Мы оба победим

Проснулся Питер, довольно потягиваясь в кровати, и сбросил ногами одеяло на пол. Он перевернулся на другой бок и подмял под себя подушку, широко зевая. — Питер Паркер… Юноша вздрогнул, подскочив на кровати и оглядываясь по сторонам, только через некоторое время осознав, что голос раздался в его голове. — Похоже, мне ещё предстоит привыкнуть к твоему присутствию, — произнёс он вслух, потирая лицо рукой. — Ты теперь всегда будешь в моей голове? Камень промолчал, и это слегка встревожило Питера. Никаких новых или необычных ощущений в своём теле он не испытывал. Сон постепенно отступил, и Питер отправился в ванную, чтобы немного взбодриться и умыться. Выполнив все утренние процедуры, он присмотрелся к собственному отражению в зеркале. Изменений во внешности Питер не заметил, зато внутреннее состояние явно свидетельствовало об успешной работе сыворотки. Сознание было ясным, все мышцы ощущались сейчас как цельный, прочный и гибкий каркас, позволяющий, кажется, даже горы сворачивать. Сердце работало как мотор, а зрение и слух наконец обрели так необходимый ранее баланс. В следующий миг раздался дикий гул, словно от набирающего скорость самолета на взлётной полосе, и Питер увидел перед глазами сюжеты развития будущего, которые Эфир уже показывал ему раньше, но сейчас они были гораздо ярче, красочнее. Юноша опёрся руками о края раковины, пытаясь устоять на ногах, и вновь увидел шесть разноцветных, светящихся Камней Бесконечности, соединённых вместе, энергия которых сметала всё на своём пути. — Где они? Где остальные Камни? — тихо прошептал Питер, ощущая жар, растекающийся по венам. *** Приблизительно через полчаса он пришёл на завтрак, ещё пребывая под впечатлением от увиденного, и обнаружил там Наташу, пьющую в одиночестве кофе. — Доброе утро, — громко произнёс Питер, привлекая внимание. — Привет, — улыбнулась она в ответ. — Как себя чувствуешь? Эфир и Вибраниум нашли общий язык? — Кажется, да. По моим ощущениям кажется, что всё отлично. А как вы? — Он присел напротив с чашкой чая. Мисс Романофф опустила явно счастливые глаза и пыталась сдержать улыбку. — Тони умеет делать сюрпризы, — тихо сказала она. — Иногда мне кажется, что я толком и не знаю его. Он изменился за последнее время. А может всегда был таким, просто… — Наташа посмотрела на Паркера. — Просто кто-то помог ему обрести себя. После этих слов настала очередь Питера улыбаться и прятать смущённый взгляд. — Кто кому помог? — неожиданно раздался голос мистера Старка, который незаметно вошёл и уже наливал себе кофе. — Обо мне говорили? Питер и Наташа переглянулись, но при этом не произнесли ни звука, продолжая завтракать и втихаря улыбаться. — Привет, Паучок. Кстати, Романофф, а где Бартон? — поинтересовался Старк. — Отсыпается, а что? — спросила Наташа. Тони довольно оскалился и уже собирался высказаться по этому поводу, но девушка перебила его. — Если ты отпустишь хоть одну свою шуточку на эту тему, то я врежу по твоей наглой физиономии. Старк засмеялся и сделал большой глоток из чашки. — Может, лучше ты расскажешь нам правду, которую вчера утаил? — уточнила Наташа. — И давай без сказок про хороших косметологов, душ, сон, еду, секс или что ты там ещё можешь придумать. Питер после этих слов тяжело сглотнул и чуть не подавился, пытаясь спрятаться в тарелке с завтраком. — А что, во мне есть какие-то изменения? — неправдоподобно удивился Тони. — Хорошо. Питер, — обратилась она к юноше. — Скажи, неужели ты не замечаешь изменений в нём? Паркер боялся смотреть на своего наставника, но всё же собрался с силами и медленно скользнул взглядом по его телу снизу вверх и замер, заметив на его лице лёгкую ухмылку и заинтересованно поднятую бровь. — Я…Я…Я не знаю, — еле выдавил из себя Питер, чувствуя, что краснеет даже ушами. — Будем считать, что он согласен с моими выводами. — Наташа скрестила руки на груди. В этот момент в небольшую гостевую кухню зашли Тор и доктор Беннер, благодаря которым Старк вновь смог уйти от ответа. — Ну что, можем мы хотя бы сегодня протестировать Эфир на прочность? — спросил Бог Грома. Следом за ними кухню заполонили и остальные проснувшиеся члены команды в поисках завтрака. — Сколько можно есть? — возмутилась Шури. — У нас уже всё готово к тренировке. Даю двадцать минут, вы здесь не на курорте. *** В сегодняшней тренировке изъявили желание принять участие сразу несколько Мстителей. Стадион в этот раз выглядел немного иначе. Крыша была закрыта специальным куполом из Вибраниума, а покрытие сменилось на искусственное, полимерное, которое используется для беговых дорожек на спортивных соревнованиях. Питер ожидал начала, сидя на небольшой трибуне, и не испытывал волнения, рассматривая свои руки, которые вчера расплавили костюм и теперь видимо должны оставаться всегда открытыми. — Кажется, мне предстоит разработать для тебя новый костюм, — сказал мистер Старк, присев рядом и тоже посмотрев на обуглившиеся края ткани. — Причём с крутым апгрейдом, учитывая все твои изменения. — Простите за это, я… — в очередной раз начал оправдываться Питер. — Вот только не извиняйся, — перебил его наставник. — Не во всём, что с тобой происходит, виноват ты. Лучше скажи, как чувствуешь себя? — Хорошо, — ответил юноша, продолжая смотреть на профиль Тони с нестерпимым желанием прикоснуться к нему. — Только жарко… Мистер Старк слегка нахмурился, посмотрев на Питера, но в этот момент их беседу прервал телефонный звонок, на который мужчине пришлось отвлечься. Паркер же решил воспользоваться возможностью вновь полюбоваться своим наставником. После всех лет детства, в котором Железный Человек был для Питера объектом пристального внимания и обожания, он и впрямь не мог предположить, что сможет полюбить ещё сильнее. Но узнав его лично, заглянув в душу и ощутив близость к своему кумиру, Питер понял, что является самым счастливым и везучим парнем на Земле. Ведь лучший человек на свете оказался рядом с ним. Было страшно задумываться о взаимных чувствах, потому как пропасть между ними всегда ощущалась как некая обречённость, безнадёжность. Но Питер верил, чувствовал, надеялся с самого начала, что небезразличен Тони Старку. И в Асгарде, и после него он даже осмелился надеяться на нечто большее, нечто серьёзное. А буквально вчера мистер Старк сказал, что не может потерять его, Питера, значит он нужен, значит наставник что-то чувствует к нему. Это окрыляло Паучка и вселяло уверенность и смелость. Но он искренне не мог понять, как или почему люди, окружающие Тони все эти годы, не видели его самоотдачи, доброты, его желания сделать мир безопаснее? Неужели им всем было проще видеть лишь ту маску, за которой прятал свою душу мистер Старк? Неужели так сложно отбросить собственную гордыню и приглядеться, попытаться понять? Ведь несмотря на всю силу, талант и гениальность, он всегда был уязвим. Питер вновь мягко улыбнулся, глядя на профиль Тони, находясь в своих мыслях. Он наблюдал за тем, как тонкие, теперь едва уловимые морщинки скользили по его лицу в зависимости от возникшей эмоции. Изменения во внешности были очевидны, и это тревожило Питера. Он хотел узнать, какой секрет таит мистер Старк и не опасны ли такие перемены для его жизни? Но в чём он был абсолютно уверен, так это в том, что любил и будет любить Тони всегда, независимо от внешности. Тем не менее образ Тони завораживал Питера настолько, что дыхание перехватывало, хотя он уже давно досконально изучил его, не прикладывая к этому особых усилий. Но сейчас они словно стали чуть ближе друг к другу на тонком мосту, который соединял края той самой пропасти. Питер заново влюблялся в Тони каждый раз, когда видел, ведь он был таким красивым и особенным. Паркера тянуло к нему как физически, так и эмоционально, на каком-то внутреннем, интуитивном уровне. И если разум иногда мог сопротивляться, приводить доводы и аргументы, то сердце не оставляло ему выбора. Поэтому сейчас Питер сдерживал желание прикоснуться к мистеру Старку, нежно провести пальцем по широкой скуле, обрамлённой всегда идеальной и колкой бородкой, уткнуться носом в короткие волосы за ухом и почувствовать такой родной, сводящий с ума запах. Потом крепко обнять, прижать к себе и уже наконец убедить этого упрямца больше не сомневаться и не пропадать. Убедить в том, что он больше никогда не будет одинок. Готов ли Питер отдать жизнь за Тони Старка? Да, безусловно и в любую секунду времени. Но он бы хотел до последнего дня, которые подарит ему судьба, провести её рядом с ним. Поэтому Питер будет стараться любой ценой сохранить их жизни. Они оба должны победить. Очевидно, почувствовав настроение и увидев мысли Паучка, Эфир вновь дал о себе знать, посылая по телу горячие импульсы, которые возводили все его желания в высшую степень. — Роуди звонил. Похоже Росс станет нашей очередной головной болью. Закончив разговор, Старк перевёл взгляд на Питера и ощутил волну жара, которая от него исходила. — Не смотри на меня так, — с лёгким придыханием произнёс Тони, будто попадая под гипноз. После этого усилием воли Питер опустил взгляд, облизнувшись и сжав губы. — Я хочу, чтобы ты не геройствовал сегодня. Если вдруг почувствуешь себя плохо — сразу же сообщаешь об этом. Понял? Паркер сделал глубокий вдох и улыбнулся, вновь поймав нотки волнения и заботы в приказном тоне мистера Старка. — Обещаю, — тихо сказал юноша, глядя в глаза, отчего уже Тони стало жарко рядом с ним, и он протянул руку к парню, чтобы смахнуть упавшую на лоб прядь волос. У Питера мурашки побежали по всему телу, и он попытался прижаться к ласковой руке, как преданный щенок. А мистер Старк смотрел на него серьёзно, но при этом его карие глаза излучали тепло. — Можем начинать! — крикнула Шури, прерывая их небольшое уединение. Старк остался на месте, а Питер, выйдя из внезапного транса, поспешил на ту часть поля, которую уже успел облюбовать за прошлую тренировку. Первым сегодня захотел быть Тор, потому как он уже давно грезил о сражении с кем-то действительно сильным. — В прошлый раз я попытался уничтожить Камень с помощью молота, но таким оружием подобную силу не сокрушить, — заранее предупредил он. Даже уже расположившись по разные стороны стадиона, Питер не ощущал опасности от Тора, как и от всех присутствующих супергероев, поэтому начав бой, кружил по стадиону на паутине и уворачивался от Мьёльнира лишь как Человек-Паук. Он понимал, что необходимо узнать, на что способен Эфир, когда активизирует свои возможности в полную силу, но тот слабо показывал своё присутствие небольшими вспышками, появляясь только когда молот пролетал на опасно близком расстоянии от Питера. До определённого момента Тор использовал только одно оружие, но поскольку оно не приносило нужного эффекта, Бог Грома решил призвать силы, в честь которых и получил свой титул. Питер как раз приземлился на свою половину стадиона, когда вокруг всё потемнело, а пальцы Тора начали искрить разрядами электричества. Паркер едва успел взглянуть на мистера Старка, который внимательно наблюдал за происходящим, после чего мощный сконцентрированный удар молнии, возникший из неоткуда и прошедший сквозь молот, отшвырнул Питера к дальней стене. Запах озона заполнил пространство. На миг воцарилось дрожащее молчание, от которого кровь стыла в жилах, ведь сейчас проверку на прочность проходил не только Паркер, но и все остальные Мстители. — Питер! Ты в порядке? — не выдержав, крикнула Наташа. Ответа не последовало, вместо него обратно к своему месту шёл Человек-Паук, на котором не было ни единой царапины или ссадины. Но с каждым его шагом ощущение угрозы нарастало всё больше. Он расправил руки чуть в стороны, и в открытых ладонях начали постепенно формироваться воздушные потоки алого цвета. Питер остановился, заметив, что Тор снова раскручивает свой молот. Сознание после этой встряски было абсолютно чистым, каждые десять шагов противника просчитывались наперёд, поскольку Эфир решил показать себя во всей красе. Тор не успел запустить свой молот, в него устремились длинные, острые пики, облачённые в красный туман. Они напоминали мечи, которыми сражались асгардские воины. Тор в последний момент успел отбить их, и они рассыпались на большие красные осколки, падая у его ног. Пики были порождением Эфира. Питер не почувствовал усталости, боли или ещё какого-то дискомфорта как раньше. Он был готов сражаться дальше, поэтому продолжил наступать. Следующая партия огромных и острейших мечей воткнулась в землю вокруг Тора, блокируя его в небольшом круге и вспахивая покрытие тренировочного поля. В этот момент Бог Грома успел запустить в Питера новой заряженной молнией, но на этот раз парень устоял на ногах, лишь опустившись на одно колено. Он терпел, сжав зубы, пока разряды тока перемещались по его телу, что было отчётливо видно невооружённым взглядом. Глаза Питера скрыла тёмно-бордовая пелена с лёгким синим отливом, он опустил руку, прикоснувшись к земле, после чего весь ток по его венам и пальцам ушёл вниз. Тор с помощью молота пытался разбить сдерживающие его преграды, которые под его ударами вновь рассыпались на огненно-красные осколки, но в следующий миг пики вновь сложились обратно, при этом изменив форму и превратившись в прутья большой клетки, полностью блокируя электрические разряды. Её невозможно было разбить молотом, который пружинил и отлетал обратно в Бога Грома. Но Мьёльнир всё же проскользнул через одну из щелей, вновь устремляясь в сторону Питера, который одним движением руки перенаправил его движение вверх. И стремительно приблизившись к куполу, грозя его разбить и поранить находящихся внизу, он превратился в лёгкий, невесомый воздушный шарик, который плавно прижался к крыше и завис под ней. Тишина, повисшая в воздухе после окончания поединка, показала, что каждый член команды находится сейчас под впечатлением от увиденного. Питер моргнул пару раз, возвращаясь в реальность и смахивая с глаз пелену. Сначала он посмотрел на клетку, которую сотворил для Тора, после чего отступил на пару шагов, пребывая в откровенном шоке, а затем поднял взгляд наверх, замечая кружащий под потолком шарик, который ещё минуту назад был одним из сильнейших орудий во Вселенной. — Да это просто невероятно! — восторженно воскликнул Тор, пытаясь растянуть толстые прутья, и тем самым нарушив тишину. Питер попытался улыбнуться, но вышло плохо, поэтому он повернул голову и тут же нашёл глазами мистера Старка, который настороженно разглядывал парня, пытаясь уложить произошедшее в голове. Рядом с ним стояли Наташа, Стив, а также Шури с Хелен Чо. Тони переместился к краю трибуны и взмахом руки попросил Питера подойти поближе. — Эй, Паук! Может это… Выпустишь меня? — обескураженно попросил Тор, после нескольких неудачных попыток выбраться самостоятельно. Глядя на мистера Старка, Питер лишь сделал лёгкий росчерк пальцами в воздухе, после чего клетка исчезла, растворившись в красной дымке, а молот с грохотом упал с потолка, приземлившись рядом с Тором. Тони несколько секунд удивлённо смотрел на рухнувший Мьёльнир, затем перевёл взгляд на Питера, который был явно взволнован всем, что сделал Эфир его руками. — Всё хорошо? Ты не пострадал? — спросил мистер Старк, присев на корточки и разглядывая парня с ног до головы. — Нет, я не почувствовал боли. Но я ощущаю Эфир, — ответил Питер, вновь посмотрев на Тора, а затем на свои руки. В этот момент ближе подошли Шури и Хелен и также начали расспрашивать Паркера о его состоянии. Романофф и Капитан Америка тихо переговаривались между собой, а чуть позже к ним присоединились Соколиный Глаз и король Тчала, находящиеся всё это время на трибуне с другой стороны стадиона, а также доктор Беннер. — Предлагаю не терять времени на обсуждение по памяти, вся тренировка записывается, поэтому досконально разберём её позже, — сказал король Ваканды. — Я же говорил, что ты Мститель! — пробасил Тор, подойдя к Питеру, и хлопнул своей огромной ладонью его по плечу. Все замерли, потому как успели заметить красную вспышку, сверкнувшую в месте дружеского удара, но быстро сошедшую на нет. — Спасибо, — произнёс Питер, улыбнувшись Богу Грома и пожав руку, протянутую тем в знак уважения. — Ну, кто ещё хочет получить по заднице? — спросила довольная Шури. — А могу я рискнуть? — поинтересовался Клинт, подошедший к Старку. — Ты уверен? — Наташа остановила его, переживая за Бартона, поскольку он был обычным человеком в отличие от большинства супергероев. — Ну не убьёт же он меня? — усмехнулся Клинт. — Или как? — спросил он уже немного серьёзнее, взглянув на Паука. Питер пожал плечами, сдерживая приступ смеха, после чего Соколиный Глаз, облачённый в свой костюм, спрыгнул к нему и отправился на свою половину поля. — Питер! — окликнула его Чёрная Вдова, когда он тоже поспешил обратно. — Да понял я, — улыбнулся Паркер, отвечая взволнованной девушке. — Верну в целости и сохранности, — добавил он, взглянув при этом на мистера Старка, который тоже улыбнулся и вернулся на своё место. Со своим вторым оппонентом Питер уже чувствовал себя уверенней и спокойней. Они с Эфиром совместно контролировали процесс. На пробу Бартон решил начать с одной стрелы, метко запущенной прямо в Питера, которая ещё на полпути рассыпалась в пыль. Ещё когда Клинт только решился на этот спарринг и спрыгнул вниз, юноша обратил внимание на забитый под завязку колчан со стрелами, поэтому был готов именно к такому развитию событий. В следующий раз в него был запущен залп из десяти стрел, которые были встречены также, затем своеобразной очередью по парам и тройкам в Питера полетели и все остальные. Каждая из них не успевала приблизиться к Паучку и на пару метров, превращаясь в красные фигуры, принимающие формы различных птиц, которые неожиданно замаячили где-то на периферии сознания и разлетались по залу цветным фейерверком. Бартон удивлённо наблюдал за их полётом, но даже не глядя непосредственно на Питера, продолжал выпускать стрелу за стрелой, пока не ощутил, что они подходят к концу. Выпустив последнюю стрелу, он продолжил метать в Паркера небольшие ножи-бумеранги. Первые два также рассыпались в прах, не долетев до цели, а вот третий воткнулся в ладонь Питера, которой он прикрыл лицо от поражения. Клинт замер, а остальные повскакивали со своих мест от напряжения. Питер развернул ладонь, посмотрев на нож, и осторожно вынул его из руки. Боли он не ощущал, лишь одна капля крови успела скатиться по коже и упасть на землю. Юноша проследил за ней взглядом, а когда вновь обратил внимание на ладонь, на ней уже не было и следа от раны. Нож, который он до сих пор держал в другой руке, приобрёл оттенок раскалённого металла, и Питер, чьи глаза вновь стали не видны за пеленой Эфира, запустил его обратно в Бартона. Тот легко увернулся от своего же оружия, хоть и не ожидал такой реакции, но, остерегаясь другой атаки со стороны Питера, забыл о том, что, не достигнув цели, такой нож возвращается обратно, и вспомнил об этом слишком поздно. Бартон обернулся и увидел, что острый клинок со всей скоростью несётся ему прямо в грудную клетку. Лучник зажмурился, уже не имея возможности что-либо изменить, но через мгновение не ощутил удара или боли. Открыв глаза и опустив их вниз, он заметил лишь красную пыль, рассыпавшуюся по его боевому жилету. Птицы, кружащие по стадиону, вновь стали стрелами и просто упали вниз. Бартон наконец смог выдохнуть, после чего медленно повернулся и посмотрел на Питера, который разглядывал свою ладонь. Затем Паучок поднял взгляд на Клинта и в привычной манере улыбнулся ему, слегка поджав губы. Когда же Паркер перевёл взгляд на присутствующих на трибуне, то по их лицам понял, что они уже были готовы попрощаться с Бартоном. — Признаюсь честно, думал, что мне кранты, — сказал Соколиный Глаз, подойдя к Питеру и протянув руку, которую тот сразу пожал в ответ. — Прежде чем выходить против тебя, надо принять сыворотку Хелен, — усмехнулся мужчина. — Простите, я не хотел вас напугать, — начал оправдываться Питер. — Я никому не причиню вреда. Вместе они подошли к трибуне, на которой ближе всех стояла Чёрная Вдова, изображающая полное спокойствие. — Я, кажется, знаю, кто будет первым в очереди к доктору, — произнесла она с нервными нотками в голосе, когда Клинт уже взобрался к ней. — А я и не против, — улыбнулся он девушке. В этот момент к Питеру подошёл Тони и вновь присел на корточки, чтобы оказаться к нему немного ближе. — Дай мне руку, — тихо попросил он, протянув свою. Питер тоже переместился чуть ближе и протянул Тони ладонь, который осторожно сжал её и мягко провёл большим пальцем по тому месту, куда пришёлся удар ножа, но где уже не осталось и намёка на рану. Старк несколько раз погладил кожу и линии на руке, рассматривая, отчего по телу Питера прокатились мурашки, а по венам заструился Эфир, подсвечивая их алым, и парень громко втянул воздух носом. — Почему это случилось? — спросил мистер Старк, переведя взгляд на юношу. — Я захотел узнать, как действует сыворотка, — ответил Питер, не отрывая своих глаз от глаз Тони. — А я просил тебя не рисковать. — Взгляд мистера Старка был серьёзным, скорее даже суровым, но вкупе с рукой Паучка, которую он продолжал нежно и бережно держать в своей, подобный контраст вызывал в Питере внутренний восторг. — Тони, кто будет следующим, может Вижна позвать? — подала голос Наташа. — Нет, — резко отрезал Старк, поднимаясь и поворачиваясь к ней. — Такие эксперименты мы ставить не будем. Эфир недостаточно стабилен, нужно время. — Он оглядел присутствующих в поисках кандидата и довольно хмыкнул, наконец, найдя его. — Эй, Брюс, подраться не хочешь? Очевидно, что третьим соперником для Паучка стал Халк. Поначалу доктор Беннер отказывался, надеясь хотя бы в этот раз не превращаться в большого зелёного монстра, но его присутствие было необходимо. С трибуны уходил в человеческом обличии Брюс Беннер, а на поле выскочило уже огромное существо со сверхчеловеческой силой и зелёной сверхпрочной кожей. Это был первый за сегодня противник Питера, который не обладал никаким оружием кроме себя самого, а значит им предстоял ближний бой. Только вот у Эфира были свои планы. С самого начала разъярённый Халк бросился в сторону Питера, хотя тому показалось, что ярость зелёного в этот раз скорее наиграна, чем реальна. Он мчался в сторону Паркера и где-то на полпути оттолкнулся от земли, подпрыгнув вверх и устремляясь на юношу сверху, который, к удивлению остальных, просто стоял и наблюдал за летящим на него огромным монстром, не предпринимая никаких попыток защититься. И вот когда расстояние между ними сократилось до критического минимума, Питер лишь едва заметно щёлкнул пальцами, после чего Халк в один миг рассыпался на сотни зелёных листочков, которые осыпались на парня, упав к его ногам. Паркер некоторое время смотрел на них, а затем перевёл взгляд на трибуну, пытаясь состроить извиняющуюся мордашку. Мстители, похоже, пребывали в очередном шоке, и лишь Тор довольно показал Питеру большой палец в знак одобрения. Через несколько секунд Паук отошёл от кучи листьев подальше и, вновь щёлкнув пальцами, вернул Халка в его прежнее состояние. Какое-то время тот был слегка дезориентирован, но придя в себя, снова бросился на Питера, который взмахнув руками, создал вокруг зелёного здоровяка красное облако, постепенно превратившееся в подобие кокона и сжимающее его тело так, что он не мог пошевелиться и издавал лишь громкий тяжёлый крик. Кокон сжимался всё сильнее, а Питер с интересом наблюдал за Халком, после чего покрутил пальцами, и внутри этой красной дымки начало образовываться свечение, которое сводило на нет все действия и порывы Халка, и он стал постепенно уменьшаться, превращаясь вновь в доктора Беннера. Через несколько секунд облако рассеялось, а на поле уже стоял Брюс, в ужасе разглядывающий свои руки и находящийся в том же виде, в котором он уходил со стадиона. Даже одежда на нём была та же. — Как ты это сделал? — спросил ошеломлённый доктор, когда Питер подошёл к нему. — Я… я просто подумал о том, что Халк — это ваша главная физическая сила, и если лишить вас её, то… — То есть ты можешь включать и выключать Халка? — Кажется, да, — ответил также удивлённый Питер. Когда они оба подошли к трибуне, Паркер заметил отсутствие мистера Старка среди присутствующих. Он обратил на это внимание, ещё когда сражался с Халком, но сейчас его уход стал очевидным. — Ну как ты? — спросила его Чёрная Вдова, подходя и садясь рядом, как сделал до этого Тони. — Устал? — Нет, всё в порядке, — ответил Питер, продолжая искать глазами наставника. — Я не знаю, где он, — сказала Наташа. — Но передал, чтобы после Халка ты возвращался на поле. Наверное, он что-то придумал. Питер снова огляделся, а затем отправился обратно, предчувствуя неладное своим паучьим чутьём, которое именно сейчас неожиданно решило проснуться. Когда Паучок был уже на своём привычном месте, а остальные расположились на трибуне, ожидая дальнейших событий, на противоположную от Питера сторону поля вышел сам Тони Старк. Юноша непонимающе смотрел на него, слегка нахмурив брови. Он был одет лишь в свой костюм для тренировок, на нём не было никакой брони, ни ранних моделей, ни новых нано-разработок. Он медленно приближался к Питеру, глядя ему в глаза, который уже успел оценить дальнейшую перспективу, и она его совсем не радовала. Сражаться с Тони, имея внутри Камень Бесконечности, он никак не рассчитывал, отчего даже руки похолодели. Страх навредить или поранить мистера Старка сковал всё его тело. Зачем он это делает? И где, чёрт возьми, его броня? — Тони? Ты что задумал? — вдруг крикнула Шури, нарушая тишину. Старк остановился и посмотрел на трибуну. — Хочу потренироваться со своим подопечным, — спокойно ответил он. — А в чём дело? — Может, ты хотя бы костюм наденешь? — спросила Наташа. — Это уже не просто Паучок. Ты видел, на что он способен. На эти слова Чёрной Вдовы Тони улыбнулся и снова посмотрел на Питера. — Сейчас мы это проверим, — произнёс он, вставая на исходную точку, которая была немного ближе, чем у всех остальных. Питер ощутил, как на него накатывает лёгкий приступ паники. Его дыхание участилось. Он глядел на свои руки, по венам которых в данный момент не перемещался Эфир. На удивление, именно сейчас он решил затаиться и никак не проявлять себя, будто решил понаблюдать за происходящим со стороны. Паркер вновь поднял взгляд на мистера Старка. — Давай, малыш, смелее, — тихо прошептал он, но Питер всё равно услышал. — Потанцуем. — В глазах наставника был отчётливо виден азарт. Юноша облизал пересохшие губы и начал вспоминать тренировки, которые они проводили на базе Мстителей, когда Тони приглашал его туда. В те дни он также не надевал костюм и учил Питера приёмам ближнего боя без учёта всех мутационных способностей. Поэтому Паркер быстро прокручивал их в голове в тот момент, когда Тони двинулся с места. Первый пробный прямой удар был скорее разминкой и некой демонстрацией намерений, поэтому, не задумываясь и не прилагая усилий, Питер поставил защитный блок. Их соприкосновение руками не вызвало никаких негативных последствий, Эфир по-прежнему не участвовал в процессе и не просчитывал возможные события и действия, но ощущался внутри уже более отчётливо. Далее они обменялись серией ударов, которые практически полностью повторяли их тренировки на базе. Прямой удар правой рукой, и тут же боковой удар левой, смещение в сторону. Старк вновь атаковал комбинацией из нескольких ударов. От некоторых Питер защитился блоком, затем сделал короткий шаг назад и выбросил левый боковой навстречу. Тони тоже пришлось защищаться от атаки Паучка, который почувствовал некую уверенность и пробил двойку — один прямой удар с передней руки, а второй — с дальней в корпус. Старк сумел избежать второго удара, перехватил инициативу и совершил ещё несколько комбинаций. Все эти связки они отрабатывали раньше вместе. В движения не вкладывались все силы и уж тем более намерение навредить, сделать больно, однако их близость и тактильный контакт создавали между ними тягучее напряжение, которое можно было сравнить именно с танцем. Они не отходили далеко, перемещаясь лишь по центру стадиона. Иногда их руки переплетались, а глаза и тела оказывались в опасной близости друг от друга. И вот когда Питер совершил очередное наступление, пробил два очень быстрых удара правой рукой и собирался нанести третий прямой удар левой, Тони подловил его, просчитав дальнейшие действия. Он уклонился от третьего удара и проскользнул под рукой Питера за его спину, при этом схватив за запястье и заломив его руку назад. А второй он перехватил парня за шею, применив удушающий захват. Но в отличие от реального боя, Старк лишь крепко прижал Питера к себе, никак не затрудняя его дыхание. Они оба замерли в этом танце, одновременно почувствовав бешеное биение сердец друг друга. Паркер спиной ощущал горячее тело Тони и его дыхание в районе своего уха. Старк прижимал к себе так крепко, что Питеру казалось, стоит закрыть глаза и мир взорвётся на миллионы осколков. Кровь шумела в ушах, сердце не давало дышать, а Эфир, похоже, лишь усиливал все эти ощущения. — Мистер Старк… — из последних сил простонал Питер, слегка откинув голову назад, на плечо своего наставника. — Ты поддаёшься мне, — ответил он горячим шёпотом в ухо Паучка. — Твоя задача — выстоять. Этот низкий бархатный голос проникал под кожу и тёк по венам, смешиваясь с Эфиром и всеми теми эмоции, которые испытывал сейчас Питер. Он всё-таки закрыл глаза, проваливаясь в них с головой. Тони ощутил дрожь, пронзившую тело юноши, каждый его мускул был напряжён. Возможно, ему показалось, но в какой-то момент Старк почувствовал, как Питер прогнулся и прижался своей пятой точкой к его паху. Мужчина старался сохранять самообладание и держать всё под контролем, но парень в его руках вновь заставлял чувствовать жгучее желание, которое сводило на нет все попытки оставаться хладнокровным. А Питер буквально плавился в руках Старка, прижимался всем горячим телом и громко дышал, не предпринимая попыток выбраться из захвата. Только Бог знает, сколько силы воли сейчас требовалось Тони, ведь его мальчик был совсем рядом, непозволительно близко в данной ситуации. Он лишь едва коснулся носом шеи Питера, после чего тот вздрогнул, его тело напряглось, дыхание выровнялось, и он вырвался из захвата. *** Паркер ощущал приятное покалывание во всём теле, перерастающее в яркие горячие вспышки под кожей, пока сильные руки держали его. Он чувствовал, как соскучился по крепким объятиям мистера Старка, по его возбуждённому дыханию, по запаху, который всегда сводил с ума. Эфир тоже знал о каждой мысли и каждом желании Питера, они придавали ему сил, поэтому Камень делал юношу ещё более чувствительным и восприимчивым к каждому движению, но при этом не создавал никаких иллюзий, на первом месте была реальность. Питер хотел большего, поэтому периодически прижимался к Тони ближе, в том числе и местом пониже спины, чувствуя при этом желание мужчины. На краю сознания ещё билась фраза «Твоя задача — выстоять», но Питер готов был полностью сдаться в любую секунду. Однако, стоило мистеру Старку коснуться его чувствительной шеи, как по телу пронёсся электрический ток, приводя в чувство и отрезвляя, принимая задачу, поставленную его наставником. Питер выдохнул и резко открыл глаза. Воспользовавшись чуть более расслабленным состоянием Тони, он освободился из захвата, быстро развернулся и теперь уже Старк оказался с заломленной назад рукой. Придя в себя, он быстро освободился, но Питер продолжал наступать, используя новые связки ударов, на что Тони довольно улыбнулся, провоцируя парня и приманивая к себе руками. Ему пришлось отступать назад, потому как Питер был настроен серьёзно, его взгляд, поначалу ясный, стал медленно застилаться бордовым полотном. Он наступал по всем правилам боя, не отвлекаясь и не реагируя ни на что вокруг. Перед глазами Паркера сейчас был только Тони Старк, все органы чувств оказались направлены на него одного. Юноша не видел и не слышал никого кроме наставника. Тони блокировал удары, иногда отвечал теми же приёмами, но всё равно медленно отступал под напором Питера. — Используй его, — вдруг произнёс Старк. Паркер замер на несколько секунд, затем между его пальцами на руках начали переплетаться алые воздушные нити. А Тони приподнял рукав своего костюма и на запястье правой руки активировал браслет, который моментально трансформировался в боевое оружие. Это был тот самый репульсор, который Питер использовал в Асгарде, и Старк медленно направил его на юношу, который смотрел на этот атрибут с придыханием. — Старк, ты псих? — крикнула Шури, наблюдая за этой картиной. — Прекращайте это уже! Тони посмотрел на трибуну, а затем вновь на Питера. — Ты доверяешь мне? — Да, — ответил юноша, отступив назад, и раскрыл ладонь, из которой в Старка устремился красный туман с мелкими искрами. Тони отшатнулся и активировал репульсор, который моментально отразил эту небольшую атаку. После этого между ними завязался уже куда более серьёзный бой. Питер начал перемещаться по всему стадиону, а Тони старался уследить за каждым его манёвром. Использование Эфира разжигало парня изнутри всё сильнее, его атаки становились массивнее и чаще, но он по-прежнему не использовал возможность менять реальность, потому как ни Питер, ни Камень этого не хотели. И в какой-то момент Старк пропустил очередное перемещение Паучка по стадиону и повернулся в его сторону слишком поздно. Мелкие красные осколки устремились в него, разрезая ткань костюма и кожу на лице, а ударная волна отбросила его на несколько метров в сторону. Взбудораженный Питер успел лишь создать песок в том месте, куда должен был приземлиться мистер Старк. Ошарашенный, он подлетел к лежащему наставнику, по-прежнему находясь под сильным воздействием Эфира. Не задумываясь о своём положении, Паркер оказался сидящим поверх бёдер Тони, расставив ноги и осматривая его на предмет повреждений. Старк зажмурился от пыли и песка, которые поднял своим приземлением Питер, но затем, после того как пыль улеглась, увидел ужас в глазах парня и понял, что тот сидит на нём, тяжело дыша. Паучок тщательно осматривал лицо Тони, но порезы исчезали буквально у него на глазах. Он коснулся лица мужчины пальцами и непонимающе нахмурил брови, потом провёл рукой по шее и спустился к груди, обводя по контуру порванные разрезы ткани, под которыми также не было ран. Затем их взгляды встретились, и Питер почувствовал, как внизу живота закручивается огненный вихрь. Бездонные омуты глаз мистера Старка манили к себе, и юноша тянулся к ним, он хотел утонуть в них, раствориться. А Эфир всё ближе подталкивал его к этой пропасти. Тони отчётливо видел, как глаза Питера заслоняет красный туман, его мышцы вновь напряглись, а чрезмерно частое дыхание грозило перенасыщением кислорода. Он дышал глубоко животом, который вздымался и опадал, пульс наверняка зашкаливал. — Пятница, что с ним? — хриплым из-за пересохшего горла голосом тихо спросил Старк. — Резкий выброс в кровь адреналина, эндорфина, серотонина и тестостерона. Сильное неконтролируемое возбуждение, сэр, — отчиталась верная помощница. Тони, не отрывая взгляд от глаз Питера, медленно переместил свою руку с репульсором на его живот, который продолжал вздыматься, и аккуратно прижал к телу, слегка поглаживая, после чего Паркер замер и двинул бёдрами, притираясь к паху Старка. — Тише, — спокойно сказал Тони. — Питер, слышишь? Юноша выдохнул, моргнул несколько раз и полностью вернул состояние ясности своему сознанию, при этом ощущая, как от напряжения дрожали сейчас все мышцы, и он готов был упасть на мистера Старка. Тони сел, удерживая Питера за плечи, слегка приобнимая и помогая им обоим подняться. — Всё хорошо. Ты молодец, — приободрил парня Старк, заметив, как его щёки покрылись румянцем. Сейчас Тони не намерен был выслушивать нравоучения или отвечать на вопросы, поэтому двигался с Питером мимо трибун на выход со стадиона, бросив ошеломлённым друзьям лишь одну фразу. — На сегодня хватит. Пацану нужен отдых. Но шансов уйти так быстро было мало, поскольку их нагнали практически сразу. — Старк! Что это нафиг было? Ты совсем сдурел? — воскликнула в недоумении Шури. — Пит, ты в порядке? — Нормально, — ответил юноша, пытаясь улыбнуться. — Перегрелся немного. — И почему на тебе нет ни царапины, Тони? — спросил Капитан, скрестив руки. — Даже не знаю, что сказать, Кэп. Магия, не иначе, — нервно ответил Старк. — Все обсуждения откладываются. — Он посмотрел на часы, которые ещё недавно были оружием. — О, так почти время обеда. Приятного аппетита, — резко произнёс он, давая понять, что разговор окончен. Немного придя в себя через некоторое время, Питер шёл рядом с мистером Старком по направлению к лифтам, ведущим к личным комнатам. — Тебе сейчас нужно отдохнуть, — сказал Тони, пока они ждали, а напряжение между ними вновь сгущалось. Питер молчал и не знал, что будет правильнее ответить или сделать. Он немного покусал губы, а затем посмотрел на профиль мистера Старка, который в этот момент повернулся к нему. Они смотрели друг другу в глаза, не моргая, а может и вовсе не дыша. Дверь в комнату Тони распахнулась под натиском возбуждённой пары, которая едва стояла на ногах. Они прижимались друг к другу и целовались с безудержной страстью, которой, возможно, между ними ещё не было. Оба тонули в ней, дав выход напряжению, накопившемуся не только за время тренировки, но и за все те дни, когда они не могли быть рядом, прикасаться друг к другу так, как хотелось. Питер обхватил Старка за плечи и шею двумя руками, одной из них периодически зарываясь в его волосы, сжимая и поглаживая. Тони крепко прижимал парня к себе одной рукой, а вторая перемещалась по его телу от лопаток к пояснице и попке, разминая напряжённые мышцы, отчего Питер иногда постанывал, не сдерживаясь и притираясь сильнее. Его возбуждение было настолько ощутимо, что уже требовало большего. Их поцелуи были жадными, глубокими и горячими, поскольку в данную секунду времени они поддались своим желаниям. Питер старался вложить в каждый все те умения и знания, которые только у него сохранились. Он был хорошим учеником во всём и стремился показать свою прилежность. Тони ещё надеялся избежать близости между ними, хотя после того, что произошло на стадионе, это было маловероятно. К тому же он так давно сдерживал себя, так давно скучал, что сейчас возбуждённый и чувствительный парень в его руках стал искушением, которое он уже не смог преодолеть. Поэтому Тони позволил эмоциям обоих взять верх над разумом, поэтому он целовал Питера и не мог выпустить из своих рук, поэтому каждое движение распаляло их всё сильнее. И плевать на Эфир, опасность и чьё-то мнение. Они были нужны друг другу до дрожи в коленях. Питер чуть ли не искрился тогда, сидя на Тони сверху, хотя и сейчас его пыл ни капли не остыл. Он хвастался за плечи, прижимался, тёрся всем телом и практически требовал продолжения. Тони, иногда придерживая Паучка за попку, даже приподнимал его от пола. Но стоило его руке скользнуть по пояснице и боку на живот, а затем спуститься к паху и лишь слегка погладить пальцами через ткань костюма твёрдый член парня, как он вздрогнул, тихо зарычал и, взяв инициативу на себя, в два шага оказался у стены, припечатывая к ней Тони. Это произошло так неожиданно и резко, что Старк не успел опомниться, почувствовав как напряглись его кости. Питер прижался к нему, ещё сильнее, жадно целуя губы и комкая своими сильными пальцами тянущуюся ткань костюма Тони. Такая бурная реакция на лёгкое прикосновение вызвала удивление и интерес. Питер впервые действовал с таким напором и проявил такую страстность. Поэтому Тони повторил своё движение, после которого ткань под пальцами Питера затрещала и прочнейшие сплетения нитей костюма, который Старк разрабатывал с учётом самых различных физических воздействий, просто разъехались в стороны в районе его груди. В этот момент они оба замерли от звука трескающейся ткани, наконец оторвавшись друг от друга. Питер тяжело дышал, его губы покраснели и немного распухли, а в глазах читался неподдельный ужас от собственных действий. Тони также старался перевести дыхание и осознать произошедшее, опустив глаза. Он быстро осмотрел причинённый Питером ущерб, а затем вновь поднял на него взгляд. — Чёрт, простите, я не… Теперь уже Тони тихо рыкнул, обхватил лицо Питера ладонями и хищно улыбнулся. — Я сказал тебе больше не извиняться, — произнёс он, после чего оторвался от стены и, воспользовавшись смятением Питера, вернул контроль над процессом, притянул парня к себе, развернулся и прижал его к стене. Паркер негромко вскрикнул и, похожий на невинного оленёнка, снова задрожал в руках Тони, когда тот затянул его в новый поцелуй, только на этот раз более спокойный, размеренный и тягучий. Какое-то время Питер не решался даже шевелиться, несмело отвечая на ласку, но затем дотронулся ладонью до груди Тони, оголённой в месте, где порвалась ткань. Питер замер, ощущая кончиками пальцев горячую кожу, покрывшуюся лёгкой испариной, упругие перекатывающиеся мускулы и небольшую россыпь жёстких волосков, которые посылали по руке, а дальше и по всему телу невероятно приятные острые покалывания, тем самым усиливая возбуждение и делая его мучительно желанным. Они оба застонали в поцелуй одновременно в тот момент, когда Питер коснулся пальцами соска Тони, который напрягся и сжался в маленькую горошину. Старк притёрся к парню стоящим членом и вновь низко застонал, стараясь не думать, как это могло выглядеть со стороны. Но Питер улыбнулся на действия Тони и нежно погладил второй сосок, после чего мужчина слегка зарычал. Ему казалось, что вся кровь сейчас сконцентрирована у него в паху. Штаны стягивали и неприятно сжимали, не так, как ему бы хотелось. Питер, будто прочитав мысли Тони, осторожно отстранился от него и заглянул в глаза, после чего оттолкнулся от стены и подвёл Старка к кровати, роняя его на неё и вновь забираясь сверху. Он уселся на бёдра Тони и уже намеревался содрать с него порванный костюм, но остановился и посмотрел на мужчину, тем самым ожидая негласного разрешения. На этот раз он старался не думать о том, насколько нагло это выглядело со стороны, и пытался заглушить свою природную скромность и стеснительность. Тони расплылся в улыбке, чуть прищурив глаза, и Питер понял, что может действовать. На удивление быстро Паучок избавил Старка от остатков костюма, оставляя того голым по пояс. Но также легко справился и со штанами и бельём, спустив их до колен, после чего Тони сам быстро сбросил их ногами на пол. Питер снова сидел на бёдрах наставника, только на этот раз он ощущал как твёрдый, свободный от одежды член вдавливался в его ягодицы, обтянутые тканью костюма Человека-Паука. Осознание этого факта сводило с ума их обоих, поэтому они не спешили прекращать это удовольствие. Тони медленно двигал бёдрами, втираясь членом в грубоватый латекс, который приятно скользил по чувствительной головке. Он смотрел на Питера снизу своими потемневшими от возбуждения карими глазами и облизывал пересохшие от поцелуев губы. Паркер же, краснея от собственных действий, немного потёрся попкой о стоящий колом горячий член. Он выпрямился и жадно оглядел мужчину под собой. В очередной раз Питер восхищался и благоговел перед Тони Старком. Он не мог налюбоваться им, поэтому поглощал взглядом картину перед собой. — Какой вы красивый… — тихо прошептал Питер, не понимая, что произнёс это вслух. Тони слегка нахмурился, услышав его, но потом расплылся в довольной улыбке, а его глаза заискрились, поэтому Паучок, как заворожённый, начал медленно оглаживать всё его тело, начиная от плеч по груди, бокам и животу. Питер ощущал перекатывающиеся мышцы под кожей Тони от своих прикосновений. Его живот напрягся, став, наверное, таким же твёрдым как и броня его костюма. Сейчас под пальцами не было ни единого шрама, пореза или ссадины. Тони Старк был абсолютным совершенством. Питер отвлёкся от своих мыслей и посмотрел Тони в глаза, которые точно также пожирали его, практически гипнотизировали. Старк повторил своё движение, сделанное на поле, и положил ладонь на живот Питера, но через несколько мгновений поднял её выше и нажал на маленького чёрного паучка, расположенного на груди парня. Костюм тут же деактивировался, повиснув на плечах, который Паркер быстро скинул с себя, стараясь не запутаться в своих же конечностях. Трусы он тоже успел стащить, наслаждаясь свободой от сковывающей одежды. Тони оглядел его тело и с удовольствием отметил налившийся член с красной головкой, которая уже начала сочиться. Он притянул Питера к себе за шею и жадно поцеловал, при этом ведя своей широкой ладонью по его бедру, начиная от колена, чувствуя шершавыми подушечками пальцев нежную кожу. После этого он вновь погладил тёплый бок, добравшись до зажатого между их животами члена Питера. Тони осторожно обхватил его, сделав пару движений вверх-вниз, а затем потёр большим пальцем сочащуюся дырочку. Паркер вздохнул, вцепившись в Старка руками, и протяжно застонал прямо в поцелуй. Он двинул бёдрами, проехавшись ягодицами по стволу Тони, и тот зашипел от удовольствия. Он немного приподнял Питера, и его член вернулся назад, прижимаясь к животу. Паучок опустился обратно, после чего Тони обхватил рукой уже оба их члена, медленно двигая ладонью и растягивая это невыносимое удовольствие. Паркер с трудом разорвал поцелуй и посмотрел на то, что творил Старк, который в это время зажал головки их членов в кулаке, а затем размазал выступившие капли смазки, смешивая между собой. Питер ахнул и упёрся двумя руками по обе стороны от головы Тони, не в силах держать своё тело из-за жгучего удовольствия. Когда они оба уже оказались на краю пропасти и на грани своих возможностей, Питер первым прервал все действия Старка, положив свою руку поверх его. — Подождите… Прошу… Я хочу… — Паркер еле говорил, переводя дыхание. Помимо Эфира внутри него сейчас был такой коктейль из эмоций, что даже сам Камень Бесконечности не справился бы с ним. Питер не отрывал взгляд от глаз Тони, боясь отступить, поэтому всё остальное делал лишь механически. Он смочил свою ладонь слюной, после чего обмазал ей член Старка, приподнялся немного и приставил головку к своей сжатой дырочке. В этот момент Тони весь напрягся и с трудом удерживал себя, чтобы не толкнуться внутрь. — Пит… Этого мало… — хрипло произнёс он, имея в виду смазку в виде слюны. Паучок прервал наставника, накрыв его губы поцелуем, склонившись вниз и медленно опускаясь на горячий член. Но впустив в себя лишь головку, Питер остановился, резко оторвался от губ Тони, зажмурился и глухо застонал. — Чёрт, больно… — еле слышно сказал он, упираясь ладонью в грудь мужчины. — Я же сказал. Быстро слезай! — забеспокоился Тони, пытаясь сесть и не желая причинять боль Питеру, на что он сильнее надавил ладонью, не позволяя встать. Питер с трудом закрыл глаза и попытался сосредоточиться на своих ощущениях. Через несколько мгновений Тони заметил как под кожей Паучка заструился Эфир. Он сделал глубокий вдох, выпрямил спину и расслабился, медленно опускаясь на член Старка, у которого дыхание перехватило от сдавившей его жаркой тесноты, и он вцепился пальцами в белоснежное постельное бельё, отчего то затрещало. Впустив Тони до самого основания и прижавшись ягодицами к его яичкам, Питер замер и глубоко дышал, затем открыл глаза. Тони успел заметить быстро исчезнувшую алую пелену, но глаза, которые смотрели на него сейчас, стали абсолютно чистыми. Это был его Питер, его мальчик. И больше никого. Карие глаза смотрели искренне, преданно, с примесью дикого желания. В ожидании возможной боли, Питер осторожно шевельнулся, слегка приподнимая попку, но почувствовал он отнюдь не дискомфорт, а абсолютную правильную заполненность. В один миг все его чувства заработали на двести процентов, страхи покинули голову, и сейчас ему казалось, что он чувствовал каждую венку, каждый изгиб ствола Тони у себя внутри, отчего его собственный член вздрагивал и истекал смазкой. Питер двинулся ещё раз, только на этот раз поднявшись повыше и вновь опустившись до конца. Он, не боясь, смотрел в глаза Старка, замечая, как тот сдерживал себя, но третьего раза он всё-таки не выдержал, слегка подбрасывая Паркера на своих бёдрах и входя глубже, отчего тот всхлипнул, закусив губу. Каждый из них ждал момента, когда они сольются в единое целое, когда вновь почувствуют друг друга. Питер несколько минут двигался сам в неторопливом размеренном ритме, понимая, что Тони позволяет ему управлять процессом, наслаждаясь каждой секундой. Питер поднимался и осторожно опускался вниз до упора, содрогаясь всем телом и тихо постанывая. А Тони едва уловимо шевелил бёдрами, возбуждаясь сильнее от этого тягучего удовольствия, и наблюдал. Он понимал, что не продержится долго в таком темпе, но общая картина его завораживала: юноша с растрёпанными волосами и покрасневшими щеками, с красивым аккуратным членом, покачивающимся в такт, при этом издающий звуки, скручивающие все внутренности от возбуждения, сейчас трахал себя его членом. Созерцать подобное было наслаждением ничуть не меньшим. Питер ощущал Эфир внутри себя, но тот, кажется, плыл по волнам острого удовольствия вместе с ним, никак не проявляя себя, хотя уже успел им помочь. Однако стоило только члену Старка задеть самое чувствительное место внутри Паучка, как тот вскрикнул, его тело напряглось, сжимая член Тони. Он заметил, как Питера затрясло, несмотря на тиски, в которых оказался его ствол. Старк стиснул зубы, понимая, что опасность от Эфира в любой миг могла грозить им обоим, и, притянул Питера за шею к себе. — Тише, мой мальчик… Тише, родной… Всё хорошо, — бормотал Старк, почти в самое ушко парня. Этот мягкий голос действительно успокаивал, но сейчас Питер не хотел этого. — Да… Мистер Старк… Пожалуйста… — лепетал Паркер, снова двигаясь, но теперь круговыми движениями. Он вновь расслабился, ложась на грудь Тони и утыкаясь носом в его шею, и отдал инициативу своему мужчине. Тони сразу же принял её, согнув ноги в коленях, устроившись поудобнее и начав двигаться быстрее. Питер перенёс вес тела на руки и колени, чтобы Старку было удобнее, и жарко задышал ему в ухо. Тони наращивал темп постепенно, иногда замедляясь и ускоряясь вновь. Он трахал Питера глубоко и долго, выходя почти полностью и врываясь внутрь, растягивая влажные стенки. Каждый из них получал абсолютное наслаждение. Старк будто чувствовал необходимую силу своих движений, их скорость и направление. Питер стонал в его шею, целуя её, цепляясь зубами, чтобы иметь возможность выдержать очередной жаркий импульс. — Мистер Старк… Ещё, пожалуйста… Я так соскучился… Тони… Пожалуйста, — шептал Питер, покусывая мочку уха Тони, яички которого поджимались от каждого сказанного слова. Старк сорвался на беспорядочные толчки, доводящие обоих до исступления. Он почти не выходил из Питера, каждый раз проходясь по его простате. Паркер громко застонал, оперевшись на руки и прижавшись лбом ко лбу Тони. Его вены запылали, тело задрожало от приближающегося оргазма. Старк сделал ещё несколько движений, после которых Питер сжал его член внутри, и мужчина кончил, содрогаясь, громко дыша и выстанывая имя Паучка. — Тони! — вскрикнул Питер, срываясь следом за своим наставником. Он ни разу не прикоснулся к себе за всё это время, его член так и был зажат между их телами, из которого порциями выплёскивалось семя, при этом Питер чувствовал, что Тони наполнил его своей спермой. Они громко дышали, пытаясь унять бешеный стук своих сердец, обняв друг друга и не в силах разъединиться.