"Пьяный павлин"

Я заметил, что все вокруг стали равнодушны к людям. Мы так замкнулись в своем мирке, что не замечаем другого мира, иногда намного более интересного, чем твой собственный. Мы не кидаем монетку нищему, и не потому, что нам жалко. Просто не хочется пускать в себя чужое горе. Мы не улыбаемся в ответ детям, не смеемся простой шутке уличного комика, не останавливаемся, чтобы послушать песню музыканта. Все это неправильно и грустно! Я с трудом вытащил Сархата из кладовки и отвел в ресторанную кухню. – Ты давно ел нормальную еду? – спросил я у него. – Еда дорого, – покачал головой Сархат. – Тогда давай поужинаем вместе, – предложил я, доставая из холодильника остатки вчерашнего банкета. От запеченной свинины Сархат отказался. А вот кусок рыбы в соусе и крабовый салат съел с удовольствием. Я сунул ему в руку сверток с пирогом и пакетик зеленого чая на завтрак, проводил его в кладовку и хотел уйти, но мне показалось, что этого как-то мало, и я поступаю некрасиво и эгоистично. Словно откупаюсь от него едой. – Слушай, я так и не понял, – начал я, снова усаживаясь на перевернутое ведро напротив Сархата, – зачем тебе нужны деньги? – Ман мехоҳам жениться. Вале падари ман Багигул нест, мехоҳад, ки он барои ман отдавать, зеро, ки ман нищий. Ӯ гуфт, ки ман готовил бозхариди соли нави мелодӣ. Агар хоҳад, пул, ӯ ба ман Багигул барои Шафхата отдаст, – быстро заговорил Сархат. – Не, ну частично понятно конечно, – кивнул я, – но хотелось бы подробностей. Я понял, что у тебя есть проблема. – Проблема есть, денег нет, – согласился со мной Сархат. – Так… – вдруг озарила меня идея, – я сейчас позвоню человечку одному, и ты ему повторишь все, что мне говорил. Я набрал номер Иллариона и спросил, нет ли у него знакомого лингвиста, который знает таджикский. – Тебе сегодня чертовски везет, – засмеялся в телефон Илларион, – он как раз рядом со мной. Зовут Никитой. Изучает именно тюркскую группу. Сархат недолго погульгукал в мой телефон, держа его почему-то перед ртом, потом приложил его к уху, быстро закивал, прижав руку к груди, и передал телефон мне. – Короче, – услышал я в телефоне голос Никиты, – он жениться хочет, а папаша девушки денег просит. И если он калым до Нового года не получит, то дочку за другого отдаст. – А сколько денег просят за невесту? – спросил я у Сархата. – Сто тысяч, блядь! – четко ответит тот и, обхватив голову руками, начал что-то бормотать и качаться из стороны в сторону. Я на всякий случай поднес к нему телефон, чтобы Никита перевел его бормотание. – Чего он говорит-то? – спросил я уже у Никиты. – Матерится, что ли, на своем? – Нет, – хохотнул Никита, – в их языке мата нет, поэтому они активно используют русский. Он просто молится и просит Аллаха ему помочь. Ну, Аллах денег отсыплет вряд ли, а вот друзья вполне могут помочь. Я снова вытащил Сархата из кладовки и привел его в комнату отдыха, после чего позвал Стаса и объявил общий сбор. – Короче, – начал я, оглядывая друзей. На мой зов пришли Фима, Антон, Ашот, Клавдий с Саньком, Саша, Рудик и поваренок Димка, – надо человечку помочь. – Чем? – резонно спросил Стас. – Нам надо до Нового года собрать ему сто тысяч, – ответил я. – Сто тысяч, блядь! – снова выдал Сархат и, усевшись на пол, начал раскачиваться и молиться своему Аллаху. – Господи, до чего человека довели, – вздохнула Саша, протягивая Сархату воды. Я вкратце объяснил проблему и предложил поставить на барной стойке коробку, с просьбой кидать туда деньги для Сархата. – Глупо, – покачал головой Стас. – Мне чаевые оставляют постоянно. Так я скажу, что за вечер, дай бог, тысячи две набегает. Так что не вариант. – Есть у меня одна идея… – начала Саша и задумчиво почесала нос. – Но тебе она, Тим, не понравится. – А конкретней? – переспросил я. – Ну… какая главная мечта гея? Помнишь? – подмигнула она. – Трахнуть натурала, – кивнул я. – Нет, – засмеялась Саша, – не трахнуть. Совратить. Это намного интересней. Так вот…В нашем клубе у тебя много поклонников. И, чего уж греха таить, многие хотели бы увидеть тебя голым. – Так! Остановись, – взмахнул я рукой. – А что так? – оживился Стас. – Ты же хочешь помочь Саиду, вот так и поможешь! – Я не совсем понял смысл, – начал я, – но мне эта идея уже не нравится. – Идея простая, – Саша поднялась, подошла и положила руку мне на плечо. – Объявим, что, допустим, в пятницу, мы устраиваем благотворительный концерт в пользу Саида. И гвоздем вечера будет стриптиз в исполнении начальника охраны. – Я? Стриптиз? – я подскочил со стула, но крепкая Сашина рука усадила меня обратно. – Стриптиза – это харашо, – заулыбался Сархат. – Ты-то хоть не подъебывай, – вздохнул я. – Только проблема в том, что я никогда его не танцевал. – Чеширский кот тебе в помощь, – похлопала меня по плечу Саша и кивнула на мой телефон. – Илларион, еще раз привет, – начал я разговор. – Ты очень удивишься, но мне снова нужна твоя помощь. – С какого языка нужен перевод? – с готовностью отозвался Чешир. – Нет, – я оглядел друзей, громко вздохнул и сказал, – ты можешь научить меня танцевать стриптиз за пару дней? – Хм… – Илларион ненадолго замолчал. – А у тебя есть хоть какие-то навыки? – С семи до десяти занимался бальными танцами, – ответил я, краснея. – С семи до десяти вечера, каждый день? – уточнил Илларион. – Похвально. – С семи до десяти лет, – поправил его я. – Ну это хоть что-то, – вздохнул Чешир. – Давай так… Через два часа жду тебя в своей студии на Садовой. Это вроде бы недалеко от вас. С костюмом, в котором будешь выступать. Там все и обговорим. Еще и костюм… Вот почему, когда ты просто хочешь кому-то помочь, сам оказываешься в глубокой жопе? Или, еще хуже, ты вынужден показывать свою голую жопу совершенно незнакомым тебе людям?