Исполнение желаний

Всю ночь они в итоге просидели за составлением мирного договора, чуть не переругались. Джек выпил третью чашку кофе и откинулся на спинку дивана, оттянул ворот свитшота и потёр шею. — Теперь ждём, что предпримет Геф. Для подогрева решительности можно наступление на границе организовать. Что думаешь, Баки? — Дожать их надо, — сказал Баки. — Выбить за реку. Или в реке утопить. Я уже отдал приказ. — Когда успел только? — Джек покосился на циферблат часов, прикидывая, нормально ли будет позвонить Юджину и пригласить его на завтрак. — Сразу, как вернулся. Ты переодеваться ходил, — Баки от души потянулся. — Позавтракаем пока? — Давай, — тут же согласился Джек. Мысли о Юджине как-то сами собой вылетели из головы. Джек дотянулся до телефона, отзвонился на кухню и велел подавать завтрак в малую столовую. Секретарь, который готовил бумаги, откланялся и вышел. Джек и Баки остались вдвоем. — Хреновая работа — быть королём, — усмехнулся Баки. — Вечно на людях, ни выходных, ни праздников, еще и жена есть… Как она там, кстати? — Не знаю, — пожал плечами Джек. — Не до неё было. Же-на... — протянул он. На мгновение стало интересно, что было бы, не встреться он тем вечером с ведьмой, не напейся и не поведись на предложение исполнения желания. Пусть и считал бредом, но на пару мгновений искренне поверил. Почему-то подсознание подкинуло не самую радужную картинку и тоже жену. Джек тряхнул головой и поднялся с дивана. — Почему без выходных-то? Ты же король, организуй их себе. Помнится, ты в клуб хотел сходить. — Вот разберемся с Гефом — и схожу. А то представь, пришел я в клуб, ебусь, и тут ты мне звонишь и сообщаешь, что через пятнадцать минут гефская делегация явится! Облом же! — Облом, — повторил Джек. В груди снова неприятно сжалось от мысли, что Баки пойдет с кем-то трахаться, и это сам Джек его туда толкает. Но именно так и было нужно для того, чтобы непрошенное чувство отгорело, отболело, пеплом осыпалось и позволило идти дальше. За завтраком говорили о пустяках: о том, что осень никак не наступит, о любимых сортах яблок, о том, что вкуснее — сидр или вино. После кофе — Баки всегда пил черный, очень крепкий и сладкий, — он спросил: — Джек, что на тебя так давит? Что случилось? — Ты о чем? — сделал вид, что не понял вопроса, Джек. Не объяснять же, что влюбился в собственного отца, да так, что ни на кого больше смотреть не получается? Нет уж, Джек никогда о таком не скажет. — Джек, — мягко произнес Баки. — Не держи меня за идиота. Джек потёр переносицу и отставил чашку из-под чая в сторону. — Это сложно. Но я разберусь. Правда разберусь. — Влюбился в неподходящего женатого парня? — спросил Баки. — Ну, так, жена — не стена, подвинется. А закон об однополых браках я в следующем году приму. — Можно и так сказать, — криво усмехнулся Джек. — В самого неподходящего женатого парня. Ты, как всегда, зришь в корень. Но и чувства — не стена. Перегорит. Мне Юджин намекает о возможности перебраться к нему… — между делом заметил он. Когда любовник впервые заговорил о таком варианте, Джек для себя отмёл его как несущественный, но сейчас даже думал, а не согласиться ли? Юджин был именно тем человеком, с кем хотелось быть, если бы не Баки. — Любишь одного, а спишь с другим? — покачал головой Баки. — Фамилия у твоего Юджина есть? Пусть его служба безопасности проверит. Ты глава внешней разведки, Джек, те же гефцы под тебя кого угодно подкладывать будут, если увидят хоть малейший шанс раздобыть информацию. — Ты идеалист, — скривился Джек. — Ну, влюбился, но там не светит, что теперь — всю жизнь возложить на алтарь никому не нужного чувства? И ходить страдать? А я не дурак и языком не треплю в постели. Джек и не думал, что Баки будет так уж против его налаживающейся личной жизни. Надеялся непонятно на что, но не сильно. — Да при чем тут идеализм? Ты что, к тому, кого любишь, подкатить даже и не пытаешься? Ты? Джек, я с самого начала уверен был, что ты парень смелый, решительный и упорный. — И даже не буду пытаться. Джек вытер губы салфеткой, поднялся из-за стола. — Поспи хоть пару часов, — мягко сказал он. — Ты сам поспи, — Баки подошел к Джеку и обнял его за плечи. — Выглядишь так, словно это не я на севере «паломничал», а ты. — Работа, отец, — выдохнул Джек, позволив себе расслабиться всего на мгновение. Он не прижался к Баки, не обнял его в ответ, но и не торопился отстраняться. — Джек, тебе точно поспать надо, — покачал головой Баки и очень тихо добавил: — Какой я тебе, к черту, отец? — Спасибо, — прошептал Джек и всё же обнял, всего на одно чёртово мгновение, глотнул тепла, самого лучшего запаха и отстранился. — Не сиди в кабинете, если представители Гефа придут в движение, нам сообщат. — Так что спать, — велел Баки. Поцеловал Джека в щеку и ушел к себе. Джеку хотелось плакать. Сердце в груди бухало, больно сжималось. Прижав ладонь к щеке, Джек выдохнул сквозь стиснутые зубы, зажмурился. Так продолжаться больше не могло. Джек набрал своего заместителя, приказал найти информацию на Юджина Ренье и сам себе пообещал, что если тот окажется полностью чист, то сразу согласится на переезд к нему, сведя любые контакты с Баки только к рабочим. *** Информация на Ренье оказалась достаточно любопытной. Он был трижды разведен, получал алименты от каждой из бывших жён, нигде никогда не работал, хотя имел диплом бакалавра искусств. Своего жилья у Ренье не было, он арендовал апартаменты в солидном, но не самом дорогом квартале Шайло. Более тщательное расследование показало, что Юджин Ренье последние годы, кроме алиментов, живёт на денежные и прочие подарки своих любовников. Джек поморщился. Внутри поднялась неприятная волна гадливости. Ведь Юджин сам к нему подошёл, выбрал себе новую жертву, поняв её неопытность с первого взгляда. И ведь обрабатывал мастерски. Джек ни разу не усомнился в истинности чувств к себе, верил, лёг под этого ублюдка. Но, в то же время, хорошо хоть не влюбился. В какой-то мере Джек был даже благодарен Юджину за качественный секс, за любование и пусть не настоящее, но все же тепло. Им было хорошо вместе. По крайней мере, самому Джеку. Но отвечать на звонки теперь уже бывшего любовника он перестал. Не хотелось объяснений, оправданий, очередной лжи. А когда Джек снова приехал в “Гранит”, Юджин поздоровался кивком головы, но подходить не стал. Но к этому времени у Джека появилось уже достаточно знакомых в клубе, чтобы не скучать. Да и теперь уже сам Джек выбирал, с кем проводить время. Оказалось, в клубе можно завести массу полезных знакомств даже принцу. Отто Прикс, промышленник и работяга, как раз заинтересованно поглядывал в сторону принца. Лысый, как колено, с круглой головой и хитрыми морщинками у карих глаз, плечистый и невысокий, он и близко не был таким красавцем, как Юджин, зато мог поддержать любую тему, обладал прекрасным чувством юмора и на заседании членов клуба голосовал за Джека. Впрочем, за Джека голосовали многие, и председатель “Гранита” уже объявил принцу, что с нового года тот может считать себя членом клуба (и готовиться заплатить взнос). Несмотря на то, что с Юджином не выгорело, дворец Джек все же покинул, полностью перебравшись в пентхаус. Ему очень нравилось засиживаться с Баки допоздна, слушать его истории, спорить о чем-нибудь, но именно в таких вечерах и была главная проблема — уходить в свою спальню не хотелось категорически. “Королевские завтраки” отошли в прошлое. Их заменили общие обеды. Правда, Роза по-прежнему была под домашним арестом в “Виноградниках”, но следствие над Уильямом Кроссом вскрыло такие бездны, что даже Мишель не заговаривала о том, чтобы смягчить наказание для матери. — Папа, почему ты не подписал мирное соглашение с Гефом? — спросила как-то Мишель. — Они же хотели заключить мир. — Я подожду, пока они согласятся выплатить контрибуцию, — объяснил Баки. — Напали они, мы — пострадавшая сторона. Но Геф упирается. — Надо организовать ещё одну серию наступлений у северной границы, — предложил Джек. — С новым вооружением даже лёгкие отряды без особых проблем дойдут до ближайшего города. Мишель глянула на брата. — А если и тогда Геф не пойдет на уступки? — Тогда у нас будет еще одна провинция на севере, — спокойно сказал Баки. — Джек, зайди ко мне вечером, надо кое-что обсудить. Джек кивнул. Он, конечно, планировал прошвырнуться по клубам, выпить в компании старых приятелей, но Баки отказать не получилось. После обеда на Джека насела Мишель. Она безостановочно щебетала о том, как ей нравится новый министр здравоохранения, что он видит в ней в первую очередь соратника, девушку и только потом уже принцессу, радовалась тому, что её инициатива имела огромный резонанс в обществе, и с медициной начали происходить изменения в лучшую сторону. Джек слушал сестру вполуха, листая телефонную книгу мобильника. Секса у него не было уже месяц, а дрочкой снимать напряжение немного поднадоело. Джек уже был снова готов пойти по бабам. — Джек, ты меня совсем не слушаешь! — возмутилась Мишель. — Прости, эта война вытягивает из меня последние силы. Устал сидеть и ничего не делать, — вздохнул Джек. — Думаю попроситься у отца обратно на фронт. — Он тебя не отпустит, — покачала головой Мишель. — Он очень о тебе беспокоится после того раза, как тебя взяли в плен. — Сбегу, — подмигнул ей Джек. — Найдет с собаками и вернет, — уверенно сказала Мишель. — Он очень боится тебя потерять. — Давно ли он сам хотел от меня избавиться, сестрёнка? Как ни странно это было подтверждать — Баки и правда беспокоится о нём, словно Джек действительно был важным. Как сын? — Он очень изменился после твоего плена, — уверенно сказала Мишель. — Ты для него сейчас самый главный человек в королевстве. А еще он помолодел, ты заметил? Ты теперь куда сильнее на него похож. — Хоть теперь сомневаться в родстве не буду, — Джек криво усмехнулся. — Пойду я, сестрёнка, переоденусь, к отцу забегу и в клуб скатаюсь. Хочешь со мной повеселиться съездить? — Нет, — покачала головой Мишель. — А отец тебя вечером ждет, после ужина. Забыл уже? Дожидаться вечера не было никакого желания, да и вопросов важных, вроде как, не висело на повестке дня. Попрощавшись с сестрой, Джек махнул на всё рукой и, отпустив водителя, поехал к себе, переодеться в соответствии со случаем. С Баки он и с утра поговорить может, а сейчас страшно хотелось развеяться. Всё равно, где и с кем.