Спасти ангела

— Не понимаю, что мне делать, боже, — Джонхан обхватил голову руками, умоляюще смотря в бездонные глаза Вону. — Как раз Боже мне-то точно не поможет. — Подловил сам себя парень. — За что ты сейчас переживаешь? — товарищ задал весьма сложный вопрос, который, на самом деле, именно таким и был. — За себя? За того паренька? Или, может, за ваши отношения? Последнее предложение было произнесено с самой огромной неуверенностью, которую только слышал беловолосый. — Могу ли я просто ответить «да»… — Можешь, но тогда я не смогу тебе помочь. Джонхан не хотел ответить лишь из-за собственного незнания. Ему бы самому понять, за что он волнуется больше, хотя ответ он уже давно знает, просто не хочет принимать. На первом место у него стоит далеко не собственная выгода. — В любом случае, единственный твой вариант — разговоры, — даже как-то разочарованно пролепетал Вону, будто бы эта ситуация всего-навсего простая семейная ссора, которая всегда после примирительной беседы заканчивается совместным сытным ужином и обменом извинений. — Думай, когда что-то говоришь. С силой пнув серый камень, Джонхан пытался спустить нарастающую злость хотя бы на чем-то, иначе предметом ненависти и срыва станет его лучший друг-оптимист, дающий весьма сомнительные, как ему кажется, советы. — Здравствуйте, я столько раз приносил вам проблемы, неоднократно лажал, а теперь прошу сохранить жизнь и по возможности память моему новоиспеченному любовник, из-за которого, к слову говоря, я и косячил. Но зато я искренне им дорожу и раньше, когда-то там давно, приносил пользу району, став самым успешным выпускником академии, — имитировал разговор с управляющими ангел. — Так что ли я должен объясняться? — — Дорожишь, значит, — почесал подбородок Вону. — Ты не на том фокусируешься, идиот! — ударил его локтем Джонхан. — Я же серьёзно. Шёл третий день, четвёртый, утро пятого дня, а Джису не видел Джонхана уже почти чёртову неделю. Опять каникулы кончились, опять пришлось собираться в такой нелюбимый университет, опять чувство усталости из-за раннего утра убило в нем все желание куда-то идти. Ещё и внезапная пропажа ангела давала о себе знать: ни здравствуйте, ни до свидания. И как это понимать?! Не то что бы у Джису было огромное воображение, а сам он был скрытым клиническим паникером, но какого черта, серьёзно, он же реально себе напридумывает всего, что только можно. — Чтоб его… — голова снова раскалывалась, но в этот раз уже из-за простого переусердствования мыслительными процессами. — Эй, эй, я занесу! Человек подскочил с места, когда в аудиторию зашёл взрослый мужчина, которого Джису видел первый раз в жизни. Старосты не было на месте по неизвестной причине, что весьма удивительно, но парня это интересовало меньше всего. Стопку учебного материала нужно было занести на верхний этаж, поэтому Джису первым же проявил инициативу, ведь это могло хоть как-то отвлечь от ненужны мыслей. Пробегаясь вверх, он уже раза три точно почти упал, спотыкаясь об острые углы лестницы, но все же донёс «посылку» и глубоко вздохнул. Собственно, эффект пустой головы длился недолго. — Ты вовремя, — Джису в прямом смысле подпрыгнул на месте, что наверняка выглядело неимоверно глупо и странно. — Мог бы сказать, что рад тебя видеть, но, думаю, это за меня сделает кое-кто другой. Вону выпрямился и чуть улыбнулся, а из-за его спины выглянула белая макушка. — Прости, что молчал. Рад тебя видеть, — Джонхан хотел подойти и обнять Джису, но, заметив на себе убийственный взгляд, посчитал это опасным даже для бессмертного себя. — Нам нужно срочно поговорить. Хмурясь, Джису грозно прошипел: — Когда ты это говоришь, я сразу понимаю, что ждать ничего хорошего не надо. — Мягко сказано. Настраивайся на худший исход, — поправил со смешком Вону, за что сразу же получил по голове. — Ладно, я пошёл, у меня ещё три пары впереди. — Ты… — человек попытался подобрать слова, но сначала покрутил головой, чтоб уж точно убедиться в том, что все трое сейчас в полном одиночестве. — Тебе разрешили остаться в университете? — Не забывай, кто мой отец, — фамильярно подмигнув, он тут же скрылся из виду, оставляя за собой лишь негромкие стуки каблуков. Джонхан хотел хоть как-то его оскорбить, сказать что-то дурное, и это бы стопроцентно помогло успокоиться, но сейчас его внимание было приковано к человеку напротив. Сделав шаг вперёд, ангел приблизился к Джису. В ответ тот отступил назад, но очередной шаг в его сторону заставил парня продвинуться назад ещё и ещё. Это могло бы продолжаться вечно, ну или до того момента, пока младший не врежется в стену, но терпение Джонхана оказалось не таким долговечным. — Да стой же ты, — он сделал сильный рывок, в миг сокращая расстояние в несколько метров и ухватывая Джису за плечи, укрытые белой толстовкой. — У нас с тобой, вероятно, большие проблемы. — Ты на полном серьёзе хотел удивить меня этими словами? — дернув плечом, он сбросил ладони с себя. — Не ерничай, — Джонхан захотел вернуть руки на место, туда, где они лежали секунду назад, но одернул себя, возвращаясь к теме поважнее. — Во-первых, я должен извиниться за то, что не объяснил свое отсутствие. Пока ты, скорее всего, мучал себя переживаниями, я мучал власть своего района, прося сохранить тебя в живых. Не думаю, что пока ты хочешь отдать свою жизнь, дабы остаться рядом со мной. Джису учтиво промолчал, потому что фактически это было чистой, пусть горькой, правдой. — Спросишь, чем же все закончилось? Исход хороший, но исключительно в вопросе сохранности тебя среди людей. Оставить твоё знание о нашем мире тебе не позволят при любом раскладе. — Но память со временем возвращается, ты сам говорил, — внезапно Джису стал самой серьёзностью, понимая важность всей ситуации, ведь на кону стоит его дальнейшая судьба. — Или же существуют какие-то исключения? — Именно в этом и проблема, что нет, нет исключений, — Джонхан мгновенно замолчал, увидев компанию учащихся, идущих им на встречу. — Пойдём зайдём в туалет, тут слишком много лишних ушей, которые сочтут тебя за ненормального психа, говорящего с самим собой и стоящего посреди коридора, как истукан. Стремительно удаляясь в сторону толпы, Джису плотно закрыл за ними деревянную дверь, покрытую белой краской. На их счастье никого внутри не оказалось, каждая кабинка была проверена, а значит, никто не сможет помешать разговору. — Продолжай. Ангел кивнул и начал чуть громче обычного: — Я бы мог пожаловаться, давить на чувства, но, боюсь, сожалеть и жаловаться нужно тебе…

Днями ранее

Глубокий и тяжкий вздох разлетелся эхом по всему залу. Он был не такой большой, как, например, в районе рядом, но достаточно, что бы можно было разместить с десяток высокопочтенных лиц, которые не сидели бы вплотную, мешая друг другу в тесноте. Встреча, назначенная Джонханом, была личная. Подобные дела или же похожие решаются через полноценный совет, но не у каждого есть особые привилегии. И у этого ангела они имеются. Юноша стоял в самом центре комнаты, дожидаясь, пока на него обратят внимание. Одетый с иголочки, Джонхан несколько поторопился, придя за полчаса до назначенного времени. И в его случае раньше — не есть лучше. — Повтори-ка, почему мы должны оставить его в живых? — мужчина поднял глаза на гостя, в которых читалось нетерпение. — Слишком большой риск. Ангел сразу поспешил с ответом, жестикулируя руками: — Я знаком с ним несколько месяцев. Каждую секунду я был рядом. Даже после того, как он все узнал, поверьте, больше чем шок, этот человек не испытал. Джонхан старался говорить холодно, отстранённо, чтобы не перегибать с накопившимися эмоциями. Его задача — не только убедить министра, сидящего напротив, но и показать, насколько важен человек для него самого. Да, это было не обязательно, однако парень поставил эту задачу, как важный пунктик. — Ему абсолютно плевать, он не заинтересован в этом, — продолжал светловолосый. — Как и любой нормальный человек, безусловно, Хон Джису пытался узнать больше — это естественно. Но со временем энтузиазм сошёл на нет. — И почему же я должен тебя слушать, нарушая правила? На самом деле министр прекрасно знал причины, по которым стоило прислушаться к Джонхану. Вся часть под его управлением буквально держалась на плечах ангела перед ним. Пускай это было давно, но мужчина помнит добро, а значит, ценит его. Начиная с первых дней учёбы в академии, заканчивая успешными заказами, Юн Джонхан всегда отличался, но сейчас… У него был последний шанс, и если изначально он цеплялся за собственное благополучие, всеми силами стараясь сохранить чужую жизнь ради личной выгоды, то сейчас, конечно, в какой-то степени эти помыслы остались. Но в отличие от прошлого, сейчас основное место в его разуме занимает смертный парень, спасение которого необходимо по несколько иным причинам, отличных от ранее существующих.