Дух рождества/Keeping Christmas

В кабинете воцаряется тишина. Снаружи падает снег, хотя солнце пытается пробиться сквозь облака. - Миранда, ты уверена, что хочешь этого? Миранда смотрит на Найджела, и его лицо застывает перед ее глазами. Вся мягкость в выражении его лица исчезает, начиная с полуулыбки, которая была на нем всего несколько секунд назад. Холод распространяется сантиметр за сантиметром, и вот он смотрит на нее пустыми глазами. - Тогда ладно. - Найджел поворачивается и выходит из комнаты. Миранда на мгновение открывает рот, а потом качает головой. Что думает Найджел, или что он говорит за пределами этого офиса, не имеет значения. Журнал нуждается в работе, и он не может ждать, независимо от того, какой сегодня день. Она замечает открытый календарь в левом углу стола, с отмеченной датой, обведенной кружком: 24 декабря. Сегодня. Никто сегодня не уходит, никто не уходит раньше. Миранда очень четко объяснила своим сотрудникам: сегодня не только полный рабочий день, но и, скорее всего, всем придется остаться допоздна. Завтра ей придется признать проигранное дело, хотя она и пыталась убедить отдел кадров в обратном. Она была достаточно мягка со своими сотрудниками, позволяя им приходить в 9: 00 вместо 8: 00 сегодня. Кроме того, изрядное количество ее сотрудников и близко не христиане, поэтому не должно иметь значения, что Миранда хочет, чтобы они работали в Рождество. Но ее усилия были напрасны, и ее подчиненные завтра будут дома, бездельничая, переедая и делая бог знает что, в то время как Миранда планирует работать полный день дома. - Андреа, - говорит Миранда и слушает, как ее первая помощница врывается в кабинет, мгновенно становясь по стойке "смирно". Миранда не поднимает глаз, вместо этого листая раскадровки этой катастрофы макета. - Я ожидаю, что ты будешь в офисе, пока я не буду готова уйти. Это понятно? - Конечно, Миранда, - выдыхает она. Ее тон полон беспокойства, что заставляет Миранду наконец поднять голову. - Все в порядке? Это вызывает тревожные звоночки. - Конечно. Что может быть не так? Андреа оглядывается через плечо, словно проверяя, нет ли кого поблизости. - Я просто знаю, - она понижает голос, - что девочки должны были быть дома и ждать тебя на Рождество. Они с нетерпением ждали этого момента... - Все в порядке, - холодно отвечает Миранда, хотя на самом деле это не так. Только вчера девочки объявили, что уезжают на два дня раньше, чтобы увидеться с отцом, и что ничто из того, что может сделать Миранда, не остановит их, включая вызов полиции. Было ясно, что они устали от того, что никогда ее не видят, и удивлялись, почему она всегда настаивает на том, чтобы они оставались с ней, когда ее все равно нет дома. Наконец, они сказали, что их отец согласился взять их обеих на все лето, и что он уже разговаривает со своим адвокатом о внесении изменений в соглашение об опеке. Андреа смотрит на нее широко раскрытыми карими глазами, полными глубокого сочувствия, которое Миранда совершенно не может вынести. Это заставляет ее кровь кипеть, хотя Андреа не заслуживает ее гнева. Из всех ее сотрудников Андреа единственная, кто отдает ей все сто процентов своего времени. То, что она умна, красива и внимательна, тоже не ускользнуло от Миранды, хотя ей платят (не очень щедро) за внимание, так что это не имеет значения. Миранда вздыхает. - Есть ли причина, по которой ты все еще стоишь здесь? Разве у тебя не достаточно дел, пока ты тут таращишься, как идиотка? Глаза Андреа блестят, в них стоят слезы, и она наблюдает за тем, как бледнеет лицо Андреа. - Да, Миранда. - Она поворачивается и уходит, а Миранда сжимает губы в прямую линию. Через несколько часов Миранда уволила двух человек за то, что они попросили ее разрешения уйти домой. Третий ушел, бросив ей стопку бумаг, не собрав свои вещи со стола. После этого никто не приходит к ней в кабинет и даже не проходит мимо, если его не вызывают. Миранде это нравится. Она работает молча, исправляя все, что неправильно, нелепо, и неверно в их некомпетентной работе. Она бросает взгляд на телефон. Ей хочется позвонить своим дочерям, но она говорит себе, что они не заслуживают ее времени. Только не после того, как они ее бросили. - Миранда? Миранда подпрыгивает. Андреа стоит прямо перед ней с глупым, грустным выражением лица. - Прости, что напугала тебя. Но уже почти семь. Могу я заказать тебе что-нибудь поесть? Я знаю, что некоторые сотрудники тоже хотят есть... - Я не голодна. Если тебе нужно поесть, кафетерий внизу все еще должен быть открыт. Андреа вздыхает. - Нет, но это к делу не относится. Тебе действительно надо поесть. Миранда холодно смотрит на нее, понижая голос до ледяного уровня. - Я не знаю, что происходит в мире, почему мои подчиненные целый день говорят мне, что делать. Ты можешь объяснить, почему это, Андреа? Пожалуйста, я действительно хочу знать. Наступает пауза, пока Андреа не открывает рот. - Я беспокоюсь за тебя, Миранда. Миранда поднимает бровь. Андреа никогда раньше не говорила ей ничего даже отдаленно похожего, и это тревожит. - Ну, не стоит. - Я ничего не могу поделать. Я вижу, что тебе больно, но я не знаю, что происходит, и ты не ела весь день, и мы обе знаем, что ты чувствуешь, когда не ешь... - Андреа на мгновение замолкает, услышав тихий вздох Миранды, а затем продолжает, на этот раз громче. - Да ладно тебе, твои мозги превращаются в кашу, что объясняет, почему ты так неистовствовала! В любой другой день Миранда рассмеялась бы. Сегодня она размышляет, стоит ли увольнять Андреа за неподчинение. - Я знаю, что ты думаешь уволить меня, но, пожалуйста, Миранда, я забочусь о тебе, о твоем здоровье, твоем счастье, обо всем. Ты будешь смеяться надо мной, но я считаю тебя другом, даже если я для тебя ничего не значу. - Теперь слезы вернулись в эти огромные карие глаза, глаза, которые могли бы поглотить Миранду целиком, если бы она позволила им. - Ужасно смотреть, как ты страдаешь. Мы все заботимся, все в этом офисе, и когда ты... - Иди домой, - решительно говорит Миранда. Это останавливает Андреа на полуслове. Она оседает. - Я уволена? - Нет. Я сказала, иди домой. Мое психическое здоровье никого из вас не касается. И отправь всех остальных тоже. Я уверена, что никто ничего не способен сегодня сделать в любом случае, так что я могла бы также сэкономить на сверхурочных. - Миранда моргает и ждет реакции Андреа. Когда она ее не получает, Миранда повторяет: - Убирайся. Андреа сглатывает. - О ... хорошо, - наконец выдыхает она. - Счастливого рождества, Миранда. Миранда машет рукой и смотрит на Книгу. Чушь, думает она. Она не замечает, когда уходит Андреа или кто-то еще. Найджел, как обычно, забывает зайти и пожелать спокойной ночи. Но вскоре она может сказать, что место пусто, просто от ощущения в воздухе. Мирно. Тихо. Спокойно. Она одна, и так будет лучше. Так было всегда, и сегодня вечером ничего не изменится. Она возвращается к работе.

***

- Что? - Говорит Миранда, отрывая голову от стола. Она оглядывается: настольная лампа горит, но в остальном кабинет и коридор совершенно темные. Это ненормально, но, возможно, перегорел предохранитель или ремонтники рано выключили свет. Она бросает взгляд на часы - уже полночь. В какой-то момент она, должно быть, задремала. Это не имеет значения, так как ей некуда идти. Ее ждет только пустой дом. Возможно, ей лучше остаться здесь на ночь. Раздается странный звук, как будто что-то волочится по мраморному полу. Это заставляет ее задуматься, может ремонтная бригада все еще здесь. Она хмурится, но игнорирует его, пока звук не становится настолько громким, что она больше не может. В дверях ее кабинета стоит человек, которого она не видела почти двадцать лет. Стэн Элиас. Стэн был мертв с 1989 года, именно тогда Миранда взяла бразды правления "Подиумом". Он повысил ее до должности, которую она сейчас занимает, и работал усерднее всех, кого она когда-либо встречала в своей жизни. Она помнит тот день, когда он умер от сердечного приступа в своем офисе в возрасте 62 лет. Миранда коротко оплакала его, оценив, что он так рисковал ради 32-летней выскочки без опыта редактирования журнала. Конечно, у нее было достаточно опыта в моде после десяти лет продвижения по карьерной лестнице, но кроме ее фирменной преданности и безупречного стиля, в ней не было ничего особенного. Но Стэн увидел в ней что-то, возможно, это была ее безоговорочная вера в то, что однажды она будет править миром моды, и это заставило его рискнуть. Он не был разочарован, и Миранда искренне надеялась, что не стресс от ее найма способствовал его ранней смерти. Не то чтобы он был очень добр к ней. Он не был ей приемным отцом. На самом деле, он был ужасен. Но Миранда никогда не боялась людей, она просто вела себя так, словно могла сделать все, что угодно. И в 99% случаев ей это удавалось. Все это мелькает в ее мозгу, когда она смотрит на странное видение Стэна Элиаса, его кожа была серой и морщинистой гораздо больше, чем при жизни. В этом нет никакого смысла, поскольку он, конечно же, мертв, и нет никакой возможности, что он сейчас здесь, в офисе Миранды. - Привет, Миранда, - говорит Стэн, и его голос посылает шок узнавания через Миранду. Это он, только с его одеждой что-то не так. - Ты ведь не веришь, что видишь меня, не так ли, - говорит он. Она слегка задыхается. Он прочитал ее мысли. - Я, должно быть, сплю. Он смеется, и это звук, который она никогда раньше не слышала. Неплохой звук, но от него волосы на затылке встают дыбом. - Ты не спишь, - говорит он, придвигаясь ближе. Его брюки порваны, по-настоящему разорваны, и когда он шаркает вперед, она понимает, что вокруг его тела цепи, связывающие шею, руки и ноги. У него очень маленький диапазон движений, поэтому он так долго добирается до ее стола. - Ты не можешь не заметить, что я ношу оковы, которые выковал при жизни. - Он тихо и печально смеется. - Последние тридцать лет я каждый день проводил на работе. Я никогда не брал ни одного дня отпуска или выходного, если уж на то пошло. Теперь я навеки расплачиваюсь за свое невежество. - Он делает паузу и поглаживает подбородок в пугающей, знакомой манере. - Ты тоже будешь носить цепи собственного изготовления. Ты уже знаешь это. Это сочельник, и вот ты здесь, одна. Разве ты не чувствуешь, как они давят на тебя? Миранда смеется, но никакого веселья в этом звуке нет. Вместо этого она признает свой собственный страх, но верит, если она игнорирует этот призрак... - Тебя скоро посетят три духа, - говорит ей Стэн, и Миранда расслабляется. Она чувствует полнейшее, огромное облегчение. - О, правда, - выдыхает она, откидываясь на спинку стула. - Три духа. Прошлого, настоящего и будущего Рождества, верно? - Она усмехается, глядя в потолок и отмахиваясь от Стэна. - Я действительно сплю. Стэн наклоняется вперед, пытаясь освободиться от пут. - Это твой последний шанс и надежда, Миранда Пристли. Я много лет наблюдал за тобой, когда ты свернула с дороги, по которой должна была идти. Только одна душа, знающая тебя, молилась о твоем возвращении на истинный путь. Именно из-за этого человека я здесь. Потому что ты достойна второго шанса, но ты должна воспользоваться им сейчас! Прими то, что я предлагаю, Миранда, или ты пожалеешь. Она опускает подбородок на сложенные ладони и смотрит в серые, мертвые глаза Стэна. - Должна ли я ожидать появления первого призрака, когда часы пробьют час? Лицо Стэна наполняется жалостью. Он кивает. - Ты меня больше не увидишь. Но Миранда, прислушайся к моему зову. Ты просто обязана ... - Да, да, - говорит Миранда, махнув рукой. - Вы свободны, Джейкоб Марли. Я с нетерпением жду завтрашнего пробуждения с очень, очень забавной историей, чтобы рассказать ее своим детям. Они только что смотрели этот дурацкий фильм с Биллом Мюрреем на прошлой неделе. - Когда Стэн не двигается, Миранда говорит: - Это все. Стэн наклоняет голову, как будто потягиваясь, затем все его тело поднимается с пола и плывет. Миранда не может не удивляться, когда он подлетает к окну, бесшумно проплывая сквозь него. И снова ее охватывает ужас, она вся покрыта гусиной кожей. Она чувствует себя очень бодрой, и это беспокоит ее больше всего. Она щиплет себя так сильно, что оставляет два острых пореза на руке, которые заполняются мелкими капельками крови. Это не помогает вывести Миранду из того состояния сна, в котором она должна быть. Подождав несколько минут, она откидывается на спинку стула и закрывает глаза. Почти против своей воли она засыпает.