Путь Белого Волка.

Пробыли мы с мамой довольно долгое время в гостях у Роттонов, не заметили и того, как быстро наступил долгожданный закат. Казалось, ничего более волнительного и не может произойти в жизни… -Ауру-Ру ты снова задумалась? — где-то позади раздался голос Элис, взывавший к вниманию, — Ты такая тихая! Никакого веселья! — красноглазая резко повернула голову в сторону девочки, что довольно и жизнерадостно каталась на стуле, внимательно смотря в красные омуты. -Какое должно быть в твоём понимании веселье? — поджав губы спросила беловолосая, прищурив глаза. -Ну сама по суди: сегодня мы увидим волков наших матерей! — закатив глаза, с улыбкой пояснила желтоглазая, задумчиво крутя в руках одну из своих косичек, -Мы через год тоже сможем также, представляешь?! — от громкости детского голоса Аура невольно вздрогнула. Не став слушать более этого шума, молодая волчица отвернулась обратно к окну, в которое она смотрела. Как только первые лучи солнца погаснут, сущности всех взрослых людей начнут просыпаться. Каждый раз это заканчивалось либо драками между волками, либо даже убийствами. К сожалению, многие люди не умели контролировать своих сущностей и зачастую именно из-за этого происходили подобные инциденты. Чаще всего подобным занимались альфы, гаммы и дельты. Последние в меньшей степени. И обычно страдали от этого омеги. Изнасилование тоже было в числе этих страшных поступков. Лишь не многие сохраняли благоразумие… Из пучины раздумий вывел лишь голос матери. Созерцание белого вечернего покрова снега больно отразилось в глазах, заставляя протереть их руками. -Дорогая, мы уже скоро превратимся, идём скорее! — только и было слышно перед тем как дверь в дом закрылась, оставляя в помещении лишь тишину и возящуюся где-то в коридоре Элис. Резво спрыгнув со стула, девочка двинулась в сторону выхода, ощущая: как быстро и взволнованно колотиться сердце. — Элис, скажи: тебе довелось увидеть превращение своих родителей? — от чего-то задала вопрос Аура, посмотрев на миловидное личико подруги. Только ротик громогласной личности открылся, как из-за угла вышел мужчина, как принято говорить «в самом расцвете сил». У него были слегка кучерявые огненно-каштановые волосы, немного угловатые черты лица и нос с горбинкой. Глаза отливали серебром. -Нет, она никогда ранее не видела нас в виде волков, — с легкой и спокойной улыбкой проговорил мужчина, поправляя на голове дочери шапку, немного хмурясь от усердия. Не стоило даже принюхиваться, чтобы почуять запах, исходивший от него. Сильный и яркий запах пряностей, слегка отдувавший перцем. Альфа… -Понятно, — девичьи глаза с недоверием посмотрели в спокойные глаза альфы, что пытался утихомирить свою активную дочурку от бесконечной болтовни.- Надеюсь что вы не будете…кхм… ТАКИМИ., — последнее слово девочка выделила, привлекая тем самым немного хмурый взгляд главы семейства. -О, вижу ты знаешь, да? Что ж, не переживай: я умею держать своего зверя в узде и не теряю над ним контроль, — в миг лицо альфы приобрело спокойствие и умиротворение, заставляя юную Эскер фыркнуть от противоречия, возникшего в ней, — Ты можешь мне доверять, я никогда не обижу других, — серебристо серые глаза твёрдо посмотрели в алые глаза напротив, терпя белые волосики на макушке у девочки. Улица встретила их холодом, темным небом и… луной. Она была яркая как никогда и идеально круглая. Вокруг неё было множество звезд и даже свет города не затмевал их. Снег под ногами мелодично хрустел, словно напевал таинственную песню маленьким слушателям. Девочки с восхищением и предвкушением прошли вперед, не замечая, как от них отстал старший Роттон. Да и скорее бы, они бы и вовсе про него не вспомнили, завороженно вглядываясь в ночное, пропитанное магией небо. И, наверное, это могло продолжаться вечно… Однако, негромкий, но четкий голос волка сзади их спин заставил обернуться. Аура уж не знала, что творилось в душе у полностью шокированной подруги, да и знать собственно не хотела. Ей и без того было…страшно? Наверное впервые в жизни она ощутила страх. Противный, леденящий, казалось, само нутро. Перед взором предстал огромных размеров волк. Его шерсть отливала рыжим, даже можно сказать, огненным цветом, с примесью серебра от света луны. Но глаза смотрели с той же добротой и нежностью. -Папа? — беловолосая даже не успела и рта раскрыть, как это уже сделала Элис, делая шаг к огромному альфе. В этот момент что-то неумолимо сопротивлялось в маленькой детской душонке. Хотелось тот час остановить её, схватив за руку и отодвинуть от этого волка её максимально далеко. -«Но ведь…это её отец…» — с замешательством подумала Эскер, пристально прожигая своим взглядом существо, не замечая двух волчиц рядом с ним. Заметила она их уже позже, когда она невольно отвела взгляд и изумилась ещё сильнее. Омега отливающая серым, даже немного стальным цветом шерсти, смотрела снисходительно на дочь, что всеми силами старалась запомнить этот столь необычный образ матери. Её шерстка была слегка кучерявой и от этого невероятно мягкой на вид. А алые и столь родные глаза, даже в волчьем обличии, светились той теплотой и любовью, с которой ты переставал чувствовать опасность. Лишь защищённость. Как в самые уютные ночи. С родной душой рядом… Волк, наблюдавший всё время за уже любопытной дочуркой, одобрительно кивнул головой, что-то тихо гавкая себе под нос и обращая свой взор серых глаз на слегка более темную омегу возле себя. Он осторожно обнюхал щеку волчицы, а после с нежностью несколько раз лизнул её. Однако омега виду не подала. Лишь кокетливо бросив взгляд на мужа думая, что этого жеста никто кроме них двоих не заметит. Непроизвольно холодные губки тронула улыбка. Всё же, даже взрослые ведут себя как дети. Легонько улыбнувшись, девочка спокойно подошла к матери, буквально не отрывая глаз. Вот она. Тот самый близкий и родной человек. Что уж тут скрывать, даже в обличии волка она выглядела просто бесподобно. Волчица фыркнула, наблюдая за дочерью, а после слегка касаясь носом щеки ребёнка, осторожно и нежно лизнула её. -Мам, ну фу! — вырвалось случайно у девочки, заставляя непроизвольно потрепать мягкую серебристую шерсть омеги. -Аура! — раздался голос Элис. Беловолосая обернулась на звук и почти сразу же закатила глаза, наблюдая за подругой, — Я даже не думала, что это так круто! — вновь прокричала радостная девчушка, гордо восседая на спине своего отца, крепко держась руками за шерсть. -Элис, скажи: почему всегда когда что-то с тобой происходит, это что-то — постоянно нелепое? — открывая глаза, которые она успела благополучно закрыть, спросила, нет даже не так, с некой властностью произнесла девчушка, складывая ручки перед собой. Нет ну серьезно! Временами даже казалось, что у этого рыжеволосого нечта совсем нет тормозов! Что-то массивное было положено на голову Ауры, вызывая приступ оцепенения, а затем короткого смешка. Серая волчица преспокойненько сидела рядом с дочерью, положив голову на её затылок. Казалось, её вообще ничего не смущало. Однако малышку, привыкшую к личному пространству это просто нервировало. И не успела она даже ничего возразить или возмутится, как её, подобно щенку, закинули на спину зверя, выбивая из груди громкий вскрик. Кажется, веселье только начинается… И действительно: в следующий миг в лицо сразу же дунул острый и колкий холодный ветер, от которого в ушах засвистело. Было страшно открыть глаза, не то что хоть как-то двинуться. Сердце бешено колотилось где-то в груди, а слепяще холодные частицы снега неприятно били по коже. Что уж там, малышка даже не знала как там дела у подруги и её семьи! Ей просто было безумно страшно. Скорость, однако, потихоньку стала спадать и только тогда Аура решилась хоть как-то отцепится от шерсти матери и осмотреть окружение. Отрыв глаза и слегка разжав хватку за шерсть волка, девочке открылся невероятной красоты пейзаж: изумрудно- чёрные кроны хвойных деревьев, укрытые серебристым снегом, очень снежная, словно сотканная из облаков, поляна и замерший ручей, опоясывающий эту поляну. От красоты этого места невольно замерло дыхание, а глаза так и вовсе неотрывно глядели на эту картину. -Э…это просто потрясающе., — слова сами вырвались из груди, заставляя непроизвольно выдохнуть тот трепет восторга, засевший в душе. Больше ни слова ни сказала она, лишь продолжила смотреть на высокие ели и пушистый снег, лежащий на поляне.