Природное повиновение

Чисаки Кай знал, как вести бизнес. Когда дела весомее слов, деньги всегда вперёд, а доверие может помочь тебе больше, чем заряженные стволы. Мужчина, чья правая половина лица — это проржавевшая железная маска, расслабленно попивает вино, расположившись в кресле напротив. На его плечах массивный белый плащ, шея сжата чёрным галстуком, а измятые пальцы механически пересчитывают каждую купюру. Ушимицудоки Исана — босс чёрного рынка по продаже оружия. Его тяжело спутать с кем-то другим. И это не только из-за его специфического вида. Он — мешок, до краёв забитый деньгами, неоправданной самоуверенностью и диким энтузиазмом. А ещё каждый из его людей, что стоят сейчас у входа, прячет под своей рубашкой ствол, который по цене и точности превышает любое оружие захудалого служителя спецслужб. Пусть люди уже много лет убивают друг друга собственными руками и причудами, но острый глаз и меткая пуля всё ещё могли решить проблему не хуже огненного дыхания. Причуда Исаны — Кит. Это не то, с чем вы захотите столкнуться в маленьком помещении. Это не то, с чем вы захотите столкнуться вообще. Его тело — это хранилище звериной мощи, животных инстинктов и ряда острых зубов. Причуда нестабильна, необузданна. Она подобна дикому зверю, что всегда наготове. Единственное, что скрывает её, — осколок маски, покрытый трещинами и наростами морской жизни. Шлем — граница, что отделяет всех окружающих от пасти голодного зверя. Но, несмотря на это, встреча всё ещё проходит с глазу на глаз. Приватно. Только ты и он. Исана доверяет тебе достаточно, чтобы сидеть наедине с тобой на расстоянии меньше вытянутой руки. То ли его дурость, то ли проверка своей дозволенности на чужой территории. Но он всегда готов прильнуть к тебе вплотную, но не для того, чтобы обнять. За пазухой у него всегда кроется ствол, а под черепом — коварные планы. Чисаки Кай знал, как убивать. Без колебаний, без задних мыслей. Когда цель оправдывает средства, а смерть — это та же валюта. Ушимицудоки наконец-то заканчивает с деньгами и закрывает принесённый тобой ранее кейс. — И в этом ты меня не подвёл, Чисаки, как всегда, — мужчина делает последний глоток сладостного вина и бесцеремонно отбрасывает грязный бокал в дальнюю часть комнаты. Тот с характерным звенящим эхом разбивается, оставляя на отполированном полу паутину из осколков стекла. От такого выпада ты морщишься, а собеседник с готовностью ухмыляется. — Но что насчёт второй части сделки? Не сказав ни слова, ты достаёшь из-под ноги другой кейс. Он похож на железный куб с небольшим, затемнённым окошком посередине. Ушимицудоки тут же с предвкушением обхватывает его руками и ставит на кофейный столик. Не проходит и секунды, как он находит нужный рычажок, и внутри куба загорается слабый жёлтый свет. Ты безучастно наблюдаешь за расширяющейся тонкой улыбкой на лице Исаны. Исана всегда говорил, что лучшее доказательство выполненной работы — сам результат. Когда работа — это заказное убийство, нет лучшего результата, чем мёртвое тело. Или его самая узнаваемая часть. Это, если можно так сказать, был его принцип, который ты просто терпеть не мог. Слишком грязно, слишком долго и всё ещё слишком рискованно. Хорошо, что ты всегда мог положиться в подобном деле на своих подчинённых. Вот только Исане знать об этом было необязательно. — Ну и как он умер? Долго? Медленно? Не томи! — Возбуждённо тараторит Исана, вертя куб в своих руках, как долгожданный новогодний подарок. Дай волю — и упаковочную обёртку сорвёт, чтобы добраться до заветного содержимого. — Шесть переломов, не считая пальцев, три вывиха, двадцать проколов мягких тканей. После обколот наркотиками и подвешен вверх ногами. Долго, мучительно, болезненно. Без единой улики и ненужных свидетелей. Всё как ты заказывал, — быстрым движением позволяешь себе стереть невидимую грязь с белоснежно чистых перчаток. Не само убийство, но вся грязь после уже заставляет кожу зудеть. — Кажется, настал твой черёд выполнить свою часть нашей сделки, Исана. Ты ожидающе смотришь на собеседника, сложив руки в замок. Прекратив развлекаться с головой в коробке, Ушимицудоки хихикает и ставит свою новую игрушку на диван между своих ног. Поглаживая её левой рукой, как злодеи поглаживают котов, правой он расстёгивает свой пиджак и лезет во внутренний карман. — Да-да, конечно, даже не думай во мне сомневаться. Оружие, железо и прочие побрякушки, как обычно, уже на твоём складе. Для меня это как щёлкнуть пальцем. А вот с этим, — Исана достаёт маленькую чёрную флешку. — Пришлось повозиться. Даже нет, не так… Нам пришлось словно крысы искать и собирать по крупинке каждый кусочек информации, а потом спасать наши хвосты. Я серьёзно, нас чуть не поймали. В следующий раз легавые нас так просто не отпустят. Ушимицудоки лёгким движением пальцев подкидывает флешку через стол. Ты с точностью подхватываешь. Ноутбук лежит на кофейном столике, поодаль от тебя, так что проверить наличие нужной информации и документов не составляет труда. — Множество секретных научных работ о природе причуд. Тысяча и один закрытый правительственный документ об эволюции человека. Новейшие открытия медицины и биоинженерии, которые они так тщательно скрывают от других стран и общественных сетей. Ну и почти полное досье на каждого героя с детальным описанием его квирка, особенностей, слабостей и прочего, — Ушимицудоки энергично постукивает по коробке пальцами, щурясь своим единственным глазом, наблюдая за твоими действиями. — Не знаю, что ты там планируешь, Чисаки, но надеюсь, что твои учёные-докторишки смогут найти применение всему этому. Как и надеюсь, что, когда ты добьёшься желаемого, то не забудешь о своём старом добром друге, — подытожил Исана, выпячивая ряд острых акульих зубов, кривя губы в улыбке. — Это уже будет зависеть только от тебя и твоего желания сотрудничать, — бормочешь ему в ответ, прокручивая полученную информацию на экране, из-за которой и затевалась эта встреча. Всё, что Исана только что перечислил, действительно на месте, аккуратно разложено и расшифровано по папкам. Исана ещё ни разу тебя не подводил. Как и ты его. Вы действительно давно ведёте дела друг с другом. Почти пять лет. Очень удивительные сроки по подпольным меркам. Кое-где вас даже называют дуэтом, кто-то поговаривал о вашем родстве, но даже родственные связи в преступном мире не могли быть достойной причиной не пускать в лоб друг другу. Вы справлялись чуть лучше этого. Самое масштабное ваше разногласие закончилось демонстрационной активацией ваших причуд. Ты разобрал и собрал обратно нескольких их людей и его драгоценный кейс с деньгами. Он же, оглушив тебя на пару минут, на твоих же глазах съел твою машину, выплюнув напоследок кусок покорёженного, пережёванного металла. Ушимицудоки так и не удосужился выплюнуть остальные куски автомобиля, беспечно проглотив вместо ужина — машина восстановлению больше не подлежала. Вы впервые встретились, когда оба были ещё пылкими подростками с уже взрослыми взглядами и планами на этот мир. И пусть они были во многом различны, вы сработались. На ваших руках много общей крови. Столько же нераскрытых дел в отчётах спецслужб. Множество удачно проведённых сделок и таких же удачных совместных миссий. Наверно, ты мог бы назвать его своим другом, с которым ты готов стоять спиной к спине. Вот только, являясь главой якудзы, будущим королём преступного мира, у тебя не может быть друзей и прочих близких связей и мишуры. Ты никогда не подпустишь кого-то так близко к себе. Едва заметно вздыхаешь. Пока ты продолжаешь изучать предоставленный материал, Исана скучающе листает ленту новостей, в комнате становится непривычно душно, от чего хочется выйти на улицу, к свежему воздуху. Слегка оттягиваешь галстук и выпиваешь холодной воды. Не помогает. Чисаки Кай знал, что люди любят совать свой нос не в свои дела. Человеку свойственно любопытство. Он жаден на слухи, сплетни. Тайны. А у Чисаки Кая были тайны. Ушимицудоки задумчиво покусывает губу и неожиданно делает несколько глубоких вдохов. Просматривая документы, ты не замечаешь, как расширяются его зрачки, а на лице появляется очередная улыбочка, которая от прошлых отличается особой степенью гадости и самодовольства. Спустив кейс с головой на пол, поодаль от себя, Исана закидывает ногу на ногу. Убедившись, что ты не смотришь, он аккуратно отстёгивает маску и отодвигает её в сторону, чтоб пропустить больше нагретого воздуха. Всего на пару сантиметров, но этого достаточно, чтобы увидеть скрываемую серую, загрубевшую кожу и блеск большого звериного глаза. Но ты не видишь. Исане, так и не дождавшись, когда ты закончишь, невзначай начинает говорить. — Я, кстати, слышал, что неделю назад про разворотили твой последний порт, в придачу выйдя на одну из точек вместе со складом. Может, в новостях они и не афишируют об этом, а ты как всегда рыбой молчишь, но мои уши всё ещё в нужном месте в нужное время. Исане внимательно следит за твоей реакцией, продолжая шумно втягивать воздух, даже не скрывая это. Ты не подаёшь виду, вчитываясь в строчки текста. Да, порт действительно был. А ещё была орава подпольных и общественных героев, засунувших свои носы туда, куда не следует. Тебе едва удалось скрыть следы своей причастности и убрать куда подальше своих людей, пока эти псы вскрывали твоё имущество словно консервную банку, чтоб уже через пару часов поймать очередной след. Хорошо, что точка, к которой они направились, давно не использовалась. Ты и твои люди успели подготовиться более тщательно. Избавиться от улик не было проблемой. Проблема же — проход, который вёл к вашим подземным туннелям. Избавиться от него — перебрать в ничто — пришлось лично. Разбираться с виноватыми в произошедшем тоже. Ваша банда старается не распространяться о случившемся. В криминальном мире, узнав об этом, точно не побегут с предложением о помощи, скорее тут же попытаются всадить нож в спину. Даже если здесь, в этих тёмных подворотнях и тайных укрытиях, вы на одной стороне — злодеи всё ещё злодеи. А люди всё ещё люди. Ушимицудоки же и не думает останавливаться. — Пусть ты и глава самой крупной и влиятельной группировки якудза, но давай на чистоту, ты не сможешь просто так оправиться от подобного. Сколько убытков это принесло сейчас? Сколько принесёт после? Подорванный авторитет и те, кто попытается тут же воспользоваться этой слабостью. Почуяв вкус твоей крови, просто так это не оставят. А ты ещё при этом успеваешь тратить свои немногие накопления, как и своих людей, ради какого-то подпольного проекта. Не обольщай себя, Чисаки. Ты не твой босс. Ты… — ловит драматическую паузу, — не справишься с этим в одиночку. Последние слова наконец-то заставляют тебя оторваться от просмотра документов. Ты, едва скрывая отвращение, морщишься, закрываешь ноутбук и отодвигаешь его в сторону. Исане всегда любил совать свой нос туда, куда не следует, даже если грозят отрезать его плавники, наоборот, его это даже заводит. Но то, к чему он ведёт сейчас, так нагло и смело, тебе не нравится. Не нравится, что он вообще затрагивает эту тему. Даже если он был прав отчасти, эти твои проблемы, они должны оставаться только твоими до самого конца. Но теперь… Но сейчас… Внешне ты стараешься оставаться непоколебимым, согласным только со своими принципами и условиями. Но наваждение, которое передаётся через охриплость и утробную дрожь чужого голоса, заволакивает мысли в дымку. Невыносимо. Жарко. — К чему ты клонишь, Ушимицудоки? — спрашиваешь с уже отточенным за годы спокойствием. Исана так и ждал, когда ты это спросишь. — Ну, например, что кто-то вроде меня может предоставить тебе помощь. Нет… неограниченное сотрудничество! Мои связи лучше, мои кейсы с деньгами больше, а мои люди, ну скажем так, надёжнее и совершенно не проблематичны в эксплуатации. — Исана, подражая твоей позе, наклоняется и складывает руки в замок. — Представь, чего ты… Чего мы можем добиться вместе! Ты, со своим влиянием, планами, учёными, тайной разработкой. Я, почти что с безграничными ресурсами. Нас уже называют дуэтом, так почему бы действительно не стать таковым? Я вытащу тебя из ямы, в которую тебя загнали герои. Я дам тебе свои наработки. Я добуду для тебя любую информацию, которая тебе понадобится. Совершенно бесплатно! Ну, почти… Его улыбка становится шире. Голос ниже, урчащим. В воздухе появляется запах морской соли и чего-то едкого. Неожиданно в твоей голове возникает что-то давно забытое. Что-то, что ты никак не можешь понять. Вспомнить. Оно словно кошка скребёт у самой двери твоего подсознания. Игнорировать его с каждой секундой всё сложнее и сложнее. Думать о чём-то другом — тоже. Жарко. — Не неси чушь, Ушимицудоки, — хмуришься, и собрав остатки самообладания изо всей силы пытаешься говорить спокойно и уверенно. Ты проводил подобные встречи тысячу раз. Бывали встречи и похуже. Эта не должна стать проблемой, но ты ощущаешь себя на крошащейся льдине, готовой потонуть в бушующем океане. Держать становится всё сложнее. — Подобные сделки не в твою пользу. Слишком большие затраты и потери с твоей стороны. Какая польза от этого будет тебе? Признай, у нас слишком разные цели, чтобы ты пытался предложить мне такое. Да и если я соглашусь, разве существует хоть один залог того, что мы сможем доверять друг другу и не перегрызём глотки при первой же возможности? Что ты потребуешь от меня? Чего ты действительно хочешь? В течение всего негодования Исане молчит, прежде чем неожиданно задрать голову и громко засмеяться, а после также неожиданно замолчать, наклонившись и заглянуть напрямую в твои глаза. Он близко. Он слишком близко. По твоему затылку пробегает дрожь, в горле пересыхает. Кажется, ты слышишь шум его дыхания, вперемешку с бешеным ритмом собственного сердца. Какого… — Ох, Кай, — Исана тянет каждый слог твоего имени, — я-то думал, что хоть в этих делах ты более податлив. Не удивительно, что тебе удавалось так долго скрываться от других, так ещё и от меня. А я, даже когда узнал, не поверил. Его голос, произносящий твоё имя, достаточно. Достаточно, чтоб игнорируемое до этого чувство когтями разорвало поток твоих мыслей и тут же распространилось по всему телу. И оно знакомо. Оно знакомо на уровне инстинктов, на уровне естественной потребности, желания и самых ранних воспоминаний. Ты знаешь его. Ты мечтал и хотел о нём забыть. Какого… — Тогда расставлю всё по полочкам, — лицо Исане оказывается непозволительно близко с твоим. И даже если ты хочешь отодвинуться, оказаться как можно дальше, ты этого не делаешь. Не можешь сделать. — Чисаки, я предлагаю союз. Тебя и меня. Тогда же ты станешь основой этого союза и залогом нашей доверенности. Тогда же ты станешь моей выгодой. Грубый, терпкий запах властной альфы, что до этого едва пробивался через маску, забивает нос, ударяя напрямую в голову. В те части головного мозга, что давно были введены в глубокий анабиоз химическими добавками и стойким отрицанием. Но сейчас, впервые за многие годы, твоё второе я, что ты так страстно ненавидел и желал избавиться, — оно здесь, за твоими мыслями, чувствами и желаниями. Чувство чужого превосходства. Желание ему подчиниться. У Чисаки Кая были тайны. Чисаки — омега. Но эти два слова не должны произноситься вместе. Не после того, как ты прожил всю свою жизнь в борьбе с тем, что не должно быть частью тебя. Ты внушал окружающим уверенность, силу, страх. Заставлял подчиняться. Вёл вперёд. Был лидером. Никто не имел права подойти к тебе ближе, чем было позволено. Это ты создавал правила, управлял ситуацией. Твоё слово, твоё присутствие имело вес. Другие же лишь покорно следовали по пятам, когда остальные, слабые, в страхе обнажали шеи. Ты делал это. Делал всё то, на что не были способны омеги. Делал всё, чтоб они не смели смотреть на тебя как на омегу. Заставлял их поверить в твою репутацию больше, чем в собственное обоняние и твой внешний вид. Ты не позволишь обращаться, говорить с тобой подобным образом. Главное для тебя сейчас — сохранить спокойствие. Вспомнить, что в первую очередь ты Чисаки Кай. Босс восьми заветов смерти. Глава якудза. И ничего кроме этого. Исане, тем временем, воспользовавшись твоей маленькой заминкой, продолжает играть с огнём. Встав коленями на кофейный столик, он подбирается к тебе ещё ближе. Твоя маска, как и его, не дают вам сблизиться нос к носу, поэтому он пользуется малым, но доступным. Прильнув слева, Исана проводит носом сперва по меху твоей куртки, после — у самой шеи. Он дышит как животное: громко, глубоко, прерывисто. Его альфа одурманена твоим запахом. Всего на пару секунд он подаётся инстинктам. Он не видит тебя. Он видит лишь омегу. И этого достаточно. Исане приходит в себя лишь когда твои голые пальцы застывают в миллиметре от его шеи. — Приди в себя, Ушимицудоки. Ты слишком многое себе позволяешь, — холодно шепчешь ему в самое ухо. Пусть тебе и хочется вцепиться пальцами в глотку, ты пытаешься сохранить спокойствие. В и так накалившейся ситуации эмоции ни к чему. Остаётся надеяться, что Ушимицудоки сохранил хоть какую-то каплю человеческой разумности и не поддался инстинктам. Не хочется терять надёжного партнёра. Как и не хочется пачкаться в чужих внутренностях и свежей крови. Исана едва заметно вздрагивает от твоего голоса. Не решаясь проверять грань твоего терпения, он громко вдыхает запах у твоей шеи в последний раз и отстраняется. Так и оставшись сидеть на кофейном столике, он закидывает голову и под твоим пристальным взглядом проводит рукой по чёрным волосам. Он похож на растерянного щенка. — Значит, не сработало. Э-эх… — бурчит он себе под нос, словно у него отобрали леденец. Снова взглянув на тебя, а точнее на твою свободную от перчатки руку, он удручённо вздыхает. — Мне казалось, деньги и безграничные ресурсы подействуют лучше, чем букет цветов и свадебные кольца. Ты точно хочешь отказаться? Ведь всё, что я предлагаю, это не блеф. Я действительно готов обеспечить тебя всем необходимым. Исана не врёт. Он никогда не врал тебе. Его предложение, отстранившись от реальности и условий, заманчиво и выгодно для твоего дела. В отличие от него ты не можешь мусорить ни людьми, ни деньгами. Одно дороже другого, но во много раз ценнее информация, доступ к которой он может предоставить. Исана — превосходный, уверенный в себе альфа. У него широкие связи, хороший авторитет, а его уверенность и наглость позволяют ему скалить зубы даже на альф более высокого статуса. Он идеальный вариант как для тебя, так и для твоей омеги. Но именно последнее станет решающим. Ведь не будь ты омегой, Исана никогда бы не завёл разговор об этой сделке. Об этом низменном союзе. Как и сказал Исане, если ты согласишься, то станешь залогом, основой, выгодой. Ты станешь товаром. Ты станешь омегой. Даже не задумываясь над вариантами ответа, ты отказываешься. — Советую тебе не тратить понапрасну свой второй шанс. Ты уже знаешь мой ответ, так что сядь на своё место и даже не думай усложнять ситуацию, — злобно и холодно шипишь, прожигая Исане взглядом. Расслабляться ещё рано. Ты всё ещё не можешь быть уверен, пришёл он в себя или находится под властью собственных инстинктов. Лучше перестраховаться. Дать понять ему и его альфе, что не шутишь. В таких случаях лучшая защита — это нападение, ещё лучше — угроза. — В следующий раз я могу и передумать, и мои пальцы точно пройдут сквозь ткань твоей шеи, разрывая плоть. — Ох, Чисаки, это угроза? Всё действительно так серьёзно? — Несмотря на спокойный вид, Исане всё же прислушивается к твоим словам. Он возвращается на место, подняв руки в примирительном жесте. — Последний раз ты угрожал мне, кажется, года три назад. Ну, ты помнишь, заварушка с китайскими наркотиками… Пока Исана окунается в события прошедших нескольких лет тому назад, ты наконец-то можешь надеть перчатки. После тут же презрительно стряхиваешь запах альфы со своего капюшона. Проводит ладонью по шее, в надежде избавиться от ощущения чужого дыхания на коже. Это ни капли не помогает, и ты уже молишься о горячей ванне. Всё что угодно, лишь бы смыть грязь, пот и это неисчезающее чувство жара под кожей. Вот только… То, что произошло сейчас, не должно было произойти по многим причинам. Твоя маска всегда подавляла любой посторонний запах. Гормоны, которые ты принимал, скрывали твою вторую сущность от окружающих. Были подавители, которые стирали любое проявление твоих низменных инстинктов. Не удивительно, что ты не сразу понял, что происходит. Ты скрывался благодаря идеально подобранной схеме и терапии больше десяти лет, а твоё последнее неконтролируемое проявление животных желаний случилось очень, очень давно. Произошедшее сейчас в этой комнате не было случайностью, из-за чего у тебя назревали вопросы. Много вопросов. Тебя воротило от этой комнаты, пробудившиеся инстинкты требовали сбежать, но нужно было задержаться. — Как давно ты знаешь об этом? — Что именно? — Ушимицудоки удивлённо моргает, явно смущённый, что его не только прервали, так ещё и не слушали. Но стоит ему только показательно принюхаться, и на лице появляется уже знакомая тонкая улыбка. — Значит, ты об этом. Да, об этом, чёрт возьми. Твой взгляд угрожающе сверкает, показывая, что ты не намерен больше плясать под его игры и прихоти. Выжидающе молчишь и смотришь. Исане, медленно, накручивая каждую секунду, достаёт из кармана несколько разных таблеток и, посчитав на раскрытой ладони, закидывает в рот. У таблеток характерная маркировка на оболочке, так что ты узнаёшь их с первого взгляда. — Скажем так, у меня и раньше были подозрения, — начинает Исана, после того как запивает подавители стаканом воды. — Я всегда догадывался, что ты не можешь быть альфой, сколько бы ты ни пытался прихорашиваться и скалиться. Считай это чем-то вроде излишка моей причуды. Зверь не потерпит потенциального соперника на своей территории. Сколько мы работали вместе, моя причуда не реагировала на тебя, в то время как все другие сильные альфы постоянно вызывают у меня раздражение в горле и зуд на зубах. Выбор оставался небольшой: либо бета, либо омега. Спросить у тебя — смертный приговор или разбор меня на атомы тут же, так что я стал собирать информацию. — Принялся за то, что ты умеешь лучше всего… — негромко дополняешь его. Исане внимательно следит за твоей реакцией, подгадывая, когда стоит замолчать или вовсе дать заднюю. Но ты и не думаешь его останавливать. То, что Исане рыл под тебя, сейчас наименьшая из проблем. Вместо этого слегка киваешь, желая услышать всю историю. — Искал всё, за что можно зацепиться, — продолжает Исана, облокотившись на спинку дивана. — Слухи, скрытые данные, что-то необычное. И вот нашёл, что раз в месяц ты посещаешь подпольного врача с причудой, дающей ему полную информацию о твоём организме. Я сам бывал у него несколько раз, когда потасовки оканчивались, ну, не в мою пользу. Посетил и в этот раз, но он, как истинный профессионал, так ничего о своём пациенте и не выдал. Зато я смог выкрасть у него твой лист назначений. И сколько же там было различных подавителей, гормонов и лекарств для омег. — Исана восторженно хлопает в ладоши, явно крайне довольный проделанной работой. — Пазл собрался. Это многое объясняло. Например, почему у Ушимицудоки никогда не срабатывало с многими другими известными личностями злодейского мира. Его рвение работать с тобой, когда вокруг были и более перспективные группировки, и то, почему он знал о тебе больше, чем остальные. Он наблюдал за тобой. После получения в свои руки злосчастного назначения с препаратами Исане продолжил играть роль верного рабочего партнёра, и стоило ему только узнать о твоём сложном положении и проблемах с героями… Это не объясняет, что, чёрт возьми, с тобой происходит! Почему ты так реагируешь на него. Почему, даже не снимая маску, чувствуешь его запах. Почему даже сейчас, когда ты успокоился, а Исане не предпринимает никаких действий в твою сторону, его голос продолжает вызывать у тебя зудящее желание следовать за ним. Ты исправно принимал и принимаешь курс препаратов, которые были назначены тебе подпольным врачом! Стоп. Исане ведь тоже совсем недавно выпил при тебе подавители. Не только ты реагируешь на него, но и он. Все странности начались ещё до того, как он попытался уткнуться тебе в шею. Туда, где находились пахучие железы, которые могли сохранять запах даже при употреблении подавителей. — Ушимицудоки. Последний вопрос, — глубоко вздыхаешь, словно готовишься сделать отчаянный прыжок. — Значит, ты чувствуешь мой запах? На лице Исане появляется выражение понимания, а губы смыкаются в тонкую улыбку. — Да, чувствую. Поверь, в данный момент не нужно острого носа, чтобы уловить запах омеги, так ещё и перед самым нагревом. Хочу отметить, ты охрененно пахнешь, десять из десяти. А по твоей реакции могу предположить, что сам ты своего запаха даже не замечаешь. Дерьмо. — На сегодня мы закончили, — резко прерываешь его ты. Флешку быстро закидываешь во внутренний карман своей куртки, ноутбук разбираешь в труху. Ушимицудоки не двигается со своего места, лишь провожая взглядом и не исчезающей ухмылкой. Это и к лучшему. Ты уверен, стоит ему сделать хоть шаг в твою сторону — разрушений не избежать. Сейчас ты слишком напряжён, зол и взбешён, словно зверь, загнанный в угол своей маленькой клетки. — О следующей встрече договоримся позже, — в след поёт тебе Исане. — Если она вообще будет, — рычишь себе под нос, направляясь к выходу. Тебя едва пошатывает. — Советую прекратить совать свой любопытный нос куда не следует. И ещё, — резко останавливаешься, сжав ручку двери, — отзови своих людей от входа, так и от моей машины. Если хоть один окажется рядом, я не побоюсь распотрошить его в пыль. Исана дружелюбно машет тебе вслед, снова подхватив на колени заветный кейс с омертвлённой головой внутри. — Не беспокойся, Чисаки. Всё сделаю. Когда ты уже захлопываешь со всей силой несчастную дверь, не желая ни секунды больше находиться с Ушимицудоки в одной комнате, он неторопливо достаёт маленький пейджер, который тут же подносит ко рту. — Так, ребятки, важные новости. Освободите проход, а лучше отойдите на метров так десять. Наша встреча с Восстановителем прошла не очень гладко, и теперь он очень зол и раздражён. Советую вам держаться от него как можно дальше. Если кто-то попадётся на его пути, я за вашу жизнь и сохранность не ручаюсь. А ошмётки своих товарищей оттирать будете тоже сами. После недолгого молчания и пары помех приходит отточенное: — Принято.