Второй шанс на счастливую жизнь

POV Кумико Даже спустя все эти годы я продолжала ждать людей, на которых так надеялся мой отец. Как я поняла, наши истории жизни с Курамой очень похожи, с одним единственным отличием. Я… Глубоко в этой израненной жестокой реальностью душе ещё не успела догореть надежда. Да, ненавижу людей, сгораю от желания разорвать некоторых придурком в клочья, но, как и многие представительницы моего пола, я надеялась на так называемые «исключения». В отличии от возлюбленного, который решительно поставил крест на людях. Мне… Мне хотелось во что-то поверить, чтобы не сойти с ума от горя, от обиды, от одиночества. В одно мгновения я потеряла свободу, братьев и, в конце концов… рассудок. Потом, как гром среди ясного неба, в мою запертую клетку ворвались они. Человеческая девочка с отголоском до боли знакомой чакры, она совсем меня не боялась, скорее, просто сочувствовала. Второй же… Тогда Курама явился в облике черноволосого красавца с подтянутым телом и сверкающими алыми глазами. Признаться честно, я вообще не почувствовала тогда чакру, поэтому и не обратила внимание на подозрительно похожего на моих злейших врагов — Учих мужчину. И это стало моей ошибкой, меня буквально пригвоздило к полу, настолько ужасно было то Ки. Вы можете представить насколько я удивилась, когда мне объяснили, кто этот брюнет? Как и Кураме, мне очень хотелось расспросить у нашего создателя, что это за ерунда? Но как-то лапы не дошли. Мы с Курамой во многом похожи, поэтому часто ссорились, по той простой причине, что не могли принять такой поворот судьбы. Ставлю все свои девять хвостом, что те противные божки ржали во весь голос над этой ситуацией. А мои прогулки по острову? Честно говоря, первое время мне не хотелось выходить на улицу. Чтобы от меня шарахались, боялись и постоянно хватались за оружие? Нет, спасибо, такой радости мне не надо. И опять же, на помощь мне пришла джинчурики десятихвостого. Такого смачного пинка под зад я уже давно не получала. Сначала хотелось возмутиться, но прямо перед носом захлопнулась дверь с огромным количеством печатей. Мда, злить молодую мамочку себе дороже. Тяжело вздохнув, я заставила себя успокоиться, что-то недовольно бормоча поплелась по улицам ещё не отстроенных домов. И только бог знает, как же я боялась реакции людей на мою бедную тушку. Яркие рыжие волосы со всеми потрохами выдавали лисицу, то бишь меня. Нет, за годы своей тюрьмы я уже давно привыкла к «А-а-а, спасите! Демон!» и такой реакции народа к моей неудачливой персоне, но, опять-таки, где-то глубоко внутри продолжал гореть огонек неоправданных надежд. И, нужно признать, я была даже благодарна Шинигами, ведь… Впервые при виде меня люди не бегут на первой космической в разные стороны, а спокойно кивают в знак приветствия. А уж когда до моего чувствительного носа донёсся аппетитный запах хорошо прожаренной курицы, то на радостях неосознанно выпустила ушки и один лисий хвост. Многие люди удивлённо посмотрели на меня и… ничего? Так, я не поняла: ни оскорблений, ни оружия, ни пустых угроз? Я что, все-таки померла, да? Тогда их непривычное отношение заставляло меня очень сильно волноваться. Глупо, да? Я сама себе противоречу, с одной стороны мой разум держится только из-за маленькой надежды, а с другой хочется развернуться и убежать, по той простой причине, что я сбита с толку. Постепенно даже мой крутой нрав стал успокаиваться, больше не было этих вспышек агрессии на пустом месте. Не было тех сцен, которых никто впрочем и не видел, в запертой-то клетке. Моя душа начала свое долгое восстановление после долгих лет одиночества и злости. Знаете, думаю, никто бы не поверил, что Кьюби Но Йоко будет с радостью возиться с маленькими малышами. Да я и сама месяц назад послала бы такого шутника далеко и надолго. Я люблю этих детей. Милую, взбалмошную, умеющую вызвать даже на лице самого бесчувственного человека улыбку, мою джинчурики — Акане. И этого внешне пытающегося казаться холодным, доброго мальчика, который не прочь иногда бросить колкость в сторону любимого дяди. Брюнет, на лице которого всегда мелькает улыбка при виде сестры — Мамору. Они оба казались мне такими чистыми, нетронутыми жестокой реальностью. И сейчас. Сердце в груди сжимается. Я не чувствую её… Связи между биджу и джинчурики, которая была между нами, перед глазами только огромный  купол алого пламени. На глаза наворачиваются слезы, совсем ничего не понимая, тело бросилось в сторону полигона. Вот так… В одно мгновение… Все… Все поглотило чертово пламя! Слышу душераздирающий крик.  — Имото! Нет! Вперёд понеслась тень. Курама… «Пожалуйста, пусть все обойдется». В голове звучит только эта мысль. Пять секунд. Столько времени нам потребовалось, чтобы добраться до полигона. Трещали деревья, трава была сожжена дотла. Из зелёного все превратилось в черный. Посреди всего этого ужаса стоял испуганный мальчик, смотрящий в сторону остатков пламени. — Мамору, где Акане?! — взревел Курама, его глаза пытались отыскать девочку. Маленький Учиха ничего не ответил, мы заподозрили неладное. Подойдя к нему Курама застыл, я чуть не упала от шока. Его глаза… Маленькое лицо стало как будто безжизненным, по лицу текли кровавые слезы, а в красных глазах горели три черные запятые. Сам взгляд смотрел только в сторону начавшего оседать красного пламени. Очень сильного пламени, сжигающего все на своем пути. Мамору дернулся отходя от шока, а Курама быстро вырубил своего внука. Подхватив его на руки, мы поспешили в самый центр. Огонь, посреди огня я заметила красные волосы. Акане испуганно смотрела на пламя, которое обволакивает её маленькое тело. — Невозможно… — неосознанно шепчу, находясь в полнейшем шоке. Огонь. Многие боятся огня и это вполне оправданно. Пламя сжигает все, если вложить в него побольше чакры. Но… Сейчас я наблюдаю, как это красное нечто с таким трепетом обнимает малышку, как будто боится её напугать. Я уже видела подобное, но… нет, это просто невозможно. От испуга голубые глаза наполнились слезами… Курама неуверенно шагнул в сторону красноволосой. А я не выдержала и кинулась обнимать Учиху. Слезы текли рекой, принцесса, услышав мои всхлипы, наконец-то в полной мере осознала, что сейчас могло произойти и стала также хныкать. Огонь исчез, слышу, как облегчённо вздохнул мой парень. От волнения мы совсем забыли одну важную деталь. Как мы все это объясним Наруко, ладно, это девушка может и простит после хорошей трепки наших нервов, а вот Саске точно нам устроит настоящий долгосрочный ад. Также как и Мамору, я вырубила испуганную девочку, мы поспешили в больницу, из нее выбежал Орочимару, вырвал у нас детей и потащил в больницу. Я и Ку выглядели очень потрёпанно, все перемазанные в саже и грязи. Началась суматоха, многие уже успели понавыдумывать всякий бред, начиная с неудачной тренировки и заканчивая каким-нибудь нукенином. Спустя пару минут по коридору неслась разъярённая Нару, все прохожие прижимались к стеночке при виде её — попасть под горячую руку никто не хотел. — Что с моими детьми? — девушка рычит это в лицо перепуганного доктора. Тот начал её успокаивать, рассказывая, что повреждения незначительные. Кровавая Кицунэ немного успокоилась, затем перевела свой тяжёлый взгляд на нас.  — Вы можете мне объяснить что случилось? Курама! Кумико! — лисы переглянулись. Разговор будет долгим.