Брошенный

По прошествию месяца Хосок не так остро реагировал на своих опекунов, а точнее на их взгляды и прикосновения, пару раз он даже срывался и запирался в своей комнате, из-за того, что непонятное чувство охватывало его. Намджун отвозил его в школу, а Сокджин частенько забирал, после чего они всегда ехали домой и проводили вечера вдвоём, ждя, когда придет Нам и они все вместе будут смотреть фильмы. Пара старалась дарить своему мальчику максимальное количество ласки и заботы. Намджун всегда встречал с широкой улыбкой Джина прижавшего к груди подростка, который увлечённо что-то ему рассказывал. Четверг был для Хо самым скучным в школе, на самом деле, хоть и перевёлся он почти посередине года, на него не особо обращали внимание. Все считали, что он самый обычный и что с него взять? Некоторые даже открыто высказывались что ему тут не место и совсем не рады. Но парень и сам не пытался влиться куда-то, он просто ждал, когда закончатся уроки и его заберет Джин. Его хёны правда стали для него некой семьей, только иногда он, совсем «неосознанно», пытался прижаться совсем не невинно. Ложь. Самая настоящая и грязная какая могла быть, Чон в душе проводил многовато времени из-за того, что он просто не мог подрочить как все парни его возраста. Все образы полногрудых красоток разбивались о двух горячих парней, что в это время хитро улыбались и слышали всё что творится в ванной. Сегодняшний четверг не отличался особо нечем, всё та же неудобная форма, машина что забирала четко по расписанию звонков, дом. Но шестое чувство подсказывало, что сегодня не всё так просто. После того, как Хосок переоделся и пришел к Сокджину в гостиную, он сразу заподозрил что-то неладное. Старший сидел, будто не здесь, а где-то в своих мыслях. Брови слегка нахмуренные, а лицо — сосредоточенное. Атмосфера в комнате висела соответствующая: давящая и слегка раздраженная. Парень уже хотел уйти, вдруг опекун сейчас не в настроение с кем-либо разговаривать. Но Ким повернул голову на звук шагов и слабо улыбнулся, подозвав к себе. Переборов себя в плане страха быть только ещё большим источником раздражения, Чон присел рядом. —Милый, что такое? —Мхм, ничего, просто вы выглядели таким…—Хо подставил указательный палец к нижней губе и задумался, а как же на самом деле выглядел опекун? Горячо или же слишком сексуально? Да, черт возьми! Все-таки собравшись с силами он выдавил из себя—будто вас разозлили. —Да? Даже не заметил, ну что ты милый, — Джин потрепал по щечке парня, — просто на Намджуна свалились документы японских филиалов и, похоже, сегодня он не придет вечером, будет только поздно ночью, и поэтому мы проведем этот вечер вдвоём. —А, надеюсь, с ним будет всё хорошо? Он же сильно устанет и как тогда пойдет завтра на работу? Он же придет и обязательно поест, да? — Хосок не на шутку испугался за Джуна. Он впервые слышал такое от старшего и стал переживать. Резко прижавшись к Киму, Хо даже не заметил как стало быстро биться его сердце, а старший это подметил и стал успокаивать мальчишку. Мягкие поглаживания по боками и теплые поцелуи в кудрявую макушку успокаивали, если бы Чон умел мурлыкать, он бы с радостью стал это делал прямо сейчас. Сокджин рассказывал, что всё будет отлично, говорил о том, что Намджун большой и сможет позаботиться о себе. Вечер прошел хорошо, в компании хёна всё всегда проходило хорошо, классный фильм, горячий чай с мятой и шутки от которых улыбаешься искренне. Когда они разошли по свои комнатам, Чон упал на кровать и хотел было уже провалится в сон, но раскат грома выдернул из дремоты. Резко пошел сильный дождь, крупные капли нещадно барабанили по стеклу и разбивались. Встав с кровати, он направился на кухню, сейчас дико захотелось пить, наверное, это было от острой курицы, которую он ели с Сокджином. Выйдя из комнаты, Хосок уже хотел пойти в сторону кухни, но тихие всхлипы, которые можно было спокойно отличить из-за тишины, прерываемой громом, он уловил спокойно. Нахмурившись, Чон остановился и, прислушавшись, понял, что всхлипы доносятся из комнаты опекуна. Постучавшись, он приоткрыл дверь. В проеме сначала показалась макушка, а после подросток полностью зашел в комнату. Джин никому и никогда не говорил, что боится грозы, да как маленький ребенок, но страх, который был у него перед грозой, он бы не смог сравнить ни с чем. Услышав скрип входной двери, Ким поднял голову и перестал так крупно дрожать, он усмехнулся и понял, что сегодня эта ночь предвещает что-то горячее. Подросток переминался с ноги на ногу и не поднимая головы, тихо спросил: —Что-то произошло? Почему вы плакали? —Хосок-а подойди—Джин присел на кровать и оперся спиной о плетеное изголовье, Хо спокойно подошел к кровати и залез на неё. В комнате опекунов он бывал, и не раз, они часто по выходным ложатся и просто обсуждают какие-либо события за неделю. Чона сразу заключили в теплые объятия и шумно выдохнули в макушку, от чего подростку стало слегка щекотно, и он тихо рассмеялся. Но вот ему совсем стало не до смеха, когда опекун стал аккурат вести своим носом и спускаться на шею. —С-Сокджин? Чт… —вопрос так и не был озвучен из-за чужих губ, что бесстыдно прижались к его собственным. Воздух в комнате будто стал резко плотнее, а легкие забыли как функционировать. Горячие руки Кима, что недавно покоились на поясе, забрались под пижамную футболку. —Хосок, черт, ты просто не представляешь, как я долго хотел этого, пожалуйста, я не сделаю что-либо без твоего согласия и больно тоже. Обещаю! Позволь, мне сделать тебе хорошо, — Джин горячо шептал это всё в шею Хо, из-за чего парень тихо заскулил. Все мысли резко стали такими ненужными, голова была совершенно пуста. Будто мозг превратился в подтаявший зефир, и полностью отказывался работать. Осторожно уложив подростка на кровать, Джин тихо рыкнул и посмотрел затуманенным взглядом на парня. —Скажи мне прямо сейчас, ты готов или мне стоит остановиться, потому что потом даже не надейся, — Чон кивнул и вцепился руками в пижамную рубашку Кима. Сейчас он готов бесстыдно умолять, чтобы старший не останавливался. Комната плыла перед глазами, а по телам пускали электричество. Безумие полнейшие. По-другому это описать нельзя, все скрытые желания что прятались под замками обоих вырвались наружу. Самые грязные мысли, обнажились и стали управлять всем. Конечно же, Джин ослушался своего парня и Намджун это поймет, но когда Сокджин пригласит всё-таки Хо к ним в постель, Джун удивиться что подросток сам хочет этого. Но сейчас его, к сожалению, нет. Верхний снял с молодого тела футболку и стал осыпать грудь мокрыми быстрыми поцелуями. Губы слегка саднили и покраснели и Джин стал спускаться ниже. Что бы не казаться бревном Хосок обхватил плечи старшего и стал немного царапаться через ткань. Ким понял и быстро снял ночную рубашку, Чон чуть не застонал от вида, что открылся ему. Опекун никогда не оголялся перед ним, но сейчас он вполне мог всё увидеть. —Извини меня хён, но я неопытен и боюсь что-то сделать, — подросток дико покраснел и закусил губу, Джин, что наблюдал за ним, плотоядно оскалился и навис над Чоном. —О, всё в порядке, мы научим тебя, а пока, — Ким оперся о локоть и стал снимать с тонсэна пижаму, —Малыш, просто насладись. Сняв пижамные штаны вместе с бельем, старший шумно сглотнул, у его названого сынишки, стоял. Аккуратный член чуть прижимался к подтянутому животу, сам же парнишка находился где-то в прострации. Его глаза плотно закрыты, а с губ несдержанно слетали тихие молитвы, чтобы Сокджин не останавливался, розовый язычок, то и дело, что проходился по нижней губе, из-за чего она слегка поблескивала. Рыкнув в шею подростка, Ким сильно укусил его, из-за чего Хо захныкал чуть громче, и стал потираться своим стояком о ногу парня. Вернув себе самообладание, верхний осторожно положил ладонь на член и стал двигать ей плавно. Хосок стал стонать и никак не мог посмотреть на топа, всё-таки пересилив себя, он взглянул в карие глаза напротив и почти сразу же откинул голову назад. Рука опекуна обхватывала полностью всю плоть. Внутри черепной коробки вселенная пару раз взрывалась, а потом опять приходила в норму. Но все это резко померкло после того, как младший почувствовал горячее дыхание в паху. —Хён, стой, не надо! — только вот его уже никто не слушал. Губы Сокджина плотным кольцом обхватили плоть. Полностью взяв в рот достоинство младшего, Ким завел его за щёку и стал толкать. Член аккуратный и маленький, из-за чего отлично помещался во рту. Капельки смазки, что выделялись из уретры, Джин проглатывал со слюнной. Для него это было лучшей сладостью на свете, их мальчик оказался таким сладким и невинным, что срывало крышу ко всем чертям. Ощутив, что он сейчас кончит, Хосок стал пытаться это сказать, но изо рта выходили только несвязные звуки. Джин понял это, по легкой дрожи в бедрах, поэтому стал активнее двигать головой. Челюсть уже ныла, но остановился он только когда почувствовал солоноватые капельки на кончике языка. Всё проглотив, он поднялся и посмотрел на пассива. Чон закрыл лицо руками, а коленки лихорадочно тряслись. Опустившись рядом, он обнял его и уткнулся в шею, сын отнял руки от лица и повернувшись обнял в ответ. Сокджин стал гладить парня по плечам, и тихо шептать о том, какой он хороший и прекрасный. Хо посмотрел на старшего и чмокнул в губы, после уткнулся ему в изгиб шеи и уже через пару минут еле слышно сопел. Тихо рассмеявшись, Ким старший зарылся в кудряшки на голове парня и тоже заснул.