Спасти ангела

После долгожданной победы, было решено устроить вечеринку в честь этого события на следующий день, потому как соперники были измучены тяжёлым матчем. Команда Мингю настолько была горда, что пригласила даже противников, на что те дали добро, к большому удивлению всех игроков. Не сказать, что сам капитан команды не хотел видеть их в своём доме, но отчётливо понимал, что добром это не кончится, если они решат ответить за собственный проигрыш. А именно так все и случится, парень уверен. Подготовка шла своим ходом, никуда не торопясь. Мингю и ещё несколько членов команды соизволили помочь навести порядок и украсить дом до прихода гостей. Одним из добровольцев был Вону, который ещё на поле получил слова благодарности и похвалы от капитана и теперь глупо надеялся, что их отношения перейдут черту угроз и взаимной неприязни. В конце концов, ему осталось учиться тут всего ничего, а сблизиться хоть с кем-то, чтобы остались приятные воспоминания, хотелось. — Черт, ты сейчас все разобьёшь! — Вону быстро подбежал к товарищу по команде и помог поставить алкоголь на верхнюю полку. Все же его рост — находка. Он ошарашенно оглянулся назад, когда низкий голос окликнул его имя. — Иди сюда, — Мингю поманил его рукой. Подойдя ближе, Вону в руки всучили уголок чёрной скатерти. Он и без слов понял, что нужно сделать. — Это дерево стоит дороже моей машины, не понимаю, зачем родители его купили, — пояснил Мингю, хотя никаких комментариев от него не просили. Накрыв стол материалом, они оба начали расставлять приборы и украшения по поверхности. — Ты хорошо справился, — наконец произнёс слова капитан команды. — Я решил, что одного слова «молодец» на футбольном поле было мало. Серьёзно, это было правда неплохо, особенно для полузащитника. Вону улыбнулся, почувствовав гордость за самого себя. Какой бы скверный характер не был у Мингю, он легендарный для их университета игрок, который готов наплевать на гордость и признать сильных противников, но в его случае — это товарищи. — Спасибо, — неловко произнёс Вону, не ожидая такого голоса самого от себя, и тут же прочистил горло. Хихикнув с такой неуверенности, Мингю хлопнул его по спине, указывая на большие коробки с бутылками разных оттенков стекла. — Не обольщайся, — они оба направились к двери. — Ещё не все окончено, у нас впереди ещё две игры, в которых ты не должен налажать. Вону кивнул, беря в руки коробки и ставя на стол, чувствуя, как сильно напрягаются мышцы. Через несколько часов все здание наполнилось оглушительными битами, а в проходах можно еле-еле протолкнуться. Вону уже собирался набрать Джонхана и спросить, где его носит пятнадцать минут, за которые половина приглашённых уже успела напиться. Но его взгляд зацепился за белую макушку, в которой он сразу узнал приятеля. Рядом шёл ещё один человек, которого Вону узнал только, когда подошёл ближе. Джису. Он внимательно оглядел парочку приятелей, отмечая, что одеты они несколько иначе: впервые Хон Джису предстал перед ним в белой футболке и светло-серых джинсах. Для него это было неожиданностью, и Вону почти на все сто процентов уверен, что тут уже Джонхан позаботился о его внешнем виде. — Задержались, — лаконично произнёс парень, задаваясь вопросом, каким образом Джонхан смог упросить Джису пойти с ним. — Рад тебя видеть тут. — Он обратился к человеку. — Джонхан позвал, а я не смог отказать, — пояснил тот, сцепляя руки за спиной в неуверенном жесте. «Судя по всему, попросил он хорошо» — посмеялся у себя в голове Вону. Компания прошла вглубь, натыкаясь с каждой секундой на все большее количество незнакомых лиц, которые точно не с физкультурного факультета и, вероятно, даже не с их университета. Кажется, Вону не один, кто пригласил незваных гостей. Подойдя ближе к группе людей, его позвали ближе. Ничего необычного, капитан говорил напутственные речи, призывая их стараться так же упорно и на следующем матче, который сможет провести их в финал. Сложно, тяжело, но они должны выложиться по полной. И больше всего Вону боялся, что сам слишком привык к этой жизни. Возможно, ему стоит отпроситься у отца побыть на земле ещё несколько месяцев, чтобы привести своих к победе. Он не думает, что те не смогут справиться без него, нет, просто хочется испытать горечь поражения или сладкую победу вместе. Почти закончив, Мингю произнёс короткую речь, в которой старался донести то, что он благодарен соперникам за игру. И Вону знал, что это была чистая ложь. Он уверен, Мингю хотел бы издевательски посмеяться над их провалом, но то ли его спортивная честь не позволяла, то ли просто переживал, что завяжется потасовка в его доме. Без разницы, ведь в скором времени он закончил с простыми словами, такими долгожданными для каждого, кто пришёл на вечеринку: — Развлекйтесь! Шум разнесся по всему помещению, а музыка стала в разы громче, но достаточно тихой, чтоб не мешать разговору на чуть повышенном тоне. Обернувшись, Вону проследил взглядом за парой друзей, мило смеющихся, словно лучшие друзья детства, которые недавно вновь встретились и у них более чем достаточно, чего можно обсудить. Он не собирается лезть в их отношения, да и свои его интересуют куда больше, но все же отметил, что у Джонхана стоит уточнить, каким образом они стали так близки, раз столь прекрасно чувствуют себя в обществе друг друга. Когда его команда направилась к выходу, парень последовал за ними, предоставив приятелей друг другу. — Ты сегодня какой-то слишком тихий, — произнёс кто-то с его факультета. Вону не помнит даже лица. Сидел в запасных, кажется. — Настроение хорошее, — ответил тот, но один лишь Мингю прикрыто издал смешок. — Кстати, не вижу рядом с тобой Джесси, — огляделся по сторонам Вону. Все чирлидерши были на месте, веселясь в доме, но Джесси он так и не заметил. Они давно не общались, да и сам Вону как-то не горел желанием. Не из-за угроз Мингю, а просто того, что она наплевала на все. Вратарь, который так хорошо относится к нему, сомкнул губы. Безмолвие накрыло их разговор, и повисла тишина. Вону ждал объяснений, так как, видимо, судя по несколько таким же непонимающим лицам, он не один, кого не просветили в дела личной жизни их предводителя. — Мы взяли перерыв, — пожал плечами Мингю, удостоверившись, что никто так ничего и не скажет. — Тебя расстроить? — полузащитник обратился к нему, натягивая слабую улыбку, так как не смог полностью её скрыть. — Люди после таких перерывов редко возобновляют отношения, поэтому советую искать замену. — Я бы мог хорошенько тебя побить за твой длинный язык, который ты не хочешь держать за зубами, но в каком-то смысле ты прав, — Мингю даже не повёл бровью, когда произнёс эти слова. — Её дружелюбный характер уже по горло. Вону усмехнулся, понимая, в чем ситуация. Ревность, верно же. Он почти уверен, что да, ведь другого объяснения сам не находит. Покрутив головой, он ещё раз оглянулся на подруг, весело смешивающих себе новые напитки. Усмехнувшись, Вону мысленно пожелал им удачи, так как в таких местах алкоголем злоупотреблять — себе же вредить, особенно, будучи девушкой. Джонхан в это время все ещё сидел, подпирая ладонью лицо, дожидаясь, когда сидящий напротив молодой человек, договорит и даст ему наконец-таки вставить свои пять копеек. — Идёт новый день, мы пока что живы, — Джису в шутку при каждой встрече с Джонханом произносил эту фразу. — Так что ты себя накручиваешь. К тому же они — ангелы, может это было лишь предупреждение. — В том то и проблема, что они являются ангелами, — глубоко вздохнул Джонхан. — Будь они демонами — тебя бы давно не было. Нам, вроде как, нельзя убивать, но мы можем поспособствовать этому, как было в твоём случае. — Таблетки? — Именно. Музыка, играющая на весь дом, постепенно меняла жанр, переходя с бьющих по ушам басов на медленный и спокойный темп. — Хочешь потанцевать? — неестественно быстро спросил ангел. — Я ещё недостаточно выпил, — улыбнулся собеседник, вливая в себя новый стакан. — Тогда не стоит терять время зря. После очередного выпитого залпом алкоголя, оба медлительно потащились в толпу людей, которые уже во всю кружили. Пройти мимо них, останавливаясь в самом центре всего скопления, было несложно. Джонхан уже по привычке положил руку на талию Джису, но что-то внутри дёрнуло его, заставив поднять руки выше. Слишком много людей, которые кажутся лишними. Невозможно было сосредоточиться, даже когда спутник шепнул на ухо ангела, чтобы тот расслабился и перестал оглядываться по сторонам, будто бы Джису для него второстепенная задача. — Мы тут одни парни, которые танцуют вместе, — несерьёзно констатировал блондин, все ещё суетливо оглядывал каждого. — Ты сам говорил, что в твоём мире нет ограничений, — Джису постарался придвинуться ближе, но мягко не вышло, так как кто-то толкнул его вперёд, из-за чего он врезался в Джонхана не с тем порывом, на который рассчитывал. — Верно, в моем мире, — Джонхан никогда не чувствовал подобного смущения, когда очередная парочка бросила на них косой взгляд. — Но сейчас мы находимся в твоём, на земле, ещё и среди спортивного факультета, который вообще не знает о существование людей, способных любить свой пол. — Это неудачное признание в любви или мне показалось? — пошутил Джису, даже не надеясь на серьёзный ответ. — Тебе показалось, — бросил Джонхан, ища глазами выход. — Музыка достаточно громкая… Мы можем выйти на улицу, избежав ненужных ушей. Джису несколько секунд стоял без какого-либо движения, стараясь придать лицу обыкновенное выражение, но слова слегка шокировали. Когда рука на его талии сжалась сильнее, он понял, что от него ждут ответа. Слабо кивнув, он позволил взять себя за край одежды и вести к выходу. Свежий воздух мгновенно облегчил дыхание, потому что находиться в закрытом пространстве так долго, теснясь между множества тел, для Джонхана было слишком. Как он и говорил, на улице была не слишком большая слышимость музыки, доносящаяся из дома, но приемлемая, чтобы продолжить начатое. — Это кажется ещё более неловким, — посмеялся старший, беря чужую руку в свою и кладя на собственные плечи. — Но в любом случае, это определённо лучше. Джису молча следовал указаниям. Место под деревом, чтоб ветер не слишком беспокоил, было выбрано не случайно. Отсюда их никто не сможет заметить, по крайней мере из окон. Движение вправо, шаг влево, немного назад и вновь повторение. Никто из них не решался приблизиться друг к другу хотя бы еще на чуть-чуть. Со временем атмосфера перестала казаться такой неудобной, а танец наоборот расслаблял, придавая легкость. Неуверенный шажок вперед и Джонхан уже прижимается грудью к чужой. Рука, лежавшая на пояснице, двинулась вверх, задевая лопатки, а затем и шею. Всматриваясь в лицо партнера, он наблюдал за реакцией, чтобы быть готовым в ту же секунду отдернуть руку. Но лицо Джису, казалось, не изменилось вовсе: умиротворение и теплота, а в глазах разгорался взбудораживающий интерес и надежда, заставляющая переместить ладонь на затылок. Пальцы сильно впились в кожу головы, а их хозяин даже не понял, что сам что-то сделал. Что-то двигало им, но ангел не уверен, что в конечном итоге не пожалеет об этих действиях. Сжимаясь в кулак, Джису почувствовал тянущую боль, когда волосы потянули вперед, заставляя приблизиться. Попытку отодвинуться прервали мгновенно же, не оставляя другого выбора. Но парню другой выбор был и не нужен. Без лишних слов его придвинули ближе второй свободной рукой. Наконец каждый из них, пускай запоздало, почувствовал убивающее изнутри чувство стыда. Словно сантиметр между губами был им обоим в новинку. — Кто-то убеждал меня в том, что ничего не чувствует ко мне, — вновь прервал момент Джису. Джонхан готов был забыть обо всем и убить его самолично, наплевав на последствия. — Обязан ли я отвечать? — Нет, но стоит поторопиться, иначе потом ты физически не сможешь чего-то сказать, а я ответить. Коротко прильнув ближе, неудавшийся поцелуй отличался от прошлого раза своей простотой. В каком-то смысле это нравилось им обоим. Легкое сминание губ могло продолжаться хоть вечность, будь у них эта вечность в распоряжении. Музыка постепенно стихала, ознаменуя начало новой композиции. Она отличалась своей ритмичностью, поэтому продолжать поцелуй в такт битам, как было с прошлой песней, у них двоих не выходило, и после очередной попытки подстроиться, они отстранились, неловко смеясь с их «проигрыша» мелодии. — А ты ответить не хочешь? — сказал Джонхан сквозь улыбку, надеясь развязать язык человеку таким моментом. — Только после тебя, — подмигнул Джису, понимая, что говорит это впервые не для того, чтобы подразнить, а из-за собственного неведения и неуверенности.