Дух лета

Аид бережно усадил Персефону на пустой шезлонг. Схватил полотенце с соседнего кресла, накрыл им девушку, как одеялом. - Я сейчас вернусь, - пообещал он. Персефона всё же ухватила его за два пальца, прежде чем отпустить. Аид увидел, что кто-то рядом пьет воду с лимонами из большой бутылки. Он бросился к ним: - Простите, но тут Богиня, которая нуждается в воде больше, чем вы, - и выхватил у дамы из рук бутылку. - Эй, какого черта, чувак?! - У нас проблемы? – Аид обернулся и бросил на неё самый выразительный свой взгляд. Горгона поморщилась в ответ: - Э-э, Нет, чувак. Я остыла. - Хорошо. Тогда иди, найди аптечку и принеси ее мне. Я буду там, - он указал на шезлонг, где лежала Персефона. - Ясно? - Д-да, сэр… Персефона смотрела, как Аид шагает к ней по пляжу. Вода всё ещё стекала с его груди, по животу. На мгновение девушке показалось, что странный узор на синей коже Бога мертвых – это блики от воды. Но чем ближе Аид подходил, тем больше блики становились похожи на причудливые трещины. Персефона сообразила: это шрамы. Она раньше никогда их не видела. Шрамы пересекали все его тело, как ручьи землю. Были на широких плечах Аида, на его грудных мышцах, пересекали подтянутый живот. Светло-светло-голубые, эти отметины походили на вкрапления перламутра в тело. - В-вот и вода, - Аид запаниковал и стал заикаться, когда заметил, как Персефона смотрит на него. Он вдруг почувствовал себя уязвимым. «Увидела шрамы… думает, что я урод, калека… жуткая развалина…» - замигали нехорошие мысли в его голове. - Л-ладно. Здесь болит? - он заставил себя звучать уверенно и указал на красное пятно на ноге Персефоны. Девушка молча кивнула. Аид осторожно облил водой ногу Персефоны, смыл остатки токсинов. И не смотрел в этот миг на Богиню весны, хотя чуял на себе ее взгляд. Его преследовало ощущение уязвимости. Такое, будто медуза его ужалила . Вода в бутылке закончилась, и Аид вдруг почувствовал пальцы на своей спине. Они словно чертили линии на его коже. Он вздрогнул и повернулся, чтобы посмотреть на Персефону. - П-прости, - девушка моргнула. – Шрамы болят? – спросила смущенно и отдернула руку. Аид покачал головой: - Нет. Они старые ... с ними давно всё в порядке, - он поежился. Ну, зачем он так сказал? И вдруг ее пальцы опять прошлись по его спине. Смахнули капли воды, попутешествовали дальше по шрамам. Аид тяжело дышал. Неужели это происходит? Прямо сейчас? Он пристыжено смотрел на ноги девушки. - Прости. Иногда я о них забываю, - покачал головой. – Вот и забыл, какие они страшные, - он хотел провалиться сквозь землю и спрятаться, свернуться в клубок в своей кровати. - Что? – Персефона села и оперлась на его плечо. Страшные? - она мягко коснулась его лица, сама покраснела. - Я... ну, я так не думаю, - тут она поморщилась от боли. - Тебе плохо? – спохватился Аид. - Нет, - Персефона покачала головой. – Просто ногу еще слегка жжёт. - Кто-то должен принести аптечку. Я пойду еще возьму воды. Заодно и рубашку накину, - он встал, но девушка удержала его за плечо. - Не уходи, - Персефона поймала его взгляд, и между ними в этот миг произошло что-то серьезное. – Я хотела сказать … ну, про твои шрамы. Знаешь, они вовсе не страшные. Аид недоуменно поднял одну бровь: - Что? - Совсем не страшные. - Значит, я могу не надевать рубашку? – он произнес эти слова прежде, чем осознал, что сказал. И открыл рот, будто пожелал заглотить слова обратно. - Ну, да. Ты без рубашки очень хорошо смотришься, - Персефона закусила губу и поморщилась. О боги. Она зашла слишком далеко… - Что ж, тогда.., - Аид хлопнул себя по бедру. - Мой долг джентльмена - остаться тут с тобой. И к чёрту рубашку. Я сперва должен оказать тебе первую помощь. - Точно! Первую помощь, - Персефона усмехнулась. – И тебе нечего стыдиться. - Что? - Знаешь, я сама почти пришла сюда совершенно голая. Аид прохрипел что-то невразумительное. - Ты в порядке? – забеспокоилась Богиня весны. - Д-да. Я просто тебя представил... - он тут же замолчал. - Я имею в виду… Я не представляю тебя голой. Я просто ... ну, понимаешь... всё так... - он запнулся. - Прости, о чем ты спрашивала? Тут явилась Горгона с аптечкой в руках: - Держи, чувак. Э, сэр. Сэр чувак, - она неловко передала Богу мертвых красную сумку. - Спасибо, - буркнул и полез внутрь, и заметил, что Горгона все еще стоит рядом. - На этом все, спасибо. - Ах, да. Спасибо мне, - Горгона кивнула, переводя насмешливый взгляд с Персефоны на Аида. - Оставь нас, - приказал король Подземного Мира. - С радостью, - Горгона хмыкнула и ушла, вскинув песок ногой в сторону мрачного Бога. Персефона улыбнулась: - Знаешь, я и представить не могла, что ты любишь гулянки на пляже. - Не могла? - Аид выдавил в ладони заживляющий крем и начал греть его дыханием, прежде чем осторожно намазать след от ожога на ноге девушки. – Но я, в самом деле, люблю море и пляжи. - Неужели? – Персефона приподнялась на локтях. - Я думала, ты ненавидишь песок, - она вспомнила их первый телефонный разговор. Аид замер и покраснел, уличенный в своей лжи: - Нуу. Песок – моя наименее любимая часть пляжа, это правда. - Ага, - Персефона сжала его свободную руку. - Значит, ты мне солгал! Аид ахнул: - Я не лгал! Я просто... - его плечи опустились; он повернулся к девушке, чувствуя себя более уязвимым, чем когда-либо. – Я полагаю, что ложь - это все равно ложь, даже та, которую ты говоришь сам себе… Обвинительное выражение лица Персефоны изменилось. Она осторожно убрала волосы с лица мужчины: - Что ты имеешь в виду? - Ну, я про то, что будто бы могу сам контролировать свою жизнь, - Аид ответил уклончиво. - Прости. Я не хочу грузить тебя своими… делами… Как ты сама? Нога еще болит? - Когда ты говоришь о себе, мне становится легче. - А, это отвлекает от боли? - Ммм… - Значит, если я продолжу говорить, можно мне надеть рубашку? - Нет! – выкрикнула вдруг Персефона. Аид просиял: - Ладно, ладно, - он хлопнул ладонью по соседнему шезлонгу и потащил его к себе. Если у шезлонга и был хозяин, то сейчас он решил убраться подальше. Через минуту Бог мертвых весьма удобно устроился рядом с Богиней весны. - Я еще плавать люблю. Плавание – это единственное, что помогает прочистить мозги, - Аид вздохнул. - Честно говоря, когда мы с братьями тянули жребий, я знал, что у меня не получится править небесами. Да мне и не особенно хотелось. Только не говори никому об этом! Я тебе рассказываю только потому, что тебе больно. Персефона кивнула, без отрыва глядя на него . - Я хотел править морями, - Аид признался так тихо, что звук его ответа чуть не утонул в шуме волн. – Я, на самом деле, не желал быть королем Подземного Мира… Изумленная Персефона положила ладонь на грудь Аида. Он поднял на нее глаза, испуганный тем, что подпустил кого-то так близко. Боялся, что ему снова причинят боль. - Должно быть, это всё было ужасно, - посочувствовала девушка. – Но всё же… Как бы то ни было, думаю: из тебя получился бы прекрасный король морей. Точно такой же, как уже получился король Подземного Мира. Прекрасный… Аид почувствовал, как горят его щеки. Персефона придвинулась ближе. И еще ближе. Прежде чем Аид успел задать вопрос, она сделала то, что хотела сделать в воде: обхватила здоровой ногой мужчину за талию и прижалась к нему, положила руку ему на шею. Она чувствовала, что они теперь близки, как никогда… - Кажется, это обязанность личного помощника – напоминать боссу, что босс у нас – птица самого высокого полёта, - сказала девушка, игриво улыбаясь. - Да, конечно, - Аид ухмыльнулся в ответ… Посейдон шатался меж шезлонгов, неся тубус с документами и высматривая старшего брата. Увидав Аида и Персефону, остановился, как вкопанный, на месте преступления. Спрятал тубус за спину и откашлялся. Аид вздрогнул, услышав его. - У меня хорошие новости, братиш. Я отменяю цунами, - сказал Бог морей. – Так что никаких бумаг подписывать не надо. Дальнейшая работа по этому вопросу не требуется. - О… это так... - пробормотал Аид. - Удивительно! Да! - Посейдон швырнул выбросил тубус с документами в волны. - Эй! Это был не одноразовый тубус! – возмутился Бог мертвых. - И не благодари! – Бог морей помахал руками в воздухе и отвесил поклон. – Но ты должен остаться. Ради Персефоны и моей вечеринки! – Посейдон снова ухмыльнулся и попятился назад. - Алё, - глаза Аида сузились. - Ты ведь не для того придумал это цунами, чтобы вытащить меня на пляж? - Что? – закричал Посейдон, отходя еще дальше. - Я тебя не слышу! Слишком далеко. И музыка громко играет… поговорим позже…