Второй шанс на счастливую жизнь

POV Курама Но Йоко (Эта глава будет посвящена Кураме. Не знаю, но мне очень захотелось написать эту главу, а моей музе, увы, приказать невозможно) Меня зовут Курама, это имя мне дал мой отец и создатель — Оцуцуки Хагоромо или же, как его прозвали люди, Рикудо Сеннин. Наш отец был сильнейшим шиноби и тем, кто научил людей ниншу. Он дал людям возможность сражаться и отстаивать свои права, а так же, после смерти он оставил нас, хвостатых — меня и моих братьев и сестер. На смертном одре он попросил нас защитить людей. Первое время мы старались помогать наследникам нашего почившего отца, но потом стало понятно, что люди боятся и опасаются нас. И, чтобы не травмировать их окончательно, биджу разбрелись по всему миру, прячась от глаз людей. Нам казалось, что таким образом мы сможем сохранить гармонию, наверное, это и стало нашей главной ошибкой. Но… Спустя года случилось то, что навсегда изменило мою жизнь. Люди решили не просто тихо нас бояться, они захотели управлять нами, а отправной точкой для этого решения стало мое нападения на Коноху, точнее, нападения Мадары, который мной управлял. Честно? Я помню только как ко мне вломился какой-то черный ерш унитазный, потом я очнулся в цепях. И, вот, тогда, я по настоящему возненавидел людей. Эти жалкие букашки посмели использовать нас, как оружие! Они предали отца, они предали его! Зачем он вообще просил нас защищать эти противные подобия на него?! Наверное, мне тогда было обидно за отца. Он им так верил, а они… Посмели предать его. Люди превратили ниншу, учение гармонии и мира, в оружие для войны. Я возненавидел их ещё больше тогда. После запечатывания моя чакра стала напоминать настоящую тьму и ужас. При любой возможности я пытался подпортить жизнь моего сосуда. А что? Меня посадили в тюрьму из-за шаринганистого  ублюдка, надо же вернуть долг? Вообще, та красноволосая дамочка регулярно получала мои ужастики, а у меня очень богатая фантазия! Честно говоря, у самого мурашки бегали при просмотре, а я столько прожил. Шло время, моя ненависть все больше крепла с каждым днём, а чакра была настолько пропитана этим чувством, что все окружающие второго сосуда входили в чистый ужас, именно поэтому ей дали прозвище Кровавой Хабанеро. Узумаки — существа вспыльчивые, так что при малейшем всплеске все могли лицезреть красную фурию с девятью хвостами над головой. Потом Кушина влюбилась в белобрысого мудилу, ну, что могу сказать? Помет у них будет сильный. (Дети. Прикалываюсь я.) Несмотря на мои отрицательный чувства к людскому виду, за их отношениями наблюдать было… Интересно. А, уж, как я смеялся, когда блондинчик со своим сенсеем-извращенцем получили сковородкой по морде, когда Кушина застала их за подглядыванием в бане? О-о-о, все подсознание трясло. Правда, мой сосуд была слишком занята, чтобы заметить, как я веселюсь. Первая красноволосая была скучной и умелой в печатях, я постоянно находился в подвешенном состоянии, а единственным развлечением были мои кошмарики ей. Кушину рано привезли в Коноху, поэтому она и не заметила, как я подковырнул печать и тихо наблюдал за ее жизнью. И, вот, вы меня спросите, собирался ли я вырваться, когда начнутся роды второй джинчурики? Если бы это случилось сейчас, то скорее всего нет, но… Тогда, ха, тогда моим единственным желанием была месть и, хотя бы на мгновение, мне хотелось оказаться на свободе. Хоть меня тогда взял под контроль тот Учиха, я все равно был доволен. К сожалению, меня на тот момент запечатали в новом теле, я смог отомстить, я напомнил людям, почему меня прозвали сильнейшим биджу, Девятихвостым Демоном Лисом. Когда меня опять посадили в Узумаки женского пола, мне захотелось взвыть. Три женщины-Узумаки, подряд. Старик, за что мне это наказание?! И, самое главное, меня этот Четвертый на две части разделил и в себе запечатал мою темную ипостась. Вот же гаденыш! Но главное загвоздка в том, что печать ставил Намикадзе, да, парнишка был талантлив, но гены Узумаки — это тоже показатель. Специально или нет, но я уснул на четыре года, а когда проснулся… Стал наблюдать за жизнью своего носителя. Я мог видеть, слышать и чувствовать то, что чувствует малявка. Тогда мне пришлось признать, я был искренне восхищен упёртостью этой девчонки, она шла вперёд, несмотря ни на что. Она делала то, что даже мне кажется абсурдом. Я видел и знал, как к ней относятся. Вечное одиночество, перешёптывания за спиной, избиения, отсутствия друзей, но, даже тогда, она не возненавидела их, хотя, по сути, они так к ней обращались… Ни за что, просто так. Люди слышали лишь то, что хотели услышать. Кто-то пустил слух, что джинчурики — это и есть хвостатый. Поэтому они так издевались над малявкой, хотя прекрасно понимали, если бы это действительно был я, то через секунду их тела будут уничтожены, а души призваны на ковер к Шинигами. Мне нравилось наблюдать за жизнью Узумаки, я видел, как она растет, видел, как сформировалась команда семь и… Знал, что она почувствовала, когда узнала причину такого отношения со стороны жителей деревни. Сначала она удивилась, а потом… Обрадовалась. Удивлены? Я тогда вообще офигел от жизни, хотя и сидел в двух женщинах, но их логика до сих пор остаётся для меня загадкой. Только спустя года я понял, почему эта непробиваемая блондинка тогда обрадовалась. Она искренне обрадовалась тому, что не одинока в этом мире, радовалась, что на этом свете есть кто-то, кто приглядывает за ней. А после той миссии в страну Волн я наконец-то встретился с третьей джинчурики. Ей оказалась блондинка с небесными глазами и полосками на щеках, которая до ужаса любит оранжевый цвет и рамэн. Мы поговорили, ну, как поговорили? Я просто хотел припугнуть её, но как-то не получилось. Эта шмакодявка вообще заявила, что я милаха. Думаю, говорить насколько меня взбесило такое обращение не стоит? Нет? Вот и я так думаю. Девочка увидела, как я разошелся от ее «комплимента», постояла, покрутила пальцем у виска и, махнув рукой на прощание, удалилась восвояси. С той миссии Наруко занялась своими тренировками, нашла себе даже того сенсея-изврашенца, которого Кушина пыталась сковородкой прихлопнуть. Ну, я не буду вдаваться в подробности, так как большую часть времени спал. Очень много чакры уходило на лечение тела этой ненормальной, которая доведет себя до истощения, а мне потом лечи. К сожалению, мне пришлось заметить, как голубоглазая относится к последнему Учихе. Правда, она сама этого не поняла, но… Процесс был запущен, а это значит только одно. Она своего добьется! Хочет не хочет, а в деревню Саске вернётся — это я понял сразу. Ну, а дальше… Дальше началась война, которая подарила хвостатыми свободу и, одновременно с этим, уязвимость. После окончания войны моя джин… подруга усиленно занялась перевоспитанием людей, она вдалбливала им в головы, что хвостатые не бесчувственный сгустки чакры. Ну, от Нару-терапии ещё никто прежним не уходил. Даже мстюн Учиханутый не успел удрать. Да что там, даже я не смог противостоять этой девушке. Спустя год, после Четвертой Мировой Учиха сделал предложение тогда-ещё-Узумаки. Перед этим мы с ним все обсудили, правда, сначала смахнулись, а потом напились саке, до такой степени, что тот разрисовал лица Хокаге, в лучших традициях Нару. Честно? Мне не хотелось, чтобы моя подопечная стала женой Учихи, но… Одновременно с этим, мне пришлось признать — единственный человек на всем свете, который способен защитить ее — это Саске. Да, мне нравиться ругаться с Учихой, нравиться портить ему жизнь какой-нибудь пакостью, но я не желаю ему смерти. Когда им стукнуло по девятнадцать, я в очередной раз сканировал тело молодой Учихи и с удивлением понял — она беременна! Когда я поделился с ней этой новостью, она от шока уронила на ногу Учихе кастрюлю. Вы когда-нибудь видели хладнокровного мстителя, прыгающего на одной ноге, а потом на его лице появилась глупая улыбка, он сжал свою жену в крепких объятиях, нашёптывая слова благодарности и любви? Не видели? Везунчики, меня тогда чуть не стошнило. А потом я вспомнил, как проходила беременность у Кушины, мда, хана тебе, последний пучиглазик. Так, не буду отвлекаться, как бы не прискорбно это не звучало, но… Мы умерли. И попали в какой-то дурдом! А Наруто спустя восемь месяцев родила двойняшек, у которых был неограниченный потенциал. Эти дьяволята скоро превзойдут своих родителей и тогда всем точно хана. В день их рождения случилось то, чего я так боялся — я стал Джуби. А это значит только одно, люди узнали о критичном дне для биджу. Раз в двести лет наступает момент, когда хвостатый должны перезарядиться. Как вам известно мы состоим из природной чакры, но нам, все равно, нужно что-то, вроде зарядки. Но именно когда это происходит, мы беспомощны, нас может убить обычный джоунин. Когда я получил силу моих братьев, я понял, наконец — тогда мы не убили Черного Зецу, ведь, только эта черная тварь знала о том роковом дне. Только вот, раз Шукаку оказался здесь вместе со своим джинчурики то, тогда есть небольшой шанс, что остальных хвостатых раскидало по мирам. Да, скорее всего, я их больше не увижу, но пока они живы, все хорошо. Ведь, я больше не одинок, у меня есть неугомонная джинчурики и… Кумико.