Кошки-собаки

У кривого деревца унылой потерянной тенью маячил Рома, у ног мужчины сидел Болван. Заметив соседа-не соседа, Яр будто бы споткнулся и встал как вкопанный, невзирая на полный недоумения оклик спешащего в постель Ника. — Остопиздело, — выцедил парень сквозь зубы. — Сколько можно друг от друга бегать? Так и сблядоваться недолго. Он вдруг, озарением свыше, понял, что должен делать, и Ник в этот план не вписывался. — Уезжай, — сказал Нику, резко крутанувшись на каблуках, и схватил мужчину за обе руки, с мольбой уставился ему в лицо. — Ни о чем сейчас не спрашивай. Просто уезжай, потом по телефону объясню. И не держи зла. Я… я, кажется, другого люблю. Понимаешь? Ник, естественно, нихрена не понял и попятился. — Это кого это? — спросил на выдохе. — Своего бывшего, что ли? Который кулаками горазд махать? Ну ты… жил с человеком три года и до сих пор не разобрался? Яр мотнул головой, отрицая любые чувства к бывшему, и выразительно покосился в сторону Ромы. Ник проследил за его взглядом, наконец выделил в ночном полумраке темный силуэт и кивнул. — Ясно, — хмыкнул, хотя опять ничего особо не понял. — Значит, вот тот, из-за кого у тебя крыша наперекосяк. Ладно, удачи тебе, чудик. Миритесь, и мне больше не звони, во второй раз уже обламываешь, — рывком освободил руки и зашагал обратно к машине. Яр смотрел в удаляющуюся Никову сильную спину, не мигая, кусал губу. Он знал, абсолютно точно знал — поступил правильно. И даже если задуманного с Ромой разговора не получится, все равно правильно. Максимум, действительно продаст квартиру и переберется в другой район. Рома наблюдал за приближающимся парнем молча, дымил сигаретой. — Привет, — поздоровался с ним Яр, притормаживая вне зоны досягаемости. — Я… я по тебе скучаю. Хочешь — верь, хочешь — не верь. Скучаю днем, скучаю по ночам. На работе тоже скучаю. Ты сегодня ужинал? Рома молчал, дымил сигаретой, и Яр продолжил, запинаясь: — Подтверди, что ты не гей и тебе на меня похуй, и отстану раз и навсегда. Вообще исчезну из твоей жизни. Одно слово: да, нет. Ну! — повысил голос. Болван тявкнул, подскакивая, Рома шикнул на кобелька и уставился куда-то вниз. — Я гей, — буркнул холодновато. — Не ори, сук. Разорался, соседи услышат. Яр, — мужчина мялся, — ты иногда водку пьешь? Мне многое нужно тебе рассказать, очень. Трезвый не смогу. Яра передернуло нервной дрожью от затылка до пят. — Пью, правда редко, — парень судорожно потер лоб, — но у меня нет водки, а в магазине нам не продадут — второй час ночи. Виски есть, початая бутылка. Годится? Рома считал — годится, и изогнул рот в слабом подобии улыбки: — У тебя или у меня? Яр пожал плечами — без разницы, цапнул мужчину за рукав и поволок к парадной. Рома не противился, покорно плелся, куда ведут, и в кои веки ничего не бурчал, чудеса. Едва очутившись в своей прихожей, мужчина ожил, будто по волшебству, толкнул Яра к стене и замер, глаза в глаза. — Я гей, — медленно, с напряжением повторил уже сказанное во дворе, — гей, блядь, уни. Ты мне пиздец как нравишься, парень, аж тошнит. Но я не свободен. Люблю другого уже лет пять. Мой любимый… далеко. И я… мне надоело его любить на расстоянии. Устал, догораю. Яр слушал и опухал мозгами. Не допирал. — Вы общаетесь? — он ощущал себя идиотом. — Созваниваетесь, переписываетесь в интернете? Рома ответил на оба вопроса «да» и потух глазами. — Мы сремся чаще, чем общаемся, — признался. — Кидаем друг друга в черный список, выпускаем обратно, и снова, и снова по тысячному кругу. Привычная обоим игра-не игра, кто сдастся первым… Пока победивших нет, — подался вперед и осторожно коснулся приоткрытых сухих губ Яра подушечкой большого пальца. Обвел по контуру верхнюю, чуть задержавшись на ее середине, потом, тем же манером, нижнюю и отстранился. — Мы с тобой никогда не целовались, — вздохнул, — а ты мне уже изменял. Ну, пытался изменить. Что будет дальше? Яр тихо взвыл от отчаяния и ярости, цапнул потерявшего бдительность мужчину за грудки, и они поменялись местами. Теперь к стене оказался приплющен Рома. — Дальше я тебя придушу, педрила! — прошипел Яр, зверея. — Заебал мне мотать душу! Елки он покупает! Лучше бы мозгов прикупил! — и, не давая Роме опомниться, впился в его губы выпивающим дыхание хищным поцелуем.

***

Спустя примерно два часа, когда Яр уснул, счастливый и полностью удовлетворенный, Рома осторожно выбрался из-под его обнимающей вокруг торса руки и как был нагой, разукрашенный свежими засосами, на цыпочках, стараясь не шуметь и по дороге случайно не наступить на чью-нибудь лапу или хвост, устремился на кухню. Здесь мужчина решительно открыл ноутбук, влез на какой-то социальный сайт и защелкал мышкой, навсегда отправляя определенные контакты в черный список. Он ощущал необыкновенно радостный подъем, словно за спиной бились, ловя воздух, крылья. Да, впереди притирки, ссоры и недопонимания. Да, не факт, что пара, возможно, через некоторое время разбегутся. Но... обнимать живого, горячего человека куда слаще, чем подушку. Вперед, в будущее. Конец