"Пьяный павлин"

Я очень люблю русские поговорки. Они так точно передают человеческие проблемы, как будто их писал настоящий психолог. Например: работа не волк, в лес не убежит. Эта поговорка как нельзя лучше характеризует отношение русского человека к работе. Или: баба с воза, кобыле легче. Это уже понимание мужчиной проблем совместного проживания или брака. Ну, и моя любимая: любовь зла, полюбишь и козла. Она идеально передает суть нелегких любовных отношений. Согласитесь, практически у каждого есть своя история, которая будет точно соответствовать поговорке. И ведь порой любим мы этих самых коз и козлов так, что пытаемся оправдать их гнилой характер и пакостные действия. В моем случае поговорка про козла несколько неактуальна. Скорее – видит око, да зуб неймет. Обидно… Ведь головой я понимаю, что Саша для меня недоступна и френдзона огорожена колючей проволокой с током. Но ничего с собой не могу поделать! – Как там наш сын гей-клуба поживает? – Саша присела рядом со мной у барной стойки и забрала мою чашку с недопитым кофе. – Нормально, – ответил я. – Мелкий, а жрет как взрослый мужик. Капусту любит и сосиски. Вчера из-за него пришлось солянку готовить. – А чего такой скучный сидишь? – Саша отхлебнула холодный кофе и поморщилась. – Знаешь… – я вздохнул и забрал у нее свою чашку, – стыдно признаться, но мне он нравится. Вернее, нравится мне не сам Мурзик, а то, что он есть. – Какой Мурзик? – удивилась Саша. – Ты кота еще, что ли, завел? – Не, – покачал я головой, – мне показалось, что ему больше имя Мурзик подходит. Знаю, что оно кошачье, – остановил я Сашино возражение взмахом руки, – но Мразик звучит как-то грубо. И вообще… оказывается, очень приятно, когда тебя дома кто-то встречает. Даже если это радостный клубок шерсти, который прыгает к тебе на руки и лижет нос. А еще с ним можно разговаривать. Он слушает, как человек… только сказать ничего не может. – Ты просто понял, что одинок, – Саша погладила меня по плечу, – и именно наличие собаки тебе это и показало. – Как бы то ни было, – я поднялся со стула, показывая, что душевный разговор закончен, – его придется отдать хозяйке. И я это сделаю сегодня сам, как и договаривались. А придумали мы вот что: рано утром принести собакена в подъезд дома Меченого, и оставить его там с запиской о том, что похищение ложное и денег не нужно. Оказалось что дом, где живет Меченый, находится буквально в десяти минутах ходьбы от клуба, на соседней улице. Наш уборщик Сархат договорился с местным дворником, своим же собратом-таджиком, и тот за небольшое вознаграждение передал нам ключ от черного входа. Дальше дело техники. Мурзика ко мне на работу привезет Мавроди, а я отнесу его хозяину. Ровно в три часа ночи на пороге клуба нарисовалась широкая фигура Мавроди с сумкой-переноской в волосатых ручищах. Кир было высказал желание немного осмотреться и даже потусить на халяву, но я уговорил его этого не делать, ибо еще одной сцены с минетом я бы не пережил. Мавроди уехал, а я, погладив Мурзика по серебристому загривку, засунул его за пазуху и решительно вышел на улицу. – Скоро ты будешь дома, Мурзилка, – сказал я себе в ворот куртки. Собака высунула оттуда холодный мокрый нос и лизнула меня в щеку. – Знаю, что ты рад. Тебя там холили и лелеяли. Кормили разными фуаграми и черной икрой, – Мурзик посопел мне в ухо и положил морду на плечо. – Я сейчас тебе кое-что скажу, только обещай, что ни одна живая душа не узнает об этом. – Пес громко чихнул, поймав носом снежинку. – Я буду скучать по тебе, Мурзилка, – и, словно в ответ, теплый собачий язык лизнул меня в ухо. Я сделал все, как мы запланировали. Достал ключ от черного входа из щели между кирпичами, открыл дверь, тихо пробрался в пространство между лестницей и лифтом, стараясь не разбудить храпящую консьержку, вынул Мурзика из куртки и, сунув в застежку его ошейника записку, слегка подтолкнул его к лифту. – Все… беги, малыш! – сказал я и, не оборачиваясь, вышел из подъезда. Я вернул ключ в ту же щель между кирпичами и, кутаясь в куртку, быстрым шагом пошел в сторону клуба. – Как все прошло? – спросил меня обеспокоенный Стас. – Оставил собаку в подъезде, – ответил я, наливая себе в стакан виски. До конца работы оставалась всего пара часов, и я вполне мог себе позволить немного выпивки. – Слава богу, – Стас перекрестился, – избавились от него. – Ага, – ответил я, – избавились, – и плеснул себе еще вискаря. Клуб быстро опустел. Последней уходила шумная компания артистов травести-шоу и поваров. Я надел куртку, нахлобучил на голову шапку-пидорку и, попрощавшись со Стасом и дядей Вовой, вышел на улицу. Не успел я сделать несколько шагов, как ко мне под ноги кинулся темный комок и мячиком запрыгал вокруг меня. – Мурзоид? – опешил я и, нагнувшись, получил теплым языком в нос. – Мурзоид! Ты что тут делаешь? – я поднял на руки повизгивающую от радости собаку и погладил по пушистой голове. – Ты же должен сейчас жрать свою фуа-гра и лежать на шелковых подушках! – Откуда он тут взялся? – спросил догнавший меня Стас. – Наверное, кто-то его из подъезда выпустил, – пожал я плечами, пытаясь успокоить тявкающего Мурзика. – И что теперь делать? – расстроился Стас. – Придумаем еще одну комбинацию, – ответил я и привычно сунул пса за шиворот куртки. Новый план был сложнее, но надежнее. Мы решили проследить, в какое время Меченому по утрам подают машину и подсунуть собаку в нее. – Значит, так, – доложила нам Саша через пару дней, – водитель приезжает за Меченым каждый день ровно в восемь утра. Ставит машину в определенное место. Кстати, очень удачное место. С одной стороны контейнер с мусором, с другой кусты. Главное, быстро открыть машину, подкинуть собаку и записку с извинениями. – А сигналка? – спросил Стас. – Да пусть пищит, – пожал я плечами, – есть возможность спрятаться в магазине. Он как раз около стоянки и работает круглосуточно. – Тогда может прокатить, – кивнула Саша. – С богом, товарищи! Уж не знаю, был ли в то утро со мной бог, только машина открылась простым подергиванием ручки. Сигнализация тоже не сработала. В общем, как я понял, водила просто хлопнул дверью и пошел за хозяином. В принципе, никто в здравом уме и твердой памяти не осмелился бы угонять крутой Роллс всем известного криминального авторитета. Вот поэтому шофер и проявил такую халатность. Я быстро посадил собаку на заднее сидение машины и хлопнул дверью. Мурзик тоскливо завыл и заскрёб лапками по стеклу. – Удачи тебе, псинка, – вздохнул я и быстро пошел прочь со двора. Знаете… оказалось, что можно очень быстро привязаться к кому-то. Лично я никогда не думал, что тявкающий комок шерсти может приносить столько радости. Что такая мелкая живая тварь способна раскрасить твою жизнь разноцветными красками. И никак не мог предположить, что будет так больно отрывать от себя это маленькое мохнатое существо с умными карими глазками.