Love flows under my skin

      Хансолю легче в машине не становилось - тело по-прежнему напоминало кусок неподъемного свинца. Всю дорогу Джонхан что-то разъяренно кричал, а телефон, упавший на пол, истошно просил, чтобы приняли звонок.       - Ханни… - полустон, полумольба.       - Сейчас, малыш. Потерпи. Мы уже почти приехали, - старший нервно ударил по рулю раскрытыми ладонями, едва успевая аккуратно вписаться на пустое парковочное место.       - П-прости..       - Тебе не за что извиняться, - хлопок двери, и вот мальчишку уже выносят из машины.       - Я.. я..       - Что ты?. Чшшшш.. - злость смешивалась с беспокойством. - Всё в порядке..       Соль облокотился о стену лифта. Все хотелось объяснить, но мальчишка понимал всю безуспешность этого мероприятия.       - П-прости.. Я не заслуживаю тебя..       И словно в подтверждение этих слов, Соля вывернуло на пол лифта.       - Теперь ещё убирать за мной, - почти прошептал младший.       - Я вызову уборщика. Не переживай. Пойдем, - он прижал Соля к себе и повел к квартире.       - Спасибо, хён..       - Прекрати, Ангел.       Свет в прихожей неприятно слепил глаза. Мальчишка практически на ощупь направился к ванной, чтобы смыть с себя весь этот позор. Он никогда не думал, что простое выступление в клубе может обернуться таким кошмаром. Джонхан тем временем звонил в клининговую службу, и от этого становилось ещё противнее.       Снова почти слепящий свет, от которого кружится голова. Хансоль судорожно пытался расстегнуть пуговицы на рубашке, но пальцы не слушались. На грудь стали падать крупные градины слез.       - Помочь? - послышался усталый голос из-за спины.       - Я сам..       - Да я вижу, как ты сам, - Джонхан поставил небольшую коробку на машинку и развернул мальчишку к себе.       Старший начал расстегивать рубашку на Соле, а тот боязливо перевел взгляд на машинку. Это была аптечка с лекарствами. Абсолютно новёхонькая.       - Сейчас выпьешь таблетки, и всё будет хорошо, - пытался успокоить Джонхан.       В воздухе повисло молчание. С рубашкой, как и с джинсами, было довольно быстро покончено, и пустоту заполнил звук воды, мерно разбивающейся о стенки ванной.       - Тебе, наверное, надо ещё принять душ. Как закончишь здесь, приходи в спальню. Я сейчас достану плед. Ты весь дрожишь.       Дверь захлопнулась, оставив Соля один на один с самим собой. Он выпил лекарства и сполз вниз по прохладному кафелю. Хотелось разбить себе голову за собственную доверчивость, и возможно таков и был бы исход, если бы хрупкое тело нашло в себе силы для этого. Вместо этого пара глухих ударов о стену и рука, тянущаяся за хлорным порошком. Он должен быть чистым для Ханни.       Джонхан тем временем нервно метался из угла в угол. Дрожал от негодования. Свежая простынь ложится волнами, но никто не стремится ее поправлять. Не сегодня. Щелчок выключателя отвлек от неинтересного занятия, и старший развернулся на пятках и замер. Такой хрупкий, дрожащий от холода птенчик в большом махровом полотенце.       - Подойди ко мне, Ангел, - а внутри теплота разливается.       И Соль послушно семенит босыми ногами к сидящему на кровати старшему и с опаской спускает с плечей свою защитную мантию.       - Ты.. Ты можешь.. н-наказать меня.. - голос дрожит и теряется в коротком всхлипе.       - Не хочу. Не за что, - и словно не он рвал и метал получасом ранее. - Хочу любить тебя, Ангел. Позволишь?       И как тут не позволить, когда от этого шепота ноги подкашиваются, а от мягких поцелуев внутри все кипит и плещется?       Спина мальчишеская касается прохладной простыни, кожа мурашками покрывается, но их уже Джонхан губами собирает осторожно. Видит все эти ссадины и плакать готов от боли и нежности. Зацеловывает-зализывает ранки, ловит с губ стоны, перехватывает запястья и мягко кладет себе на плечи.       И обоим хорошо и правильно, потому что так и должно быть. Потому что друг друга и ждали. Потому что любят.       Соль жмется так отчаянно и горячо, что Джонхану крышу рвет и он почти срывается на животный рык. Пальцы в волосах путаются, а на шее мальчишки новые цветы расцветают, которым он только рад.       - Ангел.. - целует куда-то в мокрый висок и прижимает к себе утонувшее в неге хрупкое тело. - Люблю тебя.       Соль мурчит что-то о любви в изгиб шеи и касается губами почти невесомо.       - Я тебя почти не слышу. Ты слишком тихо мурлычешь.       Мальчишка прыскает от смеха и отлипает от шеи старшего.       - Люблю тебя, говорю.       - И? - Джонхан мягко улыбается.       - Я твой ангел.       - Мой..- хрипотца в голосе.       - А ты мой спаситель.. - засыпая, шепчет Соль и крепко обнимает.       “Только вот от себя спасти не могу..”, - старший вздыхает и утыкается носом в макушку заснувшему мальчонке, укутывая того одеялом.