Главный враг

***

      Арсений был простым питерским учеником. Месяц назад он окончил 9 класс и сейчас радовался солнечному дню, такому необычному и редкому в Питере. Он и его друг Сергей Матвиенко сидели в парке на скамье, радостно болтая обо всём на свете, как и многие годы до этого. — Эх, такая погода сегодня! — Арсений скинул пылинку с белой футболки и провел ладошками по коленям, которые оставляли открытыми дырки на его чёрных джинсах. — Знаешь, Серёг, сегодня точно случится что-нибудь хорошее! — Да, Арсюха, мне тоже так кажется.       Сергей был в спортивных чёрных штанах и зелёной футболке. На пару минут они смолкли, наслаждаясь этим прекрасным днём и пейзажем, который их окружал. Сережа обвёл взглядом парк вокруг и посмотрел на Арса. Тот, прикрыв глаза и приподняв лицо к солнцу, с улыбкой принимал солнечную ванну. Его волосы, коротко подстриженные, переливались яркими отблесками, а лицо имело более чем умиленный вид.       Попов и Матвиенко были знакомы с детства. Ходили в один садик и группу, а затем в одну школу и один класс. Между ними было столько общего, что они понимали друг друга почти без слов. Они проводили почти каждый день вместе. Часто делали уроки, точнее, так они это называли, а на самом деле резались в приставку или занимались другими важными делами. Арсений всегда считал его наилучшим другом и был очень благодарен судьбе, что она послала ему этого человека. Сергей тоже считал Арсения одним из главных, даже самым главным человеком в его жизни.       Сергей провел рукой по своим волосам, тоже коротко подстриженным, и пригладил их. Он медленно переводил взгляд от волос Арсения к его закрытым глазам, носу, его улыбающимся губам. Он слегка наклонился к Арсу и тронул его левое плечо. — Арс, — тихо позвал он. — Ммм? — открывая глаза и поворачиваясь к Сергею, всё ещё улыбаясь, спросил Арс. — Знаешь, я давно уже хотел тебе кое что сказать… Но всё не знаю как, — он поднял свои карие глаза и посмотрел в глаза Арсению, которые были такие голубые и чистые, как небо над ними. — Я не знаю, как ты на это отреагируешь, — он сжал и разжал кулаки, а затем начал медленно потирать руки друг об дружку. Арсений смотрел слегка удивлённо, но как будто зная всё на свете. Он всё ещё улыбался, но уже лёгкой, спокойной улыбкой. — Я, я… Мы так давно знакомы… Да твою мать, даже сказать не знаю что… Сука, — он закрыл лицо рукой. — Серёж, — тихо сказал Арсений. Он давно понимал, что что-то уже не так. Он давно открылся лучшему другу, что он гей. Сергей всегда относился к «неординарным» людям с добротой, и Арсений не боялся быть осмеянным им с плохой стороны. Арс взял руку Серёжи, которой он закрыл лицо, и слегка сжал её. — Ты можешь говорить, всё. Я пойму, — он улыбнулся шире и посмотрел в глаза Сергею. Тот глубоко вздохнул. — Арс, — уже увереннее сказал Сергей, — я…       Тут его прервал звонок на телефон Арсения. — Ой, ля, подожди минутку, пожалуйста, — проговорил Арс, отпуская руку Сергея и доставая телефон. — Алло. Да, мам. О чём поговорить? Что?!

***

      Вот уже пару часов в доме Поповых слышались крики. Арсений был настолько озадачен, что не мог контролировать себя и говорил на повышенных тонах. Они — он и его отец и мать, находились в кухне, где вели ожесточенный разговор. — Мам, пап, ну какой Воронеж?! Мы столько тут живём, а теперь ехать туда?! — Арс сдерживался изо всех сил, чтобы не сорваться уже на крик — его всего трясло от негодования. — Сынок, но у папы работа, да и сестре, твоей тёте, нужна помощь. Ты же должен понять. — Ну, а ты мам? Где ты будешь? — Арсюш, мы уже всё нашли! Я просто переведусь в другой филиал. — Ну, а я? Что мне делать?! У меня тут друзья, школа, что я буду делать там?! — Сын, но там тоже есть и школа, и люди. Найдёшь новых друзей, а со старыми будешь по интернету общаться. Да и каникулы будете тут проводить. — Нет, я вас просто не могу понять! Как так можно? И когда вы собираетесь переезжать? — Через 14 дней. — Пф, чудесно. И вы только СЕЙЧАС со мной это обсуждаете? — Мы думали, что ты поймёшь нас.       Арсений, всё это время ходивший туда-сюда по кухне, сел за стол напротив родителей. Они смотрели на него, ожидая что он скажет. — Да губите, — сказал он, подымаясь со стула и выходя с кухни. — Губите всё, мне плевать!       Он хлопнул дверью в свою комнату и повалился на кровать. — Я думал, что он отреагирует куда спокойнее, — сказал его отец матери, всё ещё сидя за столом. — Ну ты же понимаешь, какой это стресс для ребенка. — Но, как я понимаю, до отъезда он явно смирится с этим. — Да, так и будет. Так и будет…

***

      Все эти дни Арсений ходил ошарашенный, не зная, и боясь представить, что его ждёт. — Ох, что же это будет? — тихо прошептал он, сидя на своей кровати и облокотясь спиной об стену. Он обхватил своими худыми руками ноги, согнутые в коленях, и почувствовал раздражение от неприятной ткани его домашних спортивных штанов. — Я совсем потерялся. Голова кругом. Мысли летают по орбите вокруг головы, но на посадку не хотят… Воронеж. Наслышан я об этом городе. За что меня в эту ссылку-то?       При этих словах он повалился на подушку, уткнулся в неё головой и вздохнул. Из полусна его вывел вибрирующий телефон. — Ало… — Арсенал опять опустошен? — послышался грустный, но в то же время посмеивающийся голос. — Серёга, здорова, — переворачиваясь на спину и улыбаясь сказал Арсений. — Ну что, перед отъездом так и не попрощаешься? Уже послезавтра укатываешь, а мы ещё так и не погуляли. — Ой, Серёг, такой пиздец, вообще голова не варит. Может, ко мне придёшь? — Конечно, может взять чего? Родителей нет же? Пиздюлей не вставят? — Сергей засмеялся. — Да уехали, будут в 9 вечера. Пожрать тут надыбим. — Ну всё, лечу.

***

— Помнишь, ты мне хотел сказать что-то? — Спросил Арсений, чокаясь горлышком бутылки пива с бутылкой Сергея. — Когда? — Сергей слегка замялся и уставил взгляд на Арса. — На скамейке тогда. — Ааа, ну да. Да… — Так что? — Арсений отпил ещё глоток и поставил бутылку рядом с собой на пол. Они сидели друг против друга. Арсений облокотился о край кровати и положил левую руку на колено согнутой левой ноги. — Что ты хотел сказать? — Да… — Он поднял взгляд и посмотрел на Арсения. Он замер, держа бутылку в руке и пытаясь найти подходящие слова. — Блять, Арс, — сказал он, облокачиваясь на сидушку стула и делая глоток. — Я уже всё разрулил. Можешь не волноваться. — Жизнь удалась, да? — с горькой ухмылкой спросил Арс. Внутри что-то неприятное разлилось по всему телу. Смесь тоски, горечи, чего-то несбывшегося. — Да ладно, Арсюх! — Серёга ударил его по плечу и слегка замялся, пытаясь развеселить друга. — Я постараюсь чтобы Питер без тебя не развалился, не переживай. — А я попытаюсь чтобы Воронеж развалился со мной. Да побыстрее. — Ахаха, чудила с Нижнего Тагила ты, а не Арсений! — Серёга протянул бутылку к Арсу. — За дорогу? — Какой есть, — ответил Арс. — За дорогу.

***

      Последний чемодан с вещами в багажнике, и Арсений уселся на заднее сидение. Вот он — этот злополучный день. Сегодня опять было солнечно. Арсений не понимал, почему именно в этот день такая погода. Было очень тоскливо.       Ему пришло смс: "Хорошей дороги, Арсюх. Не скучай там. Если кто обижать будет, пиши. Надаем не унесет!"       Арсений болезненно улыбнулся. Сейчас эти слова, от этого человека, были болезненнее всего. "Конечно, Серёг. Хотя кто там меня обижать то будет, графскую кровь-то. Пока."

***

— Ну что, сынок, готов? — Родители уже тоже уселись по местам. Отец за руль, мама рядом на пассажирское. — А это имеет значение?       Арсений накинул на голову капюшон от кофты с разноцветным принтом, надел наушники и, включив музыку, повернулся к окну. "Ну что, жизнь-то не заканчивается, Арс. Мы, блять, ещё поборемся. Всё-таки мы ещё ничего не видели. Время покажет."