I saw you, you were lost and I was found.

— Я никогда не говорил комплиментов твоим тату. Они мне нравятся, — сказал Гарри, целуя компас. — В первый раз, когда я их увидел, я потерялся, каковы были шансы, что они совпадут? Клетка и птицы, компас и корабль. Даже браслет и карта. — Еще у меня есть кинжал. Потому что я плут, а ты неисправимый романтик, — сказал Луи, поглаживая розу Гарри. — То, что я сделал бы ради любви, даже близко не сравнится с той глупостью, которую я сделал бы ради тебя. — Например, что? — поинтересовался шатен, прижимая Гарри к себе. Утро было холодное, но под простыней кожа Гарри просто горела. — Например, изменить свой образ жизни, пересмотреть свое поведение, отношения и идентичность. Например, поверить в себя и позволять себе надеяться. Уронить корону и завершить пьесу, — пробормотал он ему в губы. — Ты забыл сказать, что заменил свой блокнот на полке расслабляющими книжками-раскрасками. — сказал Луи, нежно целуя его и проводя руками по его кудрям. Гарри рассмеялся между поцелуями. — Мне нужна спокойная обстановка для моего будущего бойфренда. — Надеюсь, ты говоришь обо мне, — сказал Томлинсон, проводя руками по ягодицам парня. Его трусы были такими тонкими, что Луи мог чувствовать сильные мышцы. Гарри пытался привыкнуть к прикосновениям и кивнул. — Но мне нравятся маленькие шажочки. Я устал спать один. Стайлс ухмыльнулся и поцеловал его в щеку, линию подбородка, шею и грудь. Он откинул одеяло и немного наклонился, чтобы поцеловать животик. Он лизнул бедро у самой кромки трусов, и Луи вздохнул, изо всех сил стараясь не думать о теплом рте Гарри вокруг его члена. — Наслаждайся сном, пока можешь. Я не дам тебе покоя, когда ты станешь моим парнем, — сказал он, уткнувшись в кожу Луи, прежде чем выйти из спальни. ⁎ — Это так тяжело, дружище. Клянусь, я схожу с ума, — сказал Луи, делая затяжку. Никотин не компенсировал его желания переспать с Гарри. — Но он хочет все исправить, строить наши отношения шаг за шагом. Я уважаю это, — сказал он, гордясь Принцем. Он уже давно ни с кем не спал. — Это уже кое-что, и я вижу, что он медленно восстанавливает свой внутренний мир. Маленькие шажочки — вот ключ к разгадке. — Я рад, что он наконец открыл глаза. Я не был уверен, что он сбросит свою маску. Должно быть, ему очень трудно бросить свои привычки и бороться с этой болезненной успокаивающей токсичностью. Я не могу себе представить, что он сейчас переживает. Но ты заставляешь его любить себя, и за это я бесконечно благодарен тебе, — сказал Найл, похлопав другу по плечу. — А еще я думаю, что ты наконец-то нашел того, кто перевернет твой мир с ног на голову, — сказал Найл, глупо улыбаясь шатену, который изо всех сил старался не покраснеть. — Я и сам кое-кого нашел, — добавил Хоран. — Хейли Моррисон. — Что? Бариста из кофейни в моем доме? Вот почему я больше не вижу тебя в 'The Elephant House', изменщик. ⁎ — Пожалуйста, Джинна, захвати несколько чистых полотенец, пока не началась толкучка, — сказал Луи, готовя чашку кофе для мисс Мисси. — Держите, дорогая, осторожно, горячо, — сказал он, нежно улыбаясь старушке. Он посмотрел на грязный стол и вздохнул: — Ненавижу Рождество, они приходят сюда только за постом в Инстаграме и уходят, не убрав за собой, — пробормотал Луи, смеющейся Джинне. — Хэштег горячий шоколад, — ответила она, прежде чем обернуться и посмотреть на только вошедшего Гарри. — Смотрите-ка, кто пришел. Малыш-бойфренд в пути. Гарри был одет в черный бархатный пиджак, черные брюки и длинное черное пальто. Его щеки покраснели от холода, и один из локонов выбился из-под шапочки. Он положил верхнюю одежду на стул за одиночным столиком и подошел к стойке. — Белое шоколадное печенье и черный кофе. И никакого сахара, — сказал Луи, ухмыляясь, но Гарри надул губы. — Сегодня не день белого шоколада, давай морковный торт с орехами, — попросил Стайлс, прежде чем вернуться за свой любимый столик. Луи принес ему все, и когда он развернулся на каблуках, Гарри схватил его за талию и заставил наклониться вперед. — Спасибо, — прошептал он в губы Луи. — Мне нужно было работать, но мое глупое сердце жаждало увидеть тебя. Я теперь один из тех, кто пишет эссе в кофейнях, — Луи улыбнулся ему и поцеловал в ответ. — Увидимся в пять, большой мальчик. День прошел гладко, и в какой-то момент Луи даже забыл, что Гарри здесь. Он был таким молчаливым, собранным, а другие посетители очень шумными. — Он уже несколько часов на тебя пялится, — сказала Джинна, глядя на Стайлса, который подмигнул ей. — Я бы хотела, чтобы кто-нибудь любил меня так же сильно. ⁎ — Что подразумеваешь под «у нас больше нет гостиной»? — поинтересовался Лиам у Найла, разговаривая с ним по телефону. Зейн посмотрел на Луи, тот лишь пожал плечами. — Завтра? Ладно, тогда иди сюда. Мы поедем к тебе завтра. — Итак, оказывается, Гарри решил сделать ремонт в их гостиной, так что мы не можем пойти к ним сегодня вечером, но Найл придет к нам. Луи схватил свой телефон и написал Гарри. Mon tendre Пожалуйста, Хазза, я хочу альпийско-зеленую бархатную кушетку. И неоны! Вся любовь, Лу. Х ⁎ Уже на следующий день три соседа по комнате отправились к Найлу и Гарри, и диван из альпийско-зеленого бархата был массивным и величественным. Там было несколько кактусов и большой глобус, а также рамы с новыми картинами. Это было шикарно и в то же время просто. — Смотри, — сказал Гарри, целуя Луи в лоб. Он схватил Луи за подбородок и показал ему, куда смотреть. Там был синий неоновый смайлик с крестиками вместо глаз, а на противоположной стене зеленые неоновые буквы образовывали фразу 'Sweet Creature'. Шатен прошелся по комнате, изучая детали интерьера; он посмотрел на рамки, там была фотография Найла и Гарри в лодке, фотография Лиама, Гарри и Зейна с вечеринки в честь Хэллоуина и много фотографий Стайлса и его отцов. В последней рамке была фотография Гарри и Луи, прижавшихся лбом друг к другу на вечеринке, которую Луи не помнил. — Ее сделал Лиам, я подумал, что она идеально впишется в семейные фото, — сказал Гарри, обнимая парня сзади. Его руки были большими, теплыми и сильными, и Луи не мог не чувствовать себя как дома. Гарри все еще колебался, шатен мог сказать, что Принц должно быть искренне подумал, что было бы уместно, а что нет. Себастьян так с ним обошелся. Гарри изо всех сил старался показать свою привязанность должным образом, не оставляя места для токсичности вообще. — Мой отец приедет завтра вечером. Я хочу, чтобы ты с ним познакомился. ⁎ — Я не знал, что твой отец тоже вегетарианец, — сказал Томлинсон, откусывая морковку. На Гарри был простой серый костюм и фартук, он был одет просто и в то же время очень элегантно. — На самом деле я ничего о нем не знаю. — Ты познакомишься с ним сегодня вечером, — сказал Гарри, суетясь, Луи мог сказать, что он нервничал, это было впервые. Шатен не мог сдержать любопытства, Гарри никогда не говорил о своем отце, который все еще был жив. Он знал только, что Лоран Стайлс купил музыкальную школу и постоянно путешествует. Это означало, что он был богат, музыкант и, что еще важнее, отсутствующий отец. Луи слишком хорошо знал, каково это — иметь отсутствующих родителей, он знал, каким потерянным должно быть чувствовать себя Гарри, каким одиноким и нелюбимым. — Я купил тебе смокинг. Голубино-голубой, в тон твоих глаз. Я надену бордовый костюм от Гуччи и прозрачную черную рубашку, так что, если тебе станет скучно, ты всегда сможешь посмотреть на мои соски, — очень серьезно сказал Гарри. — С чего бы мне скучать? Вы никогда не перестаете развлекать меня, мистер Стайлс, и я не могу дождаться встречи с Лораном, — сказал Луи, произнося его имя с безупречным французским акцентом. Гарри посмотрел на него и прикусил губу; Луи говорил на другом языке, который был музыкой для его ушей и звучал очень горячо. — Значит, твоя мама живет в Токио? Мы с Джейденом ездили туда пару раз. Мне нравится там, — сказал Лоран, глядя на Гарри блестящими глазами. Судя по тому, как он смотрел на своего сына, Гарри и Джейден, должно быть, были очень похожи. Луи чувствовал огромную печаль, что он никогда не узнает другого отца Гарри. Он посмотрел на Гарри, который теперь бессмысленно пялился на неоновую надпись «милое создание». — Я никогда там не был, но, наверное, должен был съездить. Я скучаю по маме, — признал Луи, Лоран улыбнулся ему, и он мог сказать, что разговор о Джейдене все еще его расстраивает. Никогда не перестанешь тосковать по тому, кого потерял. — А еще я скучал по Гарри. Вот почему я вернулся, я хотел попросить тебя поехать со мной в Рио, — сказал Лоран, вонзая вилку в пирог. Томлинсон не мог поверить своим ушам — Рио. Он посмотрел на Гарри, но тот никак не отреагировал. — Гарри? — мягко спросил отец, и наконец Гарри посмотрел на него. — Ты хочешь поехать со мной в Рио? Перед Рождеством. Я помню о твоей поездке в Норвегию, но до этого у тебя еще есть свободная неделя. — Да, конечно, — Гарри странно посмотрел на Луи, это длилось долю секунды, но этого было достаточно, чтобы шатен оставался взволнованным до конца ужина. Когда Лоран наконец покинул особняк, Гарри решил поиграть на пианино. Луи стоял, опершись на него локтями, и молча смотрел на парня. — Прости. Пожалуйста, не приходи к выводу, что я ненавижу своего отца. Я люблю его. Но иногда, как сегодня, он олицетворяет потерю, все, чем мы могли бы быть, мой другой отец и я. Он напоминает мне, что то, чем мы могли бы быть, никогда не случится, потому что он мертв. И как бы мне ни хотелось, чтобы у нас с Лораном были прочные связи, я не могу этого сделать. — Ты не хочешь сказать мне, почему? — спросил Луи, садясь рядом с Гарри, который уже перестал играть. — Потому что какая-то часть меня продолжает думать, что есть либо два родителя, либо ни одного. Я знаю, что это неправильно. Я знаю, что он пытается что-то построить. Прошло так много времени с тех пор, как он пытался, но я не могу отпустить его. И все же я не хочу, чтобы он страдал, думая, что я больше люблю своего другого папу. — Не думаю, что ему больно из-за этого. Он тоже скучает по нему, это так очевидно, когда он смотрит на тебя. Я думаю, ты напоминаешь ему Джейдена больше, чем можешь себе представить. Вам двоим нужно поговорить об этом, Гарри, ты не плохой сын, потому что скучаешь по своему отцу. Ты не плохой сын, потому что тоже хочешь сблизиться с Лораном. — Я даже не знаю, каково быть сыном, — признался Стайлс, пряча лицо в ладонях. Луи поднес правую руку к волосам Гарри и поцеловал его в плечо. — Никто не просит тебя закрыть книгу и никогда больше не читать ее, любовь моя. Но, может быть, вы могли бы написать еще одну главу с Лораном? Ты сам сказал, что это было так давно, может быть, пришло время сделать некоторое усилие. Вы двое так одиноки, что заслужили это. Плечи Гарри дрожали, он плакал. — Джейден будет наблюдать за тобой оттуда, он будет так горд и счастлив видеть, что вы помирились, — тихо сказал Луи, и Гарри раскрыл свои руки и крепко обнял парня, уткнувшись головой в его шею. — Большое спасибо, Лу, — услышал он шепот Гарри между рыданиями. ⁎ Вот они в Норвегии на Рождество. Найл пил горячий шоколад, завернутый в белое одеяло, и рождественский зеленый джемпер со светящимися огоньками на нем. Зейн и Гарри готовили, все шале пропахло корицей, апельсином и карамелью. Лиам и Луи украшали маленькую рождественскую елку, Лиам был одет в джемпер, который Зейн купил для этого случая — красный шерстяной свитер с улыбающимся Санта-Клаусом на нем. — Нет. Определенно нет. — Но почему? — пробормотал Лиам, пытаясь посадить ангела на верхушку дерева. — Потому что звезда лучше, — Луи заставил ангела упасть и водрузил звезду. Лиам убрал ее обратно в коробку. — Мальчики. Не могли бы вы остановиться? Никаких драк, — пожурил их Зейн. — Извини, детка, — сказал Лиам, явно обожая свою власть. — Пошел ты, — добавил Луи. Зейн и Найл засмеялись, но Гарри грозно посмотрел на шатена. — Следи за языком, Томлинсон, — сказал он, разрезая апельсин. Это было горячо. Луи вопросительно выгнул брови. — В этом доме у нас правит разнообразие. Повесьте обоих. Луи попытался скрыть свое обожание, Гарри Стайлс, отдающий приказы? Новый кинк. Весь день они играли в шахматы, танцевали с бокалом вина и просто наслаждались обществом друг друга. Луи сиял; всего несколько месяцев назад они были незнакомцами, а теперь они настоящая семья. Все блюда были безумно вкусными. Все съели по две порции. Они пили только красное вино, так что они были довольно пьяны; они были в том состоянии, когда хочется смеяться без причины и отправить в какое-нибудь приключение. — Давай прогуляемся, — предложил Гарри. — Потом откроем подарки, — он встал и осторожно потащил Луи за собой. Он смотрел на его губы достаточно долго, чтобы остальные заметили это. — Вы уже стали парой? — поинтересовался Хоран. Гарри и Луи разорвали руки, и Луи показал ему средний палец. Небо было совершенно темным, и, к удивлению Томлинсона, было не так холодно, как можно было себе представить. Снег под ногами казался тонким и легким. Ниже по склону было еще три, может быть, четыре шале, во всех горели огни. Снаружи были только они пятеро и бесконечная ночь. Найл и Лиам смеялись, Зейн стоял позади них, ошеломленно глядя на открывающийся вид. Гарри посмотрел на Луи и улыбнулся такой яркой улыбкой, что даже темнота ночи была бессильна. Луи остановился и убедился, что Гарри тоже остановится. — Смотри, — сказал Стайлс, указывая на небо, на котором медленно появлялось северное сияние, сверкая зелеными и голубыми огнями. Это было потрясающе красиво. — Спасибо, — сказал Луи, смотря на парня, все было таким мягким. Это было безумно сладко после того, что они пережили. Он не только благодарил его за поездку, Гарри знал это. — Ты не ответил на мой поцелуй, — ни с того ни с сего сказал Гарри. Руки он держал за спиной, как обычно, когда чувствовал себя неуютно. Луи рассмеялся и посмотрел на остальных, они были очарованы небом. —Ты не просил, — поддразнил шатен, подходя ближе. Он поправил шапочку на кудрях. Гарри обхватил руками его талию. Даже сквозь пальто Луи чувствовал запах его одеколона. Его шея была мягкой и горячей, он потерся о кожу своим носом, и Гарри поморщил носик. — Холодно, — хихикнул он. В ушах Луи это звучало как рай. Луи поцеловал его в щеку — Вот твой поцелуй, — Гарри сделал вид, что раздосадован, и Луи обхватил ладонями его лицо. — А теперь поцелуй меня, дурачок, — поспешно добавил Гарри. Луи мягко прижался к пухлым губам парня. Тепло прикосновения соперничало с их замерзшими носами. Шатен проник языком в рот, чтобы попробовать Принца на вкус. Гарри сильнее прижал его к себе. Луи прикусил его нижнюю губу и отодвинулся, чтобы посмотреть на него. У того были закрыты глаза, поэтому Луи поцеловал его напоследок, и Гарри улыбнулся. Он открыл глаза и покачал головой. — Что? — поддразнил Томлинсон, притворяясь, что не знает, что Гарри пытается сохранить самообладание. Он посмотрел на Луи так, что тот покраснел. Воображение Гарри настолько разыгралось, что даже Луи мог прочитать сценарий. Кожа к коже, мягкие прикосновения, влажные губы, плавные движения бедер, Гарри скользит вниз по внутренней стороне его бедер… — Эй! — крикнул Найл. — Уже полночь! Давайте вернемся! Мне нужны мои подарки! ⁎ — Это тебе, — Найл протянул Луи пакет. Он был маленький и легкий. Луи открыл его, там была карточка с именем пользователя и паролем. — Ну, я думал о машине, о вилле, о том, чтобы отдать тебе один из моих органов, но решил, что это будет более полезно. Это дает доступ к любым данным, которые ты только захочешь в течение года. Книги, эссе, манифесты и прочее дерьмо, — Луи обнял его так крепко, что Найл приподнял его. — А еще заплатил вперед за наши уроки французского в следующем семестре. Счастливого Рождества и с Днем рождения, дружище. — Ты сдал экзамен. Я тебе больше не нужен, — поддразнил шатен. Найл подарил Зейну и Лиаму четырехдневную поездку в Италию, а Гарри — шелковые тапочки и пончик. По-видимому, каждый год они покупали друг другу глупые вещи ради этого. Годом раньше Найл подарил Гарри зажигалку, а взамен получил резинку. Гарри прибавил им подарков: картину для Зейна, уроки танцев для Лиама и зонтик для Найла. — Я просто хочу сказать, что рад быть здесь с вами, ребята, Лиам, ты лучший парень на земле, — он поцеловал его. — Луи, ну, это был тяжелый год, но я рад, что ты справился, и ты мой лучший друг, я рад, что ты у меня есть, — он встал и обнял его. Затем Зейн повернулся к Найлу и Гарри: — Я рад, что ты вернулся, Ни. Я скучал по тебе. И Хазза. — Гарри смущенно покачнулся. — Я рад, что ты мой друг, мне нравятся твои причуды, — он обнял их. Пейн встал и принес праздничный торт для Луи. Последний исчез на некоторое время и в конце концов вернулся с подарком. — Прежде чем я задую свечи. Счастливого Рождества, Мистер Стайлс, — Томлинсон подмигнул Гарри, и тот покраснел. Найл посмотрел на Гарри и даже не пытался скрыть свою любовь, Зейн и Лиам улыбались Луи, это было невероятно слащаво. Гарри взял подарок и осторожно развернул бумагу. Его бордовый костюм был ошеломляющим, и все же он не отдавал ему должного. Парень был возмутительно красив. Его красота была неземной. — Твой подарок на день рождения еще не готов, — пробормотал он, глядя на Луи. — Все в порядке. Открывай, — поспешно сказал Луи. Это был черный дневник, Гарри прочел надпись на первой странице: «Причины, по которым тебе не нужна корона, чтобы быть принцем, и другие попытки заставить тебя полюбить себя. Автор Луи Томлинсон». Гарри не осмелился прочесть остальные страницы. Он закрыл дневник и улыбнулся. Самой яркой улыбкой, которую Луи когда-либо видел, Стайлс был на грани слез, робкий и абсолютно слишком милый для этого мира. Сердце Луи приятно екнуло. Гарри изо всех сил пытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Он будто отключился, Найл нахмурился, смотря на сдерживающего смех Зейна, и Лиам подарил «не круто издеваться над другом» взгляд Хорану. Гарри был, безусловно, самым очаровательным парнем, которого когда-либо видел мир, и все же он был застенчивым и скромным, когда дело касалось Луи. — Тебе нравится? — спросил шатен, пытаясь помочь. Гарри положил блокнот на чайный столик и обнял Луи так крепко, что почувствовал, как колотится его сердце. Луи чувствовал себя так, словно его тело всю жизнь ждало возможности воссоединиться с теплом Гарри. — Я не знаю, что сказать, — прошептал он ему на ухо. Его голос дрожал. У глаз Луи появились морщинки. Он улыбался так сильно, что болели щеки. — Спасибо. Они смотрели «Гринча», и в конце концов Найл уснул на диване, а Зейн и Лиам — на ковре у камина. Луи и Гарри молча сидели на диване, Луи гладил Гарри по голове, пока Принц не заснул. — Пойдем спать, большой человек, — Гарри пробормотал что-то себе под нос, Луи вздрогнул. — Я не говорю по-ворчливохаззиному. Пошли. Следующие несколько дней они провели, изучая местность. Время от времени Стайлс украдкой целовал его, и они засыпали рядом, переплетя пальцы. — Луи? — Гарри погладил его по щеке. — Просыпайся, — Луи что-то проворчал. Накануне вечером они устроили вечеринку в столице, и он чувствовал себя совершенно разбитым. — Прими душ, завтрак подан. Нам нужно выезжать через час, иначе ты пропустишь свой подарок на день рождения, — Гарри поцеловал его в лоб. — Наслаждайся своим днем рождения, — Найл усмехнулся. Конечно, он знал, что будет. — До следующего года, — торжественно произнес Гарри. Париж. Они собирались в Париж. Гарри хранил этот сюрприз до самого прибытия в аэропорт. Луи будто попал в сказку. — Мне придется завязать тебе глаза, когда мы приземлимся. Он держал Луи за руку, они взяли такси и немного прошлись пешком. Они поднялись по лестнице, Луи правда чуть не упал, но повязку не снял. Гарри открыл дверь. Там пахло деревом и старыми книгами. — Теперь можешь снять, — выдохнул шатен. Квартира была просто волшебной. Там был массивный старинный диван в стиле рококо, лепнина и отделка, и даже гобелены на стенах. Это было похоже на апартаменты какого-то короля барокко. — Гарри. — С днем рождения, Луи, — гордо сказал Гарри. — Я не хочу покидать это место, — он обнял парня, он был счастливее всех. — Ну, теперь она твоя, так что можешь остаться, — проговорил Стайлс ему на ухо. — Что? — он в ужасе отступил назад. — Она твоя. Теперь тебе не нужно искать, где жить в следующем году. Полагаю, ты все еще хочешь здесь учиться? — Только если ты останешься со мной, потому что я не… — С удовольствием. — Ты, блядь, спятил, — Луи обхватил его лицо ладонями и поцеловал, это были не обычные нежные поцелуи, Луи жаждал его всего. Он расстегнул пальто Гарри, и оно упало на пол. Тот посмотрел на него и облизнул губы. Луи снял пальто и смотрел, как Принц расстегивает рубашку. — Позволь мне сделать это, — он повернулся, медленно расстегивая рубашку и смотря на ухмыляющегося парня. Луи не спеша целовал его подбородок. Гарри расстегивал его джинсы. Шатен целовал его в ухо, покусывая мочку. Он поцеловал его в шею, прямо под ушком, и Гарри застонал. Он притянул Луи к себе и запустил руки под ткань джинсов. Он оба слегка терлись друг об друга. — Чего ты хочешь, большой парень? — Луи прикоснулся губами к губам Гарри, тот ухмыльнулся и поднял Луи. Он обхватил его ногами, и его понесли в спальню. Он позволил себе упасть на кровать. — Хочу услышать, как ты стонешь, — наконец ответил Стайлс. Он снял с Луи кроссовки, носки и джинсы. Он посмотрел на внушительную выпуклость в трусах и слегка ухмыльнулся. Он снял свои ботинки и, прежде чем успел снять остальное, Луи сел на край кровати так, чтобы оказаться на уровне живота Гарри. — Я сказал, позволь мне это сделать, — он посмотрел на Гарри и поцеловал его тату бабочки. Он завел руки за спину и продолжал целовать его кожу. Гарри глубоко вздохнул и достал из заднего кармана презерватив. Он бросил его на кровать и запустил пальцы в волосы шатена. Луи провел полосу языком от соска до пупка. Он опустился на колени и принялся расстегивать пуговицу на брюках. Он делал это настолько медленно, что это было похоже на пытку. Брюки упали к лодыжкам. Луи приподнял ногу, другую и убрал мешающуюся ткань. Гарри посмотрел на него сверху вниз и покачал головой. — Что? — сказал Томлинсон, прежде чем поцеловать его низ живота, чуть выше края трусов. — Ты заплатишь за это, — заверил он, но Луи лишь фыркнул и начал целовать его бедра. К его радости, выпуклость Гарри становилась все больше. Он снял трусы и снова поцеловал молочную кожу чуть выше члена. Гарри медленно терял самообладание, а Луи не скрывал своей гордости. Он поцеловал его еще раз, намеренно избегая стояк. Гарри рассмеялся. — Кровать, — скомандовал он, хватая Луи за руку и поднимая его. Он накрыл тело шатена своим и обхватил его член своей большой рукой. — Блять, — простонал Луи. Он двинул рукой по члену, Луи обхватил задницу Гарри своими руками и впился в мягкую кожу ногтями. Гарри застонал — рай для шатена. Ладонь Гарри была влажной и горячей, двигаясь вверх и вниз мучительно медленно. Собственный член парня болезненно впивался в ткань штанов. Он остановил свои действия и поправил его; он посмотрел на Луи, который взглядом умолял вернуть руку на член, и снял штаны. Наконец-то они были полностью обнажены. Гарри снова лег на Луи и толкнулся бедрами, Луи застонал. Все было размыто, он мог думать только о своем истекающем смазкой члене. Стайлс целовал его в шею, ключицы и грудь. Луи обнял его за шею и глубоко вздохнул. Он сгорал от желания. Он просто хотел, чтобы Гарри грубо и быстро трахнул его. Гарри спустился еще ниже, облизывая живот, и наконец добрался до члена. Он обхватил его своей большой ладонью и обвел головку кончиком языка. Луи подавил стон. — Это все, на что ты способен, большой мальчик? — поддразнил он, и Гарри полностью взял его в рот. Его пухлые губы обхватывали член, он быстро задвигал головой, и все тело Томлинсона задрожало от удовольствия, и Гарри мгновенно замедлился. — Придурок, — пробормотал Луи сквозь зубы. Гарри снова решил поддразнить, вновь быстро заглотив член. Луи, почувствовав, что так он долго не протянет, обхватил ладонями лицо Гарри и поймал его взгляд. — На спину, — скомандовал Луи. Они поменялись местами и посмотрели друг на друга. Член Луи уже не доставал до горла Гарри. — Ты собираешься трахнуть меня или как? — поддразнил Стайлс. Воспоминания о Гарри в воде поразили Луи как гром. Он покачал головой и погрузил член парня в рот. Он мучительно медленно двигал головой. Гарри стиснул зубы и зажмурился. Луи трахал его своим ртом. Гарри дернул бедрами, чтобы достать до горла. Шатен схватил его за яйца, и Принц издал гортанный стон. Он принялся сосать быстрее и сильнее, скользнув указательным пальцем в дырочку Гарри, тот задыхался, его колени дрожали. Он немного поиграл с членом и анусом Гарри, скользя пальцем туда-сюда, двигая головой вверх и вниз. Конечно, блять, член Гарри идеально помещался у него на языке. Он добавил второй палец и посмотрел на реакцию парня. Тот всхлипнул и что-то пробормотал. Его руки все еще гладили волосы Луи. — Что ты говоришь? — поддразнил шатен, лизнув головку члена. — Я сказал, трахни меня, — взмолился Гарри. — Я думал, ты топ? — поинтересовался Луи, облизывая выпирающую венку. — Не пойми меня неправильно. Я тебя трахну. Но прямо сейчас я хочу, чтобы ты трахнул меня, — он был властным, но умоляющим. Очень горячо. — Перестань скулить, — Луи попытался снова накрыть член, но Стайлс притянул его ближе и обвил ногами талию. Луи был ошеломлен, у него кружилась голова, он был опьянен Принцем. Гарри дрожал. Он схватил презерватив и открыл его, глядя прямо Луи в глаза. Он приложил его к головке и раскатал по всей длине. — Я здесь отдаю приказы, Луи, — он дышал прямо тому в рот. Он качнул бедрами, пристраиваясь к члену, и насадился до конца, по самые яйца. Луи хмыкнул и сжал шею Гарри. Ему потребовались все силы, чтобы не кончить. Стайлс был такой узкий, что казалось, будто его член расколол его на части. Луи начал медленно двигать бедрами, каждый раз стараясь выйти и войти на полную. Он полностью вышел, и Гарри судорожно вскрикнул. Луи снова вошел, на этот раз глубже и медленнее, Гарри впился ногтями в его спину. Томлинсон так точно долго не протянет. Он двигался быстро, Гарри стонал все громче и громче. Гарри вцепился в простыни так сильно, что побелели пальцы. Луи растворился, уткнувшись парню в шею, в его поту, мускусе и желании. — Сейчас кончу, — пробормотал Гарри почти с болью. Член Луи ударился о простату, и тело Гарри так напряглось, что он свернулся пополам и обхватил Луи руками. Луи сделал еще несколько толчков, и он издал приглушенный стон, Луи толкнулся в последний раз, наполнив Принца. Они кончили и рухнули на кровать. Они лежали с закрытыми глазами, соприкасаясь телами и горячо дыша. Томлинсон держал глаза закрытыми на случай, если все это было сном. Этого не может быть на самом деле. Он был в Париже, в своей спальне, он открыл для себя удовольствия Принца. Наконец он открыл глаза и окинул взглядом комнату. Комната была похожа на гостиную: лепнина, мебель в стиле рококо, старинные шторы. Он посмотрел на тело Гарри, его сильные руки и спину, ямочки чуть выше ягодиц, Луи весь горел. Гарри ласкал его животик, его прикосновение было таким легким, что Луи пришлось сосредоточиться, чтобы почувствовать его. — Черт, мне было так хорошо, — пробормотал Стайлс, уткнувшись ему в шею. — Я почти уверен, что мы с тобой встречались не только в этой жизни. Это было похоже на возвращение домой. Может быть, мы были любовниками еще в Древней Греции, — закончил Гарри, улыбаясь. — Есть инжир и заниматься любовью под солнцем и оливковыми деревьями — это похоже на нас, — сказал Луи, гладя Гарри по голове. — Я был так растерян, когда мы впервые встретились. Сейчас эти времена кажутся такими жуткими. Я принадлежу тебе, — признался Стайлс, лаская губами грудь Луи. — Когда я впервые увидел тебя, ты был потерян. Но когда я увидел тебя настоящего, я нашел себя. Все встало на свои места. Больше никакой боли, никакой борьбы. Гарри отпустил его, и теперь они были самыми счастливыми людьми на земле. Это действительно было похоже на возвращение домой. Они продолжали обниматься, убаюканные нежностью признаний. Нужно было решить еще столько проблем, убить столько демонов, но впервые за очень-очень долгое время им было за что держаться. Луи нашел, и Гарри бросил якорь.