Иллюзорна мгла. Часть вторая. Игра даэдра

      Я подняла взгляд, пытаясь разглядеть обладателя голоса. Со старого шкафа в углу на меня смотрела женщина в чёрном кожаном доспехе, плотно облегающем фигуру. Лицо незнакомки наполовину скрывала красная маска. Из тени неглубокого капюшона меня оценивал равнодушный, до дрожи пробирающий взор льдисто-голубых глаз.       – Ты кто? – спросила я, глотая подступивший к горлу комок, и попыталась отползти назад.       – Не столь важно кто я, важно кто ты. А ты – убийца, не так ли? – в тоне незнакомки прозвучала едва слышная насмешка. – И убийство старухи Грелод в приюте твоих рук дело…       – Не понимаю, о чём ты. Не знаю никакой Грелод.       – Знаешь, – твёрдо и холодно ответила женщина. – И знаешь, куда подевалось её тело… Стоит признать, мы в тебе не разочаровались. Такое чистое убийство, без единого следа… Даже труп не удалось обнаружить, а на твой след мы выходили почти неделю. Это вызывает интерес…       – «Мы» это кто? – я медленно поднялась с пола, осмотрела себя и не нашла оружия. Меня уволокли даже без кошеля с зельями. Забрали прямо из палатки?       – «Мы» это Тёмное Братство, девочка, – сказала незнакомка. – И заказанная нам жертва была украдена тобой.       Её слова обрушились на меня как удар по голове. Я в смятении разглядывала похитительницу, расположившуюся на шкафу, словно отдыхающая кошка, а разум вспыхнул ужасающими мыслями о смерти. Снова отчётливо вспомнился Виндхельм, почудился запах гнилого мяса, перед глазами как наяву зарябили белые толстые черви, копошащиеся в истекающей кровью тухлятине.       – Так Чёрное Таинство сработало? – пробормотала я, понимая, что отпираться теперь бесполезно, и пытаясь прогнать омерзительные воспоминания.       – Радует, что мы, наконец, пришли к пониманию. Хотя ты довольно правдоподобно разыгрывала невинность, – тон женщины смягчился. – Но теперь за тобой должок.       – Какого рода должок? Я, что, теперь должна кого-то убить для вас?       – Умная девочка, – кивнула убийца. – Обернись. На одну из этих жертв заключен контракт. Можешь попробовать угадать, а можешь просто убить… А я буду наблюдать за тобой.       Опасаясь, что в следующий миг в моей спине будет торчать кинжал, поворачиваться не спешила. Встала немного боком к похитительнице, чтобы не потерять её из вида и тут же заметила троих стоящих на коленях людей. Их головы закрывали мешки, руки стягивали за спиной веревки. В полумраке не удавалось сразу различить, мужчины это или женщины. Но в сердце острым куском льда застыл страх, что это могут быть Эрандур, Мьол и Эйрин, которых утащили вместе со мной. Захотелось подбежать, призвать свет и сорвать мешки с голов несчастных, но я побоялась колдовать при похитительнице, поэтому осталась на месте и, уточняя, спросила:       – Так кого я должна убить?       – Кого хочешь, – безразлично бросила женщина, словно речь шла о выборе пирогов в таверне. Ешь какой пожелаешь, все они с мясом!       Понимая, что от меня мало что зависит, подошла чуть ближе к жертвам и заметила, что у пленника справа за спиной дрожит мохнатый серый хвост с белым кончиком. Второй, тот, что слева, был в ламеллярной броне, а в середине оказалась женщина в скромном льняном платье. Я даже облегченно выдохнула – никого из моих друзей здесь нет, а значит, украли, скорее всего, только меня.       – И как же я должна их убивать без оружия? – картинно разведя руки в стороны, посмотрела на убийцу. – Вы же меня прямо с постели забрали!       – Хм, – женщина усмехнулась. – Разве ты не владеешь магией?       Я пристыжено промолчала – можно было догадаться, что Темному Братству всё обо мне прекрасно известно. И как назло не получалось, срочно придумать план или отговорку, поэтому стояла и нерешительно мялась, боясь разозлить похитительницу. Неужели снова придётся убивать, да ещё и безоружных, связанных людей!       – Я владею магией огня, но… понимаешь… горят люди долго и мучительно, а тут, – я нарочно огляделась, – кругом сплошь древесина, нет окон. Будет много копоти, крика и хлопот.       – Нет! – заверещала связанная женщина и упала на пол, не устояв на коленях. Я нашла взглядом плотно закрытую дверь без какого-либо засова, но что-то в расслабленной позе Тёмной Сестры намекало, что так просто выбежать вон, мне не удастся. А если и удастся, то побег продлится совсем недолго.       – Мне нравится твой подход, – поделилась мнением убийца. Она быстрым, отточенным движением выхватила из-за голенища сапога короткий стальной кинжал и бросила мне. Оружие воткнулось в пол прямо у моих ног, и я медленно наклонилась, чтобы подобрать его.       С кинжалом в руке застыла перед тремя жертвами, неотрывно смотря на плачущую женщину. Её хриплые стенания раздражали, нагоняя страха в суровую атмосферу. А я обладала властью, чтобы заставить её замолчать быстрым ударом в шею. Как того орка в Храме Призывателей Ночи. До сих пор помнила его лицо.       Ещё раз пересчитала пленников, осмотрела их. Мужчина на вид очень крепкий, плечистый, как Ворстаг. Каджит в богатом коричневом пальто заметно трясся. Может, караванщик? И пленница, плач которой превратился в тихие подвывания.       Но была ещё одна женщина, за моей спиной, на шкафу. Я с сомнением посмотрела на кинжал. Метать ножи не научилась, а зря. Сейчас был бы шанс развернуться и кинуть ей оружие прямо в лицо, спасти всех и себя. Мысленно усмехнулась – какие у меня вообще могут быть шансы против умелой убийцы без нормального оружия и Ваббаджека? С другой стороны, у меня есть магия, вот только после одной молнии падаю, а зелья восстановления нет. Всё, что я знала, и что действительно могло помочь мне – Железная Плоть. Было страшно так, что в животе всё сворачивалось в комок до болезненных спазмов.       Мир спасала, а какой-то упырихи на шкафу испугалась! Стыдно!       Усмирив волнение в груди, сконцентрировалась и закрыла глаза. Если помирать, то героем, а не спасать себя, перерезая глотки связанным. Я прочла защитное заклинание, прочный кокон вмиг окружил моё тело. Убийца обеспокоенно вздрогнула, но я, прыгнув к шкафу, вцепилась в её свесившуюся сверху ногу и со всей силы дёрнула на себя, лишая равновесия и одновременно пытаясь пробить кинжалом бедро.       Женщина грациозно извернулась в падении, а её броня почему-то оказалась плотнее кожи, сверкнув вдруг наложенным зачарованием. Кинжал с трудом вспорол материю и только оцарапал падающую сверху убийцу. Ещё в воздухе она ударила меня другой ногой в челюсть, но магия поглотила удар, заставив отшатнуться, пока похитительница поднималась с пола. По наитию я выставила свободную руку перед собой и ударила пламенем.       Тёмная Сестра отпрянула и часто заморгала – повезло спалить её брови, что уже, в моём понимании, приравнивалось к небольшой победе. Но в следующий момент крепкая рука убийцы уже сжимала изогнутый короткий клинок с черным лезвием, сияющим красными прожилками.       Я встала напротив неё, как учил Эрандур, чуть отведя руку с кинжалом назад и приняв максимально устойчивую позу. Женщина опасливо косилась на огонь в моей ладони и не приближалась, а из-за двери вдруг раздалось оглушительно громкое, протяжное лошадиное ржание.       Убийце хватило всего мгновения. Внезапный звук лишил меня концентрации, женщина поднырнула под мою руку, я рефлекторно дёрнулась назад, закрываясь от несущегося прямо в сердце черного клинка.       Сработало защитное заклинание – лезвие соскользнуло и впилось под ключицу. Я до боли вывернула запястье с кинжалом и, подняв руку в защитном жесте, прошила шею похитительницы под подбородком сквозь тканевую маску, вмиг ставшую багровой. Стальное лезвие погрузилось под челюсть, из горла женщины вырвались хрипы, но сильная рука ухватила меня за запястье и дернула, вывихнув кисть всего одним отточенным движением. Пальцы убийцы разжались, отпуская кинжал, и она медленно завалилась назад.       – Молодец… – прозвучало с трудом различимое в постоянных булькающих хрипах слово.       Яростная жгучая боль растеклась по моему плечу, руки оказались неспособны толком шевелиться и творить чары. Как парализованная, я стояла и безучастно смотрела то на распластанное в луже крови тело, то на связанных пленников, тающих в мерцающей всполохами пленке, повисшей перед глазами. Лошадиного ржания из-за двери больше не раздавалось.       – Проклятье, – выдохнула я, оседая на колени и смотря на расплывающуюся перед взором кривую рукоять. Лезвие застряло во мне и упёрлось острием в лопатку, обездвижив левую руку. Из раны медленно сочилась кровь, но вытащить кинжал, значило погибнуть от раны. Вправить бы вывих для начала, потом можно было бы надеяться на сплетение целебных чар. Если силы останутся…       – Эй, там есть кто живой? – спросил связанный каджит. – Что происходит?       – Есть... ненадолго, – слабо ответила я, ловя ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Сердце бешено трепыхалось в груди, кровь оглушила непрерывным стуком в ушах.       Попыталась шевельнуть пальцами на вывихнутой руке, но всю её до самого плеча пронзила такая боль, что я решила больше не пытаться. Кисть перекосилась набок почти под прямым углом. Даже смотреть вниз было жутко.       – Сука, – прошипела я. – Без рук меня оставила…       В дверь кто-то начал ломиться.       «Вот и конец», – подумалось мне, но извне раздался глубокий голос Эрандура:       – Там есть кто-нибудь? Джулия?       Я чуть не разрыдалась от счастья. Пленники загомонили сквозь мешки на головах.       – Спасите! Мы тут! – наперебой кричали они.       Следом раздалось несколько глухих ударов в дверь, которая лишь слегка пошатнулась. Установлена она была на редкость прочно и заперта на надёжный замок.       – Не могу открыть, – прокричал Эрандур и ещё пару раз врезался в дверь. – Там есть засов?       – Есть трое слепых, одна мёртвая и одна безрукая, – горько проронила я, пытаясь справиться с болью, от которой хотелось только лечь и медленно умирать. Сдаться, закрыв глаза, и не шевелиться. Какие уж тут ключи! Да и кто откроет дверь?       Я онемевшей рукой подцепила валяющийся стальной кинжал и на коленях, пошатываясь, двинулась к связанным. Вставать боялась, голова от ранения и кровопотери кружилась слишком сильно. В дверь прилетело два бесполезных удара. Я подползла к здоровяку и положила рядом с ним кинжал, бессильно опустившись на пол. Горло терзала жажда с омерзительным металлическим привкусом.       – Парень, рядом с тобой кинжал. Ты сможешь подобрать его и перерезать путы? – слабо спросила я, почти теряя сознание. Свет свечей в глазах на несколько мгновений обратился в непроницаемую мглу.       Здоровяк послушно завалился набок и стал шарить ладонями по полу. Я, сменив позу, ногой подвинула к нему оружие и с трудом сдержала крик. Кинжал в ране шевельнулся, обжигая стальным льдом уцелевшие мышцы. Мужчина пальцами подцепил брошенное оружие за рукоять, ловко перевернул лезвием вверх и медленно начал перерезать веревку. Слишком долго. Прикрыв глаза, я терпеливо ждала, когда он закончит, а сил оставаться в сознании с каждой секундой становилось всё меньше. Обмякнув на полу, видела размытое движение рядом и шептала:       – Найди ключ… Он… может быть у той, убитой… а за дверью мой друг… целитель…       Не знала, услышал ли меня мужчина, но, освободившись, он сорвал мешок с головы и вскочил. Сквозь темноту я услышала торопливые шаги, вскрикивания:       – Освободи нас!       – Я нашёл! – прорвался в сознание радостный возглас, но следом за ним на сознание навалилась глухая тьма.       Потом ощутила странный горький привкус на языке и кляп во рту.       – Закуси, – короткий приказ раздался над ухом. Я даже не успела понять, что делать. Сквозь руку прошла волна, словно по вене прогнали раскалённый металлический прут. Не сдержавшись, заорала, выплюнула тряпку, а из глаз брызнули слёзы.       – Держи! – рявкнул Эрандур. – А то язык себе откусишь!       Кляп вернулся в рот, зубы впились в плотную грубую ткань, а по левому плечу разлилось мучительное жжение. Сердце чуть не вырвалось из груди, я мычала и дёргалась, перестав соображать, что происходит. Лезвие изогнутого клинка снова раздирало мою плоть, но вмиг всё успокоилось. Остался только гул в ушах и колотящееся сердце.       – Руками не шевели, – предостерёг жрец, применив целебные чары. Я выплюнула кляп и сквозь завесу из слёз увидела расплывчатое напряжённое лицо данмера и исходящий от его ладони тёплый свет. Где-то рядом освобождённый мною норд разрезал путы других пленников.       Отголоски отступающей боли не давали рукам нормально шевелиться. Эрандур откуда-то достал полоску ткани и туго замотал моё запястье, почти обездвижив кисть руки.       – Жаль, нет зелий в запасе, – прошептал данмер, – ну ничего, осталось только выбраться…       – А где мы? – спросил каджит, повернувшись к нам.       – Возле Морфала, – ровно отозвался жрец.       – Где?! – я попыталась подскочить с места, но резкая боль в плече вернула меня на пол. – Сколько дней прошло?       – Один, – мрачно вздохнул Эрандур. – Сейчас почти полдень десятого числа месяца Первого Зерна.       В голове всё смешалось – не представлялось, каким образом можно пересечь за ночь такое огромное расстояние. Может, с помощью магии?       Освобождённые в растерянности смотрели по сторонам, на меня и на убитую похитительницу. На лицах рождались слабые улыбки, когда пленники пересекались со мной взглядом, но благодарить за спасение никто не торопился.       – Что вообще произошло? Как меня забрали? У тебя есть вода? – лёжа, я засыпала данмера вопросами. Первым делом он отвязал с пояса меха и поднёс к моему рту, приподняв голову рукой. Вода оказалась ледяная, и я задрожала, испытывая довольно противоречивые чувства. Наступившее счастье смешалось с отвращением к себе и своей слабости. Теперь ясно воображала, как паршиво живётся безруким людям.       Потом данмер отдал меха пленникам.       – Нельзя тут задерживаться! – здоровяк норд только смочил губы и передал воду женщине, взъерошенной осунувшейся имперке. – Они могут вернуться за нами!       – Он прав! – прошипел каджит, прижимая к голове уши с кисточками. – Надо как можно быстрее уходить…       – До Морфала около часа, если напрямик. До Солитьюда побольше… Мы между ними, – рассказал Эрандур, повернувшись к пленникам и забрав меха у каджита. – Разумнее идти вместе.       – А я так не думаю, – норд устремился к выходу. – Они нас так быстрее найдут! Надо спасаться по одному!       Я села и привалилась к стене, пытаясь разработать хотя бы левую руку, чтобы творить магию. Пальцы слушались, но всякое движение отдавалось болью в плече. Норд и каджит быстро сбежали из дома, а женщина некоторое время мешкала на пороге, потом резко обернулась на нас, пронзив недовольным взглядом, и тоже выбежала прочь.       – Если что, я смогу идти, – сказала я жрецу. – Надо вернуться назад, а то Мьол, наверное, разозлилась, что мы пропали… И все-таки, что же случилось?       Эрандур встал и закрыл за убежавшими дверь. Потом остановился у тела похитительницы и осмотрел её необычную одежду.       – Ты и в самом деле убила старуху? – спросил он, повернувшись ко мне.       – Это вышло случайно, – отпираться под обжигающим гневом взглядом было бесполезно, поэтому пришлось рассказать правду, в том числе и про сладкий рулет.       – Почему сразу не сказала?       – Я пыталась! В Мзинчалефте! Ты решил, что я шучу! – возмутилась я. – Ты тоже не сразу сознался про ловушку! Так что мы квиты…       – Пожалуй, – смягчился Эрандур, принявшись шарить по тайным карманам убийцы. Его рука выудила изнутри её костюма пару крошечных чёрных флаконов, отмычку, а в голенище сапога нашёлся ещё один кинжал.       – Снаружи был другой ассасин, – жрец кивнул на дверь. – Сторожил, наверное. А вместе с ним вороной конь, на котором тебя увезли и который исчез. Похоже, в тот же момент оборвалась жизнь этой убийцы.       – А как мы сюда попали-то? – не отступила я, мысленно прикидывая расстояние от Фолкрита до Морфала.       – Ты пыталась обогнать лошадь, а я мчался за смертью, – данмер начал рассказ, подойдя ко мне с находками. – Как только ты уснула, кто-то подбросил в огонь склянку со снотворным. Она упала откуда-то сверху, может, с дерева, и разбилась о поленья. Я сделал вид, что задремал. Начало резко клонить в сон, но удалось сопротивляться, прикрыв рот и нос перчаткой. Потом услышал звук, едва уловимый. Тебя вытащили из палатки и унесли в сторону тракта, по которому мы прибыли к владению. Похитителей было двое. Среди них, – Эрандур быстро взглянул на труп, – и она. Я последовал за ними, приняв целебное зелье, но не увидел, как тебя погрузили на лошадь. Только услышал ржание и стук копыт. Наши кони тоже задремали от зелья, но немного выждав, я привел одну в чувство чарами, оседлал и помчался в сторону Фолкрита по параллельной дороге вдоль берега Илиналты. Пришлось немного проехать по сугробам, но зато скоро я увидел похитителей. Вернее, одну. Женщину на этой проклятой лошади, скачущую с такой скоростью, что казалось нереальным.       – А как ты понял, что нужно туда? И что меня не утащат в какую-нибудь пещеру? – прервала я, хмуро глядя на жреца.       – Дело в лошади, – коротко сказал он. – Раз верхом, подумал я, значит, поедут по дороге. Кругом сугробы и проехать через лес почти невозможно. Но и город исключался: со связанной пленницей-то на крупе! Значит, дорога в объезд города, но не к перекрытой границе с Сиродилом. Конечно, я рисковал, предполагая такой маршрут, но что-то изнутри словно направляло меня к цели. Не знаю, возможно из-за того, что Апатия Вермины… – Эрандур сделал многозначительную паузу. – В любом случае, я бы сделал круг за несколько часов и вернулся к лагерю, но мне повезло. Мы пересеклись у лесопилки на берегу Илиналты, и я понял, что путь выбран верно. Только догнать магического коня не мог. Он скакал невероятно быстро и без передышки, а моя лошадь выдохлась и пала за пару часов. Я остался где-то между Рорикстедом и Фолкритом и, к счастью, заметил охотничий лагерь.       – Ты лошадь украл?! – опешила я.       – Да простит меня Мара, – потупился данмер. – Одолжил. К сожалению, возвращать больше некого…       – Тоже загнал?       – Нет, вторую съели тролли, – Эрандур с огорчением развел руками. – Я понял, что лошадь надо постоянно поддерживать чарами, чтобы она могла держать хотя бы средний темп без остановки. Так я за ночь добрался до Лабиринтиана, прикончив весь наш запас зелий магии.       – Подожди-ка… – я снова оборвала рассказ, плохо понимая, что произошло. – А до Лабиринтиана зачем?       – Ну… Там есть короткий путь до Морфала. Получилось, что твоя похитительница погнала по дороге в объезд, но для меня это был бы слишком большой крюк. Однако сугробы замедлили лошадь, и поэтому не удалось уйти от троллей. Пришлось бросить им лошадь и бежать до города.       – Как ты определил, что я здесь?       – А дальше по следу. Один стражник в Морфале на рассвете видел вороного коня, несущегося в сторону болот мимо города. Он ещё удивился: зачем всадник едет в топи? Поэтому запомнил. Мне оставалось только идти по следам на снегу. Отпечатки копыт вывели меня к этому дому, у которого стоял тот самый конь и ещё один тип в чёрном. Я справился с ассасином, но конь тоже на меня накинулся. И если бы не ты…       Я ошарашено хлопала глазами. Рассказ Эрандура потрясал воображение, а мысли сводились только к тому – что случилось бы со мной, если бы он не успел?       – Это впечатляет, – произнесла я. – Правда. Это не за повозками гоняться по собственной дурости.       – Знание местности плюс толика везения, – Эрандур скромно пожал плечами. – Надо вернуться в Морфал и отдохнуть…       – Нам нельзя идти в Морфал и тем более нельзя отдыхать. Мы же столкнулись с Тёмным Братством! – вот теперь, когда боль утихла, стало по-настоящему страшно. – Надо рассказать об этом страже, а лучше легионерам в Солитьюде!       – Поверят ли нам? Неужели ты думаешь, что за убийство ассасинов полагается слава и богатства? – скептически настроенный Эрандур спрятал зелья в кошель на поясе, а кинжал заткнул за пояс.       Я встала, пошевелила раненым плечом и поняла, что больше не хочу оставаться в этом проклятом старом доме.       – Какие ещё слава и богатства?! – раздражённо высказала жрецу. – Ты убил одного ассасина, я другую… Это же не последние! Что с нами будет, когда их шайка поймёт, что они не вернутся? Да от нас, и от меня в частности, мокрого места не оставят! – содрогнулась от накатившей фантазии о долгой мучительной смерти. – Награда это, конечно, хорошо, но если нас сейчас кто и спасет, то это стражники и легионеры.