Я буду твоим (сводником)

      Адриан выглядывает из-за колонны. В паре метров от него объект номер один, Максанализ, что-то считает на калькуляторе. Приближается Принцесса.       — Привет, Макс, — здоровается она.       — О, доброе утро, Маринетт.       Завязывается разговор. Пока что нельзя сказать, что Принцесса проявляет к Максанализу особую симпатию. Она не краснеет. Улыбается ровным счётом дважды. Их беседа непродолжительна и в основном касается того, для чего ему нужен калькулятор. (Он высчитывает вероятность всевозможных причин, почему объект номер два, Кимссейн, до сих пор не пришёл в школу).       Вывод: согласно любовной статистике, вполне возможно, что Максанализ не тот самый. Тем не менее, это всего лишь одно взаимодействие. Требуются дальнейшие наблюдения, чтобы…       — Что ты делаешь?       Адриан вскрикивает, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов с колотящимся сердцем.       — Н-Нино.       — Ты что, шпионишь за Максом?       — Ш-ш-ш!       Он хватает Нино и затягивает его за колонну, так что они оба исчезают из поля видимости.       — Чувак, — морщится тот. — Поосторожнее с наушниками.       — Прости-прости. Я просто не хотел, чтобы нас заметили.       В глазах Нино вспыхивает интерес.       — Так, значит, ты шпионишь за Максом. Почему?       Адриан оглядывается по сторонам. Маринетт уже ушла к шкафчикам, а Макс разговаривает с Марковым. Горизонт чист.       — Хорошо, — начинает он, — знаю, что прозвучит странно, но я пытаюсь выяснить, кто нравится Маринетт.       Челюсть Нино так и отвисает.       — Я точно знаю, что это кто-то из нашего класса и…       — Погоди-погоди-погоди. — Нино вскидывает руки, призывая его остановиться. — Тебе придётся начать сначала, братишка. Зачем тебе знать, кто ей нравится?       — Эм…       А вот это объяснить уже сложнее. Едва ли Адриан может признаться, что он – Кот Нуар, и что они с Маринетт поговорили по душам у неё на балконе, и что теперь он хочет стать её котофеей-крёстным, который поможет ей соединиться со своей единственной истинной любовью.       — Мне любопытно? — отвечает Адриан.       И почему это прозвучало как вопрос? Соберись, Агрест.       Брови Нино почти скрываются за кепкой.       — Любопытно.       — Так и есть, — заверяет его Адриан, потому что он, очевидно, просто обожает цепляться за сомнительные отговорки, словно болван, который выпрыгивает из самолёта с неисправным парашютом. — В смысле, она моя подруга. Почему меня не должно это интересовать?       — Братишка. — Нино кладёт руку ему на плечо.       — Что?       — Тебе придётся придумать что-то получше.       Адриан вздыхает, и его плечи никнут.       — Да уж.       Нет смысла оттягивать момент признания. Нино слишком хорошо его знает.       — Ну так что? — говорит он. — В чём причина? Она тебе нравится или что?       — Что? Она…       Просто друг.       Слова вертятся у него на языке, но он медлит. Маринетт ему друг. Хороший друг. Только вот чувства, которые он испытывает к ней, отличаются от тех, что он питает к Нино и другим одноклассникам. Сложно понять почему. Она просто… От неё у него на душе становится тепло, как будто что-то внутри него загорается всякий раз, когда она оказывается рядом. Словно он отдал бы что угодно, чтобы увидеть её улыбку и дать ей знать, что её ценят. Но это и не совсем то, что он чувствует к Ледибаг. Это просто… нечто особенное.       — Она моя подруга, — наконец произносит он, пожимая плечами. — До меня дошли слухи, что ей кто-то нравится, но она никак не может добиться, чтобы он обратил на неё внимание в романтическом плане, так что я подумал, что мог бы помочь. Ну, знаешь, побыть её тайным сводником.       Нино разражается хохотом.       — Эм, — хмурится Адриан, — я что-то пропустил?       — О да. Ещё как.       — Ладно…       Нино окидывает его чуть ли не соболезнующим взглядом.       — Я мог бы тебе всё рассказать, но Алья и Маринетт меня убьют.       — Погоди, ты знаешь, кто ей нравится?       — Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть это предположение.       — Нино!       — Тебе придётся догадаться самому.       — А как же кодекс братана?       Нино мрачно смотрит на него.       — Ты всегда будешь моим лучшим другом, Адриан, но помирать мне ещё не хочется. — Он похлопывает его по плечу. — Прости.       Уф, чёрт.

***

      В классе полным-полно потенциальных объектов. К сожалению, Адриан сидит на первой парте, что значительно усложняет его задачу, ограничивая возможности для наблюдения. (А именно, мешает ему следить, что делает Принцесса, смотрит ли она на кого-нибудь из парней влюблённым взглядом). Вообще-то, всякий раз, когда ему удаётся-таки оглянуться, он сам встречается с ней взглядом. Что и того хуже, она цепенеет, как испуганный кролик, и вымученно улыбается.       Это шпионострофа.       Она подозревает, что он что-то задумал? Или ей просто кажется странным, что он постоянно на неё оглядывается?       — Адриан.       Он подскакивает, переводя взгляд на учителя.       — Д-да?       — Можешь ответить?       Он просматривает свой конспект, заполненный исключительно любовной статистикой.       — Эм-м, прошу прощения, а какой был вопрос?       Учитель улыбается, словно охотник, обнаруживший лису в капкане.       — Возможно, тебе стоит больше внимания уделять уроку, нежели тому, чем занимаются твои одноклассники.       Он кивает и, ссутулившись, съезжает вниз на стуле. Слышится хихиканье.       Вывод: не пытаться использовать любовный радар на уроках.

***

      Большая перемена. Объект номер два, Кимссейн, бегает наперегонки с Аликс, неся на спине Принцессу. (В качестве утяжелителя для Аликс выступает набитый учебниками рюкзак, так как нести себя ей никто не доверил). Это устраивает Адриана. Да, целиком и полностью. Не то чтобы у него монополия на переноску Принцессы. Другим тоже позволено её носить. Пускай даже Ким и держит её совершенно неправильно. Конечно, на спине нести легче, однако истинный джентльмен нёс бы её как принцессу, которой она и является. Истинный джентльмен также не стал бы использовать её в качестве дополнительного веса, чтобы выпендриться тем, насколько быстро он умеет бегать.       Однако тот факт, что Принцесса согласилась принять участие в гонках, говорит в пользу Кимссейна. Она смеётся свободно, тепло и радостно. Может быть, ей действительно нравится именно Кимссейн.       — Победа! — ликует Кимссейн, пересекая импровизированную финишную черту на считаные секунды раньше Аликс. — Говорил же, что тебе меня не перегнать.       — Реванш, — насупливается Аликс.       — Не-а, никаких реваншей. Таковы правила!       Аликс такой ответ не устраивает. Кимссейн не обращает на это никакого внимания и продолжает праздновать победу, загребая Принцессу в медвежье объятие и целуя её в обе щеки. Она смеётся и тоже обнимает его, поздравляя с успехом. Вновь закинув её на спину, он совершает победный круг.       Адриан хмурится. Что ж, кажется, они просто не разлей вода…       — Всё в порядке, Агрест? — спрашивает Алья, усаживаясь на скамейку рядом с ним.       — А?       — Ты всю перемену испепеляешь Кима взглядом.       Эти слова привлекают его внимание, и он таращится на неё.       — Чего? Никого я не испепеляю.       Она выгибает бровь.       — Правда. Я всего лишь смотрел в его сторону и… думал.       Её бровь вздымается ещё выше. Он ощущает осуждение. Не столь остро, как под взглядом отца или Натали, но всё же достаточно, чтобы заставить его поёжиться.       Алья наклоняется ближе.       — Адриан, ты что, ревнуешь?       — Нет! Разумеется, нет. С чего бы мне… Мне незачем ревновать к Киму.       — Да неужели.       — Я не ревную, — дуется он.       — Тогда чего так хмуришься?       Он мешкает. Алья, без сомнения, знает, кто нравится Маринетт, но он сомневается, что стоит рассказывать ей об «Операции: Поиск Принца». Со слов Нино было понятно, что девчонки расстроились бы, если бы он узнал. (Потому что Адриан им не настолько близкий друг? Потому что они ему не доверяют? Подобные мысли ранят).       — Если не скажешь, я продолжу считать, что ты просто ревнуешь, — говорит Алья.       — Ну, ладно, хорошо. Я просто думал, что, если уж Ким решился носить Маринетт, он мог бы делать это как-то поприятнее.       — Ты имеешь в виду, типа как невесту?       — Ну, да.       Глаза Альи загораются.       — Не хочешь показать нам, как это делается?       — Что?       — Ким! — кричит Алья. — Адриан хочет с тобой посоревноваться!       Адриан моргает.       — Хочу?       — А то нет.       Кимссейн подбегает к ним с Принцессой на спине. Он спускает её на землю и встречает их широкой улыбкой.       — Что там насчёт соревнований?       — Гонка, в которой нужно нести свою пару, как невесту, — объясняет Алья. — Ты против Адриана.       Кимссейн вскидывает кулак в воздух.       — Отлично, давайте! Маринетт, готова к…       — Не так быстро. — Алья хватает Принцессу и толкает её в сторону Адриана. — Теперь они могут быть в паре.       Лицо Принцессы заливается различными оттенками розового.       — Нет!       Ай. Вот вам и прямолинейность.       — Т-то есть, — начинает она, вытаращившись. — Просто… Мы с Кимом – уже команда! И, может быть, Адриан не хочет жениться… носиться… нести меня!       — Я не против, — произносит он, — но если ты хочешь остаться с Кимом, то ладно.       — Хочу!       Алья бьёт себя по лбу.       Тем временем, Адриан понимает, что это, вполне возможно, то самое доказательство. Принцесса настолько влюблена в Кимссейна, что не желает расставаться с ним даже на одну гонку. Любовная статистика не врёт.       — Ну, что ж, Алья, — протягивает ей руку Адриан. — Будешь моей напарницей?       Алья убирает руку ото лба.       — Конечно.

***

      Ко всеобщему изумлению, Адриан и Алья выигрывают. Ему, ясное дело, известно, что это всё из-за того, что он – Кот Нуар. Магический костюм, разумеется, значительно увеличивает его скорость, силу и выносливость, но его тело всё-таки подвергается ежедневным тренировкам. Всё сходится одно к одному.       — Неплохо, Агрест, — протягивает ему кулак Алья.       Он ударяет по её кулаку своим.       — Из нас вышла хорошая команда.       Они обмениваются улыбками.       — Поверить не могу, что вы пришли первыми, — стонет Кимссейн.       Принцесса пытается его утешить, но и сама в этот момент напоминает увядающий цветок. Возможно, это из-за того, что они с Кимссейном проиграли. Или из-за того, что ей до сих пор не довелось признаться Кимссейну в своих чувствах. В чём бы ни была причина, так дальше не пойдёт.       — Ты пялишься, — шепчет ему на ухо Алья.       — Я думаю.       — Велика разница. Так и о чём же ты думаешь?       Он одаривает её своей лучшей модельной улыбкой.        — А вот это уж моё дело. Тебе остаётся только гадать.       Она удивлённо поднимает брови.       — Претендуешь на таинственность?       Он пожимает плечами и суёт руки в карманы, со свистом удаляясь в сторону Нино и остальных. Всё наконец встаёт на свои места. Что до вывода из его обеденного расследования, он почти уверен, что нашёл-таки того, кто нравится Принцессе.