Исполнение желаний

За то время, что они не встречались, Джозеф Лейсил не похорошел. Но рад Джеку был по-прежнему. — Я так по тебе соскучился, Джек! — широко улыбнулся он, открывая дверь. — Прости, что давно не появлялся, — вполне искренне извинился Джек, обнял Джо, уткнулся носом ему в плечо, уловив запах какого-то сладковатого, чуть приторного геля для душа. Баки пах совсем по-другому. От одной мысли о Баки в груди похолодело. Джек вжался в Джо сильнее, толкнул его внутрь квартиры, захлопнув за спиной дверь. Джо что-то говорил, рассказывал историю о том, как его друга бросила девушка из-за того, что от него пахло женским шампунем. Джек слушал его вполуха, не особо понимая, что вообще нашёл в этом человеке. Он ведь даже не помнил, как и где они познакомились, и жалел, что не выпил перед приходом сюда. А ведь он об алкоголе уже месяц не вспоминал. — Джо, у тебя выпить есть? — Да, водка, — похвастался Джо. — Кузина из России привезла. Её же со льдом пьют? — Сойдёт, — согласился Джек. В голове бродили не самые радужные мысли. Хотелось заглушить их хотя бы водкой и качественным сексом. Но можно было начать и с водки. Опрокинув в себя разом два шота, Джек потянулся к Джо, обнял его, забрался ладонями под дурацкую растянутую футболку, вжался теснее, очень надеясь, что свои намерения озвучивать не придётся. Джозеф радостно поцеловал Джека, а потом опустился на колени и расстегнул ему ширинку, чтобы отсосать. — Я так устал, — пробормотал Джек, погладил Джо по голове и притянул за затылок к паху. Желания не было абсолютно. Член никак не реагировал на близость любовника и оставался безучастным до тех пор, пока горячие губы не сомкнулись на головке. Джек зажмурился, снова, поощряя на более активные действия, погладил Джо по голове, запустил пальцы в волосы, плюнув на всё и представляя на его месте Баки. Наплевать. С самим собой можно было быть честным. Джо сосал с умением и энтузиазмом, но особого результата его старания не приносили. Даже фантазии не спасали ситуацию. Тело чувствовало подвох и отказывалось реагировать как надо. Аккуратно оттолкнув Джо, Джек обхватил член ладонью, посильнее сжал у основания. — Раздевайся, хочу видеть тебя, — велел он любовнику. Джозеф послушно разделся. Трусы на нём были дорогие, брендовые, но физическая форма оставляла желать лучшего. В спальню Джек идти отказался, толкнул Джо на диван и сам стащил с него бельё, коснулся ладонью впалой груди, провёл по животу до полностью выбритого паха. Он не хотел Джо, совершенно не хотел, да и вообще не понимал, что привлекло однажды. Даже сейчас месячное “голодание” не могло заставить тело отреагировать на предложенное. У Джозефа тоже не стоял. — Похоже, они решили, что мы друг другу не подходим, — сказал он и плюхнулся на диван рядом с Джеком. — Но это же не помешает нам остаться приятелями? — Не помешает, — криво усмехнулся Джек и хлопнул теперь уже бывшего любовника по колену. Таких обломов у него никогда не было, даже девушек он трахал с большим энтузиазмом. Одно радовало — не надо было врать, изворачиваться и как-то оправдываться перед Джо. — Давай еще выпьем, и я тебе все сплетни гей-тусовки перескажу, а то ты вечно не в курсе, — сказал Джо. Он оделся и налил еще водки. Джек поправил на себе одежду, застегнулся и выпил ещё один шот. Водка шла на ура. — Где мне в курсе быть, Джо? Сначала фронт, потом семья, где хуже, чем на фронте. Рассказывай, и, может, ты мне по клубам поможешь определиться. Сейчас с отцом дела обстоят легче, — Джек потёр шею. — Он забил на мою ориентацию. Короче, хочу найти респектабельное место с контингентом постарше, что ли. — Ну, с папиками расслабиться легче, — согласился Джо. — А ты еще и красивый, они тебя заласкают просто. И он принялся рассказывать про “возрастные” гей-клубы, попутно пересказывая сплетни: Питер и Карл решили пожениться и уехали в Нидерланды; в “Скарамуше” Марта и Мартин, уже смешно, устроили драку с визгом и тасканием за волосы из-за Эрика, а тот плюнул на них и уехал в “Медведя” и так там и тусуется; ходят слухи, что скоро откроется новый ЛГБТ-клуб, но это пока неизвестно… Джек слушал его, запоминая названия, и заметил, что теперь ему стало намного проще. Не так муторно выслушивать все эти бесконечные истории про людей, которых он и не помнил вовсе. Казалось бы, что изменилось? Всего пару минут назад он готов был придушить Джозефа за его болтливый, не по делу, язык, а сейчас, наоборот, был даже рад такой откровенности и разговорчивости. — “Медведь” не то, — Джек забрал у Джо бутылку и разлил остатки водки. — Мне бы что закрытое. Чтобы наружу не вышло. — Ну, понятно, нужно что-то тебе по статусу, — сказал Джозеф. — Я поспрашиваю. Крутится что-то в голове, возил меня деловой партнер моего босса куда-то, но я забыл всё, не до того было. Я узнаю и сообщу тебе. Они ударили по рукам. Джо рассказал ещё много историй. Джеку оставалось только удивляться, откуда он знает всех этих людей, и как успевает следить за их жизнью, как-то ещё всё это совмещая с работой. После водки распили найденный в закромах Джо смородиновый ликёр, потом Джек, не слушая возражений, заказал доставку из алкомаркета, и веселье на двоих продолжилось. — Хорошо, что завтра суббота, — Джо разглядывал здоровенную бутылку сухого мартини и пять литров грейпфрутового сока. — Потому что мы с тобой нажрёмся. У Джека, правда, не было такого понятия — суббота. Он всё равно должен был быть во дворце, сам для себя так решил, но и расслабляться хоть иногда всё же надо было. Как они оба доползли до спальни, Джек не помнил. Вообще, события ночи отказывались воспроизводиться в мозгу. Зато губы болели, на шее пламенел огромный засос. Ещё почему-то ныло плечо и чуть ниже пупка фиолетовым наливался приличного размера синяк. — Пьянчуги! — постановил Джек, оделся, хоть пальцы отказывались слушаться, и вызвал такси, решив, что сам он въедет в ближайший столб и там спать и останется. — Джо, ты мне клубы обещал! — громко напомнил он едва продравшему глаза Джозефу и поковылял вниз, к поджидавшей машине. — Помню! — отозвался Джо на стук захлопнувшейся двери. Джек был доволен тем, как всё развернулось с ним. Больше никакого обязательного секса ни для кого. Ни для отца с бабами, ни для Джозефа. Джек, наконец, был полностью свободен в выборе партнеров. Расстраивала только тяга к собственному отцу. Рука сама потянулась к телефону. Джек пролистал несколько фотографий Сайласа — в груди ничего не отозвалось. Но вот те, что он сделал после появления Баки, действовали неоднозначно. Может, все дело в том, что Джек с самого начала выбирал не тех партнеров? Может, и правда попробовать кого постарше? Вот Джо пришлёт адреса клубов, Джек и проверит. *** Через несколько дней Баки вызвал Джека к себе. — На стрельбище поедем? — спросил он, едва Джек закрыл за собой дверь. — Винтовки пристреливать? Нейтан две достал. Американские, не новые, но приличные. — Поедем, — согласился Джек. Ему было интересно посмотреть на Баки в другой, не кабинетной обстановке. — Переоденься тогда. Встречаемся на стоянке через пятнадцать минут, — велел Баки. На стоянку Баки явился в черной армейской форме с бабочкой на плече. Отросшие волосы он собрал в хвост. Очень бросалось в глаза, что в форме он чувствует себя увереннее и комфортнее, чем в костюме-тройке. Джек аж залюбовался, в очередной раз отметив, что Баки меняет Сайласа: возраст, движения, черты лица — всё это становилось другим. Уже сидя в машине, Джек вспомнил: — Мне прислали два адреса закрытых гей-клубов для джентльменов. Думаю сегодня посетить один из них. Сам посмотрю, что и как. — Да, лучше ты, чем я, — согласился Баки. — Я в шикарных заведениях не разбираюсь. Они ехали в лимузине, салон которого был отделён от водителя бронированной перегородкой, и шофёр их не слышал. Странным было в этой шикарной машине сидеть в своей полевой форме, так ещё и рядом с отцом, вести беседы про места, куда Сайлас не сунулся бы и под дулом винтовки, и чувствовать при этом себя совершенно спокойно. Джек улыбался, смотрел в окно. Вот почему отец не мог быть таким, как Баки, сразу? — Ты учился стрелять из снайперки? — спросил Баки уже на стрельбище. — Да, учился, — кивнул Джек, сбросил куртку, так как погода позволяла. — В Академии сдавал стрельбу из всех видов оружия. И что-то ещё помню. Он не стал говорить Баки, что был лучшим на курсе. Отцу на все его достижения было наплевать, а перед Баки бахвалиться и вовсе не хотелось. — Ну, тогда давай пристреливаться, — Баки кивнул на подготовленные места. — Первая дистанция — тысяча метров, десять патронов. Вторая — полторы тысячи, десять патронов. Третья — две тысячи, без ограничений. Джек присвистнул. Он и на полторы-то тысячи не стрелял ни разу, а тут сразу до двух. Ну, ладно он, а как Баки и со зрением Сайласа справится? Но, судя по тому, что в повседневной жизни оно ему проблем не создавало, можно было представить, что и зрение у него стало меняться. С первой тысячей у Джека проблем не возникло. Винтовка была хоть и не очень знакомого образца, но в Академии как раз приходилось стрелять из чего-то похожего. А потому ровно в десятку Джек попал с пятого выстрела. Баки же уверенно и быстро отстрелялся в десятку на тысячу, обругал винтовку, подстроил оптический прицел и так же невозмутимо отстрелялся на полторы. Свои полторы тысячи Джек освоил только на девятом выстреле. Но ему нравилось лежать на земле, настраивать верньеры. Засиделся он немного во дворце. Обычно Сайлас так надолго не оставлял сына подле себя, уже через неделю усылая на фронт, а тут уже пошёл второй месяц. Джек скосил взгляд на Баки и быстро отвернулся. Может, действительно попроситься на границу? Он же разведчик, как раз его работа там, а не в кабинете, да и дурь из головы выйдет. Две тысячи Баки отстрелял не идеально — две пули ушли в восьмерку, остальные в десятку. Он поднялся, осмотрел винтовку и принялся ждать, когда отстреляется Джек. Первые два выстрела ушли “в молоко”. Джек выругался, приник к биноклю и подкрутил верньеры снайперского прицела. Две тысячи для него были почти недостижимой целью, да и незачем было раньше стрелять на такие расстояния. Не в кого. Геф по техническому вооружению не сильно отличался от Гильбоа, лишь только танки долгое время не давали вновь передвинуть границу подальше на территорию противника. Но после полного перевооружения гефские войска с каждым днём отступали все глубже на собственную территорию. Джек всё ждал того момента, когда они таки пришлют послов с предложением решить дело миром, и был уверен на все сто — Баки не позволит навязать ему невыгодные для королевства условия. Пятый выстрел прошёл достаточно близко от восьмерки. А в десятку Джек попал только на пятнадцатом. — Ты молодец, Джек, — похвалил его Баки негромко. — Две тысячи — предельная дальность для винтовок этого класса даже для профессионального снайпера. Джек улыбнулся. Похвала от Баки согрела, словно он подошёл и обнял, прижал к себе. Тряхнув головой, Джек поднялся. Мысли о Баки никак не желали покидать голову, но, в то же время, то, что он видел перед собой, это лицо — резко остужало, но не настолько, чтобы спокойно относиться к выбрыкам собственного либидо. — Передохнем и постреляем еще? — спросил Баки. — День-то какой хороший. Ни ветерка, солнце сзади — то, что надо для снайпера. Отказываться Джек не стал. Ему нравилось проводить время с Баки, тем более здесь, на стрельбище, тот раскрывался с какой-то другой, неожиданной стороны. Разительные отличия между ним и Сайласом стали видны ещё ярче. И Джек пообещал сам себе этим же вечером найти мужика. *** Первый клуб, про который узнал Джо, назывался “Гранит”, и даже принцу туда требовалась рекомендация. Впрочем, найти ее оказалось несложно — в “Гранит” регулярно захаживал смещённый из-за возвышения Джека Алан Карпман, заместитель руководителя штаба внешней разведки. Джек нисколько не удивился, заметив парочку знакомых лиц, а вот его явно не ожидали увидеть. Он первые полчаса просидел на уютном кожаном диване, потягивая на удивление отличный скотч, разглядывая собравшихся. Он вознамерился уйти сегодня отсюда с кем-нибудь. Здесь не было парней в сетчатых майках, с проколотыми сосками и сплошь черными от татуировок телами. Не было обтянутых кожаными штанами задниц. Изредка посверкивали серьги в ушах, но именно что изредка и у богемы. У богатой богемы — здесь собрались очень не бедные люди. Никакой вульгарности, никакой пошлости, никакой дешёвки. Это все очень импонировало Джеку. — Вы явно здесь в первый раз, Ваше Высочество, — обратился к нему импозантный незнакомый мужчина, как раз возраста отца. Джек и не надеялся быть неузнанным в этом месте, а потому спокойно улыбнулся и предложил собеседнику присесть. — Всё бывает в первый раз. — Юношескую бесшабашность сменила уравновешенность знающей себе цену молодости? — Надо становиться серьёзнее, — поддержал его Джек, отсалютовал стаканом и рядом с ними на столике тут же оказалась бутылка и второй стакан, до середины заполненный льдом. Незнакомец представился: — Юджин. Это имя Джеку всё равно ничего не сказало, не знал он местную элиту. Да и где было бы узнавать, когда сначала несколько лет проучился в военной Академии, а потом большую часть времени пропадал на фронте или тусовался в местах намного ниже этого по статусу? Юджин Джеку понравился сразу. Высокий, плечистый, он чем-то напоминал Баки, но Джек решил не зацикливаться на схожести с отцом и попытаться найти в нем что-то своё, особенное. Например, коротко стриженые светлые, почти белые волосы, с лёгкими росчерками серебрившейся на висках седины. Тонкие улыбчивые губы и добрый взгляд голубых глаз. Юджин представил Джеку всех завсегдатаев. Их было немного, всего с десяток, и знал до этого Джек только Карпмана. — Чтобы стать членом клуба, — объяснял Юджин, — необходимо, чтобы постоянные члены клуба — те, кто в нём более трех лет, — проголосовали за новичка. Ну и, разумеется, нужно соблюдать клубный устав, платить взносы… Клуб занимает все это здание. Тут своя кухня, свой повар, свой врач. Отдельные комнаты для желающих уединения. Специально оборудованное помещение в подвале для тех, кто любит игры поострее. Председатель клуба переизбирается каждый год. В этом году председательствует Ирвин Во, вон тот худощавый брюнет. Каждый член клуба имеет право привести с собой проверенного гостя. Это в своем роде необходимость: клуб невелик, одни и те же лица приедаются. — И что нужно сделать, чтобы за меня проголосовали? — поинтересовался Джек. Он немного не ожидал, что здесь всё настолько серьёзно. Джо, конечно, рассказывая, и половины не знал. — Определиться, что вы можете дать, и что хотите получить. Пообщаться с завсегдатаями. Изучить устав, — мягко объяснил Юджин. — Не торопитесь. Отдыхайте. Я уже готов пригласить вас на следующей неделе. Он наклонился и нежно коснулся сухими губами скулы Джека. Более выраженные проявления страсти не были здесь приняты. Отчего-то Джек смутился. Такие проявления симпатии были ему в новинку. В тех клубах, к которым он привык, все происходило намного быстрее. Можно было оказаться в чилауте со спущенными штанами раньше, чем узнаешь имя случайного любовника. Но мысли все равно упрямо возвращались к Баки, сколько бы Джек от них ни отмахивался. Весь вечер, до поздней ночи, Джек знакомился ближе с теми, кто потом решит его судьбу, общался на совершенно неожиданные темы и с каждой минутой понимал, насколько эти люди отличаются от тех, с кем он тусовался раньше. Только членов клуба примерно его возраста и немного старше было всего трое: младшие и средние сыновья солидных семейств промышленников, которых привели сюда дядья, деловые партнеры родителей, университетские профессора. — Ты мне очень нравишься, — шепнул Юджин. — Могу я пригласить тебя на ужин? Только ты и я. — Назначай время, — так же перешёл на “ты” Джек, улыбнулся, чуть подбавив кокетства в голос, чувствуя себя намного увереннее обычного. — И если я буду свободен, то буду очень рад увидеться. — Сегодня, — предложил Юджин. — Сейчас. Тут есть отдельные кабинеты. Джек закусил губу. Он как-то уже сам для себя решил, что быстро не будет, хотя и думал уйти отсюда сегодня не один. Но в глазах Юджина читалось такое желание, что волоски на теле Джека разом встали дыбом. А, хотя, что он терял, кроме мифической девственности? — Почему бы и нет, — улыбнулся Джек.