Дочь Хогвартса

Расти стояла напротив извояни гаргульи. Даже она, смотрела на неё как-будто с осуждением. Сверлила взглядом упрекая в чём-то. Девочка переступила на другую ногу отводя глаза. Она решила притвориться, будто забыла пароль и войти внутрь вместе с кем-то, ей было страшно. Розмарти знала, что профессор Дамблдор точно не из тех, кто будет кричать на неё или злиться. Но он почему-то раз за разом внушал ей страх. Она знала, что директор далеко не так безобиден как кажется, но ей было не по себе не поэтому. А от того, что он может запретить ей выходить из замка. Наконец в конце коридора послышались чёткие шаги и голоса. Из темноты появились двое. Стейси и Дамблдор. Они остановились глядя на девочку. — Почему ты не заходишь? — спросил профессор наклоняясь к ней. Розмарти закусила губу и сказала смотря на собственные ноги. — Пароль забыла. Стейс уже открыла рот, для того чтобы сказать что-то, но директор Хогвартса взглядом остановил девушку. — Мармеладки из сока. Сказал он. Гаргулии открыли проход и все трое зашли на лестницу, которая сама понесла их наверх. Профессор лёгким взмахом руки открыл дверь в кабинет и войдя жестом пригласил юных гостей. Расти села на одно из обитых бархатом кресло и подобрала под себя ноги всё ещё избегая смотреть на Дамблдора и Робертсон. Стейс села напротив, а директор медленно прошёл за стол, но так и остался стоять. — Зачем ты это сделала, девочка моя? — он слегка нахмурился поглаживая феникса Фокуса по шее и видимо, для спокойствия Розмарти смотря исключительно на него или на Стейси — Ты хотела погулять? Можешь не отвечать Расти — он вздохнул всё же взглянув на неё — Я знаю, ты растёшь. Сколько тебе уже? — он нахмурился припоминая — Шесть лет! Я помню как ты была совсем маленькой! Понимаешь, Расти. Мисс Робертсон запретила тебе выходить из комнаты не из вредности, а потому, что она заботиться о тебе, девочка моя. Ты же не хотела на улицу? Можешь не отвечать. Я и так знаю. Ты хотела всем доказать, что ты взрослая, но доказала обратное. Если бы ты на утро спокойно пришла ко мне и всё объяснила. Я бы тебе разрешил гулять где угодно и когда угодно. Но ты выбрала другой путь, Расти. Подождём ещё годик, может тогда ты наконец вырастешь. Злые слёзы покатились по её щекам, она замотала головой молча смотря в пол, зная что прозвучит жалко, она тяжело дышала и сказала: — Я взрослая! Я… Я… Я не хотела никому, ничего доказывать! Я услышала как кто-то плачем и захотела помочь! — закричала она разозлённая не только на Стейс, но и на Дамблдора. — Вы… Вы… Вы ничего не понимаете! Крикнув это она подпрыгнула и пулей вылетела из кабинета. Она бежала по коридорам Хогвартса, не видя никого и ничего. Она ещё никогда ни о чём не желела, все наказания были другими, маленькими и не столь оскорбительными. Неужели он правда хотел разрешить ей… Так обидно никогда не было, «Я не хотела показать свою самостоятельность, меня никто не понимает». Она твердила это про себя выбегая из школы, шум дождя плотной стеной отделил её, Расти остановилась только под лубом, зло пнув дерево она села на траву пряча голову в коленях, ей как никогда хотелось, чтобы у неё были руки, хотелось обнять себя и оградить от холода. Водой пропиталось платье, рукава рубашки превратились в грязное месиво, а белые носки были испорчены. Одежда липла к телу, волосы стали во много раз тяжелей и лежали на размокшем песке. «Меня никто не любит, а мама бы любила». Мама бы так не сделала. Расти казалось, что её мама: самая необыкновенная женщина в мире. Самая добрая и прекрасная, как никогда ей хотелось увидеть её. В голове были очертания её глаз, её волосы куда гуще и красивее чем у Расти. Она бы никогда не обижала дочь, никогда и ни за что. Девочке захотелось увидеть её.