Главный враг

***

      Воронеж. Погода была очень хуевая. Как и настроение Арса. Они всей семьёй ехали в такси до своего нового дома.       Сергей по-разному пытался поднять настроение Арсения. Писал, звонил. Арсений был рад, что кто-то пытается спасти его морально. И теперь Арс писал, какая дерьмовая погода в Воронеже. И как он скучает. Дождь был крупный и холодный. Для конца июля даже слишком холодный.       Пока он и отец перетаскивали чемоданы, в кроссовках начало хлюпать, а тонкая куртка промокла настолько, что вода добралась через футболку до его тела. Арс мысленно материл всеми ему известными словами этот чертов Воронеж, который забрал у него всё. Он ещё никогда не желал настолько конца света.

***

      Новая комната была немного больше прежней. Стол у окна, диван слева от него, справа шкаф. Пока только эти вещи наполняли комнату Арсения. Комната была хоть немного, но полна, сам же он чувствовал себя пустым-пустым. Ему хотелось кричать. Он хотел позвонить Сергею, сказать как он скучает, как он любит его, как хочет вернуть эти веселые дни. Он тяжело вздохнул, пытаясь сдержать слезы. На стол упал луч света. Ярче и ярче становилось в комнате. Дождь прекратился и далеко в небе появилась радуга. Мир стал как бы совершенно иным. Арсений завороженно смотрел на эту картину. Он понял, что лучше забыть. Лучше забыть все, выкинуть из головы. Теперь у него новая жизнь, и ему нужно придумать новые правила.       За эти пару месяцев пребывания в Воронеже Арсений справился со своим новым положением. Он посмотрел новую школу, конечно не как в Питере, но учиться можно. Он успел познакомиться с некоторыми будущими одноклассниками. С парой из них он жил в одном доме. Всё было вполне нормально, но предстояло много трудностей. Но Арсений был готов.

***

      Первый учебный день в школе. Сегодня Арсений проснулся очень рано. Точнее, он и не ложился. Всю ночь он переписывался и разговаривал с Сергеем. Их отношения стали более спокойными. Теперь Арсений переварил какую-то часть того, что с ними двумя случилось. Эти несказанные слова… А ведь и правда, он действительно не считает, что они могли бы быть вместе. Лучший друг, вот кто Сергей для него. Тот человек, который всегда его поддержит. Его опора. Не больше. И как Арс мог подумать, что между ними что-то появилось? При мыслях об этом у Арса по лицу пробегала теплая улыбка. Да, они чуть не наломал дров. Он опустил взгляд и посмотрел на брелок, висевший на замочке его портфеля. Арсений стоял у своего стола и собирал вещи.       Сегодня первый день… Какие тут люди? Хоть он и знал почти весь свой класс, но это ведь не все. Правдивы ли стереотипы? Он взялся пальцами за брелок. Небольшая радужная лента-петля… Снять? Что будет если он его оставит? Арс тихо начал пытаться отстегнуть его. Будет непривычно без него… — Аааааааа…

***

— Давай, Арсюш, до вечера! — мама поцеловала его в щеку и он вылез из машины. Арсений помахал вслед машине, которая быстро скрылась за поворотом. Арс повернулся. Вот она, новая школа. Сейчас оживленная и выглядевшая более дружелюбно. В кармане завибрировал телефон и Арс достал его. Там было сообщение, от которого на душе у Арсения стало так тепло, хорошо, что он невольно улыбнулся. Сердце тихо выстукивало привычный ритм, а над головой неслись облака, попеременно закрывающие собой солнце, и дул тихий, свежий ветер. «Эй, чувак! С новым учебным годом, Арсюхааа! Удачи нам, и не сдохнуть;) Давай не подводи. Скучаю: (»       Ох уж этот Серёга, — усмехается Арсений. «И тебя с новым учебным годом, старина. Ты тоже обороты не сдавай там! Тоже скучаю. Может летом свидимся как-нить. Я пошёл, удачи!»       Арсений поправил рюкзак, висевший на одной лямке на его левом плече, и зашагал к школе. Вот оно, новое графство величайшего Арсения Попова!

***

      Первые 4 учебных дня прошли даже лучше, чем представлял Арсений. Его класс был вполне дружным, учителя вполне нормальные, девчонки были очень даже с юморком, что уж говорить о пацанах. Арсений сразу стал душой компании. Даже подшучивали, что он как реальный Воронежец. Всё-таки Арсений не зря поставил себе цели и составил план. Ну а как ещё быть в Воронеже? Как выжить Арсу? Ответ очевиден: стать графом этого сранного города.       Арсений лёгкой походкой продвигался по опустелому коридору школы. Сегодня он остался, чтобы помочь учителю, и теперь спешил домой. Там его ждал вкусный обед оставленный мамой. — Опа-ча, это что тут за пидора разгуливают? Тут вроде не трансвестит-клуб для таких ебланов.       Арсений резко обернулся на голос. Такой грубо-воронежский. Такой быдланский. Но что-то было не так… Он увидел кучку пацанов стоящих сзади него с шагах 20-ти. Арсений сразу понял, кто так пошутил… — Ну что, педрила, куда анал намылил? — вся компашка залилась хохотом.       Он был выше всех, даже выше Арсения. Где-то сантиметров на 10. Но он был худым. Даже слишком. «Шпала», — непроизвольно подумал Арс. Светло-русые волосы, светлые глаза…  — Каким гейским ветром тебя занесло сюда? — эта свора подходила к нему.       Они уже были в пары шагах от него. Арсению было неприятно смотреть на них. Таким место не в школе, а где-нибудь в яме, в яме с дерьмом. Шпала со своей сворой встали перед ним полукругом.       Вот что сразу бросается в глаза — кольца. Уйма колец! «Да тут на целый ювелирный хватит», — с удивлением подумал Арс. И браслеты на обоих запястьях. И часы в придачу, на левой руке.  — С кем разговариваю? Глухой что-ли? Ало, слушаю вас, уебан блядь! — он подошёл к Арсу и несильно толкнул его ладонью в левое плечо. Арс почувствовал кольца через тонкую ткань рубашки. «Сколько колец то…» — Какого надо?! — Арсений отмахнулся от руки Шпалы. — Да вот, видим, педик идёт какой-то, вот и решили голубого поймать… «Точно, брелок. Я тот раз так и не снял его. Мама закричала, увидит мышь, а потом я и забыл вовсе. Но никто не говорил против, да и вовсе не замечал. Или делал вид, что не замечает» — И с чего ты взял, что я пидр? Гей радар сработал? Так это может на одного из твоих дружков. — сказал Арсений, делая невозмутимое лицо.       Брови Шпалы от удивления поползли вверх, а рот, хотя губы были приоткрыты, ни произносил не звука. Арсений ухмыльнулся. Сейчас он готов был рвать и метать. Он чувствовал, как внутри начинает бурлить ненависть. Как он ненавидит таких людей. Людей, которые не уважают выбор других. Сволочи, которые нападают как стая шакалов. — Чего! — Слышь, сука! — Прикалываешься? — слышалось вокруг. Казалось что они сейчас набросятся на него. Все, кроме Шпалы. Этот мешок с костями стоял и всё ещё с удивлением смотрел на него. Он недоуменно переводил взгляд от глаз Арсения к его ухмылке и взгляд явно говорил:» Ну таких суицидников я ещё блядь не встречал «. Но вот его ступор более-менее прошел. Он сделал шаг вперёд.  — Так, ребят! Тише, тише, — сказала Шпала, подняв руки. — Сейчас я покажу кое-кому и гей радар, и всё остальное. — С этими словами Арс почувствовал боль. Что-то ударило его со всей силы по левой скуле. Он не удержался и сел на корточки, упёршись правой рукой в пол. На полу показались капли крови. Арсений чувствовал жгучую боль на пол лица. Кажется, не нужно было сводить внимание с этой сушеной воблы. Во время его обещаний показать Арсу гей-радар и всё остальное, Арсений быстро решил просмотреть дружков этой палки. Он непроизвольно остановился взглядом на одном из них. Уж слишком не гетеро-взглядом он на него смотрел. Так оценивающе, с такой гейской стеснительностью. Это и отвлекло Арса от этой сушеной воблы в кольцах. Гей? В компашке этого хрюка? «Всё-таки явно на него гей-радар сработал» — подумал Арс. Вокруг все неистово гоготали и присвистывали. Арсений тихо прикоснулся к щеке и понял, что кожа содрана хорошенько и заживёт не ранее чем через месяц. Ебанат. — Так вот, запомни, гаженыш ебаный, — Шпала наклонился к уху Арсения, схватил за волосы на затылке и зловеще зашептал, задернув голову Арсения — ещё раз услышу подобное, ещё р а з увижу тебя, ты испытаешь на себе в с е мои кольца. И мама родная не узнает. — При этих словах он резко толкнул голову Арса вперёд, отчего у того подкосились руки, на которые он едва успел опереться, и растянулся по полу. — Пошли ребят, у нас вечеринка, и так опаздываем!