Дух лета

Переодетый в пляжный наряд Аид проследил, как Персефона, Артемида и Эрос прошли к свободным шезлонгам. Богиня весны несла пляжные сумки на одном плече и зонтики на другом, полностью скрывая свое тело из виду. Аид невольно двинул к ней и её компании, но тут же замер. Остановился у киоска с мороженым, упёрся спиной в стойку. Нагретая солнцем она почти обожгла ему спину. - Ой, - Бог мертвых отшатнулся от нее. - Ты берешь что-нибудь или нет, приятель? – мороженщик, зеленый сатир, лениво наблюдал, как Аид мнётся, меняя позы у стойки. – На кого бы ты там ни пытался произвести впечатление, они на тебя не смотрят, а если и смотрят, то делают вид, что не смотрят… Король Подземного Мира резко повернул голову к мороженщику. Сверкнули красные глаза. - Ик! – перепуганный сатир сперва нырнул за стойку, но потом высунулся. – Ох, простите, сэр. Я не знал, что это вы... тут сегодня… И только для вас – бесплатное мороженое. Даже два. Для вас и вашего... ну… друга… - У меня нет друзей, - Аид прогудел и невесело усмехнулся, а из его глаз почти дым повалил. Тут ему хлопнуло в затылок – яркий пляжный мяч. Это прилетело от одного из малышей Афродиты. - Ой! - Сторге виновато помахала ему рукой, на которой пестрели оранжевые поплавки. - Простите, мистер. Потеряв уже всякое чувство собственного достоинства, Аид, закатив глаза, со стоном повернулся к мороженщику, который заметно побелел. - Твою ж мать… ладно. Дай мне малиновое и персиковое. Получив два вафельных стаканчика с яркими ледяными шариками, Бог мертвых повернулся в ту сторону, где виднелись Персефона и Артемида. - Переходим к плану «Б», - забормотал он сам себе, пока лавировал между стульями и бегающими детьми. - Предложи ей мороженое… Или это слишком?.. О боги! Нужно было купить мороженое и её друзьям. Я ж не могу вклиниться в компанию и сделать подарок только одной привлекательной даме… Ты идиот, Аид… О, вот и Эрос там. Он будет надо тобой смеяться. Мать твою! Вали-вали отсюда, - он уже развернулся, зарываясь ступнями в песок. - Аид? - женский голос окликнул его. На какую-то ужасную секунду ему показалось, что это Персефона. Он смущенно обернулся. Артемида подняла темные очки, чтобы посмотреть на Бога мертвых. – Что, черт возьми, ты тут делаешь? Аид нервно сглотнул: - Так… Ничего. Эрос достал зеркальную доску для солнечных ванн и устроился в кресле: - О, это второе мороженко для меня? – хихикнул и закрыл глаза. - Нет! – резко ответил Аид. - Я имею в виду. Нет. Это… ну… - И для кого же? – Эрос не отставал. Аид покраснел, как от загара. - Ни для кого. Персефоны уже тут не было. - Жаль. Перси пошла к воде, - продолжал Эрос. - Я знаю, что персик - один из ее любимых вкусов. Но если это не для кого-то, вы не возражаете, если я… На этот раз Аид понял, что Эрос всё понимает и знает. Держа мороженое подальше от Бога любви, Бог мертвых повернулся и потопал прочь, униженный и побежденный. Он слышал, как Эрос хихикал у него за спиной, но ему было уже всё равно. Отойдя достаточно далеко, он посмотрел на свои руки, занятые мороженым. - Я даже не люблю это, - пробормотал он. – И что мне теперь делать? – он отчаянно выкрикнул, вызвав несколько пристальных взглядов от семьи сатиров. Они ставили пляжную палатку для своего малыша. – О… да, вот что, - он протянул им стаканчики. Сатиры сжались, испуганные вниманием Бога мертвых. - Да ладно вам. Берите, пока я... – Аид решил, что надо успокоиться, и постарался улыбнуться. – Пожалуйста… Трясущимися руками они схватили мороженое. - Ну вот, отлично. Вас же это не убило, верно? – Аид закатил глаза, освободив руки. Сатиры даже подпрыгнули. Мама прижала ребенка к себе, замямлила: - П-пожалуйста, не убивайте нас… - Убивать вас? Зачем мне это? Ах да… Я же Бог мертвых. Король Подземного Мира, - Аид вновь закатил глаза. – Но вы же знаете историю: я никогда никого не убил за всю свою жизнь! Даже во время войны! Ясное дело, что они его не услышали. Слишком были напуганы. Аид застонал и повернулся к морю: - Теперь - план "В", - он смотрел, как волны разбиваются о берег, отступают и снова разбиваются. – Иди прямо в воду и не останавливайся. Он сбросил гавайку на песок, остался в пляжных шортах. А ноги сами понесли своего хозяина вперед. Песок был приятным для стоп. Строгая одежда Аида сейчас аккуратно висела в бунгало Посейдона. Он прикинул, что у него есть примерно час до того, как станет слишком поздно и он не сможет забрать свою одежду из бунгало Посейдона. Но это было нормально. Аид решил, что костюм ему больше не понадобиться, если он начнёт жить, как простой морской огурец… Кто-то другой мог бы вполне управлять Подземным Миром в его отсутствие. Например, Геката. Аид же будет слишком занят, уклоняясь от сокрушительных ударов унижения и одиночества. Как морской огурец… Пальцы его ног омылись первыми завитками волн. Ступни глубоко погрузились в мокрый песок. Море накатило, залило лодыжки. Стало прохладно и приятно. Аид прибавил шагу. Забыв , что собирался стать морским огурцом. Вспомнил свою юность. До того, как миры разделились. До того, как раны покрыли его тело… Перешагнул через волну, двигаясь вперед, затем нырнул в следующую головой вперед. Быстро поплыл, как в своем бассейне, и тут врезался во что-то, запутался. Открыл глаза под водой. Розовое тело девушки попало ему в руки. Он увидел шнурки голубого бикини и слишком поздно понял, что его ладони облапили голые, полные бёдра купальщицы. - Аахх! – Аид взвился вверх, поднял голову над водой и пошел вброд, раскинув руки, начал спешно извиняться. - Простите! Я не знал! Это была Персефона. Она хихикнула, стала выжимать свои косы. - Ой! А мне показалось, что я попала в водоросли или в медузу. - П-прости, - Аид покачнулся, слегка взмахнув рукой. Персефона изо всех сил старалась держать рот выше соленой воды. - Аид, - она улыбнулась, узнав его. - Я... я не ожидала тебя тут увидеть… Тут она едва не завопила "хвалу Эросу!", за то, что он отговорил ее идти голой на пляж. Это было бы жутко: чтоб Аид увидел её… голой… А может быть, это было бы не так уж и плохо. Персефона моргнула и вцепилась в плечо Бога мертвых, чтобы не упасть в следующую волну. И слишком поздно поняла, что делает. И вытаращила глаза, увидев свою руку на его обнаженном плече. Судорожно сглотнула. Она никогда еще не видела Аида ни в чем, кроме костюма, рубашки, застёгнутой на все пуговки. Пальцами Персефона почуяла его мускулы, мощные, твёрдые. И, казалось, Аид совсем не возражал поддержать ее. И против касания, казалось, не возражал. Хотя, всё было достаточно невинно. Но Богиня весны все равно покраснела. - Что ты делаешь так далеко от пляжа? - спросил Аид. - Не так уж далеко, - девушка повернулась к берегу. – Ой... далековато… На самом деле, они уже далеко отплыли, пока пялились друг на друга. - Ну, я здесь потому, что хорошо плаваю и плохо оцениваю расстояния, - она сказала и рассмеялась. Аид же почувствовал себя легко из-за этого. – А, на самом деле, я ищу морские раковины, – она показала Богу мёртвых ладонь. - Вот? Аид сперва покраснел. Потом увидел радужные ракушки, тонкие, как бумага. - Они такие красивые. Я думаю сделать ожерелье для мамы или, может быть, серьги, - Персефона снова вздохнула, погруженная в свои мысли. - Уверен: у тебя получится очень красиво, - кивнул Аид, гадая, какие мысли носятся в голове девушки. Тут нахлынула ещё одна волна, очень большая. Они не сумели вовремя среагировать, и их захлестнуло с головой. Аид успел только приподнять Персефону за талию. - Аид! Ты в порядке? – она позвала его, всё ещё находясь в воздухе. А руки Бога мертвых были на её обнажённом животе. - Как там твои ракушки? – спросил Аид, выплевывая воду изо рта. - Ракушки? – Персефона прижалась к его боку, а он ладонью смахнул воду с лица. – Ты про мои ракушки? - Ну, да, - Аид пожал плечами. - Ты, ты же их собирала… Персефона застенчиво подняла пустую руку: - Волна меня ошеломила. Я не хотела давить ракушки и всё выпустила… Его лицо вытянулось: - О, мне жаль. - Все в порядке, - Персефона мило улыбнулась. – Это ж не ты. Это океан виноват. - Этого не должно было быть, - Аид нахмурил брови. - Ты про что? – тут Персефона почувствовала, как напрягся мужчина. Она вдруг осознала, что плывет сейчас полуголая с Аидом, своим боссом, королем Подземного Мира. Он все еще держал ее за талию. Прижимал к себе. А она легко могла обхватить ногами его тело. И как только эта мысль пришла ей в голову, Персефона уже не могла ее прогнать. Ее нога на его бедре. И они будут близко-близко, как любовники. Как мило. И здесь никто этого не увидит. Всё будет под водой… Сердце девушки бешено заколотилось. Может быть, во время следующей волны она так и сделает? Скажет, что ей страшно, и прижмется к нему плотнее. А может, он сам ничего не скажет. Может, сам притянет её ближе. Может, схватит за бедра и притянет к себе. И будет жарко… она не была бы против… Волна как раз приближалась. Теперь у Персефоны появился шанс. Она придвинула ноги ближе. Коснулась бедром его колена. Это было почти идеально… Тут вспышка боли пронзила ее ногу. Персефона подпрыгнула в воде с такой силой и так быстро, что и она, и Аид кубарем упали в волну. - Персе-фона?! – выпалил Аид, крепко держа девушку. - Ооуу! - она в ужасе вскинула ногу вверх. – Ой, как горит! Горит! Кажется… Я не знаю. Но мне так больно! - Что болит? - Медуза ужалила. - Что? - Меня в ногу медуза ужалила, - прохныкала Персефона. - Вот же беда! - Аид подхватил ее на руки. Голос Персефоны дрожал: - Плыви осторожно. Они и тебя могут ужалить. - Все в порядке. Не беспокойся обо мне, - Аид быстро поплыл к берегу, с Персефоной под мышкой. – Я не особо чувствую боль. Точно не такую… А Персефона больше была расстроена тем, что не удалось обнять его ногами. Тем не менее, сейчас он обнимал её сам, руками, сильными и надежными. И она чувствовала себя в безопасности. Это было так хорошо и приятно. Он уже брёл по мелководью и прижимал Персефону к своей груди. Как тогда, когда вытащил её из Тартара. Как тогда, когда нес ее в свой дом после вечеринки… Это казалось таким знакомым. В каком-то смысле, Персефона почувствовала себя, как дома…