"Пьяный павлин"

Когда-то, в глубоком детстве, мне выпало одно испытание, которое я с треском провалил. А нужно было всего лишь прочитать стихи на концерте, посвященном Дню учителя. Я выучил стихотворение наизусть, и мы с мамой долго репетировали его перед зеркалом. И что вы думаете? Как только я оказался на сцене и увидел перед собой зал, заполненный учениками и учителями, слова застряли у меня в горле. Я стоял и смотрел на зрителей, а в голове у меня бушевала настоящая буря, называющаяся истерикой. После похода в барбершоп я вернулся домой и до вечера репетировал танец, который придумал для меня Чешир. Торопиться мне было некуда, так как в этот день у меня был выходной, поэтому я решил до танцевальной студии пройтись пешком. Захотелось немного подышать атмосферой грядущего праздника и полюбоваться красочными новогодними витринами. Напитавшись хорошим настроением, я пришел к Иллариону бодрым и веселым. – Ну-с… – Чешир потер руки, – давай посмотрим, что у нас получилось. Сначала без костюма. Мы несколько раз прошли танец просто так, потом Чешир научил меня эффектно снимать костюм, и я попробовал исполнить все самостоятельно. – Ну как? – в очередной раз спросил я Иллариона. – Все хорошо, но… – Чешир почесал кончик носа пальцем, – понимаешь, нет экспрессии. – Как нет? – возмутился я. – Я жопой кручу, как миксером, у меня уже спина вся мокрая, а экспрессии нет? – Понимаешь, в танце должен быть кураж, – вздохнул Илларион. – Ну вот смотри, – и Чешир включил на бумбоксе танцевальную музыку. Я был в восторге от его движений. Нет, не подумайте, что меня он возбудил. Я смотрел на него с чисто профессиональной точки зрения. Чеширский кот в танце полностью соответствовал своему прозвищу. Грациозный, и в тоже время достаточно мужественный, он походил на черную пантеру в прыжке. Каждый мускул его тела вторил мелодии, и ритм танца сливался с его движениями. – Класс! – захлопал я в ладоши, когда музыка замолчала и Илларион замер возле шеста. – Только я все равно не понял, что я делаю не так. – Понимаешь, танец должен идти изнутри, а ты просто выполняешь заученные движения, – тяжело дыша, ответил Илларион. – Знаешь… – я сел на одну из скамеек и вытер лицо влажной салфеткой, – я вообще сомневаюсь, что смогу станцевать даже так, как сейчас. – Причина? – Чешир подошел ближе, делая глоток воды из бутылки. – У меня боязнь зрительного зала, – я взял у него бутылку и тоже сделал несколько глотков. – У тебя есть время? – Чешир накинул себе на плечи рубашку и начал ее застегивать. – Я совершенно свободен, – кивнул я. – Тогда предлагаю поужинать где-нибудь и поболтать, – он стянул со своих ног легкие тапочки и надел теплые ботинки. Ресторанчик, который мы выбрали, был по-домашнему уютный и маленький. Всего шесть столиков, закрытых друг от друга низкими стенками, приглушенный свет, тихая музыка. Это все, что нужно человеку, чтобы немного расслабиться после тяжелого трудового дня. Ну, и конечно, хорошая и вкусная еда. – Я расскажу тебе, как сам первый раз вышел к пилону, – начал Чешир, разворачивая салфетку. – Я нигде не учился танцам, но танцевал всегда, сколько себя помню. Так вот… Как и многие, я приехал сюда из небольшого городка, полный надежд и амбиций. Поступил в универ. Денег катастрофически не хватало. Все, что присылали родители, уходило на учебу. Перебивался мелкими заработками. В общем, жил как все. Однажды друзья вытащили меня в ночной клуб. Пить мне было не на что, и я пошел на танцпол. Там меня и заметил продюсер танцевального шоу. Пригласил на пробы. Меня взяли в труппу большого клуба. Дали несколько уроков и, наконец, выпустили на сцену, – Илларион на минуту прервался, чтобы сделать заказ официанту, и продолжил рассказ. – Я вышел к пилону и замер. На меня смотрели сотни глаз. Все ждали от меня танца, а я… Я не мог двинуться. Тело сковало цепями, а в горле встал тяжелый комок. И тут я увидел его… Он смотрел на меня и улыбался. Это был Максик. Он подмигнул мне, и я вдруг понял, что буду танцевать только для него. И знаешь… У меня все получилось. Уже потом я где-то прочитал, что психологи именно так и рекомендуют бороться с боязнью сцены. Нужно просто выбрать одного человека в зале и выступать для него. И еще одно… – Чешир кивнул официанту, который принес наш заказ и, улыбнувшись мне, добавил, – главное, не сорвись, когда тебе в трусы будут деньги засовывать. – А что в этом такого? – удивился я. – Ну… ты натурал и тебе могут быть не очень приятны касания мужских рук в необычных местах, – засмеялся Чешир. При мысли о прикосновениях к моим необычным местам я напрягся. Держать себя в руках, когда тебя лапают мужики, будет трудно, но для себя я решил, что потерплю. Я выполняю благородную миссию, значит должен выдержать и это. Наступил день «Х». Сказать, что я волновался, это ничего не сказать. Меня начало потряхивать уже к обеду и на работу я пришел уже взвинченный до предела. – Сколько можно обжиматься! – рявкнул я на Санька и Клавдия, которые мирно сидели в комнате отдыха и пили кофе перед рабочей ночью. – Лучше пройдите по всем помещениям и проверьте, все ли готово к открытию. – Тим, ты чего сегодня такой? – спросил меня невозмутимый Клавдий. – Нервничаешь? – Ничего я не нервничаю, – я равнодушно пожал плечами. – Если меня освистают, я не особо расстроюсь. Я же тут охранник, а не стриптизер. – Логично, – улыбнулся Санек, – но лично я бы зассал танцевать. Как назло, или, наоборот, к счастью, народа в этот день пришло очень много. То ли просто из-за того, что это был пятничный вечер, то ли из-за рекламы, данной в интернете, но клуб был заполнен до отказа. Даже на улице стояла очередь желающих попасть внутрь. – Ты как? – спросила меня запыхавшаяся Саша. – Очкую, если честно, – признался я, выпивая шестую чашку кофе за вечер. – Может, тебе водки налить? – предложила она. – Хотя… лучше не стоит. Короче, ты держись! Я пошла выступать. Жду танца! – сказала Саша и, чмокнув меня в нос, убежала в ресторан. – Все идет по плану, – сообщил мне Стас, показывая на коробку, стоящую на барной стойке. – Люди активно жертвуют деньги. Ты чего-то бледный, – покачал он головой. –Нервничаешь? – Если еще кто-нибудь спросит, нервничаю ли я, в морду дам, – мрачно ответил я, наливая очередную чашку кофе. В этот вечер досталось всем. У Стаса за барной стойкой был такой аншлаг, что они с Гошей даже поссать отойти не могли. Санек на входе в клуб пытался удержать желающих попасть внутрь, Клавдий метался по танцполу и ресторану, гася любые нежелательные ситуации. В довершение всего мы услышали из ресторана Сашу, которая пела «Мурку». Потом началось травести-шоу и, наконец, весь народ собрался на танцполе. На середину зала вышла Люська и громко объявила: – А теперь гвоздь нашей программы! То, что вы так долго ждали! Встречайте! Мечта любого мужчины в нашем клубе! Строгий, но справедливый! Прекрасный и недоступный Тимофей Тимошкин!