Опять ты?

Подобное продолжается около двух недель. И терпение обоих сторон сходило на нет. Сначала Майк не воспринял слова Хоппера всерьёз и его третье правило тоже. Поэтому несколько дней, после уроков, они с Уиллом и Джейн шли к ним домой. Сначала вместе делали уроки, обедали и смотрели телевизор. Потом Уилл и Майк уединялись в комнате первого, закрыв дверь, ведь не перед кем было соблюдать правила. И, через какое-то время, с работы возвращались Джойс и Хоппер, и шериф сразу шёл к закрытой двери Уилла, открывал ее без стука и оповещал о том, что пришло время ехать домой. Он отвозил Майка, в очередной раз читал лекцию и добавлял новые правила, либо ужесточал уже имеющиеся. В итоге, парни решили, что отныне будут проводить время вместе у Уилеров. Но и там все было не так просто. У них было часа два наедине до возвращения Карен с Холли. Часто младшая сестра Майка прибегала к ним и время наедине заканчивалось и не появлялось вплоть до приезда шерифа, который, как и обещал, заезжал за Уиллом. Нервы Майка сдавали. А когда он жаловался на надоедливого Хоппера друзьям, те над ним только смеялись и подшучивали. Оди была в их числе, хоть и высказывала некоторое сочувствие, зная насколько строгим может быть ее отец в этих делах. Они уже проходили через это, но сейчас Джим будто отрывался на Майке за двух своих детей разом. Лукас и Макс дразнили его на пару, Дастин вроде пытался давать какие-то советы, но все они не имели смысла и казались не серьёзными. Уилл старался успокоить Майка и убедить, что им нужно соблюдать эти правила, как бы они не бесили обоих, чтобы Хоппер подуспокоился, чтобы не становилось хуже. Майк был с этим не согласен, ни за что он не будет следовать правилам. Не в этой жизни. Поэтому он продолжал, иногда специально нарушать их, получая очередную порцию лекций обозленного Хоппа. Однажды, после того, как Хоппер забрал Уилла от Уилеров, примерно через часа два, Майку пришла идея. Он ушел из дома и поплелся до Байерсов. Будучи на месте, он тихо обошёл дом и постучал в окно Уилла. Майк мог бы сказать, что они с Уиллом вполне могут обходиться друг без друга какое-то время, но сейчас им времени наедине катастрофически не хватало. Поэтому поздним вечером Майк припёрся к Уиллу и забрался к нему в комнату через окно. Уилл всегда закрывал дверь в комнату, кроме времени, когда с ним был Майк, поэтому появления Уилера осталось незамеченным. Они тихо переговаривались, смеялись, обнимались и целовались. В общем, делали то, что они оба любили делать друг с другом. Подобное получалось провернуть несколько раз и они временно успокоились и расслабились, проводя время вместе по вечерам, иногда с ночёвкой и уходом Майка под утро, все так же через окно. С тех пор, они спокойно расходились в "комендантский час" указанным Хоппером, Майк перестал возмущаться, вел себя спокойно, но противная самоуверенная улыбка не сходила с его лица. А Хоппер все же был шефом полиции и начинал подозревать что что-то тут не так. С того момента подобраться к Майку стало невозможным. Он придерживался всех правил. Они снова стали чаще проводить время у Байерсов, а дверь в комнату открывалась не на три дюйма, а чуть ли не нараспашку. И никаких поцелуев. Майк и без поцелуев. Да кто в это поверит? Вот и Хоппер не верил, но прикопаться было не к чему. Просто в какой-то момент эта парочка стала идеально послушной. Почему-то это выводило Хоппера еще больше. Было уже около восьми вечера, Майк с Уиллом увлечённо целовались в комнате Байерса, пока за дверью не послышался шум шагов, а после раздался стук в дверь и Уилл шёпотом попросил Майка спрятаться под кровать, а сам, сделав вид, что читает, разрешил войти. Это оказался, конечно же, Хоппер. Удивительно, что подобного не происходило ни разу за всю неделю. Но шериф даже не входил в комнату, он лишь позвал Уилла в гостиную, где они все решали, как проведут выходные и вышел. Как только Хоппер ушел и шаги в коридоре утихли, Майк под кроватью рассмеялся. Уилл шикнул и свесил голову с края, поднял покрывало и наблюдал за смеющимся парнем, попросив его подождать и пообещав скоро вернуться. Майк решил, что необязательно ждать под кроватью, поэтому выполз оттуда и принялся бездумно шляться по комнате, изучая все в миллионный раз. Все было таким знакомым, таким родным. Он провел в этой комнате, наверно, половину своей жизни. Все тут казалось таким уютным. Кровать с всегда чистым бельем, клетчатый плед, полароидные фотографии на стенах и несколько пленочных, рисунки. Он осматривал стол с привычным беспорядком Уилла, раскиданными мелками, альбомами, листами бумаги. В этом творческом беспорядке, как это всегда называл Уилл, Майк замечает часть рисунка, который он еще не видел и хотел было его достать, но случайно уронил несколько карандашей, на мгновение замерев, прислушиваясь. Но когда он повернулся, дверь в комнату уже была открыта и на пороге стоял хмурый шериф с раздутыми ноздрями. Как такой большой мужчина мог так бесшумно появится оставалось загадкой. Не хватало только грозы на улице и молнии для полного эффекта. В этот раз Хоппер натурально рычал. Он готов был вышвырнуть парня в окно, либо закрыть на пару дней в участке. Даже причина была - проникновение на частную территорию. Он ведь чувствовал, знал, что что-то происходит за его спиной. Неужели это не в первый раз? На крики Хоппера прибежали все остальные. Джойс удивилась присутствию Майка, но все же это не было для нее большим сюрпризом, поэтому она спокойно пригласила Уилера на ужин через минут двадцать и пообещала ребятам за это время успокоить Хоппера, который был возмущён таким поворотом событий. Мальчишку надо бы выкинуть и больше никогда не пускать. Но его, конечно же, никто и слушать не стал. Джойс и Джейн взяли мужчину под руки и попытались увезти его из комнаты Уилла, пока Майк победно ухмылялся, глядя мужчине в глаза, и закрывал дверь. – Что ты сделал? – строго спросил Уилл, сложив руки на груди. Даже улыбка на лице Майка пропала от этого тона. – Что? В смысле, что я сделал? – недовольно нахмурился Уилер, смотря на парня сверху вниз. – Он не заходит в мою комнату, когда меня тут нет. Ты что-то сделал, раз это произошло. Я спрашиваю: что ты сделал? – вновь повторил вопрос Байерс, не меняя позы. Майк поморщился и скривил губы, понимая, что ему не отмазаться. – Ладно, – вздохнул Уилер и, обходя Уилла, завалился на его кровать. – Возможно, я кое-что уронил. – Блять, Майк, – закатил глаза Уилл, пока Майк удобно устраивался на кровати, подложив руки под голову. – Тс, не ругайся. С каких вообще пор Уилл Байерс ругается такими нехорошими словами? – ухмыльнулся Майк. – С тех пор, как он начал встречаться с Майком Уилером, – устало ответил Уилл и сел рядом с подростком. Майк улыбнулся еще шире и, обхватив торс парня, заставляет его лечь рядом. Они проводили много времени вот так, в постели, в обнимку с поцелуями, как настоящие подростки. Иногда, им хотелось бы пройтись за руки по улице, обняться в школе, как настоящая парочка, показать всем, что они вместе, но этого делать нельзя. Этот дом, а в частности эта комната, было самым безопасным местом для них. Так что да, они часто валялись вместе. Для них это было самым лучшим времяпрепровождением. Не считая посиделок с друзьями, которые происходили так же часто. Уилл перевернулся и лёг на живот, смотря на Майка своими большими зелёными глазами, запустив пальцы в чужие мягкие волосы. – Ты продолжаешь его выводить. Мы не раз уже с тобой об этом говорили, но ты продолжаешь это делать, – устало выдохул Байерс, бегая взглядом по чертам лица напротив. Уилл даже не мог сказать, что ему больше всего нравилось в Майке. Он бы выделил губы, они всегда такие мягкие, даже на вид. Мягкие и красные, особенно после долгих поцелуев. Уиллу нравились острые скулы Майка и его веснушки, особенно летом, когда они становились еще ярче, выделяясь на покрасневшей от солнца коже. Но вообще, Уилл любил в Майке абсолютно все. – Ну, это весело, – пожимает плечами Уилер, насколько он может это делать в лежачем положении. Если честно, Майк уже устал от этих разговоров и от правил, да и от Хоппера. Он за свои почти семнадцать лет не видел шерифа так часто, как за последние недели. И никогда он с ним столько не общался, если их постоянные пререкания вообще можно считать общением. – По крайней мере, ты это больше не отрицаешь. – Хочешь сказать, тебя не забавляет его реакция? Он ненавидит меня, так почему бы хотя бы не повеселиться из-за этого. Хоть какая-то польза, – фыркнул Майк, найдя в ситуации хоть что-то позитивное и полезное. – Если будешь выводить его еще больше, не удивляйся тому, что он и ненавидит тебя сильней, – произнес Уилл, выпутываясь рукой из копны волос и спускаясь на щеку Майка. Байерсу доставляло удовольствие наблюдать за расслабленным и млеющим от его прикосновений парнем. За тем, как он прикрывает глаза и еле заметно подается на прикосновение. – Ха, ты тоже признал, что он меня ненавидит, – ухмыльнулся Уилер. – Ну, изначально я так не думал, изначально так и не было, но ты шёл к этой цели. Так что, теперь, он точно тебя ненавидит. Молодец. – Он ненавидит меня еще со времен, когда я встречался с Джейн. Хотя, мне кажется, даже раньше, – фыркнул Уилер. – Я с ним поговорю. В очередной раз. Но надо с этим что-то делать. Так больше продолжаться не может. Лазить к тебе в окно по ночам мне, конечно, нравится, но все же я привык к дверям. Правда, я не понимаю, как это все решить. – Мы что-нибудь придумаем, – улыбнулся Уилл и потянулся за новой порцией поцелуев. *** В этот раз, без включённой музыки, они услышали крик Джойс, зовущий их на ужин с первого раза, и им не пришлось дожидаться личного приглашения к столу от Хоппера. Они вместе входят на кухню, где Эл помогает Джойс накрывать на стол, а Хоппер уже сидит на своем месте и выглядит по-прежнему недовольным, но уже не злым. Майк снова победно улыбается и садится рядом с Уиллом, который качает головой и закатывает глаза на всю сложившуюся ситуацию. Наконец все усаживаются, горячее подано и, пожелав друг другу приятного аппетита, приступают к трапезе. – Как дела в школе, Майк? – обратилась к Уилеру Джойс, пытаясь разрядить обстановку за столом и при этом наблюдая краем глаза за Джимом. Они немного поговорили до ужина и вроде все должно пройти неплохо. Но это же Хоппер. – Все хорошо, миссис Байерс, – ответил Уилер, улыбаясь Оди, сидящей напротив, когда замечает рядом с ней отдельную тарелку с Эгго. Она улыбнулась ему в ответ и вернулась к ужину. Несмотря на то, что они когда-то встречались, сейчас они были хорошими друзьями. Как оказалось, дружить у них выходит лучше, чем любить друг друга. – А как дома дела? – задала следующий вопрос Джойс. Непростой вопрос. В последнее время обстановка в семье Уилер была крайне напряжённой. Нэнси уехала, а Холли еще не все понимает, хоть она и стала старше, но Майка иногда разрывало от накаленной атмосферы между их родителями. Они и раньше не были особо доброжелательны друг к другу, но сейчас постоянное молчание между ними, а если и заводили разговор, то таким тоном, что Майку хотелось сбежать. Постоянное избегание взглядов друг друга выводило из себя. Они все еще делали вид идеальной семьи для Холли и для всех людей, которых дела их семьи вообще не должны волновать. Но как оказалось статус в глазах чужих людей был важнее их собственного счастья и счастья их детей. Поэтому они и не разводились, но и отношения между друг другом наладить не пытались. Майк видел, как их семья трещит по швам и ничего не мог с этим сделать. Еще одна причина, почему он не хотел находится дома. – Неплохо. Вроде как. То есть, все будет в порядке, – натянуто улыбнулся Майк себе в тарелку. Джойс нахмурилась, заподозрив неладное, но больше вопросов не задает, встретившись с взглядом Уилла. Тот покачал головой, как бы говоря, что это не лучшая тема для продолжения разговора. Эл, которая так же, как и Уилл, знала о ситуации Майка переводит тему, вернувшись к школе. Она говорит, что не понимает одну тему и Майк обещает ей ее объяснить. Потом Уилл говорит о новинках в кино и они возвращаются к вопросу о семейном уикенде. Видимо, они решили все вместе сходить в кино. Во время небольшого спора между фильмами, на которые они хотят пойти, Джойс предложила Майку присоединиться к ним, так как он давно уже практически член их семьи. Майку становится немного неловко, но все же он соглашается, когда Уилл незаметно для остальных сжимает его ладонь под столом. Хоппер этому предложению не рад, но отказать уже не может. – Хоппер, – тихо прошипела Джойс, ткнув его в живот локтем. – Прекращай. – Что? – непонимающе нахмурился мужчина. – Прекращай прожигать Майка взглядом. На нем скоро живого места не останется, – Джойс старалась говорить как можно тише, чтобы дети не услышали, но проваливается. – Да, пап, хватит так пялиться, – поддержала женщину Элевен. – Что? – Ты невзлюбил Майка, когда мы с ним встречались. Но сейчас он с Уиллом и я не вижу причин злиться на него дальше. – Да, он встречался сначала с моей дочерью, а сейчас встречается с моим почти сыном. У меня есть причины для беспокойства, уж извините, – раздражается Джим. – Хоппер, – растроганно произнесла Джойс. Это первый раз, когда он назвал Уилла сыном, хоть и с приставкой "почти". Уилл немного смутился, а Майк снова кидал раздраженные взгляды на шерифа. – В чем твоя проблема? – Уилер бросил столовые приборы на стол и нахмурился. Ему это пиздецки надоело. Он больше не выдержит. Это просто уже выходило за рамки. Он устал получать столько необоснованной ненависти и недоверия. Даже если он заслужил этого недоверия. – В чем моя проблема? – угрожающим тоном повторил вопрос Хоппер, сжимая ладони со столовыми приборами в кулаки. – Да, я так и спросил, – сдержанно ответил парень. – Майк, – мягко позвал его Уилл, догадываясь к чему это может привести. Но Майк его не слушает. – Ты спрашиваешь у меня в чем моя проблема? Ты маленький заносчивый засранец... – Хоппер! – возмущается Джойс. – Ты встречался с Джейн... – Да, а сейчас с Уиллом. Прошу прощения, но такое случается. Сначала тебе нравится один человек, а потом ты любишь другого. Ни у кого нет с этим проблем, кроме вас. Поэтому я и спрашиваю, в чем ваша проблема? – закипал Майк, сжимая кулаки. Парень и мужчина сидели напротив друг друга, как два разъяренных льва. Уилл опустил руку на сжатый кулак Уилера, дабы хоть как-то успокоить, что у него особо не получилось. Джойс положила руку на спину шерифу. Эл же пока просто наблюдала, находясь будто меж двух огней, но повышенные тона и грубость в их голосах нервировали девушку. Ей не нравилось, когда кто-то ссорится. Ее это напрягало, а иногда даже пугало. Таким тоном с ней разговаривал Папа, а она очень не любила его вспоминать. – Все тоже самое. Как с Джейн. Ситуация повторяется. Вы проводите друг с другом чуть ли не 24 часа в сутки, ты постоянно торчишь тут. Пренебрегаешь правилами. Границами. А они самые простые. – Дверь не закрывать. Музыку не слушать. Не целоваться, не обниматься, руками не трогать. Не подходить друг к другу слишком близко. Не проводить время наедине. Комендантский час после шести. Может мне еще и смотреть на Уилла запретите? Или вообще дышать? Или может мне уйти из школы в начале выпускного класса, чтобы я и там его не видел? – закипает Майк, совершенно не сдерживаясь. Он чувствовал, что это только начало и он мог высказать сейчас все, что думает о шерифе. Возможно, это и правда не к добру. Майк планировал поговорить с Хоппером наедине, когда тот в очередной раз повезет его домой, но нервы сдали раньше. – Не по моей вине правил стало так много. Их было всего два и вы не справились даже с ними. И ты никогда не вызывал у меня доверия, а после Джейн потерял и те крупицы, какие еще были. К тому же, я знаю, что ты уже причинял Уиллу боль и я бы не хотел чтобы это снова повторилось, – явно сдерживаясь закончил Хоппер. На какое-то время наступает тишина. Майк морщится, будто его ударили. Он догадывается о чем говорит Хоппер, но он не знал, что тот в курсе. Но это было правдой. Однажды Майк сделал Уиллу больно и он до сих пор себя не простил за это, хоть Уилл и пытался его убедить, что все в порядке. Теперь все в порядке. – Хорошо. Если вы мне не доверяете, я могу это понять, – спокойно начал Майк, будто сдувшись, будто устав от этой бессмысленно ссоры с шерифом без начала и конца. – Но все же наши отношения - наше дело. Я провожу с Уиллом столько времени, сколько мы оба хотим. Мы и раньше всегда были вместе. Если вы не знали, у нас есть общие друзья. И сами мы в первую очередь друзья друг для друга. И мы ходим в одну школу и в один класс. По сути, мы проводим столько же времени вместе, как и раньше, только немного в другом ключе. И кстати, твои правила не имеют смысла. Они полный отстой. – Ты должен был их придерживаться, чтобы продолжать видеться с Уиллом, – раздраженно прохрипел Хоппер. Все остальные, кроме Майка, хмурятся и переглядываются, видимо не зная всех нюансов этих правил и вообще конфликта между подростком и шерифом. – Я буду с ним видеться и без этого, – уверено и спокойно продолжил Майк, сжимая ладонь Уилла под столом. – И я никогда не причиню боль Уиллу. Тот случай был ошибкой и я вообще не понимаю откуда вы об этом знаете, но это не имеет значения. Я не совершу ту же ошибку, что и в прошлый раз. Я могу сам думать. У нас с Эл были не идеальные отношения. Мы это знаем, – Джейн на эту фразу поджимает губы и слегка кивает. – Но они меня многому научили и я не буду слушать кого-то, даже если это шериф. Это мои отношения. Наши отношения. Мы сами разберёмся, что правильно, а что нет. Сами решим сколько времени нам проводить вместе. Сами решим чем заниматься, куда идти и так далее. Если я ошибусь, это будет моя ошибка и моя ответственность, но заставлять меня придерживаться каким-то правилам, что-то запрещать, говорить мне что делать, я не позволю. Все за столом снова затихли. Уилл смотрел на Майка с восхищением. Такая открытая и смелая речь заставляла Уилла чувствовать еще больше и он удивлялся откуда эти чувства берутся. Только что Байерс влюбился в Майка еще раз. Джейн сидела с гордой улыбкой, хоть в речи и были упомянуты их отношения не в лучшем ключе, она не обижалась. На правду не обижаются, а их отношения и правда были не идеальными, но осознали это оба только после разрыва, который к удивлению всех не был чем-то болезненным. Она радовалась, что Майк защищает свои нынешние отношения и дает отпор Хопперу. Джойс тоже улыбалась. Майк определённо тот человек, с которым должен встречаться ее сын. С какой уверенностью он стоял на своём, как заступиться за свои чувства, за их чувства, заставляли чувствовать гордость Джойс. Хоппер же смотрел на Майка с прищуром. Будто пытаясь прочитать его мысли. Майк взгляд не прятал и спокойно пялился в ответ. Будто они продолжали спорить взглядами. – Я думаю, все решилось, и можно закончить, – подала голос Джойс. – Хоппер, я не собираюсь больше ничего слушать по этому поводу. Оставь мальчиков в покое. С ними все будет в порядке. Было видно, что Хоппер так не считал и что у него еще были вопросы и претензии, и признавать себя проигравшим ему не хотелось. Но Джойс ясно дала понять, что ему сейчас лучше и правда заткнуться. Джойс Байерс, защищающая детей, была страшна. Поэтому, окинув всех сидящих взглядом, Хоппер просто возвращается к своей тарелке, выплескивая свое недовольство на куске отбивной. Майк будто только сейчас вышел из какого-то оцепенения. Поняв какие серьёзные вещи он сейчас сказал, он почувствовал, как его щеки наливались кровью. Он чувствует, как краснел. А взгляды, направленные на него, лучше не делали. Он хмуро посмотрел на Джейн и Джойс и те тоже вернулись к ужину. Уилл продолжал улыбаясь смотреть на него. А потом осторожно, но быстро, поцеловал его в щеку. Прямо перед всей семьёй. Майк не понимал зачем он это сделал, но щеки начали краснеть по новой, но теперь к ним присоединились и уши. Ладно, хотя бы Хоппер молчит. Неужели он от них отстанет? Майк надеялся на это. К тому же, Джойс подключилась, а пойти против нее Хоппер вряд ли сможет. Какое-то время ужин проходит в тишине, только звон столовых приборов раздаётся в помещении, отчего Майк чувствовал себя неловко. Но потом Оди завела какой-то отвлечённые разговор с Джойс, а Уилл к ним подключился. И Майк немного позволил себе расслабиться. – Останешься у нас, Майк? Время уже позднее. Мы, конечно, можем отвезти тебя, но, я думаю, было бы неплохо, если бы ты остался с нами, – с тёплой улыбкой предложила Джойс. Хоппер тихо выругнулся себе под нос. – Хоппер не будет против. Да, Хоппер? – Конечно, – через силу ответил мужчина и даже выдавил неискреннюю улыбку. – После ужина мы хотели посмотреть что-нибудь. Так что? Согласен? – снова с улыбкой спросила женщина. – Да, с радостью, – ответил Майк. Он же итак пришел сюда, чтобы остаться, а тут ночёвка с разрешения миссис Байерс. После ужина подростки уходят в гостиную, чтобы выбрать фильм для просмотра, оставляя взрослых на кухне. Хоппер вызвался помочь Джойс и, скорее всего, поговорить. Как только ребята остались втроём, Уилл обнимает Майка. Оди не обращает на них внимания и достаётся несколько кассет, взятых в проката. – Я тебя люблю, – тихо прошептал Уилл на ухо Майка, встав при этом на носочки и крепко обняв за шею. И ничто не может умилить Уилера больше, чем Уилл вставший на носочки, чтобы достать до его губ, или как сейчас, до уха. – Надеюсь, Хоппер теперь отстанет, – ответил Майк, немного смутившись, и обхватил талию Байерса. – Мне все равно, я просто говорю, что люблю тебя, – повторил Уилл, обнимая еще крепче. – Я тоже тебя люблю, – прошептал еле слышно Уилер и целует макушку парня. – Вы все решили? Может теперь выберем, что будем смотреть, – напомнила о себе Джейн, поднимая все заинтересовавшие ее кассеты. Несколько фильмов Майк отверг, так как предположил, что они могут вызвать не лучшие воспоминания, особенно это касалось "Останься со мной". Фильм про пропавшего мальчика, не то, что бы им всем хотелось смотреть. Поэтому они остановились на чем-то более легком. Они как раз определились с фильмом, когда довольная Джойс с улыбкой проходит в гостиную, а за ней появляется мрачный Хоппер с подносом. Майк включает проигрыватель и все рассаживаются по местам. Хоппер с Джойс садятся на диван, Оди заваливается рядом с Джимом, облокотившись на него спиной и мест для Майка и Уилла не осталось. Они переглядываются и Уилер кивает на кресло, садясь рядом с ним на пол. Уилл садится в кресло, устраивается в нем полулежа. Оди выключает свет силой мысли, за что Хоппер ее ругает. Ему не нравилось, когда она использует ее в тех моментах, когда можно легко обойтись и без суперсилы. Но Оди говорит, что все в порядке и стирает маленькую капельку крови под носом. На протяжении всего фильма Майк периодически чувствует на себе тяжелые взгляды и слышит усталые вздохи. Но он не обращает на них внимания, пока рука Уилла ласково перебирает его волосы. После фильма, хоть Майку и разрешилось остаться на ночевку, Хоппер настаивает на том, что бы он лег на диване. Майк соглашается. Но он бы не был Майком Уилером, если бы среди ночи не ушел в комнату к Уиллу и не остался там до самого утра. После чего за завтраком Хоппер продолжал пилить его недоверчивыми и раздраженными взглядами. Когда Джойс это замечала, она делала замечание шерифу и Майк довольно ухмылялся. Кажется, он все-таки победил. Не без помощи миссис Байерс, конечно, но все же.