто-то может их увидеть. Малфой, весь блестящий от капель пота, яростно порол свою подругу. То что, Невилл увидел утром в душе, ни шло ни в какое сравнение с тем, что он видел сейчас. Как этот говнюк посмел утроить этот секс-променад по общей гостиной старост? В этот момент Малфой поднял голову и увидел в лестничной арке два горящих недоумевавших глаза на фоне загорелого лица...