Семь пятниц в неделе, а я опять в его постели.

Лениво потянувшись, я поднялась с дивана и подошла к двери, где находилась эта парочка. Нет, мне все равно, чем они занимаются, лишь бы не творили непристойных дел в то время, как я нахожусь в квартире. За дверью раздался женский смех, затем какие-то слова с ее стороны, после которых повисла тишина. Я быстро отошла от двери и направилась в свою комнату, услышав, как дверь того помещения открылась. — Кто-то пришел? — окликнул меня голос сзади. — А кого ты хотел видеть? — обернулась я, смотря на парня. — Мне показалось, что пришла мама? — непонимающе смотрел на меня Магнуссон. — И что ты от меня хочешь? — развела руки в стороны я. — Ну, — Вильям замялся. — Мне же показалось? — Да, — подтвердила я. Шатен кивнул и скрылся в комнате. Я вообще не поняла, что за странный диалог у нас сейчас сложился, но чувствовала я себя все так же паршиво, так что не забивая себя мыслями, я ушла в спальню и погрузилась в царство Морфея. — Я все же думаю, что это было забавно, несмотря на риск, — я широко улыбнулась и продолжила уплетать йогурт. — Да, я еще в свои годы и не такое могу, — Ребека гордо подняла голову, но тут же рассмеялась. — Слушай, — я скромно улыбнулась, но после лицо стало серьезным. — Я хотела поговорить насчет Вильяма. — Что такое? — обеспокоенно спросила женщина. — В общем, — начала я, но тут на кухню заходит тот, о ком я хотела говорить, поэтому я замолчала. — Мам, тебе какая-то женщина звонила, просила перезвонить, как освободишься. Сказала, это срочно, — произнес Магнуссон, подходя к плите. — Извини, мы с тобой еще обязательно поговорим, — взяв меня за руку, пробубнила Ребека и быстрым шагом направилась в гостиную. — Ну что? — спросил юноша. — Что? — недовольно ответила я. — Решила рассказать о моей «темной стороне»? — встав возле меня, ухмыльнулся парень. — Именно так, — безразлично ответила я и хотела встать, но рука юноши быстро толкнула меня обратно. — Что ты делаешь? — Ты не скажешь об этом моей матери. Пусть я уже и взрослый, но она может навсегда перестать уважать меня, я не хочу упасть в ее глазах, ясно? Если ты расскажешь ей хоть что-нибудь лишнее, — шатен сделал паузу, взяв меня за шею и приблизившись к моему лицу. — Ночью ты забудешь, что такое девственность. Кожа покрылась мурашками, шею больно кололо. — Иди ты к черту, Магнуссон! — проговорила я и убрала его руку с моей шеи. — Ты не сможешь мной манипулировать. Да и с чего ты взял, что я девственница? — вскочив со стула и подойдя к двери, сказала я. — Нура, — обратился ко мне Вильям. — Просто заткнись, — произнес парень и, подойдя ко мне, впился в мои губы. Врезавшись ладонями в его грудь, я стала отталкивать юношу, отвернув голову, но Магнуссон взял мою голову своей рукой с затылка и направил на себя. Его вторая рука взяла мои кисти и завела за спину, а губы.губы по-хозяйски стали касаться моих, проникая языком в мою полость. Сжав губы между собой, я зажмурилась и стала кричать, что плохо получалось с закрытым ртом. Оторвавшись от меня и уставившись в мои глаза, Вильям произнес: — Ух, детка,.твое сопротивление когда-нибудь тебя же подведет. Я не сдержу свои желания, но сейчас.Живи днем спокойно, но ночью лучше не закрывай глаз. Продолжение следует.