Love flows under my skin

      После школы Хансоль поехал домой к Эскупсу. Сегодня семейство Чхве должно было оформлять опекунство над мальчиком.       - Хён, это я! - распахивая входную дверь и снимая ботинки, проговорил блондин.       - Пойдём на кухню. Я приготовил нам поесть. Все равно родители будут только через час, - появившись в дверном проеме с полотенцем на плече, проговорил Купс.       От его внимания не ускользнули многочисленные синяки и следы рук на теле Соля. У старшего быстро в голове сложилась картинка, поэтому, вмиг посерьёзнев, он продолжил:       - Но сначала нам нужно поговорить. Пойдём в мою комнату.       - Что-то случилось?       - Это ты мне сейчас и расскажешь, малыш.       В воздухе повисла давящая тишина. Стремясь побыстрее её заполнить, парни быстро оказались в комнате Эскупса, и старший закрыл дверь на замок:       - Чтобы родители вдруг не помешали, - пояснил он и сел на стул. - Сними, пожалуйста, водолазку, малыш. Я должен знать, сколько их на тебе.       - Я не понимаю, о чем ты, хён, - попытался отшутиться мальчишка.       - Сол~и, ты же знаешь, я никогда не причиню тебе зла. Я просто хочу знать, сколько синяков на твоём теле, - встретив недоверчивый взгляд, Купс тяжело вздохнул. - Я не слепой, малыш. Я видел следы на твоей шее, запястьях и лодыжках.       - Х-хорошо… Но это не то, о чем ты подумал...       Хансоль начал осторожно стягивать водолазку, и с каждым обнажаемым сантиметром кожи картина становилась все более ужасающей. Все тело мальчишки было словно поле боя. Где-то кожа приобретала уже желтоватый оттенок, где-то ещё пестрила фиолетовой глубиной бескрайнего океана. Все было разбавлено глубокими царапинами и порезами, на шее и запястьях красовались лавандовые следы длинных пальцев.       - Это… - Эскупсу было трудно подобрать слова так, чтобы не испугать младшего и не броситься убивать Джонхана. - Это его рук дело?       - Нет, хён! Я просто слишком неуклюж в последнее время.       - Не обманывай меня, малыш, - как можно мягче проговорил старший. - Следы рук от падений не остаются.       - Он не причиняет мне вреда, - поспешно натягивая водолазку, произнес блондин. - И никогда не причинит. Ханни любит меня, хён.       - И запрещает со мной общаться?       - Почему ты так решил?       - Ты не звонил и не писал мне уже почти две недели.       - Он ни в чем не виноват. Я просто... был занят... записью песни с Вону-хёном.       - Об этом ты мне тоже ничего не говорил, - с упреком проговорил Купс.       - П-п-прости… Со мной правда… П-правда все хорошо… - голос Соля дрожал, и казалось, что мальчишка вот-вот расплачется. - Я не хотел… Не хотел тебя обижать… Пожалуйста, не сердись на меня..       - Ну-ну, не стоит, малыш. Иди ко мне, - раскрывая руки для объятий уже более спокойно сказал старший. - Когда у тебя выступление?       Мальчишка благодарно нырнул в распростёртые объятия и уткнулся носом в плечо Сынчоля. Хотелось рассказать все, что происходило. Как каждая ночь превращалась в кошмар, а любовь в насилие, как касался нежной кожи холодный металл, как Джонхан отбирал телефон, когда был не в духе, как потом ничего не помнил. Но он не мог. Не мог, потому что слишком любил Юна.       Эскупс же мерно поглаживал мальчишку по спине и думал о том, как бы не убить Джонхана при встрече. Старший знал, что все это его рук дело. Злость переходила в кипучую ярость, но что-то предпринимать сейчас Купс бы не решился. Слишком однозначной будет реакция Вернона, и это явно не похвала.       - В эту пятницу. Ты ведь придёшь? - шмыгнув носом, проговорил Вернон.       - Ну конечно. Как я могу пропустить первое выступление моего брата, да ещё и с таким известным репером?       - Правда?       Купс кивнул и широко улыбнулся:       - А теперь пошли поедим. Родители будут не рады, что я обделил тебя обедом.       - Я бы им от этом не сказал.       - Они бы все равно узнали, - хохотнул старший и, выпустив Соля из объятий, направился к двери. - У них чуйка на такие вещи.       - Это точно, - парни наперегонки побежали к кухне.       Соль конечно же оказался первым:       - Ты как старик, хён, - рассмеялся мальчишка.       - Сейчас получишь за старика, - тяжело дыша проговорил Купс, направляясь к шкафу с посудой.       Вернон сжался и улыбка исчезла с его лица, но лишь на пару секунд.       - Сегодня у нас не изысканный мисо-суп от неизвестного и невеликого повара, - заметив перемены в настроении, перевел тему Купс.       - Вечно ты прибедняешься, - мальчишка мягко улыбнулся, придвигая тарелку к себе.       - Ешь лучше, малыш, а то сил на вступление не останется.       - Ты ведь точно придёшь? - с опаской вновь поинтересовался он.       - Обязательно. Я встану как можно ближе к сцене.

***

      Уже стоя за кулисами, Вернон нервно кусал губы и вытирал вспотевшие ладошки о рваные джинсы. Блондин то и дело украдкой смотрел в зал, пытаясь найти одного единственного человека - Джонхана - но его все не было. Это было больнее, чем когда его били. Градус волнения немного сбивал улыбающийся Купс, стоявший во втором ряду.       - Он ведь обещал.. Обещал... - дрожащим голосом шептал мальчишка, пытаясь смахнуть подступающие слезы.       - Не бойся. Все будет хорошо, - пытался приободрить кто-то из персонала.       Бросая взгляд на освещённое софитами пространство, Соль не без восхищения наблюдал, как Вону держит себя на сцене и управляет публикой. Было страшно, как его самого примет зал. Из транса вывел голос репера и ободряющие хлопки стаффа по плечам, окутанным в легкий фиолетовый бомбер.       - А сейчас я хочу пригласить на сцену моего друга. Очень талантливого малого. Надеюсь, вы встретите его так же горячо, как и меня, - зал взорвался овациями. - Вернон!       Мальчишка глубоко вдохнул, поправил бомбер и вышел на небольшую сцену клуба, улыбаясь своей самой ослепительной улыбкой.       - Давайте раскачаем это место ещё больше, - выкрикнул блондин в толпу, больше приободряя себя, и она вновь взорвалась.       Зазвучал знакомый бит, и Вернон словно забыл обо всем. Волнение ушло, осталась только невысказанной боль, которая рвалась быстрой читкой и утопала в восхищенной толпе. В перерывах между куплетами Соль танцевал. Танцевал так, что зал буквально замирал.       Мальчишка был настолько в музыке и словах собственной песни, что не заметил, как буквально заполнил собой все окружающее пространство. Как Вону присел на любезно вынесенный из-за кулис стул и качал головой в такт. Как внимательно за ним наблюдали несколько пар глаз из VIP-ложи. Как толпа начала скандировать его, Хансоля, имя.       - Воу, это было круто! - поднимаясь со своего места, когда закончилась песня, произнёс Вону. - Вернон, кажется, теперь у тебя фанатов больше, чем у меня.       Хансоль смущенно улыбнулся и отбросил влажные пряди с лица.       - Это ещё надо проверять, Вону-хён.       - Хотим ещё, - раздалось откуда-то из VIP-ложи.       - Вот видишь. Тут и проверять не нужно, - снова добрый ободряющий смех. - Порадуешь их ещё одним треком?       - Ну только если они хорошо пошумят.       Толпа одобрительно свистала и шумела, что было мочи. Казалось, ещё немного и оглохнешь.       - Уговорили, - поправляя упавший с плеча бомбер, проговорил Вернон и вновь погрузился куда-то внутрь себя.       Музыки на этот раз не было, потому что никто не был готов к такому продолжению. Но Солю кажется это было не нужно. “Lotto” быстро нашла отклик у зала, и они начали рефреном повторять за мальчишкой слова. Текст вырывался зло, а голос постепенно приобретал хрипотцу. Нужного человека по-прежнему в зале не было.       Мальчишка повернулся к зрителям спиной и уронил микрофон на сцену, и свет погас, погружая небольшое помещение в приятную тьму, наполненную одобрительным свистом и скандированием имён.       - Это было потрясающе, малыш! - уже за кулисами проговорил Вону, вытирая Соля полотенцем.       - Спасибо, что репетировал со мной, хён. Без тебя я бы не справился, - от нахлынувших чувств блондин крепко обнял старшего.       - Теперь беги в душ и переодевайся, а потом немного отдохни в зале. Вещи я как-нибудь завезу к тебе. А у меня ещё полчаса выступлений и интервью, - Вону улыбнулся.       - Удачи, хён, - Вернон скрылся в одной из комнат, которую обозначили душем.       Вдоволь наплескавшись, мальчишка переоделся и отправился в зал, попутно читая ворох смс, среди которых была и от Эскупса.

Чоль-хён 21:30 Мне нужно ненадолго отлучиться по срочному делу. Никуда не уходи. Я заеду за тобой.

      Хансоль вздохнул и, сунув телефон в задний карман джинс и поправив ворот белоснежной рубашки, направился в сторону танцпола.       - Я могу угостить тебя? - чужое дыхание неприятно обжигало шею.       - Чем? - неуверенно проговорил блондин, пытаясь развернуться к незнакомцу.       - Чем пожелаешь. Но не советую тебе отказывать владельцу этого заведения.       - Хорошо.. - мальчишку плавно потянул за собой невысокий, чуть полноватый брюнет.       Хотелось позвать на помощь, но никого не было. Вону готовился к последней части выступления, Сынчоль куда-то уехал, а Ханни отсутствовал как факт в принципе.       VIP-ложа окутывала в приятный полумрак, а в мягкой велюровой обивке дивана можно было утонуть. Весь зал и сцена отсюда были как на ладони. И Вернон непроизвольно заметил, что его прекрасно было видно за кулисами.       - Ну так, что будешь? - мужчина похлопал ладонью по месту рядом с собой.       - С-сок.. Апельсиновый.       Что-то шепнув подошедшему официанту, незнакомец вновь повернулся к мальчишке:       - Меня зовут Сынгван, и как ты уже понял, я владелец этого места.       - Приятно познакомиться, - Соль немного поклонился.       - Не бойся меня. Я не обижу.       - Почему вы решили позвать меня?       - Люблю... хм.. знакомиться с молодыми дарованиями.       Хансоль смутился и начал изучать носки своих кроссовок:       - Я выступил, потому что Вону-хён попросил, - блондин не заметил, как официант принес сок. - Если бы не он, меня бы здесь не было, а наше знакомство не состоялось.       - Тогда я должен отблагодарить Вону чуть позже, - Сынгван усмехнулся. - Угощайся.       Сок неприятно горчил, но мальчишка не придал этому никакого значения, списав это на сорт апельсинов.       - Чем ты занимаешься, Вернон? Ну кроме записи песен.       - На самом деле, я ещё учусь. И подрабатываю в цветочном магазине.       - Интересно... - Сынгван отпил принесённый ему виски и откинулся на спинку дивана. - А ты никогда не думал о чём-нибудь более глобальном?       - Например?       - Выступать на сцене. Я бы помог тебе, - рука мужчины легла на колено мальчишки.       - Я вас не понимаю, - как можно непринужденнее проговорил Соль, вновь отпивая горьковатую жидкость из стакана, и перевёл тему. - Вам нужно сменить поставщика фруктов.       - Как скажешь, малыш, - рука направилась выше. - Думаю, что ты сообразительный. Услуга за услугу.       - Мне это не нужно.       Соль инстинктивно свёл ноги вместе и откинул чужую руку, отодвигаясь дальше. Голову заволакивало туманом, поэтому мальчишка осушил остаток стакана, списывая своё состояние на душный воздух и пугающего компаньона.       - Ты уверен?       - Д-да..       - И чем же ты тогда хочешь заниматься, если не выступать?       - Лечить людей.       - Тогда я нашёл тебе первого пациента.       - Вы говорите загадками. Мне это не нравится.       Сынгван недовольно цокнул языком, подсаживаясь все ближе. Соль же наблюдал за сценой, где Вону вновь распалял толпу.       - Ты очень ненаблюдательный, малыш.       - Вы меня совсем не знаете, чтобы говорить такие вещи, - мальчишка выудил из заднего кармана джинс телефон и начал набирать смс.       Буквы перед глазами плыли, превращая некогда знакомые слова в абракадабру. Пальцы, словно ватные, попадали по совсем ненужным кнопкам, а к горлу подступала ядовитая тошнота.

Ханни 22:15 Я знаю, что ты пропустил выступление, потому что у тебя сейчас много учебы, хён. Прости, что отвлекаю. Но ты не мог бы меня забрать? Если нет, я все пойму и дождусь Сынчоль-хёна. Люблю тебя.

      - Ты один?       - Нет, за мной должен приехать Сынчоль-хён. Он отлучился по делам, - блондин зажмурился, а затем резко открыл глаза, но перед ним все снова начало плыть.       - Я могу подвезти тебя, и тебе не придется напрягать своего хёна.       - Нет, нет. Я его дождусь. У вас наверняка есть другие дела.       Хансоль попытался обмахнуться ладонью, чтобы пустить немного свежего воздуха к своему побледневшему лицу. Неприятная холодная испарина выступила на теле, заставляя рубашку крепко обнять ладно скроенную фигуру. Соль пытался подняться с дивана, но тело его совсем не слушалось:       - Мне нужно.. на свежий воздух..       Уйти мальчишке не дала сильная хватка на запястье. Сынгван резко одернул Соля, опуская его, почти безвольного, обратно.       - Пожалуйста, отпустите.. - звук собственного голоса доносился словно сквозь толщу воды.       - Малыш, я не терплю отказов, - мужчина расстегнул пару пуговиц на своей рубашке. - Тебе придется остаться.       С животным рыком он прильнул с мальчишеским губам. Нетерпеливо сминая их, он почти не встречал никакого сопротивления, постепенно углубляя поцелуй.       Соль же чувствовал себя запертым внутри собственного тела, будто все тело налили свинцом, отчего невозможно было пошевелиться. Но чувства и ощущения никто не забирал. Влажные от пота ладони, забирающиеся куда-то под рубашку и исследующие каждый сантиметр бледной кожи. Губы, настойчиво требующие ответа. Грязный шепот на ухо. Обжигающие слезы, которые уже образовали неприятную сырость где-то в районе затылка. Кажется, он звал Джонхана, но не был в этом точно уверен.       Липкий страх пробирался под кожу от ощущения полнейшей изоляции и беззащитности, несмотря на то, что Соль находился в толпе, почти в самом центре беснующегося под биты зала. Всем было плевать, хотя мальчишка видел, как люди бросали озабоченные взгляды на VIP-ложу, но тем не менее никто ничего не предпринимал.       Получивший смс Джонхан сразу заподозрил что-то неладное и поэтому, обеспокоенный, стремглав, направился в клуб, ступеньки которого он преодолел кажется в три счета. В самом углу зала старший заметил небольшую ложу, где секунду назад взметнулась вверх бледная знакомая ладошка, которую он бы не перепутал ни с чьей другой.       Вполне обоснованное беспокойство стало сменяться подступающим ядом ярости, чей укол пришелся аккурат в район сердца. Чем ближе к VIP-ложе оказывался Джонхан, тем сильнее отрава расходилась по венам. Затуманенный разум слышал лишь "пожалуйста.." в надрывном хриплом мальчишеском "прошу не надо".       Старший появился словно из ниоткуда, но это не принесло облегчения, лишь чувство вины и стыда. В глазах Ханни плескалась ярость и любовь одновременно. Откинув Сынгвана с безвольного мальчишки, он вытащил на руках последнего из ложи и понес в сторону машины.